Глава 6

      Время было уже далеко за полночь, а Гермиона Грейнджер, привыкшая к тихой и размеренной жизни, в последние дни то и дело выбивалась из своего режима. Все её привычные планы и расписания летели в тартарары, и она всё больше и больше погружалась в чужую жизнь. Она снова задала вопрос, почти шёпотом, словно боясь спугнуть его доверие: – Что произошло?       Малфой оторвался от неё, отступил на шаг и опустил взгляд, не в силах смотреть ей в глаза. – У меня совсем не осталось денег, – пробормотал он, его голос звучал глухо и отчаянно. – Я арендую эту квартиру у старухи, которая и так сдает её за полцены. Я экономлю деньги, как могу... но их катастрофически не хватает. Старуха сказала, если я не заплачу до завтра, то она меня выселит, – снова произнёс Драко. – Я слышал от одного маггла, что можно заработать денег, играя в автоматы. Я...я даже не знал, что такое автоматы, но всё равно пришёл туда. Нужно было нажимать на кнопку, чтобы в ряд выпало три одинаковые фигуры. Но я проиграл последние деньги, – его взгляд был безумным. – Мне нечем платить за жильё в этом месяце. И теперь мне совершенно некуда идти... – его голос дрогнул, и он снова опустил голову, словно не в силах вынести свой позор.       Гермиона ещё раз оглядела количество пустых бутылок на столе и невольно подумала, сколько же денег он потратил на них, на эту иллюзию забвения. Она думала о том, как он, аристократ, выросший в роскоши и богатстве, мог оказаться в таком положении. Он всегда был одет в самую дорогую одежду, всегда жил в огромном поместье, и теперь он оказался в какой-то грязной и обшарпанной квартире, и у него не было денег даже на еду. – Сколько, Драко? – спросила девушка, стараясь сохранить спокойствие. – Сколько денег тебе нужно?       Малфой, не поднимая глаз, тихо ответил: – 350 фунтов за квартиру и около 200 фунтов, чтобы раздать долги.       Глаза Гермионы округлились, и она невольно отступила на шаг. Это была большая сумма, и она понимала, что у неё самой нет таких денег. Она ведь в последнее время совсем не работала, и её сбережения таяли с каждым днём. «Чёрт», – подумала она. – «Где же взять эти деньги?». – Я могу одолжить тебе пару сотен, и ещё пару одолжить у Джинни, но... – начала Грейнджер, пытаясь быстро сообразить, как можно выкрутиться из этой ситуации.       – Нет! – резко перебил её парень, и его тон звучал категорично. – Я не возьму с тебя денег.       – Почему? – спросила она, не понимая его отказа. – Я не позволю тебе оказаться на улице.       Малфой удивленно посмотрел на неё, его глаза расширились, словно он не верил своим ушам. – Зачем тебе это?       – Потому что я... потому что я не хочу, чтобы ты страдал, – ответила она, глядя ему прямо в глаза. – Я знаю, что мы всегда были врагами, – продолжила Гермиона, – но я думаю, что у нас есть шанс всё изменить. Я думаю, что мы можем стать друзьями. Если ты, конечно, хочешь.       Слизеринец молчал, и Гермиона не могла понять, о чём он сейчас думает. Она чувствовала, как её сердце бьётся с бешеной скоростью, и понимала, что только что призналась в чём-то очень важном и очень личном. Девушка не знала, как он отреагирует на её слова. Ей нужно было высказаться, ей нужно было дать ему понять, что он не один, и что она готова поддержать его.       Драко же, в свою очередь, поражался тому, с каким рвением эта девушка стремилась помочь ему. Он унижал её и друзей долгие годы, издевался над ними и всячески портил им жизнь, а она, как будто, совершенно об этом забыла. Ему всё казалось, что где-то здесь был подвох, что она преследует какие-то свои цели, о которых он даже не догадывается. Одиночество научило его никому не доверять, и теперь ему было трудно поверить в эту искренность. Парень смотрел на неё с каким-то странным выражением лица, но её глаза были такими открытыми и честными, что он начинал сомневаться в своих подозрениях. Возможно, впервые в жизни он встретил человека, который готов был протянуть ему руку помощи, не требуя ничего взамен. Он прошёл вглубь комнаты и, тяжело вздохнув, сел на диван, словно у него больше не было сил стоять на ногах. – Как... как ты это делаешь? – недоумённо спросил он, посмотрев прямо на неё. – Я поступал с тобой как полный урод, я постоянно унижал тебя и твоих друзей, а ты... – он осёкся, словно подбирая слова, и вдруг, неожиданно для самого себя, упал перед ней на колени. – Прости меня, – прошептал он, его голос дрожал, – слышишь, прости меня за всё.       Гермиона просто не ожидала такого поворота событий. Она растерялась и не знала, что делать. Она тут же, не раздумывая, помогла ему подняться, поддерживая его под руку. – Драко, – спокойно сказала она. – Я давно уже тебя простила... всё это осталось в прошлом, я давно отпустила все обиды.       Глядя на то, с какой лёгкостью и искренностью она это произнесла, блондин понял, что она действительно удивительный человек...       Девушка в этот момент перебирала в голове все возможные варианты, стараясь найти хоть какой-то выход из сложившейся ситуации. И вдруг её мысли зацепились за один из них. – А Мэнор? Почему бы тебе не вернуться туда?       Драко горько усмехнулся, и в его глазах на мгновение промелькнуло отчаяние. – Я сжёг его, – ответил он. – Сразу же после смерти родителей. Я отпустил домовых эльфов, чтобы они были свободны... и сжёг нафиг это проклятое поместье, вместе со всеми его чёртовыми тайнами и воспоминаниями.       Гермиона приподняла брови от удивления и представила себе эту картину: как обиженный на жизнь парень, в попытке освободиться от своего прошлого и от всего, что его угнетало, разводит огонь посреди ночи и смотрит на то, как пламя медленно и беспощадно пожирает каждый миллиметр места, которое он раньше считал домом. Как он наблюдает за тем, как рушится его прошлое, как пепел уносит все его горести и разочарования. «А может?», – она сделала минутную паузу прежде, чем кое-что предложить: – Можешь пожить пока у меня... пока всё не наладится...       – Грейнджер... – прошептал он, нахмурившись.       Гермиона сделала шаг вперёд, не отводя от него взгляда. – Тебя всё равно завтра выселят. Ты хочешь скитаться по улицам? Или ты хочешь получить проблемы с маггловской полицией? – она пыталась заставить его принять её помощь.       Драко от отчаяния покачал головой, опустив плечи, словно признавая своё поражение.

***

      Девушке потребовалось всего несколько взмахов волшебной палочкой, чтобы убраться в квартире Малфоя, казалось, он вообще этого не делал. Грязная посуда исчезла со стола, пустые бутылки испарились, а пыль и грязь растворились, словно их никогда и не было. Хотя, как подумала гриффиндорка, он абсолютно так же мог воспользоваться очищающим заклинанием, но, видимо, ему было просто лень. Примерно в четыре часа утра они стояли на пороге квартиры Гермионы. Им понадобилось не так много сил, чтобы забрать вещи Малфоя из той обшарпанной квартиры в Уайтчепеле. У него была только одна сумка, к которой было применено заклинание незримого расширения, и в которую поместилось всё его скромное имущество. Девушка молча наблюдала за ним, стараясь не показывать своего беспокойства, но в глубине души она испытывала какое-то странное волнение. Она понимала, что теперь всё изменится, что их жизни переплелись, и что ей всё-таки придётся взять за него ответственность, пока он не встанет на ноги.       – Квартирка небольшая... зато своя, – произнесла Гермиона, стараясь говорить как можно более непринуждённо, и жестом пригласила его войти. Она нервничала, хотя и пыталась этого не показывать. «Возможно было глупо приглашать его к себе, но других вариантов всё равно не было».       Парень огляделся, изучая небольшую, но уютную комнату, и одобрительно кивнул, словно соглашаясь с её словами. Ему нравилась эта простота и ухоженность, совершенно противоположная той разрухе, в которой он обитал последнее время.       – Думаю, ты можешь спать на кресле, оно раскладывается. Инфлэтус! – со взмахом палочки маленькое любимое кресло Гермионы заметно увеличилось в объёмах, превратившись в удобную кровать. – Думаю, нам обоим нужно поспать, – добавила она, чувствуя, как усталость наваливается на неё. – Если хочешь, можешь сходить помыться, – она указала на дверь ванной, стараясь не смотреть ему в глаза.       Малфой молча кивнул, и девушка увидела, как он странно смотрит на неё. Он, казалось, был удивлен её заботой, словно не привык к такому отношению. Парень подошел к ванной, и, прежде чем войти, обернулся к ней и тихо проговорил: – Спасибо, Грейнджер. За всё.       Гермиона кивнула, стараясь скрыть своё волнение.       Слизеринец зашёл в ванную, оставив её наедине со своими мыслями.       «Она только что приютила Драко Малфоя в своей квартире».       Из ванной комнаты послышался шум капель воды. Гермиона зевнула, чувствуя, как сильно устала. Быстро переодевшись в свою любимую пижаму, она постелила Драко свежее постельное бельё и легла на свою кровать, надеясь, что хоть немного поспит. Когда парень вышел из душа, девушка уже крепко посапывала, укрывшись одеялом. Он осторожно прошёл в комнату, стараясь не разбудить её, и, недолго думая, прилёг на уготовленное ему место, на удивление мягкое и удобное кресло. Блондин сразу же закрыл глаза и провалился в глубокий, безмятежный сон, словно его измученное тело, наконец, получило долгожданный отдых.

***

      Драко проснулся от волшебного аромата, которым был пропитан воздух. Это был запах свежей выпечки, перемешанный с нотками кофе, который на секунду перенёс его в детство, когда Мэнор ещё можно было считать домом. Ему было неловко, и он не совсем понимал, как себя нужно вести в чужом доме, как нужно вести себя с девушкой, которая вчера спасла его от бездомной участи. Поэтому он просто лежал на своём новом ложе. Он ждал, что будет дальше, и в глубине души боялся, что всё это ему просто снится, и что как только он откроет глаза, то снова окажется в той грязной квартире, в полном одиночестве и отчаянии. Он лежал так на протяжении некоторого времени, пока не почувствовал, что его мочевой пузырь больше не может ждать. Ему пришлось осторожно подняться с кровати, стараясь не издавать лишнего шума, и направиться в сторону уборной. На пути к ванной его заметила Гермиона.       – О, привет, уже проснулся... – сказала она, повернувшись к нему с улыбкой, и от её слов в его груди потеплело. – Я тут решила приготовить нам небольшой завтрак...       – Спасибо, – смог только произнести он, его голос звучал немного хрипло и неуверенно. – Очень неожиданно, – добавил он, стараясь выглядеть как можно более сдержанно, хотя на самом деле был безумно голоден.       – Ну тогда умывайся и садись за стол, – сказала она, махнув рукой в сторону ванной, и отвернулась, продолжая заниматься приготовлением завтрака. Драко быстро скрылся в ванной, стараясь не задерживаться. Он умылся холодной водой, стараясь прогнать остатки сна. Его живот громко заурчал. Затем прошёл на кухню и увидел, что Гермиона уже накрыла на стол. На тарелках лежали свежие тосты, омлет, и еще какой-то пирог. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе, и он вдруг почувствовал, что готов наброситься на еду.       – Садись, – сказала Гермиона, заметив его колебания. – Не стесняйся, я приготовила всего побольше.       Драко кивнул и сел за стол. Он взял тост и начал есть, стараясь не смотреть на неё, но чувствовал её взгляд на себе, и от этого его сердце начинало биться быстрее. Он понимал, что между ними что-то изменилось, но не мог понять, к чему всё это приведет. Рано утром, стоя под струей горячей воды, он думал обо всём, что произошло с момента их внезапной встречи. Парень перебирал в голове все события, как кадры из кино, и его не покидало ощущение сюрреализма происходящего. «Где бы он сейчас был, если бы не она?» – Драко понимал, что в долгу перед ней, и что должен будет отблагодарить её за всё, что она для него делает.       После того как Малфой съел омлет и целых три тоста, Гермиона начала разрезать ароматный яблочный пирог. Он как дикий, будто оголодавший зверь, смотрел на еду, не отрывая от неё глаз, и, казалось, был готов проглотить всё это за один раз. И, наверное, впервые за последнее время он испытал чувство настоящего, искреннего счастья, и это чувство было таким забытым для него, что он не знал, как его выразить. Блондин чувствовал тепло и уют, ощущал заботу и доброту, и это было для него как глоток свежего воздуха, как лучик света, пробившийся сквозь густую тьму.       – У меня для тебя кое-что есть, – сказала девушка, её глаза блестели от предвкушения, и, не дожидаясь его ответа, она быстро вышла из комнаты. Гермиона вернулась через пару минут, держа в руках тот самый свёрток, который купила в магазине. – С Новым годом, Драко! – произнесла она, и её лицо озарила искренняя, тёплая улыбка, от которой у него внутри всё перевернулось.       Она была такой настоящей в этот момент, такой открытой и такой доброй, что он не мог отвести от неё глаз. Девушка протянула ему упаковку, и он, немного неуверенно, разорвал её. – «В погоне за счастьем», – прочитал Малфой вслух название книги и удивлённо посмотрел на неё.       – Я хочу, чтобы ты... – начала она, но не закончила, словно не решалась произнести вслух то, что хотела сказать. – Я хочу, чтобы ты поверил в себя и понял, что ты не один, и что у тебя есть шанс начать новую жизнь. Я знаю, что ты сильный и умный, и я верю, что ты сможешь преодолеть все трудности, которые стоят на твоём пути. Эта книга – всего лишь небольшой подарок, но я надеюсь, что она поможет тебе найти свой путь к счастью.       Слизеринец молчал, рассматривая книгу, и Гермиона увидела, как он растерялся. Он явно не ожидал такого подарка. Драко посмотрел на неё, и в его глазах была теплота, которую она никогда раньше не видела. – Спасибо, – прошептал он, его голос дрожал от волнения. – Спасибо, Гермиона. Ты удивительный человек...       Девушка не смогла сдержать лёгкой улыбки. Ей было приятно, что она смогла его удивить. Значит всё, что она делала было правильно.

***

      Гарри внезапно захотел наведаться к Гермионе в гости, ссылаясь на то, что давно не пил с ней кофе.       – Гарри, не стоит, я подцепила какую-то заразу, – произнесла она, стараясь говорить как можно более убедительно, а внутри чувствовала лёгкую тревогу.       – Тебе точно ничего не нужно? Я могу прийти, принести тебе зелья, – настаивал он, его голос по телефону звучал обеспокоенно.       – Нет-нет, не стоит, – повторила Гермиона, понимая, что ей нужно как можно быстрее закончить этот разговор. – Не переживай, отлежусь пару дней, и всё пройдет, – сказала она и отключила звонок.       На самом деле не было никакой болезни. Грейнджер просто не хотела пока никому рассказывать о том, что теперь живет не одна, и не абы с кем, а с Драко Малфоем. Ну или с его обезличенной копией. Ей нужно было время, чтобы разобраться в сложившейся ситуации и что-то предпринять.       – Закажем азиатской еды? – спросила она, повернувшись к парню с улыбкой. Девушка хотела создать непринуждённую атмосферу, чтобы он почувствовал себя как можно комфортнее.       Малфой удивлённо поднял брови и посмотрел на неё с каким-то недоумением. – Я... я не знаю... что за азиатская еда? – спросил он.       – Она обычно острая, из-за добавления разных специй, – предупредила гриффиндорка. – Но, если ты не любишь острое, я могу попросить, чтобы нам приготовили что-нибудь более простое.       – Как скажешь, – ответил он, и в его голосе прозвучал какой-то неприкрытый интерес.       Гермиона позвонила в доставку и заказала на вечер две порции лапши с соусом терияки, зная, что это блюдо не слишком острое и, скорее всего, придётся по вкусу даже такому консерватору, как Драко. Она с улыбкой представила его реакцию, когда он впервые попробует что-то подобное. – Чем хочешь сегодня заняться? – спросила она.       – Я не знаю, – ответил он, его голос звучал немного неуверенно, но без былого отчаяния. – А ты чем хочешь?       – Можем сходить прогуляться, – предложила она, пожимая плечами. – Погода сегодня отличная, и я знаю один красивый парк неподалеку.       – Там же холодно, не боишься превратиться в ледышку? – спросил парень.       Гермиона приняла наличие шуток за хороший знак. Он уже не выглядел таким потерянным и испуганным, как до этого, и это её очень радовало. Они быстро собрались, оделись потеплее, спустились по лестнице и вышли во двор, где их встретил свежий морозный воздух и белоснежный покров.

***

      То ли из-за холодной погоды, то ли из-за того, что это был выходной день, в парке народу было не так много. Гермиона и Драко шли неспешно по заснеженным дорожкам, наслаждаясь тишиной и свежим воздухом. Большую часть прогулки они молчали, и девушка чувствовала, как напряжение снова начинает нарастать. Она наклонилась, чтобы поправить ботинок, и, пока блондин отошёл от неё на один шаг вперёд, он вдруг получил хороший комок снега прямо в спину.       – Эй! – возмутился он, состроив обиженное лицо.       Гермиона не смогла сдержать смешок, глядя на его удивлённое выражение лица. – Извини, не удержалась, – проговорила она, с трудом сдерживая улыбку. Затем, не давая ему опомниться, она зарядила ещё один снежок, на этот раз прямо в его плечо.       – А вот это уже было подло! – воскликнул Драко, нахмурив брови.       – Ой, да ладно тебе, – ответила она, смеясь. – Это же просто игра.       – Игра? – переспросил он, его глаза загорелись каким-то озорным огоньком. – Ну, тогда держись, Грейнджер! – И, не теряя ни секунды, он схватил горсть снега и бросил в неё.       – Эй, это нечестно! – воскликнула Гермиона, уворачиваясь от снега и запрыгивая за дерево, но он был быстрее, и снежок попал прямо в цель.       – Ха! – победно воскликнул парень. – Это тебе за то, что ты первая начала!       Гриффиндорка улыбнулась и, сбросив перчатки, начала лепить снежки, готовясь к настоящей битве. – Ну, держись, Малфой, – сказала она, её глаза горели от азарта. – Теперь я покажу тебе, что значит снежная война!       – Ты так и останешься такой неуклюжей? – крикнул Драко, уворачиваясь от летящего в него снежка.       – А ты так и будешь бегать как улитка? – парировала Гермиона, ловко бросая снежок ему в лицо.       – Ну уж нет, я так просто не сдамся, – крикнул он, и, схватив большую кучу снега, бросил в неё, попав ей прямо за шиворот.       – Ааааааа! Холодно! – завопила она, запрыгав на месте.       – Вот видишь, я победил! – радостно заявил Драко, улыбаясь во все тридцать два зуба.       – Ага, конечно! – ответила Грейнджер, сбрасывая с себя снег. – Это ещё не конец! – Гермиона изрядно вымоталась в этой схватке, хотя и не хотела этого показывать. Она чувствовала, как её силы на исходе. Она решила немного передохнуть, легла на землю, раскинув руки и ноги, и начала делать снежного ангела.       – Что ты делаешь? – спросил Малфой, глядя на неё с легким недоумением.       – Это называется снежный ангел, – ответила та, улыбаясь. – Ты никогда не пробовал?       – Нет, – ответил он, покачав головой.       – Что? – удивилась девушка. – Тебе срочно нужно попробовать! Давай, падай!       – Нет, спасибо, – ответил он, засмеявшись. – Я лучше постою в сторонке и посмотрю, как ты тут барахтаешься.       – Ну, как знаешь, – ответила Гермиона, пожав плечами и продолжила лежать на земле. Она смотрела на Малфоя снизу вверх, и отчего-то у неё трепетало на душе.       – Давай, Грейнджер, вставай, а то на самом деле простудишься, – сказал Драко.       «Он что, заботится обо мне?» – подумала она, и от этой мысли её сердце забилось быстрее. – Помоги мне встать, – сказала она, протягивая ему руку.       Когда Драко хотел поймать её за руку, она вдруг потянула его на себя. Парень, не ожидая этого, не удержался на месте и упал рядом с ней, приземлившись с глухим стуком. – Проклятье, – выругался он, зарывшись лицом в снег. – Я должен был это предугадать.       Гермиона разразилась смехом, глядя на его удивлённое и немного раздражённое лицо. Вдруг у неё завибрировал карман, и она, с трудом сдерживая смех, достала свой телефон и ответила. – Алло? – сказала она. – Как, уже? Сейчас буду! – Она посмотрела на Драко, который уже вставал с земли, отряхивая снег. – Поспешим, доставка приехала.

***

      Устроившись на кровати перед телевизором, они оба держали в руках коробки с ароматной лапшой.       – Ну как? – поинтересовалась девушка, глядя на Драко.       – Я никогда не пробовал ничего подобного, – ответил он с лёгкой улыбкой. – Мне нравится, а тебе?       – Да, мне тоже, – произнесла Гермиона. – Я раньше часто заказывала доставку еды, но сейчас больше стараюсь готовить сама. Хоть у меня и не особо получается, но я всё ещё учусь, – пробормотала она, неловко пожав плечами.       – Сегодня здорово вышло с завтраком, – сказал парень.       – Спасибо, – смущённо произнесла она, отводя взгляд.       – Тебе спасибо, – ответил он, и их взгляды снова встретились. Он долго всматривался в её карие глаза, словно видел их впервые, словно пытался прочитать в них все её мысли.       – Можем посмотреть что-нибудь, – предложила Гермиона, чувствуя, как между ними повисает неловкая тишина. – Ты же уже видел телевизор?       – Грейнджер, я прожил среди магглов три последних года, – ответил он, с лёгкой насмешкой в голосе. – Конечно, я знаю, что это.       – Ну, да, было бы странно, если бы ты не знал, – она включила телевизор и прощёлкала пару каналов. – О, это же «Один дома»! – воскликнула девушка с энтузиазмом. Этот фильм она смотрела уже не один раз, уж настолько он ей полюбился.       У Малфоя на лице явно читался вопрос.       – Родители мальчика случайно забыли дома своего сына, а сами улетели на отдых... – начала объяснять Гермиона.       – Тоже мне родители, – вздохнул он, скептически приподняв бровь.       – А потом... – девушка сделала драматическую паузу. – В дом пытались забраться грабители...       Драко перебил её. – Нет, не рассказывай, а то будет неинтересно...       Грейнджер улыбнулась и сделала звук погромче. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь звуками фильма. Сначала парень смотрел с явным скептицизмом, но постепенно увлёкся. Он даже несколько раз невольно смеялся, наблюдая за выходками Кевина.       – Ну, признайся, неплохо же? – спросила Гермиона.       – Неплохо, – согласился Драко, не отрывая глаз от экрана. – Но довольно неправдоподобно. Ты думаешь, ребёнок бы смог защитить дом от нападения грабителей?       Гриффиндорка усмехнулась. – Ну, это же кино... тут всё немного преувеличено. Хотя, знаешь, я думаю, что в экстремальной ситуации дети способны на многое. Адреналин, страх, инстинкт самосохранения...       Драко фыркнул: – Инстинкт самосохранения заставил бы его спрятаться в угол и вызвать полицию, а не устраивать цирк с утюгами и краской.       Гермиона рассмеялась, она видела, что фильм ему всё же понравился.       – Мне нужно завтра на работу, – вдруг произнёс он.       – Ты не обязан ходить именно на эту работу, – мягко возразила Гермиона.       – Нет, как раз-таки наоборот. Иначе как я с тобой расплачусь?       – Я не собираюсь брать с тебя деньги. Я же уже об этом говорила.       – Я не собираюсь жить на шее у девушки, тем более без работы, – возразил он в ответ.       Гермиона шумно вздохнула и выдохнула, стараясь сохранять спокойствие. Этот разговор повторялся уже не в первый раз, и она начинала чувствовать лёгкое раздражение. – Драко, послушай, – начала она, стараясь говорить как можно более убедительно. – Ты можешь искать другую работу, что-то более... подходящее для тебя. А с деньгами мы что-нибудь придумаем. У меня есть кое-какие сбережения.       – Нет, Гермиона, – Драко был не согласен с ней. – Я не хочу быть для тебя обузой. Я привык зарабатывать сам. И я найду способ отплатить тебе за твою доброту. Грейнджер не смогла сдержать иронии в голосе. – Я не жду от тебя никакой «отплаты». Ты мой друг, а у друзей принято помогать друг другу.       Слизеринец отвернулся, глядя на мерцающий экран телевизора, его челюсть была напряжена. Они оба чувствовали, что этот разговор ещё не окончен и что потом он снова повторится. Но пока, каждый оставался при своём мнении, упрямо цепляясь за свою точку зрения. Гермиона понимала гордость Драко, его нежелание зависеть от кого-либо, особенно от неё. Он всегда был независимым и самостоятельным, и нынешняя ситуация, очевидно, задевала его мужское самолюбие. Драко же, в свою очередь, не мог принять безвозмездную помощь Гермионы. Он чувствовал себя обязанным, стремясь вернуть долг, хотя и понимал, что девушка искренне желает ему добра. Эта смесь благодарности, неловкости и уязвлённой гордости создавала непростой клубок чувств, с которым он пока не знал, как справиться. В конце концов, Гермиона вздохнула и, взяв пульт, выключила телевизор.       – Ладно, – сказала она мягко. – Давай не будем спорить. Уже поздно, пора спать.       Блондин кивнул, не глядя на неё. Он поднялся с кровати и направился к креслу. – Спокойной ночи, Гермиона, – пробормотал он.       – Спокойной ночи, Драко, – ответила девушка, чувствуя, как напряжение постепенно спадает. Она знала, что им нужно время, чтобы привыкнуть к сложившейся ситуации. И надеялась, что рано или поздно, Малфой поймёт, что иногда принять помощь – не знак слабости, а проявление доверия.

***

      На следующее утро Драко, как и обещал, отправился на работу. Он молча выпил чашку кофе, которую Гермиона заботливо оставила на столе, и, коротко кивнув ей на прощание, с тихим хлопком аппарировал прямо из кухни. Оказавшись на оживлённой улице маггловского Лондона, он машинально достал сигарету из пачки, и, глубоко затянувшись, медленно побрёл в сторону торгового центра, где работал. Погода стояла пасмурная, мелкий моросящий снег неприятно лип к лицу, а серые тучи низко нависали над городом, отражая его собственное настроение. Он думал о разговоре с Гермионой, о её упрямстве и своей собственной гордости. Дым сигареты едкой струйкой поднимался вверх, растворяясь в сыром воздухе. Слизеринец чувствовал себя неуютно в этом мире без магии, где он был вынужден скрывать свою истинную сущность и притворяться обычным парнем. Работа в маггловском магазине одежды была далека от того, чем бы он хотел заниматься, но сейчас это был единственный способ заплатить за крышу над головой и не чувствовать себя полностью зависимым от Гермионы. Он ещё вчера написал смс своему сменщику, о том, что выйдет на работу. На что тот почти сразу ответил: «Ты всё-таки жив! Та девушка нашла тебя?».       «О да, ещё как», – пронеслось у Малфоя в голове. – «И не только нашла, а буквально вытащила из ямы, в которой я был». Он не стал отвечать на сообщение, решив, что все подробности расскажет лично.       Дойдя до торгового центра, парень потушил сигарету и зашёл внутрь.       Мужчина на кассе уже ждал его, облокотившись на прилавок. Увидев Драко, он широко улыбнулся. – Ну наконец-то! – воскликнул он. – Мы уже думали, тебя похитили инопланетяне или что похуже. Где ты пропадал?       Драко слабо улыбнулся в ответ. – Долгая история, – сказал он, снимая куртку. – Потом расскажу...       А тем временем в квартире Гермионы Грейнджер происходил настоящий апокалипсис. Мама неожиданно позвонила и сообщила, что уже подходит к её дому, в то время как девушка мирно спала, совершенно не ожидая гостей. Она подскочила с кровати, сердце бешено колотилось в груди. В голове пронеслась мысль о беспорядке, который, несмотря на свою чистоплотность, оставил слизеринец, собираясь утром на работу. Гермиона лихорадочно начала махать палочкой, бормоча очищающие заклинания. Разбросанная по комнате одежда Драко стремительно взлетела в воздух и аккуратно сложилась в стопку в шкафу. Она как раз успела справиться с хаосом и привести квартиру в относительно приемлемый вид, как вдруг раздался звонок в дверь. Девушка судорожно поправила волосы, сделала глубокий вдох и пошла открывать, надеясь, что мама не заметит ничего подозрительного.       – Привет, дорогая! – воскликнула женщина, обнимая дочку. – Решила сделать тебе сюрприз!       – Привет, мам, – ответила гриффиндорка, стараясь, чтобы её голос звучал естественно.       Миссис Грейнджер вручила дочери коробку с пирожными, которые выглядели весьма аппетитно. Гермиона отлевитировала чайник на плиту, и он тут же закипел. Достав две чашки и блюдца, она разлила ароматный чай.       – Ну, как у тебя дела? – поинтересовалась мама, с нескрываемым любопытством разглядывая её.       – Да всё как обычно, – ответила девушка, стараясь говорить как можно более непринуждённо. Она знала, что мама обладает удивительной проницательностью и легко распознаёт любую фальшь.       За разговорами о всякой всячине, о погоде, о саде, который миссис Грейнджер с таким энтузиазмом выращивала у себя на заднем дворе летом, они незаметно выпили весь чай.       – Гермиона, – вдруг начала мама, – я разговаривала с тётей Сьюзан… Уж не знаю, чем тебя так обидел Сирил, но попытайся простить его. Он же не со зла.       Девушка вытаращила глаза. Она уже напрочь забыла о том вечере, о Сириле и его неуместных знаках внимания, которые закончились весьма неловко.       – Проехали, – махнула она рукой, стараясь скрыть смущение.       Миссис Грейнджер тепло улыбнулась. Она хотела спросить о том, как обстоят дела с поиском работы, но решила воздержаться от расспросов, прекрасно зная, какую бурную реакцию это может вызвать. Как-то раз она предлагала дочери пойти менеджером в фирму своей знакомой, на что Гермиона категорически отказалась, сославшись на то, что будет работать в волшебном мире. Этот разговор закончился небольшой ссорой, и миссис Грейнджер больше не хотела повторять прошлых ошибок. Собираясь уходить, женщина невольно заметила за креслом кое-что подозрительное. Она прищурилась и, подойдя ближе, разглядела чёрный мужской носок. Уголок её губ приподнялся в хитрой улыбке.       Гермиона смутилась, когда поняла куда смотрит мама, и решила воздержаться от каких-либо комментариев. В конце концов, она взрослая девушка и имеет право на личную жизнь, пусть даже таковой у неё и не было в данный момент. Но пусть уж лучше мама думает иначе – так хоть будет спокойнее. «Может быть, она даже перестанет постоянно донимать вопросами о женихах и внуках».       – Кажется, кто-то тут забыл свою вещь, – проронила миссис Грейнджер, многозначительно приподняв бровь.       Гермиона лишь неловко пожала плечами, стараясь делать вид, что не придаёт этому никакого значения.       – Ну, мне пора, дорогая, – сказала мама, целуя девушку в щёку. – Передавай привет... владельцу носка.       Гриффиндорка проводила маму до двери, чувствуя облегчение. Этот визит оказался гораздо более стрессовым, чем она ожидала. Закрыв дверь, девушка подошла к креслу и подняла злополучный носок. Он был большим, явно не её размера. Гермиона вздохнула. Присутствие Драко, хоть и временное, становилось всё более заметным. И это было не только в виде разбросанных вещей.

***

      Девушка, так и просидев дома целый день, с нетерпением ждала возвращения Драко. Ей было настолько скучно одной, что она уже мечтала просто с кем-нибудь поговорить, и парень казался единственным доступным вариантом. Она даже приготовила ужин, представляя, как они будут вместе сидеть за столом и обсуждать события прошедшего дня. Но все её ожидания рухнули, когда блондин, наконец, появился в квартире. Он коротко с ней поздоровался, бросил усталое «привет» и, не раздеваясь, сразу завалился спать, даже не поужинав. Гермиону это немного задело. Она старалась, готовила, а он даже не оценил её усилий. Внутри зарождалась обида, смешанная с непониманием. «Неужели он настолько устал?» – Она посмотрела на накрытый стол, на остывающие блюда, и вздохнула. Пожалуй, ей тоже стоило лечь спать. Завтра будет новый день, и, возможно, тогда у них получится нормально поговорить.       На следующий день всё снова повторилось. Грейнджер, опять прождав его целый день дома, не дождалась ничего, кроме приветствия. Он снова, не раздеваясь, сразу лёг спать. «За что он так? Почему игнорирует? Может быть, она сделала что-то не так?» – Тысячи вопросов роились в её голове, не давая покоя. Ещё через день, когда Драко снова ушёл на работу, Гермиона решила взять ситуацию в свои руки. На этот раз она не стала, как собачка, ждать его около двери, а решительно направилась к нему в магазин.       Увидев её, парень заметно напрягся. – Грейнджер, что ты здесь делаешь? – спросил он тихо, оглядываясь по сторонам.       – Хочу поговорить с тобой, Малфой! – отрезала Гермиона, стараясь говорить сдержанно, хотя внутри всё кипело от негодования. – Ты меня игнорируешь?       – Тшш, потише, – шикнул он. – Никто не знает здесь моего настоящего имени.       – Я жду! – требовательно произнесла она, скрестив руки на груди и буравя его взглядом. – Почему ты избегаешь меня? Что происходит?       Драко нервно огляделся, проверяя, не слышит ли их кто-нибудь. – Я не игнорирую тебя, – начал он, устало проведя рукой по волосам. – Просто... я очень устаю.       – Я вижу, – сухо ответила гриффиндорка. – Два дня подряд приходишь с работы и сразу падаешь спать, даже не поужинав.       – Прости, – он виновато опустил глаза. – Я правда очень вымотан.       Малфой замолчал, не зная, как объяснить Гермионе всю сложность ситуации. На самом деле, Драко и сам не понимал до конца, почему так поступал. С одной стороны, изматывающая работа действительно высасывала из него все силы, но с другой... Он просто не знал, как нужно было себя вести с ней. Парень старался не привязываться, держаться на расстоянии. «Он же здесь ненадолго, верно? Зачем давать ложную надежду, зачем усложнять и без того непростую ситуацию?» – Так он себе говорил, оправдывая своё холодное поведение. Однако, глядя в обеспокоенные глаза Гермионы, он понимал, что его тактика не работает. – Просто... – он начал, но слова застряли в горле. «Как объяснить то, чего сам не понимаешь?». – Обещаю, сегодня такого не повторится... – прошептал блондин, глядя ей прямо в глаза.       Её взгляд, полный тревоги и непонимания, постепенно смягчился. – Хорошо, – тихо произнесла она. – Жду тебя дома.       Драко кивнул, чувствуя, как напряжение, сковывавшее его, немного отпускает.

***

      Малфой возвращался «домой» в весьма приподнятом настроении. Он получил на работе зарплату, правда совсем небольшую, но это всё равно грело ему душу. Впервые за долгое время он почувствовал себя хоть немного увереннее. Захотелось сделать что-то приятное для Гермионы, в знак извинения за своё недавнее поведение. Он забрёл в круглосуточную цветочную лавку, сияющую яркими огнями в вечерней темноте. Внутри его встретила пожилая дама с недовольным выражением лица, которая явно не особо была рада его приходу в столь поздний час. Драко, чувствуя себя немного неловко, принялся разглядывать витрины, полные самых разнообразных цветов. Он совершенно ничего не смыслил в них, и всё это буйство красок и ароматов приводило его в лёгкое замешательство.       – Ищете что-то конкретное, молодой человек? – спросила женщина, прерывая его раздумья.       – Эм... да, – пробормотал парень, немного растерявшись под её пристальным взглядом. – Хотел бы купить букет... для девушки.       – Романтично, – она смягчилась, и в уголках её губ промелькнула едва заметная улыбка. – Что предпочитает ваша дама?       Драко пожал плечами. – Понятия не имею. Она не моя... дама, просто подруга, – честно признался он. – Что-нибудь... красивое.       Продавец хмыкнула. – Все цветы красивые, молодой человек. Давайте я вам кое-что покажу, – она ловко вытащила из вазы несколько нежно-розовых пионов, добавила к ним веточки белой гипсофилы и несколько тёмно-зеленых листьев. Буквально за несколько минут в её руках возник очаровательный, воздушный букет. – Вот, – представила она своё творение Драко. – Пионы символизируют процветание и счастливую жизнь.       Малфой с сомнением посмотрел на букет. Он не был уверен, что Гермиона оценит такой розовый и пышный подарок. – А может... что-нибудь другое? – неуверенно спросил он. – Что-нибудь менее розовое?       – Менее розовое? – переспросила она, приподняв бровь. – Ну, можно, конечно...       Драко задумался. Он понятия не имел, какой цвет предпочитает Гермиона. Он вообще мало что о ней знал, если честно. – Может что-нибудь белое?       – Белое? – женщина кивнула. – Классика. Хороший выбор, – она отложила пионы и принялась собирать новый букет. На этот раз она выбрала белые лилии, добавила к ним немного зелени и перевязала букет серебристой лентой. – Лилии символизируют чистоту и невинность, – объяснила женщина. – Прекрасный подарок для юной леди.       Блондин с большим одобрением посмотрел на новый букет. Он выглядел гораздо более сдержанно и элегантно, чем предыдущий. – Вот, это уже лучше, – пробормотал он. «Надеюсь, Гермионе понравится».

***

      Весь вечер Грейнджер ломала голову: «Готовить ужин или нет?». В прошлый раз она изрядно вымоталась, готовя запечённую рыбу с овощами и ароматными травами, а Драко даже не притронулся к еде. Сегодня она решила ограничиться простым, но сытным блюдом – макаронами с сыром. И если Малфой снова проигнорирует её кулинарные старания, она не будет так сильно расстраиваться.       Через пару часов слизеринец аппарировал прямо посреди комнаты. Гермиона, сидящая на кровати с книгой в руках, вздрогнула от неожиданности.       В одной руке он держал огромный, шуршащий пакет, а другая рука была спрятана за спиной. На его лице играла неуверенная улыбка. – Привет, – тихо произнёс он.       Грейнджер молча опустила книгу на колени, внимательно разглядывая его. Внезапно Драко протянул перед собой букет белых лилий. – Что это? – Удивлённо спросила она.       – Это... тебе, – пробормотал он, слегка покраснев. Парень запнулся, не зная, как правильно выразить свои мысли.       Гермиона молча взяла букет, вдыхая тонкий аромат лилий. – Спасибо, – тихо произнесла она, слегка растерявшись и подходя к шкафу, на самом верху которого стояла ваза. – Они прекрасны.       Драко облегчённо выдохнул. Казалось, лед между ними начал таять. – А в пакете... – он указал на шуршащий пакет в своей руке, – продукты...       – Ты что, кого-то ограбил? – Шутливо произнесла девушка, слегка приподняв бровь.       – Да... ты знаешь, в подворотне я набросился на одного паренька и отобрал у него пару купюр, – с абсолютно серьёзным видом ответил Малфой, стараясь сохранять нарочито грозное выражение лица.       Грейнджер на мгновение замерла, её глаза расширились от неожиданности. – Что?       – Успокойся, я шучу, – он закатил глаза, не в силах сдержать улыбку. – Мне выдали часть зарплаты.       – Не стоило тратить сразу деньги, – Гермиона покачала головой.       – Нет. Стоило, – твёрдо ответил Драко, глядя на неё. Кажется, они никогда не перестанут спорить на эту тему. – Это, – он кивнул на букет лилий. – И это, – поднял пакет, – важнее, чем деньги.       Чуть позже они, наконец, уселись за ужин. Еда, конечно, остыла, но атмосфера в комнате, казалось, стала теплее. В пакете с продуктами, которые принёс Драко, обнаружилась бутылка красного вина.       – Не знаю, что это за вкус, выбрал наобум в супермаркете, – небрежно бросил он, раскручивая пробку.       – Никакого алкоголя! – Строго прервала его Грейнджер, нахмурив брови. – Драко, тебе же совершенно нельзя пить!       – Обещаю, это в последний раз, – он поднял руки в примиряющем жесте. – Давай выпьем сегодня... за начало новой жизни? – В его глазах мелькнуло что-то, что Гермиона не могла точно определить.       Девушка, с явным неодобрением, закатила глаза, но спорить не стала. Они наполнили бокалы и приступили к еде. Вино быстро ударило в голову, и молчание перестало быть таким неловким.       После второго бокала, Драко, откинувшись на спинку стула, вдруг произнес: – Грейнджер, каких ещё скелетов ты прячешь в своём шкафу?       Гермиона вопросительно посмотрела на него, оторвавшись от тарелки.       – Игра. Помнишь? – Малфой ухмыльнулся. – Мы так и не доиграли.       – Ну, а ты? – Парировала она, отпивая глоток вина. – Ты тоже не всё рассказал.       – Спрашивай, – с лёгкой усмешкой ответил блондин.       – Что, прямо вот так просто? Где-то есть подвох? – Гермиона невольно напряглась.       – Подвох в том, что мы уже оба слишком далеко зашли, – его голос стал тише, а взгляд пронзительным. – Назад дороги нет.       Наступила короткая тишина, которую нарушил голос девушки: – Хорошо, тогда начну с простого. Как давно ты работаешь в этом магазине?       – Если честно, всего четыре месяца, – он пожал плечами. – Я много, где уже успел поработать, – заметив на лице Гермионы удивление, он продолжил. – Сначала пошёл на стройку. Это было единственное место, где никто не задавал лишних вопросов. Зарплата была мизерная, но зато платили за конкретную работу: сколько перетаскаешь кирпичей – столько и получишь. Не будь я волшебником, я бы остался без спины, это колоссальная нагрузка. Потом был почтальоном, разносил письма и газеты, я пользовался аппарацией и успевал быстро перемещаться по всем адресам. Затем работал продавцом в книжном, курьером, уборщиком в маггловском отеле, и снова продавцом, – закончил Драко, иронично усмехнувшись. Он опёрся локтями о стол, переплетая пальцы. Гриффиндорка молчала, переваривая услышанное. Перечень профессий, которые он так непринуждённо перечислил, поразил её до глубины души. Парень рассказывал о том, как таскал мешки, разносил газеты по грязным улицам, вытирал пыль с мебели в чужих номерах. Эти профессии никак не вязались с образом человека, которого она знала, или, по крайней мере, думала, что знает. Она всегда видела в нём надменного, избалованного мальчика, зацикленного на своей чистоте крови и превосходстве. – Ты жалеешь об этом? О том, что тебе пришлось пройти через всё это? – спросила Гермиона, не отводя от него взгляда. Ей хотелось понять, что он на самом деле чувствует, оглядываясь на эти годы тяжёлой работы и лишений. Ведь это было совершенно не похоже на ту жизнь, которую он, казалось, должен был вести.       Драко на мгновение замолчал, словно обдумывая её вопрос. Он отвел взгляд, посмотрев на недопитый бокал вина, затем снова вернулся к Гермионе. – Жалею? – Он повторил её слова, словно пробуя их на вкус. – Нет, не жалею. Знаешь, Грейнджер, когда тебя лишают всего, что у тебя было, ты начинаешь смотреть на мир другими глазами. Ты учишься ценить то, что раньше принимал как должное. Тебя больше не волнует, кто ты по происхождению или сколько денег у твоих родителей. Тебя волнует только то, что ты можешь сделать сам. И что ты на самом деле стоишь...       Гермиона молча слушала его, вникая в каждое его слово. Она чувствовала, что Драко открывает перед ней дверь в свой внутренний мир, который раньше был для неё закрыт. После минутной паузы парень вновь заговорил. – А теперь, ты, Грейнджер. Твой черёд открывать свои тайны, – он ждал её ответа, готовый выслушать всё, что она ему скажет, какой бы неожиданной и сложной не оказалась правда.       Девушка с минуту колебалась, в задумчивости постукивая пальцем по краю бокала. Он терпеливо ждал, и это молчаливое ожидание, казалось, подталкивало её к тому, чтобы открыть свою тайну. Она вздохнула, словно набираясь смелости, и наконец решилась: – Мне кажется... – начала она тихим голосом, – совсем не везёт в личной жизни.       Слизеринец не произнёс ни слова, он лишь смотрел на неё, и в его взгляде, как показалось Гермионе, появилось что-то новое – мягкость и сочувствие.       – Я... – она снова запнулась, подбирая слова, – всегда была прилежной ученицей, старательной работницей, хорошим другом. Но когда дело касается отношений... я просто терплю поражение... Кажется, я что-то делаю не так, но не понимаю, что именно. – В её голосе появилась лёгкая горечь. Она не ожидала, что когда-нибудь признается в этом кому-то, и уж тем более Драко Малфою. Она всегда старалась казаться сильной, независимой и непоколебимой, но сейчас она чувствовала, как её маска трескается.       – Мне казалось, что с Уизелом у вас любовь-морковь, – проговорил Драко, его голос был тихим и осторожным, словно он боялся её обидеть.       Гриффиндорка усмехнулась, но в этой усмешке не было ни капли веселья. – И мне тоже так казалось, – ответила она, покачав головой, – но это было всё пустым... Мы пытались построить любовь там, где её не могло быть. Мы всё это время оставались друзьями, и не более. Это сейчас я могу спокойно сказать об этом, но раньше я просто не могла понять, почему у нас ничего не складывается. Я ведь так долго его ждала, – в её голосе снова прозвучала горечь. – Мы расстались не на очень хорошей ноте и теперь делаем вид, что этого никогда не было между нами, – добавила она, вздохнув. – Хотя... – Гермиона вдруг вспомнила вечер сочельника, – недавно он пытался меня поцеловать... Я не позволила. Это бы снова всё усложнило... – Она откинулась на спинку стула, чувствуя, как усталость и разочарование снова захлестывают ее. – А ещё за три года отношений у нас так и не было близости, – выпалила она, словно это была последняя капля, переполнявшая её чашу. – Попытки были, но мы так и не смогли... – Она замолчала, чувствуя, как щёки начинают пылать от стыда. Гермиона закрыла лицо руками, пытаясь скрыть слёзы и смущение. Девушка чувствовала себя такой глупой и жалкой, выставив на показ свои самые сокровенные и болезненные тайны. Она не знала, как Драко воспримет её откровенность. Грейнджер просто хотела, чтобы всё это закончилось, и она снова могла спрятаться за своей бронёй.       В комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием Гермионы. Она была готова к осуждению, насмешке или просто к молчаливому непониманию. Но реакция слизеринца её удивила.       – Грейнджер, здесь совершенно нет твоей вины, – проговорил Драко. Он произнёс это с такой уверенностью, что Гермиона невольно почувствовала, как её плечи распрямляются. – Просто... когда ожидания не совпадают с действительностью, происходит полнейший диссонанс, и, в первую очередь, мозг думает, что во всём виноват ты сам, – продолжил он. – Вы просто были разными, хотели разных вещей от жизни, поэтому у вас не сложилось. Ты молодец, что смогла извлечь из этого урок, значит, всё было не зря.       Его слова, простые и ясные, попали точно в цель. Она не ожидала такого понимания от парня, но его слова были именно тем, что ей было нужно услышать. Она смотрела на него, слегка улыбаясь, и в её глазах уже не было слёз, лишь лёгкая грусть и благодарность. – Но это ещё не всё... – Гермиона вздохнула. – Моя мама переживает за мою личную жизнь больше, чем я сама. Недавно она пригласила на ужин свою подругу и её бестактного сына, который уже дважды за наше с ним знакомство обозвал меня занудой, но перед этим пытался приставать ко мне в пьяном угаре, – она снова тяжело вздохнула. – А сейчас, он мне написывает каждый день, – девушка жестом указала на свой мобильный, лежащий на столе. – Меня это так достало, если честно... Родители вечно спрашивают про женихов, про то, когда я собираюсь выходить замуж и когда уже будут наконец-то внуки... – Она снова замолчала, и на её лице появилась какая-то странная смесь досады и смущения. – Учитывая, что я даже... сексом ни с кем не занимаюсь, – выпалила она, глядя куда-то в пол.       Драко усмехнулся, откидываясь на спинку стула. – Мой тебе совет, просто наплюй, – произнёс он, глядя в потолок, словно вспоминая что-то из прошлого. – Ты не обязана спать с кем попало или выходить замуж за первого встречного. Это напомнило мне мою семью... когда в возрасте шести-семи лет мне уже присмотрели кандидатуру для женитьбы, – он повернул голову и посмотрел на Гермиону, и в его глазах мелькнула лёгкая ирония. – И, если бы не всё это, – он развел руками, делая широкий жест, – быть может, я и правда женился бы на какой-нибудь дочке приятеля отца.       Молчание снова повисло в комнате.       – Ну что? – спросил он, поднимая свой бокал, – Давай выпьем за то, чтобы мы оба делали только то, что хотим, и за то, чтобы мы сами решали, как нам жить!       Гермиона ответила ему улыбкой и подняла свой бокал. – За это, – произнесла она.       Они были совершенно разными людьми, с совершенно разным прошлым, но в этот момент они чувствовали, что связаны какой-то невидимой нитью.