Глава 7

      Следующим утром произошло то, чего Гермиона ожидала меньше всего. Она проснулась от запаха свежеиспечённых блинчиков. Открыв глаза, она застала сюрреалистичную картину: Драко, в её кухонном фартуке, который был ему изрядно мал, сосредоточенно переворачивающий блинчики на сковороде.       – Я что, всё ещё сплю? – Девушка не поверила своим глазам, протирая их руками. – Это что, мне снится?       Драко обернулся к ней, и на его лице заиграла лёгкая ухмылка. – Поверь, Грейнджер, я ещё много раз тебя удивлю, – произнёс он и подмигнул ей, как ни в чем не бывало, возвращаясь к своему занятию.       – Откуда ты... – Начала она, но Драко её перебил.       – Секрет, – ответил парень, не поворачиваясь к ней. Он ловко переложил стопку блинчиков на тарелку, поставил её на стол и жестом пригласил Гермиону к завтраку. – Ну же, Грейнджер, не стой, как истукан. Они ещё горячие. И кофе, кажется, получился неплохим, – Малфой устроился напротив неё, глядя с каким-то странным удовлетворением.       Этой ночью, после их откровенного разговора, Драко лежал в своей постели, и сон никак не приходил. Его разум был переполнен мыслями, которые роились, не давая покоя. Он снова и снова прокручивал в голове всё, что произошло с ним за последнее время. Все эти события сплелись в один запутанный клубок, и он не мог понять, куда его это приведет. Внезапно, словно вспышка молнии, он вспомнил о подарке Гермионы – книге, которую он так и не открыл. Ему стало стыдно за свою неблагодарность. Он лениво махнул рукой, призывая книгу и она мягко опустилась ему на ладони. Драко накинул одеяло, создавая уютный кокон, и подсветил пространство «Люмусом», создав маленький островок света в темноте. Он открыл первую страницу, собираясь прочитать совсем немного, но как только его глаза пробежали по тексту, его полностью поглотило чтение. В последний раз он читал с таким энтузиазмом ещё в Хогвартсе. Видимо, поэтому он так жадно, почти с благоговением, переворачивал страницу за страницей, не в силах оторваться от истории Криса Гарднера. Драко поразило, как главный герой, несмотря на многочисленные отказы в работе, постоянные унижения, ещё и с маленьким ребёнком на руках, не теряя надежды, продолжал бороться за своё место под солнцем. Он постоянно использовал любые возможности, как будто жизнь давала ему шанс за шансом, и он не мог их упустить. Он упорно работал над собой, постоянно учился и никогда не сдавался. «Какой же невероятной силой воли он обладал», – думал парень, завидуя и восхищаясь одновременно.       По мере чтения, слизеринец постепенно начал понимать, что такое истинное счастье. «Это не конечная точка, которую можно достичь раз и навсегда, а непрерывный путь, который мы выбираем сами. Чтобы заслужить счастье, нужно приложить усилия, пройти через трудности, научиться вставать после падений и не терять веру в себя». Драко Малфой, наконец, понял, что все лишения, которые он испытал, все его неудачи и унижения, они не были напрасными. Они были нужны для того, чтобы привести его именно к этому моменту, именно к этой ночи, именно к этим размышлениям. Закончив читать, Драко прикрыл книгу и выглянул из своего убежища под одеялом. На улице было ещё темно, лишь слабый отсвет уличных фонарей проникал сквозь занавески. Он перевёл свой взгляд на мирно спящую на соседней кровати девушку – Гермиона, укутанная в одеяло, спала в забавной позе, подогнув ноги под себя, словно маленький котёнок. Её кудрявые волосы наполовину слились с подушкой, местами прилипая к щеке, а местами прикрывая её лицо. Драко невольно улыбнулся, глядя на неё. И в этот самый момент парень отчётливо понял кое-что важное. «Он наконец заслужил это счастье...», – эта мысль прочно засела в его голове, согревая его сердце, словно огонь в камине, и ему не хотелось отпускать это ощущение.       – Спасибо, – прошептал он, смотря куда-то в потолок, словно обращался к кому-то невидимому. Он откинулся на подушку, снова глядя на спящую девушку, и ему почему-то стало спокойно и хорошо. Драко закрыл глаза, и сон наконец-то подступил, окутывая его теплом и надеждой на будущее. Впервые за долгое время он спал спокойно, зная, что он на верном пути.

***

      Прошло около двух недель с того момента, как Малфой поселился в квартире Гермионы, и жизнь девушки словно перевернулась с ног на голову. Драко стал для неё не просто соседом, а, скорее, объектом для наблюдений, подопытным кроликом в её личном эксперименте. Она с любопытством изучала все его проявления, отмечая малейшие изменения в его поведении. Девушка замечала, что он действительно начал меняться. Его жесты стали мягче, мимика – живее, а взгляды – более тёплыми. Всё это говорило о том, что ему действительно становится легче, что он отпускает прошлое и начинает принимать настоящее. Эти перемены в Драко придавали Гермионе сил и уверенности, как будто его выздоровление было и её личной победой. Она продолжала беседовать с ним, делясь своими идеями, мыслями, иногда даже чувствами. И он, к её удивлению, всегда отвечал взаимностью, делясь чем-то в ответ. Они могли не разговаривать целыми днями, потому что блондин пропадал на работе, а потом целую ночь обсуждать какой-нибудь фильм или вспоминать общих знакомых, смеясь над неловкими ситуациями из прошлого. Они, казалось, могли говорить обо всём на свете, и им вдвоём не было скучно. Сожительство с ним вовсе не напрягало её, а, наоборот, вносило некое подобие хаоса в её размеренную и порой скучную жизнь. Она привыкла к его постоянному присутствию, к его неловкой манере развешивать свои вещи, к его привычке оставлять недопитый чай на столе. Она больше не чувствовала себя одинокой и оторванной от мира. Правда порой ему всё же удавалось выводить её из равновесия, например, как сегодняшним утром:       – Эй, ты что там уснул? – Гермиона с силой колотила в дверь ванной, в надежде наконец-то туда попасть. – Считаю до трёх, и я вхожу! Один, два...       Дверь резко распахнулась, и гриффиндорка, не ожидая такого поворота событий, отскочила назад, чуть пошатнувшись. Она с удивлением уставилась на Драко, который стоял в дверях с полотенцем на плече, иронично приподняв бровь.       – Грейнджер, ты всегда такая нетерпеливая? – спросил он с усмешкой.       Гермиона скрестила руки на груди, раздражённо поджав губы. – Когда дело касается... – она сделала паузу, подбирая подходящее слово. – Когда дело касается того, что кто-то занимает ванную дольше, чем это вообще возможно, – выпалила она, глядя на него с явным неодобрением.       Он хотел игриво поддеть её нос, на что та, словно молния, перехватила его палец и резко отшвырнула. – Ой-ой, кто это у нас такой злой по утрам? – Он нагло подмигнул Гермионе и, не дожидаясь ответа, выскользнул из ванной, оставив её с открытым ртом и нахмуренными бровями.       Девушка закатила глаза, стараясь подавить раздражённый вздох. Она скрылась в ванной, с силой захлопнув дверь.

***

      Пол дня спустя, когда лежание на диване изрядно надоело Драко, он вдруг сказал, отрываясь от своего журнала: – Может, пойдём прогуляться?       Гермиона, уже отошедшая от утреннего разговора и сосредоточенная на своей книге, с радостью отложила её в сторону. Ей тоже не хотелось сидеть в четырёх стенах весь день, и прогулка на свежем воздухе казалась ей отличной идеей. – Да, хорошо бы, – ответила она, с готовностью вставая с кровати.       Они вышли из квартиры и направились по узким улочкам города, наслаждаясь тёплым зимним днём. Их разговор начался от обсуждения архитектуры зданий, мимо которых они проходили и постепенно дошёл до темы о содержании домашних эльфов. Гермиона готова была вести дискуссию о том, что это несправедливо удерживать домовиков в качестве рабочей силы. Малфой за это время успел выкурить целых две сигареты, что не ускользнуло от её внимания.       – Драко! – Резко произнесла Грейнджер, бросая на него осуждающий взгляд. – Ты же знаешь, что это вредно.       Парень пожал плечами, выпустив клубы дыма. – Расслабься, Грейнджер, – ответил он, невозмутимо продолжая идти. – Я и так не собираюсь доживать до старости.       Гермиона закатила глаза, зная, что спорить с ним бесполезно. Она понимала, что у него есть свои причины для того, чтобы курить, но не могла скрыть своего недовольства.       Вскоре они набрели на каток, расположенный на небольшой площади. Громкая музыка, смех и яркие огни так и манили выйти на лёд.       – Ты знаешь, что это? – Воскликнула девушка, удивлённо глядя на каток.       Он усмехнулся, наблюдая за её реакцией. – Грейнджер, я, по-твоему, в пещере жил? – спросил он с иронией. – У меня в детстве был каток. Я катался на замёрзшем пруду. Правда, падал я тогда куда чаще, чем летал на метле.       Гермиона рассмеялась, представив себе эту картину. – Прокатимся? – Она посмотрела на него с мольбой в глазах, как будто он был единственным человеком, способным исполнить её желание.       Он нехотя достал из кармана ещё одну сигарету, поджег её и сделал несколько затяжек. Гриффиндорка закатила глаза, но не стала его отчитывать. Она понимала, что он делает это специально, чтобы её позлить, и решила не поддаваться на его провокации. Докурив сигарету, он бросил окурок в ближайшую урну, и Гермиона, не теряя времени, потащила его внутрь катка. Она с энтузиазмом помогала ему с выбором коньков и с нетерпением ждала, когда они наконец выйдут на лёд. Грейнджер сделала несколько неуверенных шагов, пытаясь вспомнить свои навыки фигурного катания, которые она практиковала ещё в детстве, но сейчас почему-то её ноги совершенно не хотели слушаться, они то и дело разъезжались в разные стороны, словно не желая повиноваться её командам. Она несколько раз подскользнулась, чуть не упав, но ей каким-то чудом удавалось удержаться на ногах. В отличие от неё, Драко стоял на льду очень уверенно, словно всю жизнь провёл на коньках. Он плавно скользил, совершая виртуозные повороты и развороты, и его движения были такими отточенными и лёгкими, что Гермиона невольно засмотрелась на него.       – Малфой, – проговорила она, пытаясь удержать равновесие. Ты же сказал, что просто катался на замёрзшем пруду...       Драко, остановившись напротив неё, хитро улыбнулся. – Ну, Грейнджер, – ответил он, – я же сказал, что ещё много раз тебя удивлю... – И он плавно оттолкнулся от льда, вновь устремившись вперёд, оставляя Гермиону в полном замешательстве.       Блондин несколько раз сдержанно посмеивался, наблюдая за неуклюжими стараниями Гермионы, но при этом галантно поддерживал девушку, глядя на её неумелые попытки. Он с лёгкой улыбкой подавал ей руку, когда она теряла равновесие, и придерживал её, чтобы та не упала.       После часа позора, когда её ноги казались ватными, а лицо красным от пота и злости, гриффиндорка решила прекратить это унижение и вышла со льда, решительно направившись к выходу. Она чувствовала себя как минимум посмешищем.       – Грейнджер, ну, по крайней мере, ты каталась лучше, чем двухлетние дети, – Драко не упустил возможности подколоть её, следуя за ней. Его тон был настолько ироничным, что Гермиона еле сдерживала желание врезать ему.       – Да, спасибо, – буркнула она, стараясь скрыть своё раздражение. – Я очень рада, что ты так высоко оценил мои старания.       Они вышли с территории катка и направились в сторону дома, и чем дальше они отходили, тем больше у Гермионы появлялось неприятное предчувствие. Она замедлила шаг, внимательно осматриваясь по сторонам, и её сердце вдруг начало биться быстрее.       – Драко, – выкрикнула она, резко останавливаясь, – в сторону! – Она не успела договорить, как увидела вспышку света, летящую прямо на них. – Ступефай! – Произнесла Гермиона и, толкнув Малфоя в сторону, сама увернулась от проклятия, которое пролетело мимо них, едва не задев её.       – Иммобилус! – Выкрикнул неизвестный преследователь, направляя на них свою палочку.       Гермиона почувствовала, как её тело сковывает невидимая сила, и она едва могла пошевелиться. Её ноги словно приросли к земле, а руки налились свинцом.       – Чёрт! – Прошипел Драко, глядя на неё. Его глаза сузились, а губы плотно сжались. Он быстро вскинул палочку и выкрикнул: – Импедимента! – Воспользовавшись замешательством противника, Драко схватил Гермиону за руку и, не раздумывая, произнёс: – Аппарируем! – В воздухе раздался громкий хлопок, и они оба с треском исчезли из переулка, оставив позади нападающего в недоумении. Они материализовались в квартире, тяжело дыша и осматриваясь по сторонам. Их сердца всё ещё колотились в груди, а адреналин бурлил в крови. – Ты в порядке? – Спросил парень, глядя на Гермиону, её лицо было бледным, а руки слегка дрожали.       – Да, – проговорила она, стараясь успокоить дыхание. – Что это было?       – Не знаю... – Произнёс слизеринец, хватая ртом воздух. Его глаза были расширенными от удивления и ужаса. – Не знаю, что это было, но, кажется... я уже видел этого человека раньше...