Глава 22: Ужас

—•—

Спустя несколько часов, мы решили лечь на одну из пустых матрасов на полу. Я смотрела на камеры и не могла избавиться от ужасного чувства, поднимавшегося в груди. — Они знают, — прошептала я. Не могла объяснить, почему моя интуиция и инстинкты говорили мне это, но я чувствовала, будто мурашки ползают у меня под кожей. Ниган лежал на спине, заложив руки под голову. Его глаза были закрыты, но я знала, что он не спит. — Прекрати, — тихо вздохнул он, не открывая глаз. Я нервно заёрзала на ужасно грязном матрасе. Все остальные люди в зале спали, или, по крайней мере, мне так казалось. — Если они узнают, то убьют нас. Мы двое против пятисот солдат? — сердито прошептала я. Он открыл один глаз, чтобы посмотреть на меня. — Зря мы сюда полезли... — выдохнула я, потирая ладонями лицо. Руки слегка подрагивали. Это был первый раз, когда я сказала, что боюсь. Ведь никогда не показывала страха. Но увидев этих людей, их численность, оружие — мне стало по-настоящему страшно. Потому что, если нас раскроют, под угрозой окажутся не только Спасители, но и Александрия. Нас было меньше и хуже вооружены. А эти люди — они поглощали такие сообщества, как наше, убивали и забирали, что им нужно. Как они поступили с сообществом Джастина. Теперь я была уверена, что это они, их солдаты соответствовали описанию, которое он дал. Ниган вздохнул и повернулся на бок лицом ко мне. Расстояние между нами было таким маленьким, что наши лица разделяли всего несколько дюймов. Даже в тусклом свете я видела каждую каре-зелёную крапинку в его глазах, каждую прядь его седеющей бороды, каждую маленькую морщинку беспокойства, когда он хмурил брови. — Не верю своим ушам, — прошептал он в ответ. — Моя маленькая богиня войны испугалась? Я закатила глаза при виде усмешки, игравшей на его лице. Ниган взял мою руку и нежно поцеловал костяшки пальцев. Этот мягкий жест застал меня врасплох, но я не отстранилась. — Послушай, — он переплёл наши пальцы. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, — тихо сказал он, его выражение было мягким. Я и не знала, что увижу его таким, эту его сторону. Не знала, что она вообще существует, пока не стала так близка к нему за эти месяцы. — Я верю, босс, но не думаю, что ты справишься с сотней солдат. К тому же я не за себя боюсь, а за наших людей, — сказала я и подвинулась ближе, так что наши колени соприкасались. Мне нужно было тепло, потому что в зале было очень холодно. — С ними ничего не случится. Ты знаешь план, просто придерживайся ему, детка. И всё пройдёт, как по маслу, — заверил он меня, но его слова не ослабили комок напряжения в моём животе. — Но что, если они узнают? Что мы не одни? Они будут пытать нас, чтобы вытянуть информацию. Мы оба знаем, что в конце концов всё всплывёт, — сердито прошептала я. — Детка, нет такого человека, который смог бы вытянуть хоть слово из меня. Даже мои собственные методы не помогли бы, — усмехнулся он. — Так что не забивай свою хорошенькую головку. Давай узнаем то, за чем пришли, а потом уйдём. После этого мы вернёмся сюда с оружием. Ладно? А теперь спи, тебе нужно отдохнуть и завтра быть свежей как хрустящий огурчик. Я смотрела на его уверенное и слегка самодовольное лицо. Может, из-за холода, может, из-за страха, к которому я не привыкла, может, из-за чего-то совсем другого... но я резко прижалась губами к его губам. Ниган мягко ответил на поцелуй, и бабочки бешено запорхали у меня в животе. Вкус его губ успокаивал нервы, и мои пальцы скользнули вверх по его щеке. Я действительно сошла с ума. Но мне нравилось, как его губы ощущались на моих. Это ощущение каким-то образом заставило все тревоги исчезнуть. Я придвинулась к нему и уткнулась лицом в его грудь, его сильные руки заключили меня в крепкие объятия. Затем я почувствовала, как он прижался губами к моей макушке. Его грубая ладонь начала нежно гладить мои волосы, что почти мгновенно меня успокоило. Я действительно не могла поверить — быть так близко физически и эмоционально с человеком, которого больше всего ненавидела пару месяцев назад. Но сейчас, в тёмном и сыром зале, мне нужно было почувствовать, что я не одна. Что он здесь. И не кто-то другой, а именно он.

—•—

      Резкий свист вырвал меня из кошмаров. Я слегка подскочила, широко распахнув глаза. Моя голова покоилась на груди Нигана, его рука всё ещё обнимала меня. Он тоже проснулся и помог мне сесть. Десять солдат в белой форме и автоматами в руках стояли посреди зала. Один снял шлем и дул в свисток, будя всех в огромном помещении. — Сегодня начинаются вступительные испытания. Некоторые из вас пойдут с нами для оформления. Сейчас я зачитаю список счастливчиков, — прокричал он и перевернул страницу на планшете. Я сонно потёрла глаза и огляделась. На лицах людей можно было прочесть любые эмоции — кто-то радовался, другие были обеспокоены, некоторые напуганы. Ниган сжал мою руку, видя, что я всё ещё взволнована. Я благодарно взглянула на него. Люди начали подниматься с пола и собираться у дверей, солдаты направили на них оружие. После десяти или более имён парень прочитал: — Джеймс Смит. Одри Смит. Ниган встал и протянул мне руку. Я взяла её и поднялась, позволяя ему вести меня к остальной группе. Я не совсем понимала весь этот спектакль с оружием, но предположила, что это их мера предосторожности. Ниган погладил меня по плечу, другая его рука была в кармане джинсов. Он, как и я, вероятно, чувствовал себя голым без оружия. Когда все имена были названы и все люди заняли свои места, двое солдат отперли двери. Они провели нас через лабиринт коридоров, я пыталась мысленно составить карту, пока мы углублялись в здание. Когда дошли до огромной металлической двери, солдаты внезапно остановились. — Женщины налево, мужчины направо. Живо, — сказал командир суровым голосом. Я посмотрела на Нигана, страх расползся по моему лицу. Он ободряюще кивнул и быстро поцеловал меня в лоб. Я не могла остановить растущее чувство тревоги в животе, когда отпустила его руку и шагнула в строй с остальными женщинами. Затем нас заставили развернуться и идти в противоположных друг от друга направлениях. Мне удалось взглянуть на него в последний раз, он тоже обернулся, чтобы посмотреть на меня. Его обычная самоуверенная усмешка появилась на лице, когда он двумя пальцами отдал прощальный салют. Что за мужчина. Всегда такой уверенный в себе. Солдаты провели нас через два лестничных пролёта, затем направо. Они открыли большую металлическую дверь и впустили нас в пустую комнату, где у стен стояли только две длинные металлические скамьи. Люминесцентные лампы мерзко мигали на потолке, пока мы садились на скамьи. Солдаты закрыли дверь и оставили нас в полной тишине. После 15 минут ожидания, или, по крайней мере, мне так показалось, вошёл солдат и вызвал какую-то женщину, сидевшую на противоположной скамье. Она встала и исчезла за дверью вместе с солдатами. Тишина снова опустилась на комнату. Проходили часы, и мало-помалу комната опустела. Часов нигде не было. Даже окна. Так что я не знала точно, сколько времени. Жаль, что у меня забрали наручные часы. Мои мысли блуждали. Я думала о своей семье, об Александрии. О Нигане. О бушующем огне в моей груди. О поцелуе. То есть поцелуях, во множественном числе... — Одри Смит. Я не заметила солдата, который вошёл, пока он не назвал моё имя. Я встала с жёсткой скамьи и последовала за ним через очередной лабиринт коридоров. Налево, налево. Вверх. Он довольно грубо втолкнул меня в комнату, и я огляделась. Это была классическая комната для допросов с металлическим столом, тремя стульями и зеркалом с односторонней видимостью. Соберись. Играй роль. Ты напуганная девушка. Ищешь убежище со своим мужем. Плохо было то, что мне и правда было страшно. Я потёрла ладони и села на стул. Дверь со скрипом открылась, вошли женщина с мужчиной. Женщина выглядела так, будто ей кто-то нагадил в кофе — суровое, раздражённое выражение на острых чертах лица. Мужчина казался нормальным, не считая двух пистолетов на поясе. — Имя? — спросила дама. — Одри Смит. — Откуда вы? — Жили в поселении, но... его уничтожили. — Имя вашего мужа? — Джеймс. — Ваша группа крови? — Вторая положительная. — Образование? — она читала вопросы из списка перед собой. Мужчина рядом что-то строчил в блокноте. — Эм, мне было 15, когда всё случилось, так что... Но я продолжила учиться дома, с соседом. — Кто вас обучал? — Сосед, с которым я потом осталась. — Откуда вы родом? — Ларчмонт, Нью-Йорк. — Откуда родом ваш муж? — Рестон, Вирджиния. Пока вопросы шли хорошо. — Что вы здесь делаете? — Нам нужно место, где остановиться. Мы слишком долго в пути. — Есть пищевая аллергия? — О которой я знаю — нет. — Где ваше поселение? — Как уже сказала, у нас его нет. Они переглянулись, и я заёрзала на стуле. — Где вы взяли своё оружие? — Нашли в пути. — Кто-нибудь ещё знает, что вы здесь? — Нет. — Вы любите животных? — Да. — Где находится ваша машина? — Милях в десяти к югу у нас кончился бензин, и мы её оставили, решив, что мы уже близко. — Как долго вы и ваш муж женаты? Чёрт. — Три года. До этого встречались ещё два. — Где ваше поселение? — У нас его нет. Всё это тянулось мучительно долго. Их вопросы были разбросаны как попало — от имени моей школьной учительницы до того, умею ли я стрелять из винтовки. Каждые три-пять вопросов они снова давили насчёт нашего сообщества, и я начинала нервничать всё больше. Спустя бог знает сколько времени мне велели встать и отвели в тёмную комнату без окон, напомнившую кладовку в Святилище. Меня оставили там. Прошли часы. Я ничего не слышала, ничего не видела и, честно говоря, это сводило меня с ума. Поэтому закрыла глаза и представила, какой была бы жизнь, если бы всего этого дерьма не случилось. Если бы мир не рухнул. Если бы я закончила учёбу, то поступила бы на работу в правоохранительные органы. Может, даже в спецназ, как папа. Очень хотела в спецназ. Если бы я встретила Нигана, и у нас завязались настоящие отношения... Но он был женат до всего этого, так что нет. Да и мои родители не одобрили бы такие отношения, учитывая разницу в возрасте. Если бы у меня была собака, я бы, наверное, назвала её Рэй. Или Макки. Может Перчик? Чаппи. Мне понадобилось бы несколько собак. И я бы жила в маленьком уединённом домике, прямо как тот, где мы ночевали с Ниганом. Я бы держала сад с цветами и овощами. Наверное. Дверь внезапно распахнулась, вырывая меня из мыслей. Яркий свет ударил в лицо, заставляя прищуриться. — Вставай, — приказал солдат. Его рука в перчатке вытащила меня из комнаты и грубо толкнула вперёд по тускло освещённому коридору. Я подчинилась, шагая вперёд. стараясь не оглядываться и не делать ничего безрассудного. Например, не бить солдату по лицу. Солдат привёл меня в другую комнату для допросов, куда более жуткую на вид, чем предыдущая. Она была голая, грязная, окна завешены, ограничивая свет, а на полу были подозрительные пятна. Я прекрасно знала, что это такое. Кровь. Затем мне приказали сесть на один из двух стульев и снова оставили одну. Через пару минут дверь открылась, и вошёл мужчина. Я его не узнала, но он выглядел именно так, как должен выглядеть человек, который собирается устроить мне ад. Он был высоким, мускулистым, с сальными волосами и зловещим лицом. Шрам рассекал его щеку и спускался к шее. На нём была кобура с Beretta 92 и ещё два пистолета на поясе, а также очень острый на вид боевой нож. — Привет, — оскалился мужчина. Он взял другой стул и сел на него, напротив меня. — Я сгорал от желания встретиться с тобой. Дерьмо! Так, успокойся. Играй роль. Ты справишься. — Я? — я изобразила удивление. — П-почему? — О, не смотри на меня так удивлённо, миссис Смит, — улыбка мужчины зловеще растянулась от уха до уха. — Забавно. Мистер и миссис Смит. Любимый фильм, да? — Понятия не имею, о чём вы, — ответила я, стараясь звучать испуганно. — Я много слышал о вашем... муже, — мужчина вытащил нож из кобуры и начал небрежно играть им. — А вы, миссис Смит, для меня всё ещё загадка. — Вы знаете моего мужа? — я теребила пальцы. — Он просто обычный человек. — О, нет-нет-нет, — мужчина цинично рассмеялся, помахивая передо мной ножом. — Можешь рассказывать свои жалкие байки сколько угодно, но я знаю, кто он. Чертовски хорошо знаю. А вот ты, дорогуша, о тебе я знаю достаточно, чтобы заинтересоваться. — Послушайте, сэр, мы просто ищем себе сообщество, — перебила я его. — Мы не хотим доставлять вам неприятности. Мы просто хотим жить в безопасном месте. Мужчина цокнул языком. — Не надо мне этой хуйни, — сказал он суровым голосом. — Я чую ложь за милю. И знаю, откуда взялся мистер Смит. А вот ты, — он направил на меня нож. — Откуда? — Не знаю, о чём вы говорите, — сказала я, всё ещё пытаясь играть роль. — Знаешь. Где твоё сообщество? Говори. — У меня его нет. — Врёшь! Скажи, это то маленькое место со старым домом посередине? Он говорил о Хиллтопе. Чёрт. — Нет, — ответила я. — Я не знаю, где это. — Хм, — мужчина приподнял бровь. — Уверена? Может то, где трейлеры? Нет? Ладно. Тогда ГДЕ ОНО? — Сэр, пожалуйста, — взмолилась я. — Я правда понятия не имею, почему вы думаете, что у нас есть сообщество. Если бы оно было, нас бы здесь не было. Мужчина прищурился на меня и облизнул губы: — Симпатичное колечко, — он указал кончиком ножа на мою руку. — Видишь ли, твой... так называемый муж... ну, он не очень разговорчив. Мы можем провести небольшой эксперимент. Я отрежу твой палец вместе с кольцом и принесу ему. Посмотрим, захочет ли он после этого говорить. Я молчала. Знала, что этот парень пытается заставить расколоться. И он знал, кто такой Ниган. Если нет, то пытался заставить меня подтвердить то, что уже предполагал. — С таким человеком, как мистер Смит, трудно иметь дело, — протянул парень. — Он очень настроен придерживаться вашей маленькой истории. Я очень надеюсь, что ты будешь сговорчивей, потому что мне бы не хотелось портить твоё личико. Итак. Скажи мне, откуда вы на самом деле и зачем вы здесь? — Не знаю, о чём вы говорите, — выдохнула я. — Знаешь! — он резко встал, и прежде чем я успела среагировать, прижал лезвие ножа к моей щеке. — Я же сказал, дорогуша, я чую ложь. Зачем вы пришли сюда?! — Мы ищем дом, — я придерживалась истории. — Пожалуйста. — Твой муж... — мужчина сильнее надавил ножом, и острая боль пронзила лицо. — Не муж на самом деле, да? Видишь, он не захотел нам о тебе рассказывать. Но я и так понял. Он твой босс, не так ли? — Нет! — всхлипнула я. Мужчина повёл нож вниз, и я изо всех сил старалась не ударить его в пах. Учитывая, что руки и ноги не были связаны, я могла легко врезать ему, хотя он, вероятно, просто застрелил бы меня. Стоило ли пытаться? — О да, он твой босс, — парень зловеще улыбнулся. — Я знаю, откуда вы. Святилище, верно? Вы называете себя... "Спасители"? Очень метафорично. Дорогая, позволь мне кое-что тебе сказать. Во-первых, я знаю, что твоего так называемого Джеймса на самом деле зовут Ниган. И я знаю, кто такой Ниган. Чёрт, мне надоело слышать "Я Ниган" снова и снова от каждого ублюдка, которого вы к нам присылали. Как заезженная, блять, пластинка. Но, — он переместил нож к моему горлу. — Знаешь, что ещё я знаю? Я не ответила. Мужчина приподнял бровь и сильнее вдавил нож в кожу. — Нет, — ответила я, пытаясь заставить слёзы выступить на глазах. Это было нетрудно, потому что обычно я плакала от злости, а сейчас была очень, ОЧЕНЬ зла. — Нет? Что ж, тогда позволь мне сказать. Моя интуиция подсказывает мне, что никто не знает, что вы двое здесь. Так что, мне будет ещё проще. Я буду пытать тебя, сука, пока всё не выложишь. — Я ничего не знаю! — настаивала я. — Вы принимаете нас за кого-то другого. — Слушай, есть лёгкий путь, а есть сложный, — мужчина отстранился и посмотрел на меня сверху вниз. Затем он полез в задний карман и достал верёвку. Он крепко привязал меня к стулу, жёсткая верёвка впилась в кожу. — Лёгкий путь такой. Я задаю вопросы, ты отвечаешь. А потом я сажаю тебя в камеру, и ты не умираешь. А вот трудный путь... Я пытаю тебя, пока не расскажешь мне всё, даже имя своего первого трахаря. А потом заставлю тебя смотреть, как я медленно убиваю мистера Смита. После этого я оставлю тебя в ужасной, тёмной камере, где ты сдохнешь без еды. ПОНЯЛА?! — Пожалуйста, я... Я ничего не знаю! — закричала я. Паника начинала сжимать грудь. Мне не выбраться отсюда живой. — Хорошо, давай попробуем иначе, — мужчина опустился передо мной на колени. — Хиллтоп. Чёрт-чёрт-чёрт! Нужно попытаться изобразить истерику. Иначе мне конец. Изобразить паническую атаку? — Военный объект в Фэрфаксе. Нет? Ладно. Королевство. Я начала задыхаться, слёзы бурно текли по окровавленной щеке. — Оушенсайд. Знаешь? У пляжа, — продолжил мужчина, не особо заботясь о моём состоянии. — Ладно. Лагерь карантинной зоны Нью-Йорка? Нет? — я закрыла глаза, начиная рыдать в припадке. — Сообщество Дианны, как оно называлось... Александрия? Он знает про Дианну?! Пожалуйста, не догадайся. Пожалуйста, не догадайся! Я старалась опустить голову как можно ниже, рыдая. — О боже, миссис Смит, вы действительно усложняете задачу. Вашего босса было намного веселее допрашивать. По крайней мере, он не рыдал, как сучка, когда его потрошили. Что, если Ниган мёртв? — Слушай. С того момента, как я увидел вас двоих, то понял, что что-то не так. Потом сложил два и два. И я такой — это сранный джекпот! Мне даже палец о палец ударять не пришлось, чтобы вас найти! Ягнёнок сам пришёл в пасть к волку! — мужчина громко хлопнул в ладоши с широкой волчьей ухмылкой. — Я знаю, что вы здесь делаете. Мне лишь нужно знать, какую деревушку, помимо Святилища, нужно сровнять с землёй. Я молча смотрела на него. Этот парень знал, что делал. У него явно был опыт допросов, вероятно, он был копом или типа того. И он уже знал, откуда я. То, как он произнёс «Александрия» и упомянул Дианну, убедило меня, что у него уже есть информация. Он разыгрывал спектакль, чтобы напугать меня. Показать, на что он способен. На что способны они. — Не смотри на меня так, — он едва коснулся кончиком ножа моего бедра. — Ты же не дура? Должна была знать, что не стоит связываться с Содружеством. Мы больше. Сильнее. Интересно... ты была бы сговорчивее, если бы я, скажем, выстрелил тебе в ногу? Я широко раскрыла глаза, глядя на него. Он ухмыльнулся и резко провёл ножом вниз по моему бедру. Острое лезвие разрезало ткань джинсов и мою кожу. Алая кровь хлынула. Я закричала от боли, крепко зажмурившись. — Что? Больно? — победоносно произнёс мужчина. — Позволь мне кое-что тебе сказать. Мы, Содружество, обычно никогда не нападаем на маленькие сообщества. Такие, как Хиллтоп, Оушенсайд. Или Александрия. Мы предлагаем им сотрудничество, работать с нами под одним флагом, стать частью Содружества. Но мы были очень разочарованы, узнав, что эти сообщества уже находятся под чьим-то контролем. А что мы делаем с враждебными сообществами, такими как Спасители? — мужчина начал расхаживать передо мной взад-вперёд. — Что ж, скажу тебе, это ужасно. Но ты должна понимать, мы делаем то, что лучше для общего блага. Не можем позволить опасным людям вроде твоего босса и его головорезов разгуливать на свободе и подвергать опасности наших людей. Так что нам пришлось что-то с этим сделать. Он снова присел передо мной на корточки и провёл лезвием ножа вниз по другому бедру, не так глубоко, но так же больно. Горячие слёзы снова хлынули из моих глаз, на этот раз настоящие. Мои джинсы пропитывались кровью, и я не могла остановить дрожь в ногах. — Мы следили за вами. Уже довольно давно. Я дал тебе шанс признаться, но, похоже, ты не хочешь, — мужчина приподнял мой подбородок кончиком ножа. — Я знаю, кто ты, Донна Томаис Блэкберн. Холодный пот окатил меня. — Видишь ли, парни, которых вы посылали за моими людьми... Они были очень разговорчивы. Особенно когда я начал отрезать им пальцы. Я знаю, откуда ты. Чёрт, знаю, кто такой Рик Граймс! — мужчина склонил голову набок. — Ты, маленькая леди, играешь важную роль в обоих местах. Я подумал про себя — эй, отлично! Но... если ты не пойдёшь на сотрудничество... я убью каждого в Александрии. Столько невинных людей пропадёт зря. Если только... ты не решишь заключить с нами сделку. Я попыталась выровнять дыхание и посмотреть на него. — Ты выступишь против Спасителей и поможешь нам их уничтожить. Тогда Александрия сможет стать частью Содружества, и мы все будем жить долго и счастливо. — Иди на огромный дроченный хуй, — ровно ответила я. Мужчина рассмеялся и дал хлёсткую пощёчину. — Теперь я понимаю, почему мистер Смит взял тебя с собой. Ты действительно бесстрашна, как мне говорили. Видишь, я многое знаю. Знаю, как сильно новый лидер Хиллтопа ненавидит твоего босса. Думаю, она будет очень рада, если я приду к ней с тем же предложением. А я приду. Очень скоро. И к Рику Граймсу. Скажу ему, что ты у меня, и посмотрю, не заинтересует ли его моя сделка. Держу пари, его задница заинтересуется. Я слышал, он тоже не большой фанат мистера Смита. Неприятность, которую мне, конечно, придётся утаить от помощника Граймса, заключается в том, что мне придётся тебя убить. Знаешь, для безопасности. Ты кажешься очень лояльной к Мистеру Главному Спасителю. — Убей меня сейчас и покончи с этим дерьмом, — пробормотала я. С меня хватит его болтовни и угроз. Мужчина рассмеялся. Затем его выражение изменилось, и его ладонь прилетела мне по лицу с такой силой, что голова повернулась от удара. Я почувствовала металлический привкус крови, сочащейся из разбитой губы. Он откинул мою голову назад, потянув за волосы, и наклонился надо мной: — Пока что ты мне нужна живой. Я изложил своё предложение, и теперь дам ему уложиться в твоей головке. Представь — больше никакой тирании. Никакой отдачи всего, что вы находите, этим ублюдкам. Знаешь, как это видит наш лидер — люди это... ценный актив. У каждого человека есть уникальные навыки, которые пригодятся при восстановлении нашего общества из пепла. Все эти маленькие сообщества, что у вас есть — они нужны нам. И я верю, что все лидеры увидят в этом смысл. В противном случае мы их сожжём. Но хватит разговоров. Позволь мне проводить тебя в твою новую комнату. Охрана! Двое солдат вошли в комнату и отвязали меня от стула. Жёсткая верёвка оставила синяки на запястьях. — О, где же мои манеры! — вдруг крикнул мужчина у меня за спиной. Солдаты силой развернули меня к нему лицом. — Забыл представиться! Меня зовут Джек Леви, ЦРУ. Приятно познакомиться, — его ухмылка была такой зловещей, что дрожь пробежала по моей спине. — А теперь иди. И я надеюсь, ты обдумаешь моё предложение. Мне связали руки за спиной тремя пластиковыми стяжками так туго, что было больно, и потащили по коридору. Пронзительная боль пульсировала в ногах из-за порезов, но я старалась её подавить. Эти люди были ещё хуже, чем я думала. Солдаты завязали мне глаза повязкой, когда мы дошли до конца коридора, и повели дальше. Я слышала, как закрываются автоматические двери, а затем лёгкое движение вниз, когда мы остановились, что привело меня к выводу, что мы в лифте. Если они знали об Александрии, о Хиллтопе и даже об Оушенсайде, то всё сходилось. Они хотели уничтожить Святилище, чтобы забрать другие сообщества. Спасители были для них угрозой. Вероятно, поэтому они стреляли в нас в торговом центре — пытались устранить угрозу, а затем предложить свою помощь другим маленьким сообществам. Но когда Ниган отправил людей за ними, их план нарушился. Им пришлось отступить. Я почувствовала свежий воздух снаружи, и через некоторое время меня завели в комнату, где один из солдат сорвал повязку и засунул её мне в рот. Дверь за ними закрылась, и я осталась одна. Я осмотрелась — это была не комната. Это был... вагон поезда? Чёрт возьми. Я вытолкнула противную ткань изо рта языком и глубоко вздохнула. Они знали слишком много. Откуда они так много знали? Подожди. Ниган сказал, что у нас есть крыса. Должно быть, это та крыса, тот человек. Собирать информацию изнутри, чертовски умно. Вот почему они знали, кто я. Должно быть, этот кто-то близок к Нигану, ко мне. У кого была вся внутренняя информация о том, что мы обсуждали. Это не могли быть люди, которых послал Ниган, они мало что знали обо мне, не то что моё второе имя. Тогда кто? Саймон бы так не поступил, хотя он был жаден до власти, и держу пари, его легко можно было бы склонить к предательству, если предложить что-то весомое. Но всё же интуиция подсказывала мне, что это не он. Майк мёртв. Роджер был страшным человеком, но он был по-настоящему предан Нигану, потому что тот спас ему жизнь. Джордж тоже был предан. Лора? Нет. Арат? Точно нет. Кристиан. Могу голову дать на отсечение, это Кристиан. Он был на всех наших собраниях, и был, когда в нас стреляли. Он знал о Королевстве, обо мне, об Александрии. О Рике. Даже о ненависти Мэгги к Нигану. Обо всём. Он был тёмным типом, в нём было что-то отталкивающее, как и в том, что он иногда говорил. Вечно задавал вопросы, вечно хотел знать детали. Возможно, это также объясняло бы, почему он так старался со мной флиртовать, чтобы переманить на свою сторону. Мне сказали, что он пришёл в Святилище за пять месяцев до меня. Благодаря определённым навыкам, которые Ниган счёл полезными. Его довольно быстро сделали лейтенантом. Вероятно, Ниган, будучи осторожным, не доверял Кристиану и хотел держать его поближе. Жаль, что это оказалось бесполезно, поскольку Кристиан уже слил всю внутреннюю информацию о происходящем в Святилище этим ублюдкам из Содружества, и теперь у них было преимущество. Он наверняка знал об оружии от Рика и был готов допустить гибель Майка и остальных. Ублюдок. Я вырву ему глаза, когда доберусь до него. Если доберусь. Другая проблема заключалась в том, что у Содружества был ещё один козырь в рукаве — ненависть всех лидеров к Нигану. Рик ненавидел его за то, что тот сделал с Эйбом и Гленном. И за то, что он забирал наши вещи. И забрал меня. Ненависть Мэгги была ещё сильнее — единственная причина, по которой она ещё не убила его, была его власть и время, которое всем нам нужно было, чтобы уничтожить Спасителей. Но если бы ей предоставили возможность уничтожить его и его империю, она бы воспользовалась ею без колебаний. Особенно если бы ей пообещали, что она сделает это сама. Иезекииль не то чтобы ненавидел Нигана, но если бы ему предложили выход из его тирании, он бы согласился. Оушенсайд не стал бы принимать чью-либо сторону в этом конфликте, но они тоже не выносили Спасителей за то, что Саймон сделал за спиной Нигана. И это делало всех их готовыми принять предложение Содружества. Но чего они не знали бы, так это того, насколько хуже было бы правление Содружества. Они были ещё более жестоки, чем Ниган. Судя по тому немногому, что я увидела... Я пыталась игнорировать пульсирующую боль в ногах, но она только усиливалась. Поскольку руки были связаны за спиной, я не могла даже попытаться надавить на раны, чтобы остановить кровотечение. Правое бедро было хуже — порез, насколько я могла видеть, был очень глубоким, и то, что я шла, заставляло кровь сочиться ещё сильнее. Щека уже онемела от пореза, и я даже не чувствовала боли. Нижняя губа распухала от рассечения, вызванного пощёчиной Джека Леви, металлический привкус во рту уже вызывал тошноту. Я прислонилась головой к стене и закрыла глаза. Блять. Знала же, что этот план не сработает, и всё же согласилась на него. Теперь многие люди в опасности. А мы сами пошли прямо в ловушку. Моё сердце болезненно сжалось при мысли о Нигане. Мне было жаль о прошлой ночи, когда я сказала ему, что не хочу ничего между нами, даже после поцелуя. Поцелуя, который полностью склонил чашу весов в его пользу. Пока я засыпала в его тёплых объятиях, я по-настоящему поняла всю глубину своих чувств к нему. И каждая мелочь — то, как он смеялся, как иногда пел не в ноту, как проводил рукой по волосам — все эти мелочи, которые я каким-то образом полюбила, сейчас прокручивались в моей голове, как фильм. Он действительно не был плохим человеком, просто должен был играть роль безумного мудака из-за природы людей, которыми управлял. И я честно верила, после всего, что он сказал мне той ночью, что если я попытаюсь убедить его перестать забирать вещи у других сообществ, то он согласится работать на равных. Ниган был умным парнем, знал, что это лучший вариант. Он видел, сколько проблем может вызвать его тирания, и что если сообщества объединятся против него, ему конец. Думаю, он осознал это в последние месяцы, особенно после встречи с нашей группой. Мы были бойцами, как он и сказал, и не собирались отступать. Ниган, конечно, не знал ещё, что мы уже организовывались у него за спиной, но, возможно, подозревал это, зная Рика. Это, конечно, было отложено на время, потому что Рик не хотел рисковать моей жизнью. Но я действительно думала, что мы могли бы работать вместе, все мы. И Ниган хотел, чтобы Святилище стало лучше. Ему просто нужен был небольшой толчок в правильном направлении, и я могла бы дать ему это. Мысль о том, что Ниган мог быть мёртв, заставила меня осознать, как много он на самом деле для меня значил. Даже если он был мудаком. К чёрту всё это. Я не хотела его терять. Даже если между нами ничего не будет, даже если всё это было неправильно, я просто не могла позволить себе потерять его. Это также дало ответ на предложение, которое сделал мне агент ЦРУ. Ни за что я не предам Нигана. Ни за что не смогу оставить всех людей в Святилище на милость этих ублюдков. Я не могла подвести их. Они были и моими людьми. Сам факт, что Леви вообще предложил мне эту сделку, был верным признаком того, что он не знал, что на самом деле происходит между мной и Ниганом. Откуда ему знать, если при Кристиане всегда казалось, что я ненавижу этого парня и постоянно отталкиваю его. В глазах Кристиана и Леви я была лёгкой добычей — я, как и все остальные, ненавидела его. И могла бы легко предать Нигана. Может, мне удастся это разыграть? Притвориться, что я хочу помочь Содружеству, а затем разрушить план в последнюю минуту? Даст ли это мне достаточно времени, чтобы предупредить остальных? Или, может, мне нужно найти способ сбежать. Я не собиралась сидеть сложа руки и жалеть себя. Что бы сделал мой отец? Что бы сделал Рик? Что бы сделал Ниган? Я медленно встала, морщась от сильной боли, и тихо подошла к двери. Попыталась выглянуть наружу через маленькую щель и смогла разглядеть двух вооружённых солдат, стоящих перед вагоном. Я осмотрела вагон и не увидела ничего, кроме крепких стен и жёсткого потолка. В дальнем углу было маленькое окошко, но оно было заколочено металлической пластиной. Если бы руки не были связаны, я, возможно, смогла бы отодрать кусочек носком своего армейского ботинка, потому что металл выглядел мягким. Вероятно, алюминий. Может, мне стоит сломать большой палец и попытаться освободить руки. Должно быть достаточно легко, верно? Ладно, допустим, мне удастся освободить руки. Что я буду делать? У меня нет оружия, и раны на ногах не дадут мне бежать. Может, мне удастся пролезть через маленькое окно? Смогу ли я сделать это достаточно тихо? Я попыталась пошевелить руками в пластиковых стяжках и подавила боль, которую пластик причинял уже посиневшей коже. Будем реалистами, мне конец. Я сползла по стене вагона, и горячие слёзы от беспомощности и отчаяния потекли по щекам. Я была на пределе. Прошли часы, насколько я могла судить по единственному свету, проникавшему через маленькую щель в двери. Вскоре естественный свет пропал, и когда я выглянула наружу, увидела только темноту и две блестящие брони солдат, освещённые тусклой лампой. Интересно, как долго они продержат меня здесь? Пока не пересмотрю предложение? Или пока не умру с голоду? С клубком запутанных мыслей в голове я погрузилась в сон, положив голову на колени. Кошмары преследовали меня всю ночь. Безжизненное тело Дэрила. Ниган лежит с кровью, хлещущей из груди. Пустая кровать Джудит. Большая шляпа Рика, залитая кровью. Я слышала крики Карла. Ходячие. Полчища ходячих, рушащих стены города. Некоторые из них были в блестящей белой броне. Александрия горела. Моя семья убита. И я ничего не могла сделать.

—•—