Глава семнадцатая: Смута

"Король убит. Король убит..." – крутилось в моей голове без конца. Я потерял счет повторам. Утром, после ночного нападения Дэйнота, множество людей собралось в просторном зале, который я не видел ранее. Мельком я заглядывал в доступные комнаты дворца, но это место, несмотря на размах, оставалось скрытым для меня. Стены, освещение, все цвета приобретали какой-то пыльно-песчаный оттенок. Словно древняя гробница или забытое святилище. В самом центре, на массивном алтаре, похожим на саркофаг, покоилось тело Аркхима. Безмолвное. Недвижимое. - До сих пор не верится, что он убит, – приглушенно произнесла Эндерис. – Между нами были разногласия, но чтобы желать его настоящей смерти... – ведьма умолкла, почти с растерянным видом замотав головой. Сгорбившаяся рядом Скриллея хмуро покосилась на девушку. Вид у ледяной драконихи был особо мрачный. - Глупо было исключать подобное развитие событий, – сухо проскрежетала она, переводя голубые глаза в сторону алтаря, где придворные прощались с королем. – Но я надеялась на лучшее. Не на такой исход. Драконица беззвучно выдохнула и выпустила легкую струйку ледяного пара, растворившегося в воздухе, как туман. Я слабо кивнул, окинув мрачным взглядом помещение. Нириды и Рэбеллиона видно не было. Меня это настораживало, хотя я и старался не поддаваться тревоге. Черт возьми, как можно оставаться спокойным и здравомыслящим, когда короля убили прямо в столице королевства? С такой легкостью. С такой непринужденностью. Дэйнот пришел и просто сделал задуманное. А после безнаказанно исчез. Прощальная церемония подошла к завершению. Скриллея вместе с Эндерис приблизились к алтарю самыми последними, храня торжественно-мрачное молчание. Ведьма соблюдала небольшую дистанцию, будто бы не определившись, стоит ли подходить близко к королю. Я последовал за ними, чтобы не выделяться и не вызывать ненужных вопросов. Остановившись около одной из мраморных колонн, подпирающих низкий потолок, я скрылся из поля зрения покидающих зал людей. В отличии от Эндерис и, тем более, Скриллеи, я мало имел отношения к королю. Мы виделись-то пару раз. Понаблюдав за печально склонившей украшенную шипами-сосульками голову Скриллеей, я все-таки шагнул ближе, заняв место рядом с Эндерис. Находиться совсем в стороне было бы слишком неприлично. Оставшись втроем, мы постояли в тишине. После так же безмолвно разошлись, кивнув друг другу напоследок. Покинув погребальный зал с неприятным давлением в груди и пустотой в голове, я направился прямо по коридорам. Нужно срочно разыскать Рэбеллиона. Я боялся, что его отсутствие на церемонии – недобрый знак. Столичный дворец я знал хуже, чем предыдущий, в который меня когда-то привел Рэб. Приходилось на ходу ориентироваться, вспоминать куда и какой ход ведет, порой возвращаясь назад или уточняя дорогу. Первым делом я решил проверить лазарет, вспомнив о раненном крыле дракона. Однако на ожидаемом месте я его не обнаружил. Расспросив попавшихся под руку слуг и лекарей, я не получил толковых ответов. Никто ничего не знал. Ясно было одно: дракон к ним не заходил. Тогда я направился в покои Рэбеллиона, расположенные в другой части дворца. Двери оказались заперты. Попробовал постучать, подождал. Ломанулся пару раз. Ничего. Я крепко задумался. Столовая? Нет. Задний двор? Вряд ли. Куда же дракон мог направиться?.. Ноги сами понесли меня вперед и, миновав поворот, я остановился около окна, ведущего к небольшому саду из тонких деревцев. Уперевшись руками в подоконник, я всмотрелся сквозь шевелившуюся листву в его глубь – вдруг дракон скрывается в человеческой форме? Но нет. Среди деревьев было пусто. Мелькнула неясная тень. Я тут же припал к стеклу, напряженный, как сжатая пружина. Очертания показались мне угловатыми и знакомыми. Словно это было... Да! Крыло! Мелькнула еще одна тень, вытянутая. Но окончательно подтвердило мою догадку падение мелкой крошки, вероятно вызванное передвижением огненного ящера. Он на крыше. Я немедленно поспешил к лестнице. Поднявшись на самый верхний этаж, я вошел в одну из сторожевых башен, минуя стражу, и выглянул в смотровое окошко. На плоской части крыши, прячась за соседней башней, блестел бронзовой чешуей Рэбеллион, отражая солнце. Я не видел выражения драконьей морды, но зато теперь я нашел его. Размер смотрового окошка был небольшой, но я мог бы протиснуться. Ни меча, ни чего-либо лишнего при мне не находилось, к тому же, я достаточно стройный. Оглядевшись за спину, чтобы убедиться в отсутствии посторонних, я полез в окошко. Часть крыши подо мной была плоской, что значительно упрощало мою задачу. Приятного оказалось мало. Камень больно терся и царапался, но я выбрался на крышу, пусть и порвав рукав куртки. Не беда. Дракон пока меня не заметил, но я и не спешил оповещать о себе. Две плоских части около башен разделяла обычная треугольная крыша, покрытая черепицей. Мне предстояло каким-то образом переползти ее и не свалиться. Стоило мне сделать шажок к перемычке, как дракон внезапно повернулся, сверкнув глазами. Задержав на мне испытывающий взгляд, он сорвался с места и перепорхнул на мою половину крыши. Его крылья работали, что не могло не радовать. Значит, ему повезло и магические снаряды не причинили слишком серьезного ущерба. Как же Рэб летел тогда в пропасть... С глухим ударом приземлившись позади меня, дракон уставился на меня янтарным глазом, наклонив рогатую голову и слегка блеснув маленьким рогом на носу. Его хвост хлестнул по кладке. - Не боишься рухнуть вниз? – угрюмо проворчал бронзовый ящер. Драконья аура пульсировала. Исходившее от чешуи тепло слегка дрогнуло, став сильнее. Понаблюдав немного за моей реакцией, крылатый выпрямил шею, отвернувшись. Тепло ослабло, став ровным, а драконий взор устремился куда-то далеко за пределы горизонта. Я подошел чуть ближе, внимательно следя за действиями дракона. Сейчас он одинаково способен как наглухо замкнуться, так и взорваться. - Мне жаль, Рэб, – мягко произнес я с сочувствием, в душе отчаянно жаждя начать хотя бы с чего-нибудь. – Мне правда очень жаль. Дракон никак не отреагировал, промолчав. Кончик хвоста, заканчивающийся стреловидным охвостьем, медленно шевельнулся, зашуршав по каменным блокам. А я вздохнул. - Ты не виноват, – не сдавался я, желая растормошить крылатого и постараться отвлечь. – Он... он слишком сильный. Рэбеллион впился в крышу когтями, сдавленно зарычав. Тепло снова усилилось, теперь сохраняя свою силу. Вокруг дракона стало намного жарче. - Я должен был не подпускать этого ублюдка к Аркхиму, – низко прорычал огнедышащий ящер. – Вы были отрезаны, но что насчет меня? Что насчет Скриллеи? Что насчет всей охраны дворца, не оказавшейся в нужном месте?.. Рэбеллион бросил в мою сторону такой суровый взгляд, что я попятился, сжавшись. Его янтарные глаза пылали, как два раскаленных угля. Жар от чешуи все не спадал. Дракон злился. - А теперь Аркхим мертв, – выдавил он из себя, резко отвернувшись и сжав челюсти. Жар незначительно ослаб, словно Рэбеллион насильно успокаивал себя. – Драконы – не цепные звери. Но Аркхим... Король был важен для меня. Я оказался слишком далеко! Он с силой ударил лапой по кладке, вызвав грохот. Кирпичи чудом не раскололись и не посыпались вниз. Я вздрогнул. Из плюсов текущего положения: дракон заговорил. Из минусов: мне неизвестно сорвется он или удержит себя в лапах. - Но не будем только обо мне, – наконец продолжил сын пламени, и голос его зазвучал опасно тихо. – Скриллея. Разве моя сводная сестра не является драконом? Разве она не способна летать, бить когтями, управлять льдом? Почему она не справилась? - Скриллея сделала все, что могла. Она сама едва не отправилась следом за тобой, упав с моста! – возразил я, заступаясь за ледяную. – Она... не успела. Рэбеллион горько усмехнулся сквозь стиснутые зубы. - В том и беда, что никто не успел. Это напоминало удар под дых. И я не могу назвать Рэба неправым. Двигайся Скриллея быстрее, она могла бы успеть забрать Аркхима с моста. Окажись король сильнее и проворнее, он бы избежал смертельного попадания. Не окажись Рэбеллион сбитым, он бы пришел на помощь своему Мастеру. Не появись Серебряный вчера ночью, не пришлось бы устраивать прощальную церемонию. И еще очень много "не", которые все равно случились. - Уходи, – проронил дракон, пустив сгусток темного, едкого дыма напоследок и ставя в разговоре точку. Меня это не устраивало. Оставить его сейчас одного – все равно, что бросить. Я не мог позволить ему и дальше накручивать себя. Как назло, Рэбеллион сразу приметил мои колебания. Он раздраженно всхрапнул, с шипением выпустив из ноздрей горячий воздух. - Живо, – развернув ко мне треугольную голову, ящер опасно сузил зрачки. – Считай, что я отдал тебе приказ. - Хочешь, чтобы я не мешал тебе терзать самого себя дальше? – воскликнул я с запалом, игнорируя его предупреждающий взгляд. – Да я лучше сам разыщу треклятого Серебряного! Ох, зря я произнес эти необдуманные слова. Рэбеллион помрачнел на глазах. Вот только это была не печаль или скорбь, а гнев. Дикий, обжигающий, как его пламя. Я и пискнуть не успел, как драконий хвост, подобно хлысту, ловко сбил меня с ног, успев придержать во время падения, дабы не дать мне разбить затылок. Но от проявления мимолетной заботы расслабляться не стоило. Едва я распластался на лопатках, ахнув, как мощная лапа прижала меня к поверхности крыши, надавив. Больно не было, зато дышать приходилось через силу. Приблизив узкую морду, дракон угрожающе навис надо мной. - Даже в теории, даже в самой идиотской и скверной шутке не вздумай предпринимать ничего подобного, – он проговорил медленно и твердо каждое слово, не спуская с меня пронзительного янтарного взора. – Ни ради меня, ни ради собственных безумных идей. Не смей. Я уставился на него, ошарашенно хлопая глазами. Пару раз мой рот открывался и закрывался сам по себе, потому что слова не шли на язык. А Рэбеллион все сверлил меня немигающим взглядом, не думая отпускать. - Поклянись, – потребовал он. Я непонимающе моргнул. - Что изменят слова? – скривился я, заерзав под когтями. Рэб слегка наклонил голову. Расчетливым и точным движением охотника, наблюдающего за подступающей к западне дичью. Ему даже стараться не требовалось, чтобы удерживать меня. - Вот как? – хмыкнул бронзовый ящер. – Верно, готовясь ползти по крыше, ты считал иначе. Я прикрыл глаза, тяжело выдохнув. Он меня подловил. - Я жду, Нил, – напомнил почти скучающим тоном дракон. – А еще я могу держать тебя здесь вплоть до самого заката, если не соизволишь произнести два простых слова. - Я клянусь, – сдался я, решив уступить. Глупо было упрямиться дальше. Можно подумать, что ранее был смысл... – Слышишь меня? Я клянусь. Смерив меня снисходительным взглядом, Рэб наконец-то убрал свою когтистую лапу, позволив мне вдохнуть полной грудью. Я сел, ощупывая грудь. - Я вижу твою настойчивость, – спустя паузу, заговорил крылатый. – Я вижу. Он помолчал, задумчиво чертя что-то когтем на светлой плитке. - Мне нужно побыть одному, – спокойно произнес Рэб. Глянув в мою сторону, он добавил, смягчившись: – Не беспокойся, маленький смертный. Если ты так сильно хочешь оказаться рядом, то можешь придти вечером на арену. Ты знал, что здесь тоже устроена арена, как и в малом дворце? Думаю, сегодня там будет пусто. - Я приду, – отозвался я, поднимаясь на ноги и отряхиваясь от прилипшей к одежде пыли. – Но и ты не увиливай. Ты важен для меня, Рэб. Дракон на мгновение застыл, как немая статуя. Затем, быстро мотнув мордой, словно избавляясь от неведомого ощущения, дергано кивнул мне и за два прыжка взмыл в небо. Я проводил его удаляющийся силуэт, не отрывая глаз. Надеюсь, что с ним не все так плохо. *** После разговора на крыше внутри меня поселилось двоякое чувство. Оно давало слабую надежду, но и нагоняло тревогу. Рэбеллион должен был справиться с эмоциями и оправиться от удара, подаренного Дэйнотом. Со временем, по крайней мере. Из двух драконов короля я больше был уверен в Скриллее. Она не стала прятаться или срываться, как ее брат. Но чем дальше я брел в рассеянности по освещенному светильниками коридору, тем чаще я сомневался в непробиваемости ледяной. Да, ее самообладание велико. На прощальной церемонии драконица держалась стойко. Вот только что твориться у нее в душе остается загадкой с невеселым ответом. Я надеялся, что наткнусь и на нее по пути, жалея, что не догадался перехватить Скриллею сразу после церемонии. Я все брел и брел, обходя случайных встречных, провожающих меня со скупым любопытством. Спускаясь по лестнице, я ощутил слабый отголосок холода, который мог остаться только в одном случае. Скриллея только что проходила здесь. Перевесившись через широкие перила, я увидел ледяную в человеческой форме, неспешно идущую через пролет ниже. - Стоять! – крикнул я, всполошив пару стражников, поднимающихся за моей спиной. Мне было неважно, чье внимание я привлеку и сколько косых взглядов соберу. Значение имело лишь то, что драконица остановилась, удивленно задрав голову. Я спустился к ней так быстро, как только мог, едва не оступившись на предпоследней ступени. - Осторожнее! – прошипела Скриллея, приготовившись ловить меня, чего, к счастью, не понадобилось делать. – Нет никакой необходимости разбивать себе череп! – она смерила меня серым взглядом, – И вопить на половину дворца тоже необязательно. - Прости, – выпрямился я, одернув куртку и придавая себе подобающий вид. Подумав, я предложил: – Пойдешь со мной? Я решил умолчать про встречу на арене и Рэбеллиона, чтобы не торопиться раньше времени. Учитывая переживания Рэба и его попытки обвинить Скриллею в случившемся на мосту, пересказывать его сестре услышанное мной явно не стоит. На эмоциях огненный мог разогнаться еще и не так. Скриллея прищурилась, выпытывая из меня глазами продолжение. Но держался я стойко, терпеливо дожидаясь либо отказа драконицы, либо ее согласия. - Куда же? – произнесла она, затем вдруг фыркнула, мотнув головой совсем как в драконьем обличии. – Впрочем, плевать. На самом деле, я рада, что ты разыскал меня. Веди, детеныш. Скриллея не стала задавать вопросов. Я слегка поднял брови, но не растерялся и повел нас обоих вниз. Быстро же дракониха согласилась. Отлично. Ледяную я поймал. Осталось осторожно предупредить. Заодно и прощупать ее мысли. - Ты в порядке? – подумав, поинтересовался я. Я знал, что этот вопрос идиотский, но необходима была прелюдия. Скриллея ответила мне не сразу. Прошагав оставшиеся ступени, мы вышли в светлый холл. - Я контролирую себя, хотя это не всегда просто, – скрежещущий голос драконицы незначительно переменился, став чуть более человеческим. Мне послышалась неуверенность. – Это то, что я способна сказать наверняка. Как бы тяжело мне ни давались эти усилия, я не имею права раскисать. Она глянула в мою сторону со странной мягкостью. Ее губы тронула несмелая улыбка. - Между прочим, Нил, ты тоже проявил себя, – она заговорила бодрее. Остановившись передо мной, Скриллея легонько ткнула меня пальцем, словно давая наставление. – Я этого не забуду. И ты не забывай. Вот только не очень мое вмешательство изменило конечный итог. Этой мысли я не озвучил, опасаясь все испортить. Вместо этого я скромно кивнул, выбрав самый лаконичный ответ. - Спасибо. Драконица задержала на моем лице голубые очи, внимательно изучая. Под конец в них бликнуло одобрение. Мы продолжили путь. - Как брат? – спросила спустя паузу Скриллея, опередив меня на какие-то секунды. От ее инициативы мне стало немного легче. - Злиться, – вздохнув, признался я. Нельзя вводить ее в заблуждение. Это опасно для обоих. – На себя. На тебя... – я проверил ее реакцию, выждав. Спокойствие. Набравшись смелости, я заявил прямо: - Вам нужно поговорить. Иначе вы оба забредете в жуткие дебри. Скриллея вопросительно уставилась на меня. - "Мы" – это мой вспыльчивый братец, верно? – она вернулась к прежней хмурой мине. Сосредоточенной и серьезной. – А то место, куда ты меня ведешь... Драконица специально медлила, предоставляя возможность закончить ее догадку. - Арена, – сообщил я. – Там я уговорил Рэба встретиться. Вернее, он сам предложил мне. Скриллея задумалась. Но не отказалась и не ушла. Мы прошли в тишине до конца холла и поворота, выводящего к выходу на тренировочную арену. И у самых дверей, массивных и высоких, Скриллея придержала меня. - Я благодарна тебе за неравнодушие, – промолвила она и, раньше чем я успел сообразить, что ответить, первой вошла на арену. Я поторопился следом. Солнце уходило, заливая оранжевым золотом столичную арену, как две капли воды, похожую на уже знакомую мне. Отличие сохранялось в размерах. Эта была намного больше. В остальном тот же бледно-желтый песок, случайно разбросанные столбы и редкие скопления камней, служившие непонятно для какой цели, и нависающие своей тяжестью трибуны, предназначенные для зрителей. Арена пустовала. Единственным живым существом, встретившим нас, оказался Рэбеллион, успевший принять человеческий облик. Он молча щурился, опираясь скрещенными руками на уткнутый острием в песок меч. Смесь красных и бронзовых оттенков его одежды контрастировала со строгим и простым чешуйчатым панцирем Скриллеи, отдающим голубым свечением. Рэбеллион насторожился, скользнув мимо меня янтарными глазами, ставшими чуть ярче, к Скриллеи. Повисло многообещающее молчание. - Брат, – осторожно обратилась к дракону Скриллея. - Сводный брат, – сухо отозвался Рэб, не шелохнувшись, будто бы змея. Он даже мигать перестал. – Нил, если память мне не изменяет, мы не обсуждали присутствие кого-либо еще. - Рэб, прекрати, – мягко попросил я. – Просто не надо, ладно? Ты не видел, что случилось... после падения. Скриллея тоже сражалась. Ей ничуть не легче, чем тебе, Рэб. Скриллея оставалась невозмутимой. Но сейчас я знал, она изо всех сил притворяется. Держит лицо, потому что считает, что так надо. Она скрестила руки на груди, прижав их к броне и глядя куда-то мимо брата. Рэбеллион же перевел взгляд на меня. - Ты прав, – слишком спокойным тоном сказал он. – Не легче. Ни на одну крошечную каплю. Он помолчал, перебирая пальцами свисавшей с рукояти ладони. - И тем не менее, – голос Рэба стал резко громче, впустив в себя больше твердости. – Скриллея могла бы спасти Аркхима. Унести, забрать прочь с того проклятого моста. - Да не могла я! – вскричала взорвавшаяся Скриллея, всплеснув руками. – Как, скажи мне, как у тебя язык поворачивается обвинять меня в гибели Мастера?! Моей вины в том столько же, сколько и твоей. Мы ничего не могли поделать! - Тогда отчего, ты не закрыла его своим телом? – в глазах Рэбеллиона загорелся недобрый огонек, отдающий безумием. Он стиснул зубы. – Я бы так поступил. Скриллея заморгала. Ее лицо странно дрогнуло. - Рэб... – сокрушенно произнес я. – Что ты такое несешь? Зачем?.. - Идиот... – глухо прошептала Скриллея. – Когда же ты поймешь, что не все в мире зависит от твоего желания и бравады? Что иногда ты оказываешься бессильным. Разве ты сам не думал о том же, когда лежал в завалах под мостом? Ты не думал, что даже дракон может не вернуться? Слова ледяной звучали как плеть, лишенная звонкого свиста. Они били, распарывали и заставляли содрогнуться. Взгляд Рэба потух, растеряв зарождающуюся дикость. Он поник, пристыженно опустив голову. - Простите, – сдавленно произнес дракон, попятившись. – Простите меня. Вид его до того изменился, что и я, и вскипевшая Скриллея не на шутку перепугались за него. Я успел подбежать к дракону и схватил его за плечо, вынуждая остановиться. - Не вздумай снова сбегать, – тихим, умоляющим голосом произнес я в лицо Рэбу. – Я прошу, сделай усилие. Тебе тяжело. Всем тяжело. Но если ты опять уйдешь... – я оглянулся на наблюдающую за нами Скриллею. – Ты просто бросишь нас всех. Меня, сестру, Эндерис – всех. Рэбеллион уставился на меня пораженным взглядом. Я убрал руку и чуть отступил назад, давая ему пространство. - Не поступай так из-за боли, Рэб, – прибавил я напоследок, замолчав. Повисла пауза. Секунда, две, три... - Я... не собираюсь бросать вас, – оправдывающимся тоном донеслось от дракона. – Мне действительно трудно успокоить бурю внутри. Скриллея, – при обращении к ней ледяная оживилась, а огненный помедлил, – ты простишь мои слова? Я знаю, они звучали гадко. - Я прощаю тебя, Рэбеллион, – драконица приблизилась к брату, успокаивающе положив руки ему на плечи. Я деликатно отстранился, оставляя им место друг для друга. – И я понимаю твою боль. Ведь она такая же, как и в моем ледяном сердце. Они помолчали. Я уже слабо разбирал о чем именно говорили драконы. Ступая по шуршащему песку, я изображал, что убиваю время, но, когда я увидел, как Рэб что-то сказал сестре, а затем они крепко обнялись, я невольно задержал на обоих удовлетворенный взгляд. И улыбнулся. Немного не так, как я планировал, но, кажется, между ними возник мир. Заметив, что я остановился, Рэб махнул мне рукой, подзывая. - Помирились? – на всякий случай уточнил я, встав рядом. Оба посмотрели на меня слегка улыбнувшись. Рэбеллион уверенно кивнул. - Благодаря тебе, детеныш, – Скриллея позволила себе улыбнуться чуть шире. – Ты притащил меня к брату. - И заставил меня прислушаться, – вставил Рэб. Я снова улыбнулся, радуясь, что эти двое смогли поговорить. Настал причудливый, возможно, не слишком уместный, но очень важный момент. И он казался мне до безобразия хрупким. Чьи-то скоро приближающиеся шаги, переходящие в топот, раздались со стороны выхода с арены. Эндерис бежала к нам со всех ног, развивая синюю мантию. Остановившись, пепельноволосая отдышалась. - У парадного входа такое творится... – тяжело дыша, выговорила Эндерис. – Там Дэнзо, Владыка, люди Полумесяца. Несут какую-то чушь про временное правительство. Глаза драконов вспыхнули как по команде. В одной паре заплясало свирепое пламя, а в другой сверкала ледяная ярость. - Во дворец! – убийственно тихим голосом прошипел Рэбеллион, сжав кулаки. – Я этих паразитов лично испепелю. Еще неизвестно кто вызвал маяк! - По-моему, круг подозреваемых только что ощутимо сузился, – хмыкнула без тени юмора Скриллея. За ее спокойным тоном скрывался нарастающий гнев. – Но давайте все же проверим, как много Орден о себе возомнил. Мы сорвались с арены, догоняя бежавшую впереди Эндерис. По дороге к нам присоединилась Нирида, успевшая замотать голову каким-то обрывком ткани – не исключено, что отрезанного от первого попавшегося гобелена или знамени, – и, как выяснилось, поджидавшая нас в арке прохода. Вскоре мы впятером добрались до зала у парадного входа, по нарастающему гулу и выкрикам определив, куда идти. Народу скопилась тьма. Все толпились, толкались, перекрикивали друг друга. Кто-то пронзительно свистел. Царил настоящий хаос и бардак. Следуя за колдуньей, мы поднялись к ряду высоких полированных колонн, укрывшись среди них вместе с несколькими случайными умниками, также прячущимися от разбушевавшейся толпы. Отсюда открывался более широкий вид на происходящее. В другом конце зала, забравшись на широкие ступени, точно на помост, возвышалась группа людей в золотых масках, Владыка Полумесяца и Дэнзо. Все маски были вооружены. - И после ужасной трагедии сегодняшней злополучной ночи, без предупреждение и так вероломно настигнувшей наше королевство, – воодушевленно вещал Дэнзо, гримасничая и изображая глубокую печаль и вынужденную решимость, – наш благословленный народ, начиная от самого юного горожанина и заканчивая самым дряхлым пастухом, обязан проявить особую стойкость духа, дабы доказать, что нас не сломить! Мы должны объединиться и стать все, как один! - А надрывается-то как... – покачала головой Эндерис, негромко ахнув. – Возможно, Владыка и впрямь поступил умно, предоставив ему роль оратора. - По-моему, уж больно фальшивит, – пренебрежительно фыркнула Скриллея. Рэб, прислонившийся к соседней колонне и не сводящий прожигающего взора со ступеней, сжал челюсти, воздержавшись от комментариев. - И этим он опасен, – сказал я, наблюдая за Дэнзо, уже активно всплескивающего руками. – Он фанатик. Такие способны натворить немалых дел. Поверьте, я слышал достаточно о примерах. Я помолчал, размышляя. Перевел взгляд на Владыку, скромно опирающегося на посох в сторонке. Будто бы он тут совсем не причем. - Но почему же Владыка молчит? – продолжал я. – Хотя, я отчасти понимаю. Дэнзо растормошил толпу. Заставил их всех завестись. А Владыка?.. О чем он может говорить? Он... Он... – я слегка замялся, опасливо оглянувшись по сторонам. Эндерис нетерпеливо покосилась в мою сторону. - Ну? Я неловко кашлянул. - Ну... ну дед, Эндерис, – глянул я на ведьму, чей уголок рта уже забавно дрогнул. Усмехнулась и слушавшая нас Нирида, молча следящая за залом. – Он дед. И перед толпой он способен развести унылую философию и начать причитать о прошлом в любой случайный момент. В нем не чувствуется энергии. Эндерис склонила голову набок, плавно перейдя изучающим взглядом обратно к ступеням, где во всю рвал глотку Дэнзо. - В чем-то ты прав, – протянула девушка. – Но это Полумесяц. Владыка не был бы Владыкой, окажись он просто дедом. Каждый из них опасен. - И потому, в роковой час нужды, когда мы осиротели, – продолжал Дэнзо, – на срочном собрании было принято непростое решение. Создать Временный Совет, чтобы сохранить контроль и порядок в Деосвольфе до тех пор, пока не отыщется законный наследник Стального короля. Рэбеллион раздраженно засопел, спрятав лицо за колонной и что-то глухо процедил, пристукнув кулаком. Скриллея и Эндерис озадаченно переглянулись. - У этого пустослова хватает наглости затрагивать тему наследования? – с возмущением воскликнула Скриллея. – Поверить не могу! Могли бы и выждать для видимости приличия. Короля еще не похоронили, а они уже тянут свои грязные лапки к трону! Драконица вновь покачала головой. На этот раз сокрушенно. Бедная Скриллея. Ее реакцию можно понять. Однако не могу сказать, что не нахожу ее несколько наивной. Само собой Полумесяц перетягивает одеяло на свою сторону. Зачем церемониться? - Не верю, что люди Ордена горят желанием искать кого-то. Да и не слышала я о живых наследниках, – подала голос Эндерис. - На самом деле есть один или два кандидата, – помедлив, заговорила Нирида. – До перевода на нижние уровни подземелья я слышала обрывки разговоров. Да и во время допросов этот Дэнзо обмолвился словечком. Вопрос состоит в том, жив ли хотя бы один из них. Рэбеллион наконец оживился. - У Аркхима были дети? – он недоверчиво покосился на Серебряную, что повторила и Скриллея, и я с Эндерис. – Почему мы узнаем об этом только сейчас? - Ты меня спрашиваешь, дракон? – Нирида бросила выразительный взгляд на ящера. – Орден ведет какую-то собственную игру – это то, в чем я убеждаюсь. Король не мог не знать о наследниках. Зато сумел прознать Орден. И судя по тому, как те двое, – Серебряная показала в сторону Дэнзо и Владыки, – едва ли не улыбаются от уха до уха, я сильно сомневаюсь, что гибель Аркхима их расстроила. - Что, если Аркхим не хотел распространяться о своих... связях? – предположил я, тут же поймав неодобрительный взгляд Рэбеллиона. – Ну, знаете, дети, отношения... Дракон возмущенно фыркнул. Будь он в своем обличии, наверняка бы согнул шею и напустил кучу дыма. - Он бы не стал подходить к подобной теме легкомысленно! – с жаром возразил Рэб, заступаясь за Мастера и тут же понизив голос до неуверенного шепота. – Наверное... Скриллея переступила с ноги на ногу, смущенно спрятав глаза. - Справедливости ради, король не отчитывался перед нами о каждом визите к нему. Не только в личных делах, – ледяная замялась, решая, стоит ли продолжать. – Рэб, при всем моем уважении к нашему Мастеру, он вполне себе мог. Если захотел бы. На несколько секунд повисло странное молчание. Первым нарушил его я. - Что с этими наследниками? – обратился я к Нириде, говоря как можно тише. – О чем вели разговоры в Ордене? Серебряная ответила не сразу, будто вспоминая. - Якобы где-то далеко, за пределами Деосвольфа скрываются один или двое из детей короля, – мягким шепотом промолвила девушка. – Неофициальные, но и не совсем... мм... отверженные им, скажем так. Он держал в тайне существование наследников до такой степени, что даже Полумесяцу оказалось затруднительно добыть точные сведения. Неизвестно сколько их. Неизвестно где они или он, а может быть, и вовсе она. Серебряная слегка развела руками, признавая собственную беспомощность. Ловивший каждый слог Рэбеллион угрюмо молчал, уткнувшись в пол. Скриллея скользила растерянным взглядом, словно не зная на ком или чем остановиться, также, как не знала верить ли словам Нириды или нет. Эндерис же одарила всех скептическим хмыканьем, наблюдая за залом. - Нужно добиться объяснений, – ведьма пристально впивалась в Дэнзо и Владыку. – Раз замешан Орден, то и начать искать следует в нем. Эти двое гадов точно знают нечто такое, о чем не осведомлены мы. Пока что. Последовали кивки и слова тихого согласия. Отныне нам предстояло действовать впятером. Самим, без поддержки. Не понимая куда катятся дела королевства, мир вокруг и наши собственные жизни. Зная о живых наследниках мы подвергаем себя большой опасности. Желающие занять место короля не оставят это без внимания. Не удивлюсь, если Орден уже объявил негласную охоту за нашими головами. Хотим того или нет, но отныне мы все связаны. Ведь опираться больше не на кого, кроме как на самих себя. *** С момента провозглашения Временного Совета прошел целый день. Бесполезный и бессмысленный, кажущийся бесконечно долгим. По факту, Орден Полумесяца взял власть в свои руки, поделив дворец и саму крепость. Во дворце, изображая короля, остался Владыка, нагло и безоговорочно заняв тронный зал. Не пустовать же свободному месту, верно?.. А в самой крепости, объявив себя первым советником новоиспеченного правителя, стал хозяйничать Дэнзо и, насколько можно было судить по довольной до омерзения ухмылке на его лице, маг оказался очень рад такому положению дел. И король исчез, и Владыка над ухом больше не причитает. Его руки были развязаны. После стычки на мосту, приведшей к трагической гибели Аркхима, Серебряный начисто пропал с радаров. Где он, что собирается делать – неизвестно. Дэйнот нанес удар и скрылся. Что же дальше?.. Кто-то причастный к Ордену вызвал магический маяк, дав знак к нападению. Я догадывался, кому это выгодно, но домыслы нужно еще доказать. Правда, существует маленькая неприятность. Жаловаться теперь некому – Аркхим ведь мертв, а во дворце сидит Владыка, потроша кучу бумаг и выдумывая удобные для Ордена и себя указы. Настроение, соответственно, сформировалось прескверное. Как только улучился удобный момент, я решил тут же покинуть дворец, забрав вещи, которые смогу унести на своих двоих. Из оружейной удалось позаимствовать толковый меч и наплечники, заместо утраченных в крепости Полумесяца. Не думаю, что стоит рассчитывать на безопасность после воцарения Полумесяца. Может быть, они еще и коронацию проведут официальную, кто их знает. Хотя, Владыка в таком случае будет выглядеть совсем смехотворно. Для меня и Эндерис точно. Ему бы в архивах возиться, а не власть захватывать, еще и таким бесславным образом, как все сложилось. Они просто пришли на свободное место, прикрываясь благими намерениями. Проходя по коридорам и осторожно двигаясь к выходу, я повсюду видел золотые маски, смешавшиеся с обычной стражей дворца – люди Полумесяца. Их становилось все больше. Еще одно подтверждение правильности моего решения покинуть дворец самому, пока есть такая возможность. Остаться здесь, значит подвергнуть себя риску. Помимо мутной истории с драконьей меткой и чушью про энергию и магию, о которой распинался Дэнзо, я мог оказаться банальной помехой для дел Ордена. Как говорят в подобных случаях: "он слишком много знал". Потому мне очень хотелось поскорее улизнуть незамеченным, а после, уже устроившись где-нибудь в городе, выбрав относительно спокойное и безопасное место, разбираться со всем прочим. Объясняться, например. Но кое-кто перехватил меня внизу, около самых ворот. Это оказалась Эндерис. - Сбегаешь и без меня? – присоединяясь к моему шагу, съехидничала пепельноволосая, заодно оглядевшись по сторонам. Поймав мой неловкий взгляд, ведьма негромко хихикнула. – Не бойся, я не собираюсь читать тебе нотации. Она немного помолчала, пока мы приближались к огромным дверям главного входа. Стражи, как я заметил, стало действительно больше. - На самом деле, это достаточно разумный ход, – Эндерис серьезно посмотрела на меня, понизив голос. – Ты почти угадал мои мысли. - То есть? – замедлившись, я повернулся к девушке, удивленно приподняв брови. На губах заклинательницы теней мелькнула хитрая улыбка. Ее позабавила моя неосведомленность. - Мы хотели смыться из столицы, – шепотом пояснила колдунья. – Я, Рэб и его сестра. Ну и тебя с собой забрать, конечно же, – она улыбнулась, на этот раз теплее прежнего, – не оставлять же бедного Нила сборищу фанатиков. Я слабо усмехнулся, покачав головой. Если быть предельно честным, то мне стало немного стыдно от того, что я хотел уйти скрытно, не предупредив друзей. А вот Эндерис и другие подумали обо мне. - Тоже считаешь, что благоразумнее первыми предпринять меры, пока Владыка не зашевелился? Вот и я того же мнения. Не доверяю я им, – поразмышляв, я сообразил: – Погоди, ты сказала Рэб, Скриллея, ты и я? А что с Серебряной? Быстро моргнув, Эндерис закатила глаза, изобразив гримасу. - Отказалась, – фыркнула она, дергано пожав плечами. – Сказала, что наши пути расходятся. Что не желает возвращаться за решетку, куда ее наверняка загонит Дэнзо, но и с нами не пойдет. Захотела быть сама по себе, – Эндерис развела руками. – Я не стала настаивать – все равно Серебряных не переубедить. Я думаю, это отчасти из-за драконов. Они же связаны с Аркхимом. - Странно... – пробормотал я, но решил не развивать эту тему дальше. Возможно, Нирида просто устала. С другой стороны, нам в чем-то будет проще. Впрочем, может быть и нет. Знания Серебряной нам бы пригодились. Мы продолжили идти вместе. Легкое шуршание мантии Эндерис причудливым образом успокаивало меня. Простое напоминание, что я иду не один. К счастью, стража и маски, охранявшие выход, не стали нас задерживать. Либо еще не отдали приказ, либо подвох скрыт не во внезапном задержании на пороге дворца. Предстояло еще миновать улицы и посты на выезде из Леронаны, так что пара шансов схватить меня и Эндерис у Ордена пока остается. Итак, мы собираемся сбежать вчетвером. Но что мы будем делать дальше? Хороший вопрос, над которым мне стоит поразмышлять по дороге.