Глава II. Тепло среди снегов

      Яньцин хотел остановить бессмертного мастера, беспокоясь о том, что тот может попасть в неприятности, так как он до сих пор не был в хорошем состоянии и выглядел ужасно. Незнакомец выглядел очень устало и будто бы печально. Но Яньцин не был глупым ребёнком, поэтому понимал, чего делать не стоит, а что делать можно.       Он покорно отступил на несколько шагов назад, ближе к гнезду из сена, в котором спал, и чуть слышно вздохнул. Мальчишка хотел было сесть, но был отброшен убийственным потоком тёмной энергии ци и ударился головой о твёрдую поверхность каменной стены, закашляв кровью.       Морозный воздух наполнил маленький разрушенный храм, и сотни снежинок посыпались, словно из неоткуда.       Глефа взлетела в воздух, закрывая ребёнка от летящих в него трёх кинжалов, наполненных тёмной энергией ци. Сталь ударилась о сталь. Донхвеи зазвенела, откидывая кинжалы в отправителя.       Юань взметнулся в воздух и, словно нежный белоснежный лист, сорванный неосторожным игривым ветерком, приземлился перед Яньцином, закрывая того длинным рукавом ханьфу.       Отправителя видно не было, поэтому мастер Цзин настороженно прислушался ко всем звукам. В храме, однако, было тихо, но тонкий слух уловил заливистую песню циня. Звуки циня были ему подозрительно знакомы, но он не спешил проверять свою теорию. Цзин Юань повернулся к мальчишке и строго настрого наказал не высовываться из храма. Испуганный Яньцин только и смог, что кивнуть и прижаться всем своим худощавым тельцем к покрытой копотью стене. По его лбу тёк холодный пот.       Убедившись, что этот ребёнок за ним не следует, Юань вышел из храма и насмешливо изогнул губы, разглядев знакомый женственный силуэт мужчины сквозь алые шёлковые одежды. От юноши, иначе его нельзя было назвать, пахло пудрой и косметикой.       — Ах, Хуа Гуй , — губы Юаня изогнулись сильнее, — ты не изменил своим традициям убивать несовершеннолетних детей, а потом потешаться над ними? — он хмыкнул, разглядывая как бледнеет лицо демона под его стальным взглядом и кривой насмешкой.       — К-князь Янь, — звуки циня утихли, глефа вернулся в руку мастера Цзин, а демон упал на колени, ударившись лбом о землю в поклоне и расшибая свой лоб в кровь.       Ни секунды не прошло, как Юань оказался рядом с демоном, а его рука на тонкой шее юноши в красном, которого приподняли над землёй. Хватка на шее усились, а голос Юаня превратился в колючий ледяной шёпот в чужие губы:       — Ублюдок, что я говорил тебе насчёт убийства детей за пределами горы Сюэ Шэн? — ледяное дыхание бессмертного мастера коснулось алых от косметики губ.       — К-князь, я…не хотел… — демон едва дышал от страха, и выглядел ещё мертвее, чем он есть.       — Разумеется, ты не хотел, — ещё более ядовито усмехнулся князь, — но кто же хотел? — его хватка на шее ни на миг не ослабла, а тонкие кости демона уже едва слышно хрустнули. — Либо ты говоришь, либо навсегда забираешь эту тайну за пределы смерти.       Тем временем глефу выпустили из второй руки, и она, со звоном полетела в храм, из которого послышались предсмертные крики многих голосов.       — Только не говори, что ты спутался с этими тварями, чтобы отвлечь меня от того мальчишки. — шепнул Юань, а Хуа Гуй закрыл глаза.       Послышался хруст ломающихся костей. Алая кровь демона брызнула на одежды бессмертного мастера. Цзин Юань спархнул с щеки кровь белоснежным рукавом и, поймав окровавленную на лезвие глефу, зашёл обратно в храм.       Яньцин всё также сидел у стены и дрожал, закрыв лицо руками. На его белых одеждах была кровь, но она не выглядела как его, а место вокруг было усыпано трупами в тёмных одеждах. Мальчишка был испуган очень сильно. Его флейта лежала на полу, откинутая, видимо, её пытались использовать для защиты, но некудышный уровень способностей и страх ребёнка не позволили ему этого.       Бессмертный удивился, как тот вообще дожил до своих четырнадцати без возможности защитить себя. Вероятно, он был просто удачлив по жизни.       Юань решил осмотреть трупы позже, сначала он подошёл к мальчику и развернул того к себе лицом, внимательно посмотрев. Яньцин лишь чувствовал, как его щёки покрываются лёгким слоем инея, настолько чужие руки были холодные и, казалось, совсем безжизненными и бледными, но даже со своими недоразвитыми способностями, мальчик чувствовал, что тело бессмертного мастера было переполнено чистой энергией ци.       Мастер Цзин осмотрел его внимательно на предмет повреждений и, лишь убедившись, что ребёнок в полном порядке, вернулся к трупам, сев рядом с одним из них.       Он обшарил его и разорвал на нём грубо сотканные чёрные одежды. Его глефа пробила тело того насквозь: на груди его была видна дыра, на теле также было много отметин от кнута, ссадин, ран, некоторые из которых ещё даже не зажили, и это давало понять, что их всех, скорее всего, били и ни один раз. Кроме того на месте между шеи и плечом был найден шрамом вырезанный символ паучьей лилии. Орден Бианьхуа ! Это довольно известный по всему Цзянху орден наёмных убийц с довольно дорогими услугами. Они в основном подчинялись императору или очень богатым людям. В ордене всем всё равно демон ты, небожитель, заклинатель или обычный смертный, туда принимают всех. Но странно, что Хуа Гуй, это никчёмный призрак или демон убийцы и насильника, боящийся гнева князя Долины Забвения как огня, заключил с ними соглашение и помогал им. Их целью явно был этот мальчишка Яньцин, и они скорее всего не имели понятия, что Яньцин здесь будет ни один, иначе они бы не сунулись сюда. Но зачем им была нужна жизнь этого несчастного ребёнка?       В голове Юаня не было ни одной достойной идеи, поэтому он на некоторое время забросил эту мысль. Вернётся к ней позже. Обязательно вернётся.       Яньцин уже успокоился и сейчас во все глаза смотрел на бессмертного мастера и пропитавшиеся кровью белоснежные одежды мужчины. Но, кажется, мальчишку единственного волновал чужой внешний вид.       — Скажи мне, — спокойно начал мастер Цзин, мягким взглядом смотря на мальчишку, что тот поневоле прислушался, — это первое нападение на тебя?       К удивлению Юаня Яньцин помотал головой, и бессмертный мастер потёр пальцами переносицу, в очередной раз задаваясь вопрос, как тот вообще дожил до своих лет.       — И сколько же ты нападений пережил? — деловито поинтересовался бессмертный. — Видно, бегать хорошо умеешь?       Яньцин молчал. В его глазах не было желания это обсуждать.       — Ладно, можешь не говорить. — Цзин Юань вздохнул и поднялся, протягивая ребёнку руку. Мальчишку оставлять здесь нельзя, но и девать его было некуда. Однако по крайней мере, Юань мог бы научить его хоть каким-то навыкам самообороны. Когда мастер Цзин вышел из раздумий, он увидел лишь непонимающее лицо подростка, тупо смотрящего на протянутую ему ладонь. До чего же глупый ребёнок. Это невозможно.       — Я научу тебя некоторым навыкам самообороны, — пояснил бессмертный быстро, — но потом тебе придётся уйти, потому что там, где я живу, не место для живых людей.       — А где вы живёте, бессмертный мастер? — Яньцин склонил голову, сбитый с толку чужими словами. Цзин Юань усмехнулся, смахивая белым рукавом кровь с лезвия своей глефы. В моменте мальчишке показалось, что человек перед ним безумен. И очень страшен.       — Пойдём, ты вскоре всё узнаешь. — ответил ему тот. — Ах да, меня зовут Цзин Юань.       Их путь до горы Сюэ Шэн прошёл в абсолютном молчание, и Яньцин не осмелился его прервать. Цзин Юань вызывал в сердце ребёнка благоговейный трепет, сравнимый со страхом. Будто этот мастер не был человеком вовсе, а походил на божество войны, что охраняет покой смертных.       И догадки мальчишки оказались почти верны. Цзин Юань не был божеством войны, но всё-таки охранял покой…правда, не смертных, а покойников.       Они вдвоём взошли на гору, в народе прозванной горой демонов, и оказались среди вечных снегов Сюэ Шэн.       Торопливый демоны, склоняющиеся перед его спутником в низких поклонах откровенно пугали Яньцина, и мальчишка вцепился в рукав своего провожатого так сильно, что нитки его трещали по швам.       Только, кажется, самому его спутнику было абсолютно безразлично на всех демонов, он лишь холодно смотрел на них, придерживая руку ребёнка в своей.       Яньцин чувствовал холод, его пальцы немели от него, но он упрямо держался дальше, не рискуя отпускать руку ни на миг в этом опасном месте. Мальчишка всё ещё был не глупый, и знал, что его не тронут, но страха меньше не становилось. Бессмертный мастер источал убийственную ледяную ауру, от которой только сжаться хотелось.       Цзин Юань завёл Яньцина в маленькую хижину на окраине Долины Забвения.       Долина Забвения была пристанищем разных демонов и душ. Здесь они ждали перерождения или оставались навсегда, если не хотели перерождаться, или им просто было не дозволено этого. Местом заправлял князь Янь, обычно переводящий души в мир живых или встречающий их в мире мёртвых. По крайней мере, так говорили в народах за пределами горы, но что там действительно происходит никто не знал.       Видимо, его спутник и был тем самым князем Янь.       Чтобы попасть в Долину нужно было пройти Врата Вечности, но что-то никаких врат по дороге Яньцин не увидел и решил, что спросит об этом потом.       Тем временем Юань выпутал свой рукав из руки ребёнка и велел сесть на кровать. Яньцин повиновался, и князь Янь куда-то ушёл, но вернулся спустя какое-то время уже переодетый в изящно пошитое алое ханьфу. Его белоснежные волосы были собраны в неаккуратный высокий хвост, затянутый лишь тонкой алой лентой. В руках мужчина держал свежие голубые одежды, которые протянул мальчику. Ребёнок взял их в руки, ощутив пальцами мягкость ткани, и ему вмиг стало стыдно, ведь эти одежды наверняка были невероятно дорогие, но Яньцин не позволил себе ничего сказать, лишь молча переоделся в них под внимательным взглядом бессмертного мастера. В них не было ничего, что выходило за рамки, лишь едва различимое беспокойство. Немного распрямив ткань верхних одежд на себе, мальчик взглянул на мужчину снизу вверх, и к своему удивлению столкнулся с улыбкой. Юань поправил одежды на чужих плечах, чья ткань в миг покрылась морозным узором, застывшем на ткани так будто это была обычная вышивка, и довольно произнёс:       — Я думал, оно будет тебе великовато, но ошибься, сидит хорошо и по размеру. Присаживайся пока, я принесу еды, ведь смертным детям нужна еда. — бессмертный развернулся и собирался уйти, но был схвачен за рукав детскими пальцами.       Цзин Юань вопросительно изогнул бровь, на что получил ответный вопрос:       — Наставник, когда мы пойдём тренироваться? — Яньцин сложил руки перед собой и почтительно поклонился. Мальчик боялся, что сейчас его будут ругать за вопрос ни к месту, однако, Юань спокойно ответил:       — Сегодня нельзя, малец. Тебе нужно отдохнуть и набраться сил, а мне нужно созвать собрание.       Яньцин хотел было спросить, что за собрание, но столкнулся с ледяным взглядом мужчины, потому решил, что об этом говорить не стоит, и лишь кивнул.       Бессмертный мастер распорядился, чтобы ребёнку принесли еду и, убедившись, что она не отравлена, покинул хижину, отправляясь в зал скорби.       Зал скорби представлял собой полупустой зал недалеко от реки душ. В зале стоял лишь накрытый белым полотном с красивой вышивкой стол и алого цвета большого трона, украшенный дорогими шелками. Князь Янь опустился на трон, созывая демонов всех мастей. Полукругом вокруг трона стояли старшие демоны или призраки, а врасыпную существа остальных мастей.       — Ну и кто же мне расскажет, что вы задумали. — его губы тронула ледяная насмешка. — Скажите мне, господа и дамы призраки, почему ваш прекрасный брат Хуа Гуй был столь неучтив к правилам Долины. По рядам демонов прошлись шёпотки. Айдао Гуй — скорбь и призрак; скорбящий призрак или призрак скорби], один из старших демонов, вышел вперёд, подченно поклонившись хозяину Долины, и заговорил:       — Этот ничтожный клянётся от имени всех своих братьев и сестёр, что мы ничего не знаем о похождениях Цветочного призрака. Но я могу сообщить, что наш брат Хуа Гуй пропал из Долины несколько месяцев назад в отсутствие вас. Этот ничтожный сообщал вам об этом, но не получил чести на ответ от господина Янь. Бессмертный мастер кивнул, хотя ни поверил не единному слову своего подчинённого, но не собирался ничего с этим делать…пока что.       — Если кто-то из ваших братьев или сестёр задумается о том, чтобы связаться с кем-то из Цзянху , он будет считаться предателем и убит при попытке приблизиться к Долине Забвения. — мужчина поднялся со своего трона и, взмахнув рукавом, покинул зал, оставив подченённых одних. Демоны проводили своего господина молча и вслед за ним покинули зал.       Цзин Юань вернулся обратно в хижину. Яньцин уже спал, обняв себя руками. Мальчишка дрожал от холода и ёжился.       — Долина Забвения действительно не место для тебя, мальчик.       Мужчина убрал со лба ребёнка чёлку и осторожно укрыл тёплым одеялом. Ребёнок перестал дрожать, заставляя Юаня слегка улыбнуться.