Глава 13

Растерянно моргаю, когда слышу гудок прибытия поезда, и поднимаю голову на таких же растерянных ребят. И прыскаю от смеха. — Кажется, нужно сменить название клуба на «Книжные черви». А то зачитаться и не заметить, как приехали… — Хорошо хоть, что про еду вспомнили, — согласно хмыкает Драко и встаёт. — Переодевайтесь в форму, мисс Грейнджер, а мы пока подождём снаружи. — Эм, мы можем общаться на «ты» и по имени? — неуверенно спрашивает она, вернув мне книгу, которую я сразу убираю в саквояж. — Если, конечно, Вы захотите продолжить наше общение, мистер Малфой. — Я подумаю, — нейтрально отвечает тот, и мы выходим. Гермиона быстро переодевается, пока мы наблюдаем точно такую же картину в соседних купе, и выходит через пару минут. — А как багаж…? — начинает девочка, но осекается, когда рядом проходящий Уизли намеренно задевает еë плечом. — Домовые эльфы Хогвартса доставят его прямо в комнаты, не переживай, — отвечаю я, бросив не впечатлённый взгляд на парня и заметив его ухмылку. Так. Это у нас война намечается? Слабо улыбаюсь Мионе и переглядываюсь с Малфоем, пытаясь понять, насколько такое поведение приемлемо, но он молча пожимает плечами. Теперь оказаться на Гриффиндоре мне уже совсем не хочется. Вот только выбора особо и нет. Мы выходим из вагона самые последние и прибиваемся в конец толпы первогодок. Правда, минутой позже Драко говорит, что ему нужно найти кое-кого, и оставляет меня наедине с Гермионой. Великан, представившийся Хагридом, отводит нас к озеру, где стоят около дюжины лодок, и говорит, что до замка мы поплывем на них. Шотландия, осень, вечер и куча неугомонных одиннадцатилеток. И правда, почему бы не проплыть по озеру до замка? Мысленно вздохнув, я сажусь в лодку с Гермионой и ещё с каким-то незнакомым темнокожим мальчишкой. Он успевает представиться Блейзом, а потом мы видим замок. Со множеством башен, среди которых возвышаются четыре, самые большие, полностью выполненный из камня, он производит впечатление неприступной крепости и, что странно, теплого дома, в котором всегда есть кто-то, кто тебя ждёт. Мы все дружно сидим с открытыми ртами и боимся лишний раз вдохнуть. Потому что, кажется, ещё мгновенье — и замок растает миражом. Сказка исчезает, когда мы приплываем к замку — причала не было. Так что, вылезаем мы прямо на берег. А он скользкий, ага. Одному Мерлину известно, как мы с Мионой умудряемся не упасть, но почти через шаг поскальзываемся. И не только мы, как я успеваю заметить. Хагрид подводит нас к воротам, возле которых уже стоит женщина лет сорока, или около того, в остроконечной шляпе, мантии и небольших овальных очках. Еë речь я благополучно пропускаю мимо ушей, отвлекшись на стоящего рядом Невилла, который дрожал так, будто я собираюсь его убивать. И да, именно рядом со мной, потому что до этого, когда он плыл в лодке с другими ребятами, всё было нормально. Что, черт возьми, Августа ему наврала? Отвлекаюсь, когда мадам МакГонагалл оставляет нас перед дверьми в небольшом замкнутом помещении, которое наполняется шумом сразу, стоит ей уйти. Я успеваю только кивнуть подошедшему с какими-то парнями Драко, как из потолка выплывают… Призраки? Удивленно вскидываю брови, когда паренёк хмыкает, а Гермиона ахает, прикрыв ладонями рот. — Добрый день, юные леди и юноши, — доброжелательно улыбается низенький толстый дух. — Надеюсь, вам понравится в Хогвартсе! С радостью поприветствую вас на Хаффлпаффе! Следом за ним, похожие пожелания говорят ещё несколько привидений, а потом дверь открывается, являя нам МакГонагалл. Она строго осматривает вмиг затихнувших нас и, кивнув чему-то своему, заводит в огромный зал с четырьмя длинными столами, за которыми уже сидят дети разных возрастов, и только в конце, ближе к пятому, преподавательскому столу, пустуют места. — Гарри, посмотри наверх! — восторженно пищит Миона, и все рядом идущие синхронно со мной поднимают голову на потолок. Который оказывается звёздным небом с летающими под ним свечами. Поражëнно выдыхаю и делаю мысленную пометку рассказать об этом тëте и, может даже, попробовать повторить, когда можно будет колдовать дома, а пока опускаю голову и, довольно прищурившись на восторг подруги, обращаю взор на профессоров. Да так и застываю с приклеенной улыбкой на губах, когда пересекаюсь взглядом с добро улыбающимся стариком, который сидит в центре прямоугольного стола. Однако, вопреки чужой улыбке, чувствую, как по позвоночнику пробегает стая мурашек. Передёргиваю плечами и отвожу глаза, сразу натыкаясь на спокойного Северуса, который с интересом оглядывает нас. Однако сложно не заметить его кривление губ, когда его взгляд натыкается на мелкого Уизли. Мелкого, потому что кроме него я замечаю ещё три рыжие головы на Гриффиндоре. Хотя не обязательно, что они родственники, хм. Надеюсь, что нет, потому что все они были старше нас. А это сулит большие проблемы. Обращаю внимание на стул и старую остроконечную шляпу на нём, пока профессор МакГонагалл объясняет, как будет проходить распределение. И вздрагиваю вместе с сокурсниками, когда шляпа открывает рот и начинает петь. Хотя, как «петь»? Это больше похоже на стишок, в котором она рассказывает, по какому принципу будет распределять нас на факультеты. В общем-то, почти то же самое было написано и в Истории Хогвартса, так что наша троица не особо удивляется услышанному. А после, мадам разворачивает список и начинает вызвать детей по одному. Что забавно, большая часть из них, и даже Гермиона, оказываются на Гриффиндоре, около четверти на Рейвенкло и Хаффлпаффе, и самый меньший процент — на Слизерине. В число последних входит Драко, который даже не успевает нормально надеть шляпу, как она распределяет его к змейкам. Ловлю короткий взгляд друга, дёргаю уголками губ и чуть киваю. А потом звучит моё имя, и в зале наступает мгновенная тишина. Незаметно вздохнув, выхожу из толпы под удивлённые перешептывания остальных, такие же удивлённые взгляды профессоров и сажусь под шляпу. — Ох, — мгновение спустя выдаëт она. — Это ещë что такое… Мальчик, ты знаешь, что сидит у тебя в голове? — Простите? — абсолютно потерянно мямлю. — О чëм вы? — Ох, как же это… — полностью игнорирует меня она. — Ты ведь совсем малыш, как можно было… — Миссис Шляпа? — кручу большим пальцем невидимое кольцо, занервничав. — В чем дело? — Ты- — она внезапно замолкает, ворчит что-то так, что я не слышу, и вздыхает. — Ну хорошо, поверю, но только в этот раз, мальчишка. — а потом будто приободряется. — Так, что тут у нас… Вижу смелость и упрямство, сильное желание защищать. Тягу к знаниям и творчеству, острый ум и мудрость… Хм, желание помогать и упорство, доброжелательность. Вижу хитрость, жажду власти и побед… Ох, милый, ты на любом факультете прекрасно впишешься, но лично я бы отправила тебя на Рейвенкло. Что думаешь? — Я? — потерявшись от откровения, глупо моргаю. — Разве я могу выбрать? Не Вы? — Не всегда дети подходят к какому-то одному факультету, — спокойно объясняет она. — Твоя подруга, Грейнджер, неплохо бы чувствовала себя среди воронов, но она хотела завести себе друзей, так что я отправила еë ко львам. О, ты тоже туда хочешь? Ах, Дамблдор… Ясно-ясно. Да будет так! — Гриффиндор! Зал, в особенности стол красно-золотых, взрывается аплодисментами, хотя я явно чувствую от них удивление в мою сторону. Незаметно подмигиваю Драко, который сразу расслабляется от этого, и сажусь рядом со счастливой Мионой, прямо напротив хмурого Уизли. Вежливо улыбаюсь ему, цветом лица в раз сравнявшемуся с волосами, растерянно моргаю на странный набор слов от директора вместо речи и замираю, когда стол внезапно оказывается забит разнообразной жирной едой. О, так это… О. А я думал в книге преувеличивают… Накладываю себе куриных крылышек, жареной в мундире картошки и, под строгий зырк Гермионы, салат с курицей и ананасами. Принюхиваюсь к содержимому своего кубка и недовольно поджимаю губы, почуяв тыквенный сок. — Есть вишневый, — подсказывает светловолосый парнишка старше курсом, заметив мои кривляния. — И яблочный чуть дальше. — Спасибо, — смущённо киваю и беру кувшин с вишневым соком, но неловко застываю с ним в руках, потому что в моëм всë еще был тыквенный. — Извините, а Вы не подскажете, как- Замолкаю и облегченно выдыхаю, когда вижу, как парень чуть отодвигает кубок от себя, и его содержимое исчезает, а потом двигает его обратно к себе. — Ещë раз спасибо, — довольно киваю, повторяя эти действия, и наливаю себе сок, несколькими секундами позже проделывая такой же фокус с кубком Мионы, которая, как выяснилось, тоже не фанат тыквы. Немного подумав, подкидываю в тарелку брокколи и с удовольствием уминаю свою порцию, практически сразу почувствовав, как после еды меня начинает клонить в сон, и широко зевнув. Кидаю взгляд на стол змеек, к которому сижу лицом, и вижу, что однокурсники там тоже в шаге от того, чтобы вырубиться и упасть лицом в тарелку. Весело хмыкаю и огромными глазами смотрю, как основные блюда на столе сменяются десертами и чаем. Так это ещë не всë было…? Обиженно смотрю на фруктовые корзиночки и пироги, которые в меня не влезут уже физически, и вздыхаю, решив отказаться. На пару с подругой потягиваем черный чай, дожидаясь, пока остальные доедят, и отчаянно пытаясь не вырубиться прямо тут. После укачивания в поезде это просто пытка какая-то. Наконец, спустя десять минут еда со столов исчезает, и дети поднимаются с мест. Кроме первачков, которых староста, — тоже рыжий, ага, — просит остаться на местах, чтобы не создавать толкотню и не потеряться. После чего выстраивает нас парами и просит следовать за ним. Пару минут мы спокойно шагаем следом, периодически спотыкаясь от усталости, а при виде лестниц почти одновременно стонем в голос, потому что гостиная факультета почти на самом верху. Перси Уизли, наш староста и все-таки старший брат Рона, по пути развлекает нас историями про Хогвартс и квиддич, благодаря чему мы всё же не засыпаем по дороге и даже не возмущаемся, потому что рассказывает он достаточно интересно. С интересом разглядываю портрет Полной Дамы, как назвал еë староста, который объясняет, что для входа в гостиную каждый раз нужно будет говорить пароль, иначе портрет не пустит нас внутрь. — Капут Драконис, — четко, но не громко произносит парень, и портрет отодвигается от стены, наподобие двери, демонстрируя за собой проход достаточно высокий, чтобы в него смог пройти Ньют, не пригибаясь. А он почти шесть с половиной футов, на секундочку. За проходом оказывается просторная уютная гостиная в золотых и красных тонах с небольшим камином и большим, даже на вид мягким, диваном. Вокруг него стоят несколько таких же мягких кресел, а в противоположном углу комнаты обустроено место для учёбы: несколько круглых столов со стульями, настольные лампы и чернильницы с перьями. Пергаментов, что забавно, нет. Тут и там висят разные картины и портреты, вполне вероятно, что даже живые, а прямо по центру красный гобелен с золотым львом. Чуть дальше располагаются две лестницы, как нам объясняет староста: одна ведёт в крыло мальчишек, а вторая — к девочкам. И подниматься друг к другу мы не можем, хах. Ну, хоть какая-то безопасность. Слабо улыбаюсь Гермионе, когда старосты разводят нас по разным лестницам, и мысленно стону, когда понимаю, что в комнате пять кроватей. А это значит… Уизли и Лонгботтом, зашедшие следом, застывают на пороге комнаты, пока я и ещё двое парней заходим внутрь. С кивков незнакомых мальчишек занимаю кровать возле двери и подальше от окна, они выбирают две следом за моей, кажется, уловив настроение, так что Уизли и Лонгботтому остаются кровати напротив моей и по диагонали. Фыркнув, рыжий занимает кровать напротив, не оставляя выбора сокурснику, который, кажется, этому даже рад, и с вызовом смотрит на меня. Вскидываю бровь, не впечатленный провокацией, и ставлю саквояж в изножье кровати, немало удивляя тем самым незнакомцев. — У тебя не чемодан? — удивлённо интересуется темнокожий паренёк. — Я Дин Томас, кстати. — Симус Финниган, — подключается второй. — Саквояж как-то зачарован, да? — Приятно познакомиться, — улыбаюсь я парням. — Чемодан не понравился мне, потому что он слишком большой, а в письме не указывались критерии для сумки, так что… Но да, он зачарован. — Должно быть, он влетел тебе в кругленькую сумму, — присвистывает Симус. — От предков неплохое наследие получил? — Вроде того, — хмыкаю я и открываю предмет обсуждения, чтобы достать пижаму. — Надо же как-то мою учебу оплачивать. — Оплачивать? — недоуменно переспрашивает Дин, тоже принимаясь за вещи. — Разве она не бесплатная? Переглядываюсь с Финниганом, который, похоже, неплохо разбирается в теме, и пожимаю плечами: — Для тех, кто не может позволить себе оплату — да, но чистокровные и полукровки обычно оплачивают учебу: первые, если нет проблем с финансами, полную стоимость, а вторые — по ситуации. Я, хоть и полукровка, плачу полную. — Я половину, — кивает Симус, упав на кровать лицом. — Хотя мама пыталась договориться на бесплатное обучение. — Странно, а нам миссис МакГонагалл ничего про это не говорила, — хмурится парнишка, и я махаю на него рукой. — Вот и не парься тогда. Со стороны Уизли слышится громкий хмык, а потом это чудо выдаёт следующее: — А мы совсем не платим за обучение, — произносит тот, высокомерно взглянув на нас, как будто подобное — повод для гордости. — Разве Уизли не чистокровные? — теряется Финниган от подобного выпада. — Сочувствую, — наигранно печально вздыхаю я. — Боюсь представить, насколько у вас в семье все плохо, раз Вы совсем за учебу платить не можете. — Ты! — совершенно не скрывая свое отношение в мою сторону, закипает рыжий. — Извинись! — За что? — удивлённо вскидываю брови я. — Разве я не прав? К тому же, ты начал говорить на эту тему — я её просто поддержал. — и делаю максимально невинное лицо. Симус плохо скрывает смешок за кашлем, Дин, тоже поняв причину веселья, отворачивается к своей кровати лицом, надеясь таким образом скрыть улыбку, и только Лонгботтом поджимает губы в недовольстве. Но молчит, хм. Играем в гляделки с пышущим гневом Уизли пару минут, а потом он резко отворачивается к кровати и возвращается к разбору вещей. Тихо хмыкаю и следую его примеру, переодеваюсь в пижаму, забиваю на душ и падаю на кровать, практически мгновенно вырубаясь. Кто как, а я спать.