Глава 4

Чуть не вываливаюсь из камина, в последний момент успев откинуться немного назад, чтобы сохранить равновесие. Облегченно выдыхаю, когда участь позора минует, и не успеваю удержать эмоции, поморщившись от картины перед глазами: люди, в основном мужчины, сидят, закутавшись в мантии, и потягивают алкоголь, тихо переговариваясь. И всë бы ничего, но от запаха перегара сразу начинают слезиться глаза, а сами маги выглядят как бомжи на выгуле, честное слово. Прячу нос и рот в рукаве мантии и, почти умоляюще, смотрю на Нарциссу, прошептав: — Пожалуйста, скажите, что это переходный этап… Поняв мою реакцию по языку тела, она мягко тянет меня к чёрному выходу, кивнув бармену, и, довольно быстро, мы выходим в переулок. На этот раз воняет мусором. Очаровательно. Непонимающе смотрю на кирпичную стену перед собой, оглядываюсь, чтобы убедиться, что сзади тоже тупик, и растерянно моргаю. Э, и? Миссис Малфой же молча достаёт палочку и отстукивает по нескольким кирпичам, после чего стена тает иллюзией. — Единственная умная вещь, которую я видел по приходе сюда. Зачем делать мусорку здесь, если переулок не сквозной? — недовольно бурчу, опуская руку, и с интересом разглядываю развернувшуюся картину. Десятки, если не сотни, магов и ведьм, разодетых в самые нелепые, и не очень, наряды, снуют по всей улице, громко переговариваясь. Вздрагиваю, когда перед нами со свистом что-то пролетает, и удивлённо смотрю на группу детей, пробежавшую перед нами за этим что-то с громким смехом. Послушно иду за шагающей женщиной, во все глаза разглядывая витрины всяческих магазинов и лавок, коих понатыкано тут так плотно, что аж вздохнуть негде; брезгливо морщу нос, заметив в одной из них что-то похожее на глаза, плавающее в банке с формалином, и застываю напротив следующей за этим пекарни, с голодным интересом залипнув на всевозможные пирожные, самых, казалось бы, невероятных форм. — Мы заглянем сюда на обратном пути, мистер Поттер, — заверяет меня Нарцисса, ласково улыбнувшись, а я вздрагиваю и смущённо отвожу глаза, кивнув. До банка доходим за пару минут, приветственно киваю стоящему у дверей гоблину — господибожеоннастоящий! — вслед за ней и во все глаза смотрю на богатое убранство банка, где по бокам сидят разношерстные, но с иголочки одетые гоблины, перебирая всевозможные камни. Очереди, что интересно, совсем нет, так что мы сразу проходим к гоблину, сидящему ровно напротив входа и глядящему на нас с легкими интересом и пренебрежением. — Добрый вечер, Уважаемый Богрод, — чинно кивает миссис Малфой. — Мы с мистером Поттером хотели бы ознакомится с доступными ему финансами и возможным наследством. — Мистером Поттером? — заинтересованно поддаётся вперёд гоблин и чуть скалит острые зубы. — А у мистера Поттера есть его ключ? — А должен быть? — с искренним недоумением и смущением хмурюсь, ни разу не впечатлившись подобной демонстрацией. — Честно говоря, уважаемый Богрод, я только недавно узнал, что у меня есть место в вашем банке. — Недавно? — он щурится в недовольстве, поджав губы. — Разве вас не просветил магический опекун? — Кто?.. — ещё больше теряюсь, примерно понимая, что это значит, но не понимая, как это связано со мной. — Мистер Поттер, вы выбрали не лучшего собеседника для подобных шуток, — он хмурится и откидывается назад, что-то решив для себя, на что я поджимаю губы. — Мистер Поттер не врёт, уважаемый Богрод, — возвращается в разговор женщина. — Всё сказанное им правда, и даже больше — мистер Поттер только сегодня узнал о магической стороне своей жизни. Гоблин в миг становится серьёзным, и вновь смотрит на меня, показательно оглядывая с ног до головы. — Если Вас сбивает с толку мой внешний вид, я могу прийти завтра, но уже так, как хожу обычно — как ребёнок из неблагополучной семьи, донашивающий вещи старшего, потому что новые не покупают, — щурюсь в вызове, задетый проявленным недоверием. Он долго молчит, буравя меня задумчивым взглядом, и наконец зовёт другого гоблина: — Слагорт! Он является поверенным вашего рода, мистер Поттер. — И, когда названный подходит, даёт указания. — Мистер Поттер хотел бы узнать состояние своих активов, а так же сделать проверку крови. Потому как, к сожалению, ключ мистера Поттера изъял кто-то неизвестный. На последнем слове оба гоблина скалятся, явно подразумевая кого-то конкретного, а после пришедший обращается ко мне: — Прошу за мной. Вместе с миссис Малфой идём за ним по извилистым коридорам и меньше чем через минуту выходим в небольшой кабинет, но перед тем, как мы заходим, он скашивает глаза на Нарциссу. — Мистер Поттер, вынужден проинформировать Вас, что информация, оглашаемая в этом кабинете, строго конфиденциальна. Вы уверены, что хотите доверить еë Леди Малфой? — Да, — подумав пару секунд, уверенно произношу. Учитывая, что сейчас она единственный взрослый, которому я могу доверять… Зайдя, мы садимся в два кресла напротив небольшого стола, где устраивается гоблин. Он достаёт плотный на вид желтоватый пергамент и кинжал, который протягивает рукоятью ко мне: — Сделайте надрез на ладони и капните на пергамент, — объясняет он, а я беру кинжал и, поджав губы, с опаской выполняю сказанное. Секунду спустя на пергамент проявляются буквы и гоблин забирает его, чтобы прочесть, хмурясь практически в первые же секунды. — Мистер Поттер, я правильно понимаю — про наличие у себя магического опекуна Вы узнали только тогда, когда об этом упомянул управляющий? — подняв на меня глаза, серьёзно спрашивает он. — Да, — киваю, не понимая подоплёку вопроса, и принимаю пергамент у довольно кивнувшего Слагорта. Имя: Гарольд Джеймс Поттер Дата рождения: 31 июля 1980 года (10 лет) Родители: Джеймс Поттер и Лили Поттер (Эванс) Крестный отец: Сириус Орион Блэк III Крестная мать: — Титул: Наследник Поттер, Наследник Блэк, Потомок Игнотуса Певерелла, Наследник Игнотуса Певерелла Магический опекун: Сириус Орион Блэк III, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор Наследие: Сейф №687 (учебный), сейф №430 (сейф наследника Поттера), сейф №700 (сейф наследника Блэк), мантия-невидимка Игнотуса Певерелла (дар Смерти, изъято), сейфы №102, №151, № 322 — Певерелл?.. — поднимаю недоуменный взгляд на гоблина, с небольшой заминкой всё же передав пергамент Нарциссе. — Младший из тех, кого одарила сама Смерть, — скалится он, но я внезапно понимаю, что на этот раз оскал похож на улыбку. — Не смотря на то, что мистер Певерелл оставил после себя детей, не все смогли стать его наследниками. Задумчиво киваю, принимая, но не до конца понимая информацию, и склоняю голову к плечу: — А почему оба опекуна перечеркнуты? — О, вы задали весьма интересный вопрос, мистер Поттер, — а вот теперь это точно кровожадный оскал. — Ваш крестный осуждён пожизненно и отбывает срок в тюрьме «Азкабан», поэтому не может исполнять обязанности магического опекуна и, соответственно, быть им. Недееспособность Альбуса как своего магического опекуна вы сами подтвердили, когда признали, что впервые услышали о подобном титуле непосредственно в банке. Однако, еще в то время, когда он якобы считался Вашим опекуном, Дамблдор регулярно изымал из вашего сейфа разные суммы денег и, как указано в пергаменте, артефакт, завещанный вам вашим давним предком, поэтому в скором времени будет проведена строгая проверка, по результатам которой он будет обязан вернуть всё, что изымал из ваших сейфов. С процентами. Довольно улыбаюсь на подобный исход, одобряя чужое решение, и вспоминаю про еще одну деталь: — А что насчет ключа? — Экземпляр, выданный Альбусу Дамблдору, уже уничтожен, — он роется немного в ящике стола и, достав небольшой золотой ключик, протягивает его мне. — Это ключ от учебного сейфа — остальные вы получите, только приняв соответствующие рода. — Это происходит после совершеннолетия волшебника, которое в магическом мире наступает в семнадцать лет, — она возвращает мне пергамент, явно удивленная, а я, подумав немного, передаю его обратно гоблину. — В учебном сейфе мистера Поттера только фиксированная сумма на оплату обучения и покупку всего необходимого к школе, или больше? — На учебном счёте мистера Поттера свыше 15 тысяч галеонов, магические артефакты от проклятий, сглазов, и ментального воздействия любого типа, а также несколько зачарованных кошелей, — сцепив руки на столе перед собой, отвечает Слагорт. — Всё названное доступно вам до совершеннолетия, мистер Поттер. На оплату обучения ежегодно будет изыматься тысяча галеонов. — То есть где-то пять сотен галеонов на карманные расходы ежегодно, если не считать возможные конфузы? — закусываю губу, раздумывая, а потом поворачиваюсь к Нарциссе. — Это… много? — Покупки к первому курсу считаются наиболее затратными и в худшем случае выйдут в сотню галеонов — и то при условии, что волшебник купит сверх необходимости, — поясняет она мне, о чём-то задумавшись. — Очень много… — ошарашенно бормочу, моргаю. — Рядом с мантией-невидимкой написано «изъято», почему? — Если верить словам Хардвина Поттера, женившегося на Иоланте Певерелл, которые были Вашими пра-пра-прабабкой и пра-пра-прадедом, эта вещь передавалась от отца или матери к старшему ребёнку в роду, следовательно, последним её унаследовал Ваш отец. После еë должны были унаследовать вы, но из-за столь юного возраста это не представлялось возможным. Не последнюю роль играет так же тот факт, что, насколько мне известно, Альбус Дамблдор изъял её у Вашего отца из-за нарушения школьных правил, — он многозначительно замолкает, а я так же многозначительно смотрю на него. — Изъял семейный артефакт? А не слишком ли жирно для мистера Дамблдора? — хмурюсь, поджав губы, а потом прищуриваюсь в догадке. — Уважаемый Слагорт, на банке стоят какие-либо барьеры, блокирующие магию? — он приподнимает бровь в заинтересованности, но отрицательно качает головой. — Миссис Малфой, — поворачиваюсь к такой же заинтересованной женщине. — То, как я появился у вас, можно отнести к магическому выбросу? — Скорее к спонтанной магии, — мгновенно поняв мою задумку, довольно щурится она. — Для этого вам необходимо что-либо сильно пожелать и подкрепить желание сильной эмоцией. Недовольством, например. Хмыкаю и закрываю глаза, задумавшись. Вызвать какую-то определённую эмоцию или чувство никогда не было для меня сложным, но вот желание… Хотя, я неосознанно магичил уже дважды за последние сутки, так почему в этот раз должно быть сложно? Зажмуриваюсь, очень сильно желая, чтобы мантия, доверенная моему отцу, мантия, наследником которой меня признал сам Певерелл, и которая оказалась у человека, совершенно недостойного этого… Застываю, когда голову пронзает мысль: а ведь если бы она тогда была у отца, мои родители могли бы выжить… Сильная волна злости за секунду поднимается во мне, из-за чего я, вопреки желанию, чувствую злые слезы на своих щеках, а потом пальцы приятно щекочет странное ощущение и я открываю глаза. Грустно смотрю на переливающуюся серебром лёгкую ткань у себя в руках и поджимаю губы, стиснув её в кулаках. Грусть по родителям и детству, которое у меня могло бы быть, затмевает радость от совершенного колдовства и я трачу несколько минут, чтобы успокоиться. — Мне нужно положить её в ячейку? — тихо спрашиваю, перебирая пальцами артефакт и не замечая, как на меня с болью смотрит Нарцисса, и с сожалением — Слагорт. — Мантия Ваша по праву магии и крови, мистер Поттер, — твёрдо и уверенно произносит гоблин, и я поднимаю на него глаза. — С того момента, как вы еë наденете, никто не сможет отнять её у Вас. После Вашей смерти, если Вы не успеете передать её своему старшему ребёнку, она окажется в сейфе наследника Поттера. Слабо улыбаюсь в ответ и киваю, а после решительно встаю и накидываю её на себя. Мантия ложится как влитая, застежка моментально щёлкает под горлом, немного удлиняя цепь, чтобы она не стягивала края слишком сильно, а после просто… исчезает. Прищуриваюсь, уставившись перед собой, и повожу плечами, ощущая, что да, она на месте, просто невидима. Нащупываю капюшон и накидываю его слитым движением, тут же чувствуя небольшой холодок вдоль всего тела. — Как интересно, — задумчиво скрипит гоблин, уставившись на то место, где я стою. — Ваша мантия также скрывает магический фон. — Это хорошо? — скидываю капюшон и сажусь на место под внимательным взглядом Слагорта. — Да, но ровно настолько же это опасно, — он весело скалится. — Для Ваших врагов, разумеется. — Хм, как хорошо, что гоблины не входят в их число, — также весело отвечаю и удивлённо вскидываю бровь, когда он чуть кивает, наклонившись всем телом. Застываю, ощущая, что сейчас происходит что-то чертовски важное, и, прислушавшись к ощущениям, отзеркаливаю его движения, на что гоблин довольно щурится. — М, раз уж мы разобрались с основными моментами, не могли бы Вы сопроводить нас до сейфа? Мне бы хотелось взять деньги для покупок к школе. — Конечно, — он спрыгивает со стула и выходит из кабинета. — Прошу за мной.

***

Опираюсь одной рукой на тележку, второй зажимаю рот и стараюсь глубоко дышать через нос, чтобы не выплюнуть желудок. Чертовы американские горки по сравнению с этой поездкой покажутся детским лепетом! Моргаю, не понимая, откуда взялось подобное сравнение, но не успеваю обдумать мысль, потому что меня отвлекает Слагорт: — Мистер Поттер, Ваш ключ, пожалуйста. Молча протягиваю ему названное и с интересом заглядываю в открывшуюся дверь, за которой оказываются горы золотых, серебряных и бронзовых монет. У левой стены также обнаруживается небольшой открытый шкаф, на полках которого я вижу несколько кожаных мешочков, примерно дюжину колец, подвесок, браслетов, и даже несколько пар серёжек. Захожу внутрь с одобрения гоблина и подхожу к шкафу, где беру забавный кошель, похожий на маленький конвертик, но прежде, чем я поворачиваюсь, чтобы набрать в него монет, Слагорт меня просвещает: — Этот кошель напрямую связан с Вашим учебным сейфом, мистер Поттер. Всё, что Вам необходимо сделать — капнуть на него кровью для привязки, а в момент непосредственной покупки просто подумать, какую сумму Вы хотите достать. — Как удобно, — восхищаюсь продуманностью артефакта и оглядываю украшения. — Которые из них самые сильные? — Неужели вы считаете такие меры необходимостью? — он взмахивает рукой и мне на ладонь прилетают неприметное, но широкое кольцо с небольшим зелёным камешком, ещё одно, но уже тонкое и с оранжевым камешком, обычный браслет-цепочка, вроде из золота, но какого-то слишком светлого, и серьга-гвоздик полностью чёрного цвета из странного на вид металла. Хмурюсь и уже хочу открыть рот, чтобы сказать, что уши у меня так-то не проколоты, но сначала решаю проверить пришедшую на ум мысль и подношу серьгу к левому уху. Ойкаю, зажмуриваюсь и шиплю, когда она сама пробивает мочку, попросту выскочив из пальцев, а потом удивлённо моргаю, когда через пару секунд боль проходит. Потираю мочку рядом с проколом и надеваю украшения на левую руку: широкое кольцо на средний палец, а узкое на указательный — браслет же занимает обычное место на запястье. Довольно щурюсь, когда они уменьшаются до моего размера и, кивнув самому себе, выхожу из сейфа. Пока Слагорт закрывает сейф, я раскрываю начавший заживать порез на руке, надавив на его края, и собираю кошельком выступившую капельку крови, а потом, шутки ради дунув на рану, огромными глазами наблюдаю, как порез затягивается за две секунды. — Хм, я так и привыкнуть могу, — оглаживаю пальцем абсолютно неповреждённую кожу и принимаю ключ у поверенного, сразу закидывая его в кошель. — Едва ли это будет плохо, — улыбается миссис Малфой. Наверх мы возвращаемся не в пример быстрее, прощаемся со Слагортом, управляющим гоблином, — я едва сдерживаюсь, чтобы не помахать им руками, — и выходим на улицу, где уже занимаются сумерки. Задумчиво разглядываю небо, стоя на пороге банка и гадая, так ли хочу сейчас пирожных, но громко заурчавший живот решает всё за меня. Неловко улыбаюсь Нарциссе, которая щурит глаза в улыбке. — Помнится, мы собирались заглянуть в пекарню, — она протягивает руку, за которую я уже без раздумий хватаюсь, и ведёт нас к названному месту. С любопытством разглядываю обстановку внутри, когда мы заходим, но, заметив ещё одну витрину со сладостями, прилипаю к стеклу, забыв про всё на свете. Они так и притягивают взгляд: одни были похожи на метлу, парящую в дюйме над тарелкой, другие представляли собой небольшой золотой мячик с крылышками, которые медленно двигались, третьими же были кексы с забавной остроконечной шляпой, у которой был двигающиеся рот и глаза, а ещë одни!... Это что, мандрагора? — Всего по одному, пожалуйста, — произносит подошедшая миссис Малфой и я поднимаю на неё ошалелый взгляд, получая улыбку со словами: — Вы потратили сегодня много магии, Мистер, а сладкое — замечательный способ восполнить энергию. Перевожу взгляд на витрину, где разновидность пирожных переваливает за дюжину, и тихо выдыхаю, а после досадно морщу нос. — Мне будет плохо, если я сейчас столько съем. Обычно я совсем немного ем в течение дня. - В таком случае сегодня вы съедите то, что сможете, а завтра мы продолжим дегустацию вместе с Драко, - она кивает волшебнику за стойкой, который замер после моих слов, и ласково улыбается. Радостно киваю, принимая такой вариант, и довольно щурюсь. Чует мой живот, что отсюда я выкачусь, а не выйду.