Торги

–Сказать-не сказать. Сказать-не сказать. Сказать-не сказать... Оскар в оранжерее Готики сидел на лавочке между двумя кустами с пионами, вертел в руках ромашку, аккуратно сорванную в незаметном месте и по очереди отрывал лепестки, бормоча себе под нос. Из-за отказа в симпатии ему Солнышко он жутко разочаровался, словил депрессию и решил погадать на цветке стоило ли ему найти утешение в Готике или всё же нет. Под ним вся земля была усеяна оторванными лепестками, как снегом. Это был уже 56 цветок. И каждый раз на соцветии оставался один лепесток, символизирующий отрицание. Оскара это очень сильно расстраивало, но прекращать гадание он не был намерен. Он гадал бы до последнего. –А я расскажу, кто в оранжерее на самом деле Готике цветы портит!–каркнул голос позади него. –Она всё равно тебе не поверит.–спокойно ответил тому Оскар. –Поверит!–широко заулыбался Драко, показывая пальцем на Оззи в другой стороне замка, который снимал их обоих. –Оззи!–воскликнул Оскар, выбросив стебель ромашки прочь и устремившись к нему.–Что ты делаешь?! Зачем?! Но повар быстро убрал камеру и помотал головой. –У вас какие-то проблемы, мои летучие мышки?! –Удали запись! –Какую ещё запись? –Оззи, не строй из себя дурачка, я видел, как ты снимал нас с Драко! –Я не намеренно, детки, я просто тестировал эту малышку! Оззи достал камеру из-за пазухи пиджака и продемонстрировал своему юному господину видео. К счастью для Оскара, повар и правду просто баловался, их перебранку с Драко было не понять из-за фильтра негатива и отключённого микрофона. Так что на экране в сиреневом маня-мирке молча как рыбы общались какие-то черномордые и черноглазые уродцы. –Камера действительно удивительна!–вещал Оззи.–Я теперь могу записывать все точки интереса и даже вести свою видео-книгу рецептов! Подумать только! Не подарок, а целое сокровище! Здесь даже есть фрунд...нет, фронтальный объектив! Не такой большой и мощный, как на заднице, но снимает лицо очень качественно! –Эй, Оззи, а я не знал, что у тебя в жопе объектив есть. Выходит, ты раньше мог просто снимать трусы и видеосъёмку записывать?–решил съязвить Драко. –У тебя довольно специфичный юмор, потомок Дракулы. –И сколько ты уже успел за это время наснимать?–спросил Оскар. –Достаточное количество. Некоторые из них–это просто тестирование возможностей камеры. И я их продолжу. На повестке дня у меня ещё видеосъёмка под водой, попробую сделать фотосессию с Мисси и попробую снять видео у себя в подвале на кухне в абсолютно тёмном помещении. –Какой смысл снимать видео в подвале? Что это за блог маньяка-насильника?–усмехнулся Драко. –Разве что блог насильника мешков картошки!–подколол ребёнка Оззи.–Ладно, начну это делать уже сию минуту! Повар убежал с камерой к себе на кухню, парни лишь рассеянно смотрели ему вслед. –Мне кажется, Оззи чутка ёбнулся.–усмехнулся Драко. –Может, это и действительно так. Но мне кажется, он просто развязал свои руки от свободы. Граф ведь теперь ему не ука... –Кому это ещё не указ?!–проревели сзади. Оскар и Драко аж подпрыгнули и обернулись. И тут же оба упали на колени и поклонились в ноги сидящему в инвалидной коляске Графу. Но тот в бешенстве не обратил внимания на поклоны, схватив за уши обоих и потянув на себя, заставив их встать. –Ах вы маленькие бездельники, гуляете тут, значит, грязные слухи распускаете, а к пересдаче экзамена не готовитесь?! –Да дядя, я только освободился от учебника по вампанатомии!–возмущённо воскликнул Оскар.–А Драко, между прочим, тоже сложа руки не сидел! –Идите дальше книжки читайте, недоумки! А ты, Оскар, если опять посмеешь осквернить доброе имя Ужасающих, я перепишу наследство на Макса Носферату, а тебя отправлю в подсобничество к двоюродной тётке Марни, коровам хвосты крутить и навоз убирать, чтоб глаза мои тебя не видели! Тоже мне, аристократический потомок! –Да?! Ах так! Ну и какое же ты решил наследство на меня оформить, дядя Алерик?! Вот это вот рассыпающееся по валунам нечто, которое называется замком?! Или может быть, древние фамильные сокровища, которые ты сейчас успешно разбазариваешь, отвозя их с Гематогеном телегами в ломбард?! –Неведомо тебе, мой племянничек, что у меня в рукаве ещё три козырных туза! И всё, что мы отвозим в ломбард –лишь один из четырёх использованный! Надеюсь, ты понимаешь, что у нашего замка сейчас проблемы? Ты знаешь, кто эти люди, которые кошмарили меня в вестибюле и взашей погнали на кладбище с Гематогеном?! Это те люди, благодаря которым ты можешь лишиться ВСЕГО и моего крыла в том числе! Так что прекрати меня упрекать, прекрати делать мне назло и иди учиться! –Но ты понимаешь, что ты сокровищами не откупишься от родителей моих умерших одноклассников?! –А что ты предлагаешь, лишиться напрочь имущества и сразу закрыть интернат?! Не подумал, куда ты денешь Гематогена, Оззи и своих друзей?! –Но не всё в этом мире решается лишением собственности! Должен быть какой-то выход, дядя, ну подумай, пожалуйста! Или тебе твоё посмешное величие напрочь мозги отшибло?! Граф не выдержал такого хамства и зарядил Оскару тростью в табло. Тот прижал рукой фингал под глазом и покачал головой, тяжко вздыхая. –А знаешь, впринципе, лишиться твоего крыла–благо, а не проклятье... И мальчик убежал. Граф не успел сказать ему что-то напоследок, как и Драко, который успешно смылся вслед. Зато взамен детей к Графу подошёл Гематоген, который был обвешан всевозможными ожерельями, бусами, серьгами, браслетами, наколками и кольцами. Во рту у него перекатывались пыльные золотые зубы и коронки со сгнившими зубами бывшего владельца внутри, которые крошились в ротовой полости и сглатывались внутрь, вызывая неконтролируемое першение и желание хорошенько откашляться. В этом переливающимся всеми цветами богатстве старик был похож на цыганского барона. –И это всё, что ты смог найти?–поднял бровь Граф. –Пошледние фамильные драгоченношти, ваше клыкачештво!–прошепелявил Гематоген.–Я думаю, этого должно хвачыч на одно шудебное жашедачельштво! –ОДНО?!–взревел Граф.–ВСМЫСЛЕ ОДНО?! ЭТОГО ДОЛЖНО ХВАТИТЬ НА 500! –НИКАК НЕТ! ВЫ ЖНАЕТЕ ШКОЛЬКО ШТОИТ ЖАШЕДАНИЕ В ОДНОМ ДЕЙШТВИТЕЛЬНО НЕЖАВИШИМОМ ШУДЕ?!–прошамкал старик. –Выплюнь эту гадость в короб и скажи нормально! Гематоген выплюнул зубы и коронки в коробку, скидывая туда также всё барахло, которое на нём висело и сказал: –Независимый суд, ваше величество, стоит очень дорого! На то он и независимый! –Независимый-это потому что за заседание заплатить придётся столько, что потом не останется средств, чтоб подкупить судей?! –Никак нет! Это плата за неприкосновенность судьи и адвокатов, а ещё сумма пойдёт на то, чтобы заседание не превращалось в балаган... –А это ещё как? –Ну... Как мне сказали, в чек идёт и комфортные кресла для зала суда, комфортные условия заседания с угощениями для всех сторон... Граф вдруг истерично захохотал и покрутил пальцем у виска. –Гематоген, ты в своём уме?! Какие угощения, какие комфортные условия?! Тебя как мамонта раскулачили! Истцы нам предъявляют претензии, серут на голову, а ты им угощения?! Ну, съедят они твои Баварские комочки и засахаренные жабьи глаза, но что с того?! Их дети не воскреснут! Никогда! Они будут жрать вкусняшки, а мы за решетом или в замуреньи будем от голода и холода с ума сходить! А если что-то пойдёт не так и эти два Геббельса подадут на второй иск, где ты будешь брать эти чёртовы деньги, Гематоген?! Или идти в простой суд, где всё куплено?! –Не волнуйтесь, ваше Клыкачество, у меня уже всё схвачено, второй иск нам не понадобится, уж я вас уверяю!–хихикнул Гематоген, подходя ближе к Графу. –Какая самоуверенность... Настолько ты всё продумал? –Конечно, разве может быть иначе? Я сделаю всё, чтобы ваша мечта сбылась и имела место быть, дорогой мой Алерик...–зашептал Гематоген, наклоняясь к уху, затем начиная ему что-то неразборчиво шептать, щекоча шею тонким язычком. –Хохохохохохохохохо! Охохохохохохохо!–захохотал Граф, хрюкая.–Вот это да, здорово вы придумали! –Да-а...‐томно произнёс Гематоген, отстраняясь от уха хозяина.–Заодно посмотрим, можно ли этот способ использовать в дальнейшем. –Когда вы только это успели сделать? Я поражён! –У старика Гематогена тоже полным-полно секретов. И без штанов уж точно никто не останется, поверьте!...–подмигнул пожилой вампир.