Глава 19: Кольца

—•—

      Следующий день мы в основном провели в дороге. Проезжая мимо заброшенных городков, мы не особо разговаривали, Ниган был тише обычного. Мы остановились на полчаса, обыскали пару домов, убили несколько ходячих по пути. Затем направились в сторону гор — там был короткий путь до Содружества, и нам нужно было избегать главных дорог. Пока мы ехали в тишине, мои мысли унеслись к людям в Александрии. Они понятия не имели, что со мной происходит, и я задавалась вопросом, сообщил ли им кто-то из Святилища, что меня нет. Дэрил, скорее всего, с ума сойдёт и отправится на поиски. Рик решит, что Ниган похитил меня, в качестве изощрённого наказания. Кэрол тщательно спланирует убийство Нигана. Мишонн придумает план, как захватить Святилище в отсутствие их лидера. Джудит будет плакать. Карл разозлится со всей своей подростковой мощью, учитывая, каким вспыльчивым он стал после смерти Лори. Если мы всё же вернёмся целыми, мне придётся многое им объяснять. Я скучала по ним. Очень. Было так странно быть вдали от них, от людей, которые стали мне настоящей семьёй после всего, через что мы прошли вместе. Я так привыкла быть рядом с ними, что чувствовала себя неполноценной вдали от них. Но сейчас нужно было отбросить эти мысли и сосредоточиться на миссии. Мне удалось немного вздремнуть в пути, и я проснулась как раз к закату. Мы добрались до гор, которые нужно было пересечь. — Доброе утро, солнышко, — усмехнулся Ниган, увидев, как я медленно открываю глаза. Я зевнула и потянулась. — Ты как раз вовремя. Где остановимся? Я потёрла глаза и оглядела вечерний лес: — Вокруг всё равно ни души. Смотри, грунтовая дорога, — я указала вдаль. — Согласен, — Ниган быстро свернул на грунтовку. Шины захрустели по старому гравию. Через пару минут мы увидели жутковатый силуэт большого дома, окружённого забором из кирпича и кованого железа. Ниган присвистнул, высоко подняв брови. — Ёбаный джекпот, — ухмыльнулся он, оглядывая дом. — Тебе не кажется, что это подозрительно? — спросила я, выходя за ним из машины. Ворота были заперты на цепь и висячий замок, но Ниган сумел сбить замок. Ворота зловеще скрипнули, и пока Ниган медленно шёл по неухоженному двору, я загнала машину внутрь и припарковала у входа в здание. Затем я закрыла за нами ворота и оглядела лес, убеждаясь, что рядом нет ходячих. Или, что хуже, людей. — Доставай оружие, — скомандовал Ниган и побежал вверх по мраморным ступеням к парадной двери. — И тащи ломик. Я цокнула языком. Ниган обернулся, посмотрел на меня и вздохнул, закатив глаза. — Пожалуйста, — раздражённо добавил он. — Уже лучше. Бурные аплодисменты. Я открыла багажник и достала ломик. Ниган ждал меня наверху лестницы, нетерпеливо постукивая тяжёлым ботинком. Когда я подошла, он выхватил ломик и взломал дверь. Мы тихо вошли в холл. Дом был очень хорош, с дорогой отделкой, роскошными украшениями на стенах и потолке. Воздух был спёртым, всё покрыто пылью, что указывало на то, что в доме давно никого не было. Ниган постучал битой по стене — ни одного рыка. Он повернулся ко мне, победоносно улыбаясь. — Говорил же, детка. Джекпот. Мы дошли до просторной гостиной, с камином и огромным книжным шкафом во всю стену. Там был граммофон на красивом деревянном столике, огромный удобный диван и два кресла, всё вокруг стеклянного журнального столика. Огромный старинный ковёр, выглядевший дорогим, покрывал деревянный пол. Я зашла на огромную кухню, совмещённую с большой столовой. Все вещи были на месте, вероятно, потому что дом был далеко от любого крупного города. К тому же, у подножия гор, дорога сюда не была магистралью, и ходячим или людям было труднее добраться. Ниган бесцельно бродил в другой комнате, его тихий свист был единственным звуком в доме. Я подошла к щитку и прочитала надписи на разных предохранителях. Один привлёк моё внимание. — Эй, босс, — позвала я Нигана. Он зашёл на кухню, вопросительно приподнял брови, и прислонился к двухстворчатому холодильнику. — У нас тут аварийный генератор, — сказала я, с трудом сдерживая охватившее возбуждение. Простая мысль о горячем супе, горячем душе и других благах электричества заставляла меня дрожать от нетерпения. — Где он? — спросил он. — В подвале? — Наверное, — ответила я, роясь в кухонных шкафах, и с облегчением нашла консервы, кофе, чай и прочее. Богатые люди здесь жили. Иначе у кого был бы аварийный генератор и запасы продуктов? — Пойду включу, — сказал он, уже выходя из кухни. Я слышала его тяжёлые шаги вниз по деревянной лестнице в подвал и щёлкнула выключателем кухонного света. Через некоторое время в воздухе раздался громкий гул — генератор набрал мощность, и лампа зажглась. Я подпрыгнула от радости. Не мыться два дня было уже слишком долго, так что не могла дождаться, когда нырну под горячую воду. Я нашла чайник, как следует его вымыла и поставила на плиту греть чай. Дождь продолжал лить второй день. Было холодно, хотя стоял июль, так что мне нужно было согреться. Из-за ржавых труб пришлось сливать воду почти пять минут, пока она не стала более чистой. Это подтверждало теорию, что дом давно заброшен. Мысль о прошлой ночи быстро пронеслась в голове — о той парочке, которую мы убили, о разговоре после и о том, как я уснула на груди у Нигана. Мы вообще не говорили об этом, как и о той ночи под звёздами. Он вёл себя как обычно — самоуверенно и нагло, хотя рядом со мной становился мягче. Но сегодня не было ни единого флиртующего замечания или даже руки на талии, как он обычно делал. Я не могла понять перемену в его поведении. Это мешало мне сосредоточиться, так что я отогнала эти мысли. Как раз когда я собралась повернуться, руки Нигана преградили мне путь, уперевшись в мраморную стойку по обе стороны от меня. Его горячее дыхание коснулось оголённой кожи шеи, и я вздрогнула. Он молчал, я тоже. Я не знала, что сказать или сделать. — Зажечь камин? — тихо спросил он, его голос был низким и глубоким. Я кивнула. — Чаю? — спросила я, мой голос прозвучал слишком высоко. Ниган промычал что-то и поднял руку. Я почувствовала тепло его пальцев, нежно скользящих по моей шее от уха к плечу. Это вызвало электрический разряд во всём теле, и я крепко зажмурилась. Чёрт. Я скользнула в сторону, подальше от его пьянящего прикосновения. Прочистив горло, разлила чай по двум чашкам, которые уже вымыла. Ниган бросил кожаную куртку на диван и занялся разжиганием камина. — Ты проверил второй этаж? — спросила я. — Да. Там хозяйская спальня, детская и ванная. Как обычно, — ответил он, стоя ко мне спиной. — И кое-что, что, думаю, тебе понравится — гардеробная. Когда он закончил с камином, сел на диван с глубоким вздохом. Он выглядел уставшим, и я ругала себя за то, что сегодня не села за руль вместо него. Я поставила чашку на стол и села рядом. Огонь медленно разгорался, и тепло разливалось по комнате. Пламя отбрасывало таинственные тени на лицо Нигана, когда он смотрел прямо на него. — Мы так и не поговорили о плане, — сказала я, подперев голову рукой. — Ну, он не такой уж сложный, — устало ответил он и провёл рукой по волосам. — Мы едем туда, говорим, что мы женатая пара. Путешествуем и ищем место, где остановиться. Мы слышали от каких-то людей об этом месте и проделали весь путь в надежде, что оно настоящее. Мы попадаем внутрь, собираем информацию, рисуем карты, если нужно. Записываем всё и вся, что у них есть, сколько там людей, какое у них оружие. Затем находим способ уйти и вернуться, чтобы разработать план их устранения, прежде чем они нападут на нас. — Нам понадобятся вымышленные имена. Ты не можешь просто прийти туда и заявить «привет, я Ниган». — Почему? Ха-ха. Ладно, да, ты права, — он уставился в огонь. — Пусть я буду Джеймсом... как Джеймс Дин, — он усмехнулся, и я фыркнула от смеха. — А ты... — Одри, — перебила я его. — Одри? Почему Одри? — Нравится имя, — я пожала плечами. — И мне нравится Одри Хепбёрн. А фамилия... — Смит. Джеймс и Одри Смит, — он подмигнул мне. В комнате повисла тишина. Спустя, как показалось, пять минут я наконец заговорила: — Знаешь, что я думаю? Их сообщество слишком далеко. Они, вероятно, никогда бы не узнали о нас, — вздохнула я. — Не понимаю, зачем мы вообще во всё это ввязываемся. К тому же, если с нами что-то случится, никто даже не узнает, где нас искать. — С нами ничего не случится, Блэкберн, — Ниган перевёл взгляд с бушующего огня на меня. — Я выбрал тебя не просто так. Я же не могу взять с собой Саймона и притворяться женатым, понимаешь. — Оу, вы были бы милой парой, — попыталась пошутить я, но Ниган даже не улыбнулся. — Что случилось? Он встал и подошёл к бару с алкоголем. Немного поколебавшись, взял виски, сорвал крышку и сделал глоток прямо из бутылки. Затем протянул её мне. Я приняла бутылку. — Да, их сообщество далеко. Но если они могут отправлять людей аж до Святилища, это значит, что они могут напасть на нас. Что они и сделали. У них есть мелкие аванпосты, один из которых всего в 80 километрах от Хиллтопа, — Ниган покачал головой и потёр переносицу. — И у меня личные счёты с ними за убийство моих людей. — И ты только сейчас говоришь мне об этом аванпосте?! — я повысила голос, но Ниган остался абсолютно невозмутимым. Он скрестил руки на груди, прислонившись к стене, и слегка откинул голову назад. — Мы должны предупредить Хиллтоп, — холодно заявила я. — Нет. — Почему? — мягко потребовала я. Ниган на секунду закрыл глаза и тихо вздохнул: — Я не хочу, чтобы кто-то ещё знал об этом. — Почему? — снова спросила я. Он закрыл глаза и провёл рукой по лицу. — Ниган? — У нас есть крот, — Ниган оттолкнулся от стены и медленно сел рядом со мной. Он откинулся назад и закинул длинные ноги на журнальный столик. — Кто-то ошивается у меня за спиной и сливает информацию обо всём, что происходит в Святилище, Александрии, Хиллтопе. Поэтому украли наш груз. И поэтому я держу информацию при себе. Не могу вычислить... — он уронил голову на подголовник дивана и простонал. — Не могу вычислить, кто этот сукин сын. Те парни, что стреляли в нас в торговом центре? Они знали, что мы там будем. Они также знали о грузе Рика. Это были точно они. Я выезжал на место, где случилось нападение. Нашёл кусок того, что выглядело как белая броня, и гильзу от автомата. Как в торговом центре. Так что... — он посмотрел на меня усталыми глазами. Я нахмурилась и подвинулась ближе, подперев голову рукой: — Дуайт? — нажала я. — Нет, — Ниган покачал головой. — После того как он чуть не убил тебя, я сунул его в яму и даже не выпускал на дежурство у забора. Он под круглосуточным наблюдением. — И это не может быть Роджер. Он бы никогда не подставил под удар Майка. Значит... Саймон? Он уже занимался тёмными делишками за твоей спиной, — я отхлебнула из бутылки и отдала ему. Ниган бросил на меня озадаченный взгляд, но подбородком поторопил продолжать. — Ты знаешь о группе из реабилитационного центра в Вирджинии? — Допустим. — Саймон убил всех их мужчин и каждого мальчика старше десяти лет, — вздохнула я, произнося эти слова. — Потому что они пытались сопротивляться. Оставил только женщин и детей. — Он, блять, что?! — прорычал Ниган в неверии. Я кивнула. Ниган застонал и закрыл лицо руками. Из-под ладоней посыпались ругательства. — Я убью его, когда вернёмся. Этот грёбаный сукин сын, — он повернулся ко мне, в глазах гнев. — Это... я бы никогда не приказал такого. Никогда. Я убиваю, только чтобы запугать, но это... Чёрт... Именно поэтому я захватил Святилище. До меня там была чёртова анархия. Саймон и тогда творил дерьмо. Все творили. Но теперь у нас есть правила. Мы никогда не убиваем детей. Никогда. Саймон, блять, это знает. Дерьмо... Я положила успокаивающую руку на его и начала гладить большим пальцем его кожу маленькими кругами. — Я знаю, что ты бы такого не сделал. Но... Полгода назад я бы подумала, что это всё твоя идея. Думала, ты какой-то психопат. А теперь, как ни странно, ты оказался... кхм... не таким уж плохим. Ниган даже не заметил мной комплимент, уставившись на свои руки пустым взглядом: — Почему ты не сказала мне раньше? — спросил он и сделал глоток виски. — Думаю, мне нужно знать, если моя правая рука творит дерьмо и скрывает это от меня. — Я тебе не доверяла. — Откуда ты всё это знаешь? — Ниган покачал головой, наконец повернувшись, чтобы посмотреть на меня. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то уязвимое. Он выглядел слишком... человечным. Мне стало его жаль. — От Саймона, точнее подслушала его. Он хвастался всем этим кому-то, но я не поняла тогда, о чём именно шла речь. А потом, на прошлой неделе, когда мы были в Александрии, Мишонн рассказала, что Тара встретила этих людей. Одна из девушек рассказала ей, что с ними случилось. Одна большая группа хотела забрать их вещи, заставить подчиниться. А когда они отказались, то Саймон собрал мужчин и мальчиков в линию... и расстрелял. После этого женщины соврали, что продолжат поставлять продукты, и убежали как можно дальше. — Саймон упоминал, что у них была стычка с какой-то группой. Незадолго до моего прихода. Они хотели устроить бунт против него. Так что он разобрался. Но я не знал, что он сделал... это. — Я рассказала это всё Рику и остальным. Они знают, что это был не ты. — Есть что-то ещё, что ты скрывала от меня? — Ниган приподнял одну бровь, глядя на меня. Я покачала головой и сделала ещё один глоток виски: — А что насчёт Кристиана? — спросила я. Ниган прищурился, глядя на огонь, и снова закинул ноги на столик: — Я ему не доверяю. Поэтому и держу близко. — И? — Не знаю, — он потёр глаза, а затем посмотрел на меня. — Иди, прими душ. Поговорим об этом позже. Я вздохнула, поднялась с дивана и направилась на второй этаж. Я действительно хотела принять горячий душ. Ванная была просторной. Я открыла кран, и через пару минут пар заполнил ванную. Я сняла одежду, застирала окровавленную футболку. Вода была тёплой и успокаивающей, и я не торопясь сидела под горячей струёй. Помыла тело и волосы шампунем, который нашла в шкафчике. Была приятно удивлена, что он в отличном состоянии. Спустя какое-то время я обернулась полотенцем и вышла в коридор. Свет просачивался из маленькой щели двери хозяйской спальни. Я слегка приоткрыла её и заглянула внутрь. Ниган стоял перед большим туалетным столиком, на котором всё ещё лежали косметика и духи. Его взгляд скользнул ко мне, и я ожидала флиртующего комментария, но его не последовало. — Я кое-что нашёл, — сказал он низким голосом. — Идеально подходит для нашего прикрытия. — Что? — я вошла в комнату и встала рядом с ним. Он раскрыл ладонь, в которой лежали два золотых кольца. Одно большое и одно маленькое, вероятно, принадлежавшие владельцам дома. Я посмотрела на Нигана с озадаченным выражением. — Мы женаты, забыла? — его черты наконец смягчились в самодовольной усмешке. — Дай свой палец. — Какое странное предложение руки и сердца. Я представляло его иначе. — Если хочешь, чтобы я встал на одно колено, детка, я встану. Я медленно протянула руку, и он осторожно надел кольцо мне на палец. От его прикосновения внутри разлилось тепло. Я посмотрела на лицо Нигана, но он не сводил глаз с наших рук. Мы простояли так несколько секунд, он просто держал мою руку в своей, пока за окном гремел гром. Моё сердце билось всё быстрее и быстрее, по коже побежали мурашки. Нет. Это просто потому, что я только что вышла из душа, а в комнате прохладно. — Теперь я, — сказала я с улыбкой и взяла второе кольцо. Осторожно надела его на длинный палец Нигана. Он тихо выдохнул и высвободил руку из моей хватки, поворачиваясь ко мне спиной. — У меня есть для тебя сюрприз, милая, одевайся. Хотя... — Ниган осмотрел мои голые ноги, влажные волосы и полотенце, которое чуть съехало на груди. — Оставь этот наряд, — он улыбнулся и подмигнул. Я закатила глаза, но улыбнулась в ответ. Ниган вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Я услышала шум душа из ванной и поняла, что у меня есть немного времени. Я оделась в свежую одежду из своего рюкзака и прошлась по просторной гардеробной. В ней была целая куча одежды: от курток до брюк, футболок и толстовок, и я нашла вещи, которые мне нравились и были моего размера. Вообще-то, вся женская одежда была моего размера. Я разложила на кровати кое-какую одежду для Нигана, которая, как думала, подойдёт ему. Особенно мне понравилась одна мужская кожаная куртка с огромной надписью "Harley Davidson". Я улыбнулась, представляя, как она будет смотреться на Нигане. Когда я спустилась вниз, меня окутал аромат еды и мягкая музыка. Это мгновенно напомнило мне о старых добрых временах, когда мир ещё был жив, и мы с родителями устраивали субботние ужины. Папа готовил свою знаменитую пасту карбонара, мама делала десерт, а после ужина мы играли в настольные игры под мелодию джаза. Мне пришлось остановиться на лестнице и закрыть глаза, чтобы просто насладиться моментом. Окунуться в те воспоминания. Позволить атмосфере напомнить о той жизни, когда я была по настоящему счастлива. Я заметила граммофон, на котором крутился винил — «The Golden Years». Это был сборник старой музыки, сейчас играла «Georgia On My Mind» Рэя Чарльза. Я обожала эту песню и вообще всё того периода. Я зашла на кухню и увидела накрытый стол. На плите что-то дымилось, и я заглянула внутрь. Это был томатный соус и паста. — Нравится? — услышала я за спиной и обернулась. Ниган был после душа, волосы ещё влажные, на нём была чистая белая футболка с надписью «непослушный мальчик». Я не смогла сдержать смех. Ниган прислонился к дверному косяку, усмехаясь. — Мне нравится футболка. И сюрприз тоже, — сказала я, проведя рукой по столу. — Не думала, что ты умеешь готовить. — Я признанный шеф-повар, — он изобразил обиду и оттолкнулся от дверного косяка. С каждым его медленным шагом в мою сторону моё сердце пропускало удар. — Уже забыла, как я кормил Карла спагетти? После его попытки изрешетить меня из автомата. — А, ну да, но меня не было в тот судьбоносный момент, — рассмеялась я. — Просто ты не очень похож на мужчину, который любит готовить, — поддразнила я его, когда он остановился напротив меня. — Разве муж не может приготовить ужин для своей чертовски шикарной жены? — спросил он низким голосом и усмехнулся. Его глаза скользнули по моему лицу и замерли на губах. — Если мы собираемся играть женатиков, то нам нужно узнать больше друг о друге, — парировала я. Мне хотелось отступить, но я не сделала этого. Руки Нигана скользнули мне на талию, притягивая ближе. — Хорошо, сладкая, спрашивай. Я расскажу тебе все свои секреты, — сказал он хрипло и начал склоняться ко мне для поцелуя. Я резко отстранилась и подошла к плите. — Какой твой любимый цвет? — спросила я. — Красный. Твой? — Светло-розовый, — улыбнулась я. Ниган посмотрел на меня с недоумением. — Думал, что чёрный, судя по твоему обычному прикиду, — он покачал головой и отодвинул стул, чтобы сесть. — Ладно, моя очередь. Любимый исполнитель и песня? — Песня должна быть того же исполнителя? — Нет. — Хорошо, тогда группа Pink Floyd, а песня — «Dani California» от Red Hot Chili Peppers, — я поставила перед ним тарелку. — Твои? Ниган погладил бороду: — AC/DC, но песня — «Rock You Like A Hurricane». — Неплохо, босс. Ладно, имена твоих отца и матери? — Джоанна и Том. — Какое совпадение. Моего отца тоже зовут Том, маму — Лилли, — ответила я. Ниган ненадолго замолчал, обдумывая следующий вопрос. — Ты бы убила ради меня? — его вопрос застал меня врасплох. Я подняла на него взгляд с лёгкой улыбкой: — Да, — честно ответила. — А ты? — Не задумываясь, — ответил он, оперевшись локтями о стол. Лёгкая улыбка тронула мои губы: — Откуда ты родом? — Рестон, Вирджиния. А ты? — Жила в пригороде Нью-Йорка, где родилась моя мама. Отец был из Джорджии, — ответила я, и мысль о прошлой жизни немного опечалила меня. Мы продолжали разговор, пока не доели ужин, и решили, что информации достаточно. Это были в основном глупые и безобидные вопросы, ничего глубокого или серьёзного. Но это снова пролило свет на истинную сущность Нигана, и я поймала себя на том, что наслаждаюсь каждым его ответом и запоминаю его. Я помыла посуду, и мы вернулись в гостиную, где продолжили пить виски. — Выглядишь уставшим, — констатировала я, глядя на Нигана. Его глаза были закрыты, так что он не видел, как я на него смотрела. Чёрт, я и сама не понимала, почему я так на него смотрю. Или, может, понимала. Но в тёплом приглушённом свете огня, с расслабленным и спокойным лицом он был чертовски красив. — Это так, — его голос был хриплым, когда он заговорил. — Не спал прошлой ночью? — я ткнула пальцем в его бицепс. — Нет, конечно. Нужно было охранять тебя, милая, — ответил он и открыл один глаз, чтобы посмотреть на меня. — И ты вёл машину весь день? Господи, Ниган, — отчитала я его. — Ты должен был сказать мне, — он промолчал. Так что я заявила: — Завтра за рулём я. Он фыркнул и потянулся руками над головой. Мои глаза метнулись к v-образным мышцам на его животе, и я почувствовала, как щёки заливаются румянцем. Единственным светом в комнате был бушующий огонь в камине, и с тихой музыкой из граммофона здесь было уютно и почти сюрреалистично. Лихорадочный сон среди конца света. — Давай, детка, вставай, — неожиданно сказал он, встал на ноги и протянул мне руку. Я недоумённо нахмурилась, но всё же взяла его руку. Он медленно потянул меня к себе, другой рукой обхватив мою талию. Его пальцы коснулись моей кожи сквозь тонкую ткань футболки. — Что мы делаем? — спросила я, глядя снизу вверх в его карие глаза. Уголки моих губ чуть дрогнули, когда я увидела его улыбку. — Танцуем. Играла песня «At Last» Этты Джеймс. Моя рука медленно скользнула на широкое плечо Нигана. Он переплёл наши пальцы, мягко кружа меня. Затем притянул меня ближе, наши груди соприкоснулись. Я могла бы остаться в этом моменте навсегда — огонь, медленная песня, его рука на моей талии. Всё это казалось... таким нормальным. Как будто мы были обычной парой в своём доме, занимались обычными делами, которыми занимаются пары. Я положила голову ему на грудь. А его голова опустилась на мою макушку, пока мы медленно двигались в ритме песни. Мой взгляд упал на наши переплетённые руки — его кольцо поблёскивало в свете огня. Нигана было сложно понять. Полон противоречий. И всё, чего я хотела — узнать о нём больше. Я поняла, что больше не видела в нём врага. И плохие чувства, которые я испытывала к нему всего три месяца назад, полностью улетучились. Особенно после того, что сказал мне Габриэль. После того, как я наконец осознала, что происходит в моей голове и душе. Мои пальцы начали медленно гладить его затылок, и я удовлетворённо вздохнула. Виски постепенно кружило голову. Но тёплое чувство делало меня почти счастливой. Он делал меня счастливой. Рука Нигана нежно погладила мою спину, заставив тепло внизу живота разлилось по всему телу. Затем он отпустил мою руку и осторожно приподнял мой подбородок, чтобы я могла посмотреть на него. Я переплела пальцы у него на затылке. На его лице было выражение, которое я никогда у него видела. Песня сменилась на «Moon River», но мы не разомкнули объятий. Его пальцы всё ещё лежали на моём подбородке, а большой палец едва заметно гладил мою нижнюю губу. — Чёрт, — усмехнулся он. Именно. Мои веки вдруг отяжелели, а дыхание участилось. Мы оба застыли на месте. Воздух вокруг нас сгустился от напряжения, я практически чувствовала это кожей. Нет, не сейчас. Но Ниган наклонился, и я, будто загипнотизированная, приподнялась на цыпочках. Прежде чем мой затуманенный мозг успел осознать происходящее, его губы нашли мои, и мой разум полностью отключился. Каждая мысль вылетела из головы, остался только он. Я чувствовала вкус виски на своих губах, и это было ещё более пьянящим. Его руки крепко обхватили меня, заключая в тёплые объятия, прижимая так близко, как только возможно. Моя левая рука вцепилась в ткань его футболки, а другая зарылась в волосы. Чёрт, чёрт, чёрт. Его губы были мягкими и двигались в такт с моими, огонь в груди горел так же жарко, как в камине. Даже жарче. Должно быть, я сошла с ума. Ниган углубил поцелуй, одна рука скользнула к моему бедру. Мои колени подкосились, и я была рада, что его сильные руки поддерживают меня. Я не хотела останавливаться. Ни на секунду. Лёгкие горели от нехватки воздуха, но я не могла заставить себя отстраниться. Он был таким вкусным, таким приятным... Тем не менее, я первой прервала поцелуй, прижавшись лбом к его лбу. — Чёрт... — повторил он чертовски соблазнительным низким голосом. — Да, — прошептала я. — Чёрт. Мы застыли. Его пальцы лениво гладили моё бедро. Я была полностью потеряна. — Только не влюбись в меня во время миссии, босс, — попыталась пошутить я. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Слишком поздно, милая. Словно щёлкнул переключатель, и мы набросились друг на друга, руки хватали всё, до чего могли дотянуться, губы не размыкались. Накопившиеся чувства у обоих прорвали плотину, никто из нас не мог контролировать накал момента. Ниган повёл меня к дивану и уложил. Вес его тела сверху казался раем, и тихий стон сорвался с моих губ, когда он прижался своими губами к моей шее. — Я так долго этого ждал, — прорычал он мне в шею, и это только сильнее разожгло огонь внизу живота. Я обвила ногами его талию, тая под поцелуями, которые он нежно оставлял по всей моей шее. Ниже, к груди. Его рука медленно скользнула по моему бедру. Я приподняла его подбородок пальцами, чтобы снова соединить наши губы. Мне нужно было больше. Боже, я так долго этого жаждала и только сейчас осознала, насколько сильно. Его пальцы медленно двинулись к внутренней стороне бедра, и я выгнулась спиной от удовольствия. Он потянул вниз эластичный край моих леггинсов, просунув пальцы под него, но затем остановился. — Ты уверена, милая? — его глаза встретились с моими. Чёрт. А я была? Мой разум попытался стряхнуть похоть, и я смогла ясно мыслить лишь на мгновение. — Нет, — тихо выдохнула я и закрыла глаза. — Не уверена. Ниган тяжело вздохнул и нежно поцеловал меня в лоб: — Тогда не спешим, дорогая. — Просто... завтра много всего предстоит, и... — сказала я, голова покоилась на подушке, пока он положил свою голову мне на грудь. Я попыталась скрыть настоящую причину остановки. Дело было не только в том, что завтра важный день. Это был ещё и страх. Отрицание. Вина. — Я не могу... не могу сейчас заниматься этим, Ниган. — Понимаю. Мои пальцы лениво гладили его волосы. Он промычал в ответ, испустив глубокий вздох. — Ты... кхм... никогда не рассказывал мне о своей жене, — тихо сказала я сама не знаю зачем. Эта мысль внезапно возникла в голове. Будто до сих пор я не осознавала, что у него действительно была жена до всего этого. — Серьёзно? — усмехнулся он. — Мы же только что целовались. — Может, мы завтра умрём. Я хочу узнать о тебе больше. Ниган вздохнул и приподнялся, чтобы посмотреть на меня: — Мою жену звали Люсиль. Она была, эм... забавная, умная и чертовски горячая. Мы поженились в 20, довольно рано. Нас познакомили общие друзья. Я тогда был... ну, как бы это назвать, дамским угодником, — его губы тронула улыбка. — Не удивлена. — Да, ну, — он опустил взгляд, покачав головой. — Она поначалу динамила меня, но я нашёл к ней подход. Мы поженились, съехались, и какое-то время были вполне счастливы. А потом начались разговоры о детях, и всё стало хуже. — Ты не хотел детей? — поинтересовалась я, пальцами играя с его волосами. Его глаза изучали моё лицо, он выглядел грустным. — Нет. Хотел. А она нет, — сказал он, вздохнув. — Я начал игнорировать её, пропадать допоздна, не отвечал на звонки. Между нами стало всё совсем хреново, и я... — он покачал головой. — Я начал спать с другой. А спустя какое-то время Люсиль узнала, что больна раком. Я сразу закончил с той девушкой, но... осадок остался. Я был с Люсиль до конца, заботился о ней. Когда всё полетело к чертям, стало очень трудно доставать лекарства. А потом... она умерла, и я ушёл. По пути встретил людей, добрался до фабрики. Увидел полный бардак, взял командование, и... Опа! У вас появились Спасители. Если коротко, я был ужасным мужем. А теперь стал ужасным человеком. Я внимательно смотрела на него, нахмурив брови, пытаясь осмыслить услышанное. Выражение его глаз говорило о многом. Он чувствовал огромную вину и раскаяние. Ниган выглядел слишком человечным, уязвимым, и мне стало неловко, что я вообще спросила его об этом. Он был не из тех, кто делится сокровенным, так что это много значило — то, что он решил рассказать мне всё это. Я подумала, что его обычная высокомерная манера — это своего рода защитный механизм. Маска. — Я пойму, если ты сейчас решишь пырнуть меня ножом, — усмехнулся он, пытаясь разрядить обстановку. — Ты та ещё феминистка. — Нет, — я положила ладони ему на лицо, большими пальцами гладя его щёки. Он прильнул к моему прикосновению. — То есть да, я та ещё феминистка, но... Нет, я не хочу тебя пырнуть. Как ни странно. Терпеть не могу измены, но... Думаю, мы все совершаем ошибки. Какие-то серьёзнее, какие-то нет, но в целом это то, что делает нас людьми. — Ну, изменять больной жене — не самая простительная ошибка, — его пальцы переплелись с моими. — Но ты понял, что натворил. И сожалеешь об этом. Вот что важно, — я вздохнула и улыбнулась. — Знаешь, у моих родителей была та же проблема. У них начались трудности, когда мне было лет десять. Мой отец изменил маме. А она узнала. Мы с ней переехали к бабушке с дедушкой на какое-то время. Мама была убита горем. Помню, я не до конца понимала, что происходит, но тоже чувствовала себя преданной. Но это не мешало мне дико по скучать по папе. А потом, спустя месяцы, один пацан из моего класса толкнул меня. Я упала и сломала руку. Учительница запаниковала и вызвала моих родителей. Они вместе приехали забрать меня, хотя не видели друг друга месяцы. И прежде чем я опомнилась, они снова сошлись. Тот пацан, который меня толкнул, позвонил мне позже в тот же день извиниться, — я рассмеялась воспоминанию и провела рукой по волосам. — И я поблагодарила его вместо того, чтобы злиться. Была так счастлива, что мама с папой снова вместе. И плевать на сломанную руку. Я к тому, что... мой отец совершил ошибку, да. Но он любил мою маму. Очень-очень сильно. Он бы пожертвовал собой, чтобы спасти её. Я это знаю. Так что... я уверена, ты любил свою жену, Ниган. Лёгкая улыбка тронула его черты, и он нежно погладил меня по щеке. Приподнявшись, он мягко поцеловал меня в губы. — Спасибо, что поделилась, дорогая. Это много значит для меня. — И тебе спасибо, — ответила я. — Это тоже много значит для меня. Теперь я знаю тебя чуточку лучше. — Ага, и я тебя чуточку лучше. Но, — он поднял палец, — не жалей меня. Терпеть не могу, когда люди жалеют. Ясно? И ещё, никому ни слова обо всём этом. Ясно? Меня удивило, как быстро он может переключаться с мягкого и нежного на властного и строгого. Я улыбнулась и изобразила, что застёгиваю рот на молнию и выбрасываю ключ. Он приподнял бровь с усмешкой. — Я тоже терпеть не могу жалость. Так что не жалей меня, иначе я действительно тебя пырну, — сказала я и обвила его руками, чтобы притянуть ближе. — Ясно? — Ясно, детка, — усмехнулся он и жадно прильнул к моим губам. Я не смогла сдержать тихого стона, когда его тело прижалось к моему, и я снова обвила ногами его талию. — Кстати, это не значит, что мы теперь официально пара, окей? — сказала я между поцелуями. — Я не хочу ничего такого, особенно сейчас. Это была ложь. Я хотела именно этого. Хотела его. — Оу, — усмехнулся Ниган. — Ладно. Просто веселимся. Ничего серьёзного. Так пойдёт? — Пойдёт, — сказала я, слова прерывались его губами, впивающимися в мои. — И ты спишь в хозяйской спальне. Я — в маленькой. — Ни за что. Ты спишь со мной, чтобы я мог за тобой присмотреть, если вдруг что, — ответил он тоном, не терпящим возражений. Я закатила глаза: — Ночью не лапать. — Не обещаю, — он уткнулся лицом в мою шею, покрывая её поцелуями, его рука скользнула под мою футболку. Я ощутила его руку на рёбрах. Она двигалась к груди. — Ладно, пойдём спать, — остановила я его, хотя тело горело, а между ног становилось влажно. — Давай, Ромео. Ниган усмехнулся и жадно впился поцелуем в мои губы. Я забыла, что хотела сказать. — Пошли, вишнёвый пирожок, — он встал и протянул мне руку, которую я приняла. Мы поднялись наверх, и я быстро нырнула под мягкое одеяло. Ниган прилёг рядом. Я повернулась на бок, лицом к нему. — Мы ведь просто... играем, да? — спросила я, хотя для меня это было не просто игрой. Мои чувства были вполне реальны и становились всё глубже с каждой минутой, проведённой с ним. Но я хотела всё отрицать. И мне нужно было, чтобы он подтвердил, что это не больше, чем просто перепихон. Я знала, что его подтверждение только причинит мне боль, но так было лучше. Ниган глубоко вздохнул, повернулся и посмотрел на меня: — Да, милая. Мы просто играем, — сказал он ровным тоном. — Хорошо, — сказала я. Что-то в его глазах не соответствовало словам, и меня это кольнуло, но я решила отогнать мысль. — Иди сюда, милая, — он протянул руку, и я прильнула к его груди. — Я всё ещё тебя ненавижу, — сказала я, голос приглушался его футболкой. — Даже твой талант целоваться этого не изменит. — Чёрт, мне всегда говорили, что я хорошо целуюсь, — он изобразил обиду. — Не могу поверить, что тебе не понравилось. Мне отказала 23-летняя. Господи. — Я не говорила, что ты плохо целуешься. Просто сказала, что этого недостаточно, чтобы я перестала тебя ненавидеть, — хихикнула я и обвила его ногой. — Забавно. Как ты говорила? Ненависть — слишком сильное слово, чтобы описать твои чувства ко мне? Это было когда? Три месяца назад? — его рука медленно скользила по моей спине. — Похоже, твоё мнение изменилось. — Если раньше я была равнодушна, то теперь, узнав тебя получше, могу с уверенностью сказать, что ты ещё больший мудак, чем я считала. — Рад, что вообще могу вызвать у тебя какие-то чувства, моя ледяная принцесса, — левая рука Нигана легла мне на бедро, большой палец нежно гладил, и я чувствовала, что сейчас упаду в обморок. — Если ты прошла путь от равнодушия до поцелуев всего за три месяца, то это моя победа. — Заткнись и спи, — скомандовала я, пытаясь остановить разговор, пока он не свернул не туда. Ниган подчинился, сохраняя молчание, и только его рука, нежно поглаживающая мою спину, указывала на то, что он ещё не спит. Я думала о том, чем всё это является для него на самом деле. Что значит для него этот поцелуй. Было ли это действительно чем-то большим, чем просто интрижка. И была ли я для него чем-то большим, чем очередной девчонкой, с которой можно перепихнуть, а потом бросить. Может, я была ему интересна, потому что отталкивала его. Может, как Шерри сказала мне давным-давно — если я недосягаема, то он будет только сильнее на мне зацикливаться. Ухаживать, быть милым, флиртовать. Покорить непокорное. Превратить того, кто тебя ненавидит, в того, кто по тебе сохнет. Хотя я не ненавидела его. Больше нет. Не в этот самый момент, когда его ровное дыхание и сердцебиение медленно убаюкивали меня. Он был прав — мне это было нужно. Мне нужно было чувствовать чьё-то тёплое объятие, чувствовать себя любимой. И, честно говоря, мне нужен был не кто попало. Мне нужен был именно он.

—•—