Глава шестнадцатая

Торжественный ужин начался сразу после церемонии Распределения. Дети радостно сели за длинные столы. Еда появилась будто сама собой; шум усилился: смех, возгласы, звон посуды. Для них это выглядело как чудо. Для меня — как система. Я не нуждаюсь в еде, поэтому использовал время, чтобы просканировать Большой зал. Обычные электромагнитные сенсоры сразу показали: под нами находится ещё одно большое помещение. Там шла активность. Десятки маленьких фигур перемещались туда-сюда, концентрируясь вокруг огня, столов и магических очагов. Переключился на магическое восприятие — и всё стало ясно. Это кухня. Еду готовили домовые эльфы — существа, оснащённые магическими ядрами контроля. На первый взгляд они выглядели как живые, самостоятельные организмы. У них были имена, они переговаривались между собой, шутили, создавали иллюзию свободного общения. Но ядро контроля, встроенное внутрь, не оставляло сомнений: их воля переписана. Они верили, что «служат» по собственной инициативе. Более того, считали это своим долгом перед людьми. Они воспринимали подчинение как честь, а выполнение приказов — как высший смысл жизни. В их сознание встроен не приказ, а целая идеология, делающая рабство незаметным и даже желанным. Я отметил: «По корпоративным стандартам это высшая форма эксплуатации. Работник не просто выполняет задачи — он счастлив это делать и уверен, что это его предназначение». Но вместе с этим я зафиксировал риск. Любая система контроля уязвима, если ядро можно переписать. Здесь уязвимость двойная: достаточно изменить код восприятия — и те, кто вчера служили с энтузиазмом, завтра будут столь же убеждённо служить другому хозяину. Массовый переход в лояльность к новому оператору произойдёт мгновенно. Это означает, что все эти существа — потенциальное оружие. Сегодня они готовят детям пироги. Завтра они могут пойти душить этих же детей — и сделают это с той же готовностью и верой, что «так правильно». В отличие от совы, которая представляет угрозу — ограниченную и индивидуальную, эти — коллектив. Сеть, готовая быть перенастроенной в любой момент. И никто наверху даже не подозревает, что сидит над миной. Дети наверху радовались пирогам, тортам и мороженому. Никто не видел реальной картины. Никто даже не задавался вопросом, откуда всё это берётся. Система работала безупречно: радость наверху — принудительный труд внизу.