Пират и русалка (Юнхо)

Юнхо столько раз собирался бросить пиратство. Он ступил на тот проклятый корабль от безысходности, желая найти быстрых денег и прокормить мать, выплатить её долг. Убивать людей и грабить корабли ему совсем не нравилось, как и много чего, что творили пираты. И пусть грабежи и убийства были на его совести, но до изнасилований он не опустился, как многие мужики под чёрным флагом — типичное отребье, настоящие отродья. Однажды у них было сражение ночью в бухте, и оба корабля неудачно и глупо сели на мель. И пока шла бойня, Юнхо увидел, как вражеские мундиры тащат в силках из воды какое-то существо. Подкравшись, он перерезал глотки врагам, а затем уставился на их добычу. В силках на камнях замерла настоящая русалка. Юнхо слышал, что они существуют, и некоторые моряки видели этих прекрасных дев. Их так мечтали поймать, ведь проданная русалка могла принести огромнейшее состояние. И вот он видел впервые одну из них, испуганно глядящую на него в сетке. Гладкие, словно лунный шёлк, голубые волосы стекали по плечам, переливаясь в отблесках звезд. Её бирюзовые глаза были бездонными, как самое сердце океана, на бледной коже сияла жемчужным светом перламутровые чешуйки, будто прикосновение самой морской пены оставило на ней след. А её хвост — покрытый чешуёй цвета утренней зари — двигался плавно, огромным плавником елозя по земле. Юнхо смутился, разглядев, что на груди красавицы не было одежды, лишь ожерелье из ракушек и длинные пряди волос, которые едва прикрывали её наготу. Он сам застыл над ней, держа в руках кровавый нож, которым только что убил двух мужчин, словивших свою морскую добычу. Русалка в немом страхе глядела то на него, то на грязный клинок. — Не бойся, — тихо прошептал Юнхо, осторожно присаживаясь к ней на колени. Он протянул руку с ножом к сетке, и русалка испуганно дёрнулась. — Не бойся, я просто разрежу твои путы. И отпущу тебя, — он увидел, как она с подозрением уставилась на него, не веря его словам. — Что смотришь так неверяще? — он улыбнулся ей, подмигивая. — Тебе надо уплывать. Если наши тебя тоже схватят, то ничего хорошего не сделают. Лишь рабство и насилие, — горько сказал он. — А я хочу вскоре уйти с команды, постараться начать жизнь с чистого листа. Пусть спасение несчастной девы станет началом моего пути искупления. Но я и взаправду не могу смотреть на женские страдания. Он быстрыми движениями разрезал сеть, стаскивая путы с русалки. А затем поднялся и отошёл от неё. — Уплывай, — глухо прошептал Юнхо. — Уплывай быстрее, пока пираты отвлечены боем с людьми короля. Русалку не нужно было дважды уговаривать. Плюх! И она грациозно скрылась, уплывая на глубину. Юнхо с печальной улыбкой смотрел вслед морской красавице. Он надеялся, что у неё будет всё хорошо, как и у него. Разбойничья жизнь счастья не принесла: вернувшись домой, он узнал, что мать умерла от тяжёлой болезни в одиночестве. Дом стал пустым, и оставаться в нём стало невыносимо. Юнхо уплыл на пассажирском корабле в новые неизведанные дали, решив, что в труде и будущих заботах построит другую жизнь. Насмешка судьбы проявилась уж слишком быстро — их корабль атаковали другие пираты. Вот так он убегал от судьбы, а получил по заслугам от рук такого же отродья. Юнхо сражался, как мог, отбивая абордаж вместе с командой. Но, увы, силы были неравны — его сбросили со связанными руками с доски, на съедение акулам. Он не помнил дальнейшего, всё смешалось в сознании, когда он тонул. Последнее, что промелькнуло перед глазами — это нечто длинное, явно большой хвост с изумрудными чешуйками. А затем тонкие руки обвили его шею и притянули к себе. Голубое марево мелькало перед лицом, и его понесло ввысь, кружа в хаотичном танце безумия. «Я жив?..» — Юнхо очнулся на песчаном береге, его мокрые волосы прилипли к щекам и лбу, а рубашка разорвалась на теле. Он чувствовал тёплый песок под собой, слышал шум прибоя, а сквозь прищуренные глаза слепили солнечные лучи, играющие на воде. Чья-то рука растирала его плечи и часть груди в распахнутом разрезе. Юнхо вздрогнул и мгновенно пришёл в себя, приподнимаясь на локтях. Его спасение лежало на боку перед ним. Та самая русалка, которую он не так давно спас от плена, отпустивши обратно в воду. Она полулежала рядом, положив ладонь с перепонками между пальцев на его грудь. Изумрудные плавники на конце длинного рыбьего хвоста мягко скользили по его ноге. Её длинные голубые волосы отливали на свету жемчужным блеском. Кожа светилась мягким сиянием, глубокие глаза цвета морской бездны смотрели на него так внимательно, что дух захватывало. Юнхо не мог отвести взгляда. Он чувствовал, как сердце гулко бьётся в груди, как страх и восхищение переплетаются в душе. Это было похоже на сладкие неправильные сны, которые приходят в полудрёме, на древние морские легенды, рассказанные старыми рыбаками у костра. Он боялся пошевелиться — вдруг это прекрасное наваждение рассеется, исчезнет вместе с морским бризом? — Ты спасла меня… — прошептал он. — Теперь мы квиты, человече, — вдруг раздался её голос — такой живой и мелодичный. Всё же русалки умели говорить. — Жизнь за жизнь. Так у вас говорят? — она склонила голову, и её волосы упали на его плечо. В её взгляде не было ни угрозы, ни беспокойства — лишь тихая радость от того, что он здесь, что он жив. — Ты… ты настоящая? — наверное, самое нелепое, что Юнхо мог сказануть в данный момент. Он таращился на неё, как на некое чудо света. А точнее, чудо океана. — А ты разве не чувствуешь, человек? — русалка с лёгкой улыбкой протянула руку выше, и длинные пальцы коснулись его щеки. Её странная кожа была прохладной, как первый утренний бриз. — Приятно? Или не как у людей? — Приятно, — выдохнул Юнхо, не отрывая от неё очарованного взора. Его ладонь накрыла пальцы русалки. — Вот бы чувствовать эти прикосновения каждый день, а не оставить сладким воспоминанием. Русалка странно улыбнулась, а затем резко перекатилась и змеей уползла в воду. — Постой! — растерявшийся Юнхо от неожиданности вздрогнул и кинулся за ней, забегая по щиколотку в море. Она выглянула из-за небольшого камня на берегу и снова хитро улыбнулась. — Я подумаю над твоим предложением, милый человече, — ласково протянула она. — Возможно… даже завтра на этом самом месте? Тебе нужно встать на ноги, а потом уже думать о свиданиях у моря. — Свиданиях? Так это будет свидание у нас с тобой? — с довольной усмешкой переспросил Юнхо. На бледном лице русалки вспыхнул румянец. Надо же — они умеют смущаться! Она поджала губы и быстро плюхнулась в воду, без слов уплывая прочь. — Эй! Я буду ждать тебя завтра! И спасибо! — прокричал ей вслед Юнхо. Он знал, что она слышала, и улыбнулся ещё шире. Что ж… Он один, на каком-то острове — так себе ситуация. Но живой — и то хорошо. Ещё и наивная романтика грела душу. Юнхо хмыкнул сам себе, предвкушая завтрашнюю встречу. А затем отправился разведывать новую местность.