Под дождём

Котёнок сидел в коробке и смотрел на человека снизу вверх укоряющим взглядом, будто говорил: «ты уж либо что-то сделай, либо уходи». На улице бушевал проливной дождь, сопровождаемый лёгким молочным туманом. Коробка стояла под навесом, поэтому шерсть котёнка, конечно, не была мокрой насквозь, но капельки влаги на ней всё равно осели. Ему явно было холодно. — Кто тебя здесь оставил, малыш? — спросил человек. Котёнок не ответил. Он просто продолжал осуждающе смотреть. — Ты же не будешь против? — человек снял перчатки, дрожащими от мгновенно окутавшего их морозца пальцами расстегнул несколько пуговиц своего пальто, вынул котёнка из коробки и засунул себе за пазуху. Котёнок не сопротивлялся, но и не спешил нежно прижиматься к своему спасителю: казалось, ему было безразлично. — Теперь всё будет хорошо. — шепнул ему под пальто человек и пошёл по улице, в мартовский, но по-осеннему холодный и тёмный, густой туман, за которым ещё и не собиралась проглядываться весна.

⊰──✠──⊱

В итоге человек пришёл к двухэтажному дому, стоящему вдоль улицы среди таких же двухэтажных домов, вторым с краю от перекрестка, по левой стороне. На самом деле это был один длинный дом, но в каждом подъезде его располагалась отдельная квартира, так что выходило, будто это множество частных домов, слепленных вместе. Уже по одному этому факту можно было догадаться, что новых хозяин котёнка — личность как минимум состоятельная, ибо позволить себе такое жилье способен не каждый. Хозяин открыл дверь личным ключом, вытер ноги об половичок внутри прихожей и лишь потом снял ботинки. Котёнок спокойно изучал квартиру в щёлку между полами пальто. Ему пахло «гостями» — тем самым запахом чего-то уютного, но чужого, какой бывает во всех домах, кроме твоего собственного; ощущением, что тебя с волнением ждали, делали уборку, готовили еду и вспоминали сплетни, которые взрослые будут рассказывать за столом, пока ты ешь шоколадный торт и рассматриваешь люстру с плафонами, наполненными тёплым светом жёлтых накаливательных ламп. — Котоко. — твёрдо, негромко позвал человек. — Где ты, Котоко? Неужели ушла… — с досадой проговорил он и начал развязывать шарф. — Я же говорил ей не выходить сегодня — погода же… — Никуда я не выходила. Я спала. Котёнок вздрогнул. По лестнице на второй этаж, прямо напротив входа, спускалась девушка с рубиновыми глазами и коротко остриженными, с косой челкой, смолисто-чёрными волосами, одетая в домашнюю футболку и штаны такого же чёрного цвета. Лицо её выглядело заспанным и недовольным; похоже, проснулась она меньше минуты назад. — Уснула под шум дождя? — улыбнулся человек. — А я хочу тебя кое с кем познакомить. Он расстегнул пальто и вытащил котёнка. Тот беспомощной тряпочкой висел на его руках. Зрачки девушки вдруг медленно сузились и рот слегка искривился, как бывает у резко озлобившихся людей. — Шидо, ты притащил домой ещё одно животное? Тебя ничего не смущает? — Это же просто котёнок. — А с тобой в одном доме живёт просто волк. — отрезала Котоко. — Я не хочу делить территорию вот с этим… Куском мокрой марли. — А придётся. — спокойно возразил Шидо. Он поставил котёнка на пол. Как ни странно, котёнок не торопился изучать квартиру — сидел и смотрел на новых соседей изучающим, но безэмоциональным взглядом. Шидо снял пальто, закинул на полку шарф, отряхнул руки, а затем снова взял котёнка и понёс в ванную. — Прости, солнышко, но придётся мне тебя вымыть. Ты с улицы, грязный очень. — он включил кран. Вода была горячей и неприятно давила на бока. Котёнок даже рад был бы стерпеть то, что она мокрая, если бы только Шидо сделал чуть поменьше напор. Но сказать ему об этом он не мог, так что приходилось просто терпеть эту пытку. Затем его вынули из-под крана, завернули в махровое полотенце лимонного цвета и начали беспощадно тереть.

⊰──✠──⊱

Котёнок сидел на коленях человека и с наслаждением пил тёплое молоко из детской бутылочки. Только сейчас, почувствовав вкус хоть какой-то еды, он внезапно понял, что был очень голоден. Наконец было тепло, спокойно, безопасно и котёнок чувствовал, что самое тяжёлое позади. О том, что его снова бросят, он старался не думать. Ему трудно было представить, что этот мужчина с мягкими серебристыми волосами и двумя очаровательными родниками на правой щеке, похожий на врача из детской книжки, снова отнесёт его на улицу, под ливень и положит в пустую, холодную коробку. Он просто не имел права это сделать — хотя котёнок знал, что он это сделает. Только сейчас, когда не было ничего страшного и противного, а были только мягкие колени, ласковые руки и тёплое молоко в бутылочке, он хотел думать только о них, а дожди, туманы и предательства не могли проникнуть в эту уютную домашнюю крепость. Наевшись, котёнок отпихнул лапами бутылочку и уткнулся носом в ладонь человека. Его погладили, но затем сняли с насиженного места и положили на холодную, но тоже мягкую подушку дивана. Котёнок лениво поднялся на ноги, кое-как нашёл край лежащего на том же диване покрывала и забрался под него. Не прошло и минуты, как глаза его закрылись и сознание погрузилось в блаженную дымку крепкого безмятежного сна.

⊰──✠──⊱

Во всём доме стало темно. Только в кухне горел свет — хозяин пил чай на кухне. Котоко осторожно прокралась в гостиную. Маленькое тёплое нечто мирно посапывало под покрывалом на диване. Котоко на цыпочках подошла к нему и аккуратно, двумя пальцами, приоткрыла его. На диване, лёжа на животе и крепко обняв подушку, дремал мальчишка с лёгкими светлорусыми волосами. Кожа его была очень бледной, — хотя, возможно, просто так падал свет; черты лица выглядели тонкими и правильными; он казался ужасно хрупким и невероятно прекрасным в своей хрупкости. Котоко покачала головой, опустила покрывало и так же на цыпочках двинулась к кухне. — Шидо. — тихо позвала она. — Ты слышишь, Шидо? — А? Хозяин вздрогнул. До этого он смотрел пустым задумчивым взглядом в чашку с чаем, бессознательно сжимая тонкими пальцами её ручку. — Он оборотень. — спокойно сказала Котоко. — Котёнок твой. Кстати, подросток, просто тщедушный, похоже, поэтому и выглядит маленьким. Хозяин медленно встал со стула, прокрался в гостиную и так же, как Котоко незадолго до этого, приподнял покрывало, а потом положил обратно. — Мне ещё показалось подозрительным, что он полез под покрывало. — хмыкнула Котоко. — Обычные животные обычно спят поверх постельного белья. Кстати, возможно, я на него так косо смотрела именно из-за того, что почуяла неладное. Ты же знаешь, мы своих подсознательно отличаем. — Да брось. — шепнул ей хозяин. — Взревновала просто. «Котёнок» спокойно посапывал под покрывалом. Шидо снова просунул к нему руку и нащупал на его шее плотное кольцо из явно не человеческой и не кошачьей кожи. Спустившись чуть ниже, он почувствовал пальцами тонкую хлопковую ткань — возможно, чего-то вроде рубашки или футболки. — Он в ошейнике. И в одежде. У него были хозяева. — тихо проговорил он. — Похоже, поэтому его и выкинули. — сказала Котоко. — Какая-то семья решила завести себе кота, а когда он оказался оборотнем, избавились, чтобы не иметь лишних проблем. Обычная история. — Возможно, его нарочно подсунул людям недобросовестный заводчик. — покачал головой хозяин. — Отдают задёшево, а потом смываются, чтобы не могли ни вернуть, ни пожаловаться. В приют такого не сдашь, а в детдом — хлопот много, да и тоже не везде взять могут. Только и остаётся, что выкидывать. Мальчишка тихо мерно дышал, словно не собирался просыпаться вообще никогда; обитатели дома разговаривали уже довольно громко, а он всё ещё не слышал. Так крепко спать, наслаждаясь каждой секундой покоя, умеют только люди, которые попали в тёплый сухой дом из холодного дождя. — Надо будет завтра дать ему чистую одежду и спросить, кто он и откуда. — серьёзно произнёс хозяин. — Ты собираешься его оставить? — возмущённо спросила Котоко. — А что мне, снова выкинуть его на улицу? — хозяин осудительно посмотрел на неё. — Тебя я также подобрал, не забывай. Я постараюсь его куда-нибудь устроить. Если не выйдет, то оставим. — Просто знай, что я против. — фыркнула Котоко. — Как хочешь. — пожал плечами Шидо.— Иди спать, уже поздно. Я тоже пойду. Только допью чай и сразу лягу. Завтра, всё завтра. На этом закончился тёмный, уютный и слегка тревожный вечер в этом доме. А ливень почти до самого утра продолжал бушевать за окном.