19 . Закалка характера не самый приятный процесс

      С момента инцидента, в котором девушка потеряла ноги, прошло всего ничего. Она так и не пришла в сознание. Корабль жил своей жизнью, не считая того, что стало сильно тише. Мур не была накамой для пиратов красноволосых, но была прекрасным другом.       Она продолжала лежать в лазарете без возможности проснуться. Ее разум все глубже утаскивал ее в воспоминания детства. Как она почти год лежала в больнице после убийства родителей. Она винила себя в этом. И даже когда она вновь смогла шевелиться и разговаривать, она повторяла из раза в раз, что убила их.      Отца и вправду убила она, но из-за большого количества крови на оружии не было возможности подтвердить слова девочки. Также она считала себя виноватой в смерти матери. Только если бы она выстрелила по-другому, она могла бы избежать того, что случилось в итоге.       Когда ты год лежишь без возможности шевельнуться, остается только думать. И она думала, проигрывала в своей детской голове тот день. День ее рождения. Слезы были выплаканы в первый месяц. Оказывается, и не надо сильно напрягаться, чтобы заплакать.      Маленькая девочка проживала все воспоминания своей короткой жизни из раза в раз. Белить было больше нечего.       Когда ее выписали, ей исполнилось девять. Одна, без родителей, с травмами тела и души. В итоге государство распределило ее в детский дом, где были относительно похожие случаи того, что один родитель убил другого и теперь находится в тюрьме. Да, так и написали в деле, что ее мама убила мужа, а затем застрелилась сама. А девочка просто от переизбытка эмоций и шального осколка потеряла возможность шевелиться. Ее сознание упало в ложную кому. Когда она сказала о том, что не спала тот год, то врачи просто машинально ей кинули фразу «тебе просто снился сон».       В детском доме ее поселили к трем другим девочкам постарше. Малышка не шибко шла на диалог или общение, и ее просто игнорировали. Длилось это, пока как-то раз на прогулке ее не толкнули случайно, и она упала на металлический забор спиной. Она вскрикнула от боли и сразу открыла глаза, крутя головой и ища путь отступления. Старших пацанов позабавило такое поведение девочки, и они каждый раз, когда видели ее, старались задеть ее или стукнуть.       Больше всего девочка реагировала, когда трогали спину, порой она просто отпрыгивала от касающегося и пялилась, пока не прислонится спиной к какой-нибудь поверхности.       На одиннадцатый день рождения она сидела одна в комнате, листая книжку о разных животных с картинками.       — О, ты чего тут? — соседки вернулись с прогулки и начали распихивать запрещенку в виде сигарет по углам комнаты. Девочка не ответила, а лишь кивнула им, здороваясь, и вновь спрятала нос в книгу.       Соседки цыкнули на нее и покрутили у виска, смеясь над ней между собой, называя пришибленной. Они ушли, вновь оставляя девочку один на один с книгой. Вообще, читать она любила больше всего. Книги всегда уносили ее сознание куда-то в другое место и дарили спокойствие и уют. Пока другие девочки прятали сигареты, малышка прятала книжки. Парочка еще не прочитанных лежали в подушке, несколько было спрятано в туалете под деревянным подоконником. Можно сказать, весь день дом был напичкан разными нычками детей, что жили здесь. И поскольку книги не были разрешены, а прятались с целью прочтения, а не уничтожения, как другими детьми, то, когда их находили, воспитатели иногда сообщали ей об этом, а иногда вовсе не трогали книгу, приклеенную скотчем к потолку в подсобке.       На этой почве более старшие дети часто просили или же приказывали из книг делать тайники для них. Она не отвечала и лишь мотала головой, стараясь сбежать обратно к себе в комнату.       — Она ваша — Девочка вздрогнула от неожиданности и опустила книгу, смотря, как мальчишки входят в комнату вместе с ее соседками.       — Ну что, подстрелыш? Пора отвечать за свое неуважение? Что думаешь? — Трое парней, почти выпускников детдома, подошли к ее кровати и начали хватать девочку за ноги. Сначала она просто в оцепенении смотрела на них, но потом, когда двое других попытались снять с нее штаны, она резко осознала, чего они добиваются. Она забила руками и ногами, стараясь выбраться.       — Отпустите! Не надо!       — О, так ты говорить умеешь? Офигеть — Парни не останавливались и, не церемонясь, стягивали одежду с маленького тельца.       В один момент один из парней коснулся ее спины, чтобы снять кофту. Мур резко перестала сопротивляться, чем удивила парней. В следующее мгновение она постаралась провернуть с ними то же, что с отцом. Парня сверху она смогла пнуть в район паха, откидывая его с кровати. Руки держали другие двое, что ржали над другом, которого скинули. Девочка не могла сделать что-либо руками, но ноги были свободны. Она заехала одному из парней коленом в нос, выворачиваясь так, что вторая рука, что еще держали, чуть не оторвалась, по ощущениям.       — Отпустил — сказала девочка, понижая голос. Она в книжке прочла, что сказанное более грубым и уверенным голосом лучше воздействует на результат. Парень отпустил, поглядывая на товарищей. Она глянула на парня, что отлетел первым, и перед глазами всплыла картинка отца. Та самая, где его лицо было больше похоже на ее поделку из пластилина. Девочка шагнула к нему и начала бить руками и ногами.       Кровь, разгоняемая адреналином, билась, словно барабаны, отдавая в уши. Под каждый ее стук девочка старалась наносить удар. Она не слышала ничего, кроме ритма своего бешено бьющегося сердца. С того дня соседки попросили переселить эту ненормальную, так и поступили. Теперь комнатой девочки была небольшая кладовка с кроватью для совсем маленьких, на которой не было возможности даже ноги вытянуть.       Малышка начала изучать книжки по боевым искусствам и организму человека. Она хотела защитить себя в следующий раз. Себя или кого-нибудь? Ведь если такое случалось с ней, то вполне возможно, что еще много детей выживают, а по-другому и не скажешь. Старшие ребята еще несколько раз пытались пробраться к ней в комнату по ночам, но получали и в итоге уходили еще более злые.       — Вот эта? — Пока она гуляла, ей дорогу перегородили несколько амбалов. По сравнению с маленькой двенадцатилетней девочкой мужчины выглядели как великаны. Рядом с ними стояли и мерзко улыбались парни. Те самые, что доставали ее в детском доме. Теперь и на прогулке вылавливают. Она закатила глаза на такую картину.       — Ты сейчас глаза закатила, мелочь? — Мужчина плюнул под ноги девочки и состроил такое лицо. … Оно должно было быть угрожающим, но девочка посчитала, что он какать хотел.       Она, стараясь сдержать улыбку, пыталась просто обойти их, дабы не встревать в не пойми что.       — Я с тобой говорю, пришибленная — Мужчина схватил ее за предплечье и дернул к себе. Девочка на этот раз не растерялась и, отталкиваясь ногами от земли, перенесла вес на руку, что держал мужчина. Пробежавшись своими ножками, она ударила громилу в челюсть, отправляя того в нокаут. Даже, судя по крови изо рта, он прикусил язык.       — Сказали бы сразу, что соскучились по мне, я бы навестила вас — Девочка одарила парней милой улыбкой. Милой — это она так думала. По факту она смотрела бесцветным взглядом на парней, не моргая и скалясь в улыбке, что можно было равнять с бешеной псиной. Парни валили от нее, сверкая пятками.       Она еще раз пнула по ребрам мужчину в отключке и направилась дальше гулять по парку.       В тринадцатый день рождения к ней пришли гости, что было удивительно не только для девочки, а для этого детдома в принципе.       — Малышка, как же ты выросла! — Мужчина, сидевший в игровой, подскочил на ноги и подошёл к девочке.       — Что вам надо? — Она чуть отстранилась, готовясь к нападению. Все только и делали последние года, что хотели причинить боль или изнасиловать.       — Я твой дядя, брат твоей мамы. Мы виделись на твоем дне рождения, когда тебе исполнилось лет пять, вроде. Он осторожно подошёл к девочке и встал на колени, чтобы быть с ней одного роста — Помнишь?       — Нет — Она махнула головой, продолжая всматриваться в лицо мужчины. Оно было бледным и с явно давно не бритой щетиной. Но что-то было в его глазах такое знакомое. Глаза девочки расширились, когда она поняла, как он похож на маму, если добавить худобу и убрать щетину.       — Вспомнила? — Он добро улыбнулся и погладил ее по плечам. Ответом были слезы, покатившиеся по щекам, и к ним присоединились судорожные кивки. Девочка обняла мужчину, чуть ли не опрокидывая его, и расходясь в плаче.       Новый дом. Новая комната обставлена по-девчачьи. Большая кровать. Она прошлась по комнате, осматривая ее, и села на край кровати, не веря в происходящее.       — Нравится? Макс год ее готовил, сам все делал. Жена дяди улыбнулась.       — Год? — Девочка хлопнула глазами, переводя взгляд на женщину.       — Тебе не говорили? — Она села к девочке на кровать. — Ему сообщили только полтора года назад, и все это время собирал документы, чтобы забрать тебя. Тебе разве не сообщали? Девочка помотала головой. — Ну, я не удивлена. Нам раз двадцать отказывали в визите. — Она чувственно вздохнула. Выругалась бы, да не при ребенке.       — Да… Они там те еще выблядки. — Согласилась девочка.       — Люси! Что за слова? — Удивилась женщина.       — Правда не всегда звучит приятно — Та беспокойно встала и начала разбирать свой рюкзак.       — Я, конечно, согласна с тобой, но давай договоримся, что дома мы не выражаемся подобным образом?       — Поняла — Та механически кивнула. Все казалось такой фальшью. Семья? Ну да, конечно.       У дяди был ребенок. Маленький мальчик Майк, он с большим энтузиазмом носился за девочкой по дому и пытался затянуть ее в какую-нибудь игру. Она старалась его игнорировать, но тогда мальчик поступал иначе. Пока девочка читала очередную книгу на диване в гостиной, тот мальчик садился перед ней и смотрел так долго, что либо засыпал, либо Люси сдавалась и все-таки шла на компромисс и развлекала маленького паршивца.       Не совсем было понятно, как она относится к этому мальчику. С одной стороны, он был очень надоедливым, но с другой — очень смышленый и в какой-то степени мил. Майк рисовал ей рисунки, дарил конфеты, делился игрушками. Ну как делился, порой он просто закапывал ими девочку, пока она просто сидела и читала.       Школа.       Вроде бы одно слово, но столько мерзости приносит в душу. Люси не ходила в школу, пока была в детдоме, но выполняла все поставленные задания местными педагогами. Теперь, когда она переехала, то ее отправили в местную школу. Почти тот же детдом, только не ночевали, а расходились по домам после занятий или гуляли.       Училась она на отлично. Девочка жадно поглощала любую информацию, особенно ей нравились уроки биологии и химии. Второй, правда, давался с трудом, запомнить все реакции и схемы было почти невозможно.             Вообще любая визуальная информация запоминалась очень трудно с того дня.       Появились первые знакомые, с которыми она обсуждала непонятные им темы, и ей приходилось разжевывать их, чтобы те поняли. Но тех, кого можно хотя бы отдалённо назвать друзьями, не было. В один из дней она шла домой чуть позже обычного, засидевшись дома у одной из одноклассниц, чтобы помочь ей с математикой. Вечерний воздух приятно остужал после жаркого дня и дарил спокойствие. Пока она шла мимо местного парка, со стороны послышались крики и мольбы о помощи. Люси завертела головой в поисках источника звука и наткнулась на еле различимые фигуры людей в дальней, плохо освещённой части парка.       Прошла бы дальше. Она уверенно развернулась в сторону шума и ускорила шаг. На подходе она скинула сумку с плеча и с разбегу влепила коленом парню, что избивал парнишку лет десяти.       — Ты что, сука? Ты кто вообще? — Она решила не отвечать им, а просто начала избивать их, улыбаясь. После того как все парни лежали и скулили, девочка поняла, что ей стало легче. Теперь вечерний воздух казался еще свежее. Улыбка расплывалась на лице, а руки отдавала приятная боль. Костяшки были несчастно сбиты. Того паренька и след простыл. Ну и ладно.       Девушка подобрала свою сумку и продолжила свою умиротворенную прогулку до дома.       Через месяц она упросила дядю записать ее на занятия по каким-то единоборствам. На вопрос «зачем?» она лишь пожимала плечами и говорила о психологическом восстановлении через физнагрузку. Язык у нее был подвешен для ее возраста, и аргументов, чтобы НЕ записать туда девочку, не осталось.       Так она начала ходить сначала на самбо, но быстро перевелась на бокс. Занимаясь несколько раз в неделю, приемные родители заметили, как девочка начала разцветать на глазах. Правда, общение с мужчинами постарше с клуба не особо сказывалось на ее манерах. Но Люси начала общаться с дядей и тетей, начала чаще выходить гулять с Майком, даря женщине время наедине с собой, и просто стала выглядеть живой.       Один мужчина с клуба начал частенько провожать девочку до дома. Поначалу дядя очень сердился на племянницу за такое поведение, но после, сдружившись с тем мужчиной, успокоился. Гилд, так звали мужчину, что оберегал малышку на занятиях и просто был добрым к ней, потерял дочь из-за какой-то болезни. Теперь он с радостью приходил на выходные в дом дяди, они пили пиво и между делом показывали результаты тренировок на заднем дворике. Впервые, когда они устроили спарринг,      Майк вырвался из рук матери и полетел на мужчину, колотя его маленькими кулачками, с криками, чтобы тот не бил сестренку. Все тогда очень удивились этой ситуации и долго ему объясняли, что драка и спарринг — понятия разные. Малыш тоже заинтересовался боксом, и теперь раз в неделю, когда Гилд приходил в гости, они устраивали тренировку на свежем воздухе, и когда Майк уставал и засыпал, только тогда начинали спарринг.       Жизнь налаживалась, появлялись друзья, но долго не задерживались в жизни девушки из-за ее увлечений. Она не расстраивалась и проводила время с младшим братом, в клубе или отдыхала за книгой.

***

      — Да держи ты, блядь, блок! Как рухлядь, ей-богу! — Крикнула Люси сопернику. Это был новичок в их клубе, и по комплекции был ближе к девушке, чем мужчина-шкаф.       — Да ты ебнулась так лупить? — Парень вставал, хмурясь и вытирая пот предплечьем       — Не ной, а держи удар! — Она вновь нанесла удар, и, когда парень вновь свалился, она вскрикнула: «Ну нет, это невозможно, блядь! На хуй, я к груше».       Люси скинула перчатки, швыряя их через весь зал к скамейке.       — Что-то она какая-то бешеная сегодня — Прохрипел парень, поднимаясь. Обычно девушка была спокойна и могла подолгу объяснять, что не так делает парень.       — Бывает, не переживай, это женские приколы — За такую фразу мужчина получил одной из перчаток по лицу.       — Попиздите мне тут, дети великовозрастные — Она зло оглядела ребят и направилась оттачивать удары на груше. Хотя, по-честному, она просто старалась выплеснуть эмоции, которые все никак не хотели заканчиваться.       — Эх, мужика бы тебе — Сказал новенький, и за это ему прилетело по подзатыльнику.       — Молчи, если нет, знаешь, ей всего 15 вообще-то.       — Да ну? Ахренеть — Новенький по-другому уставился на красивую фигуру девушки, взгляд вперед, твердая стойка и быстрые удары, набирающие скорость с каждым последующим.       Парень сам был лишь на пару лет старше девушки.       — О нет, дружище, даже не смотри на нее так — Мужчина покачал головой.       — Почему? Она ж сама напрашивается. .       — Напрашивается? — Мужчина сжал сильнее руку на плече парня и зыркнул на него. Услышавшие это постояльцы тоже недобро покосились на парня, кидая предупреждающие взгляды. Девочка была тут словно в осином гнезде. Тронешь ее, остальные тоже полетят жалить.       — Ебла попроще, товарищи — Люси поморщила носик, подходя к бутылке с водой — Слышь, Карлос, что ты там говорил про бои на деньги? — Она вновь прильнула к бутылке с водой, вскидывая брови.       — Ну, раз тебе адреналина не хватает, то дам номерок. Но потом не говори, что тебя там обижают — Хохотнул мужчина, улыбаясь и доставая телефон.       — А? — Парень открыл рот и указал пальцем.       — Она у нас адреналиновая наркоманка, мы уже привыкли — Она вновь похлопала парня по плечу, отчего тот свалился на зад. — Но ты нас услышал.

***

      Люси смотрела на записку, написанную собой же пару часов назад, и на адрес на доме. Покрутив головой, так и не увидела входа.       — О, чей эскорт? — Ей на плечо положили руку, и она по привычке перекинула его через плечо — Сука, да как ты смеешь?       — Джозеф, заткнись — Сзади подошёл еще один мужчина и смерил девушку взглядом — Пришла драться что ли? Не маленькая ли?       — Будем пиздеть? Или уже дадите мне кого отмудохать? — Она лениво перенесла вес на другую ногу и показала себе за спину на здание.       — Ну-ну, когда заскулишь, не жалуйся потом — Мужчина рассеялся и направился к неприметной калитке с боку здания. Она последовала за ним. Немного попетляв среди старых складов, они вошли в один из них, в котором даже с улицы слышались возгласы людей.       Внутри было три просторных ринга с сетками от зрителей. Она прошла чуть в стороне, следуя за мужчиной, и тот проводил ее до раздевалки.       — Женских нет, не обессудь, малышка — Мужчина гадко усмехнулся, открывая дверь в раздевалку, где были полуголые мужчины.       — Похуй — Она вошла в комнату, скидывая сумку на скамью и, не обращая ни на что внимания, начала раздеваться до нижнего белья.       — Вот это да, нам уже девочек сюда доставляют — Присвистнул парень, подходя к Люси в одном полотенце.       Она бросила короткий взгляд на него. Недобрый, оценивающий, и вновь вернулась к одежде, вытаскивая из сумки топ и лосины.       — Эй, я к тебе обращаюсь, на кой ляд ты одеваешься? — Он прикрикнул на нее и собирался схватить за руку, но она просто долбанула его в колено с силой, и тот свалился с искривленной конечностью. Она продолжила спокойно одеваться дальше, а раздевалка погрузилась в тишину, разбавленную скулежом мужчины.       — Эй-эй, жди до клетки! — Прикрикнул на нее распорядитель.       — Еблозырники раскрой, веди уже, хотя, если там все такие — Она кивнула на парня, которому помогали вправить ногу, — то я, пожалуй, пойду.       — Тц, следи за языком, мелочь — Мужчина смерил парня с повреждённой ногой взглядом и продолжил: — С его противником выйдешь, раз борзая такая.       — Веди уже — Она закатила глаза, скрещивая руки на груди.       — Дамы и господа, произошли некоторые замены в составе, товарищу «Бруско» стало нехорошо, так что его заменяет эта маленькая прелестница — Распорядитель говорил в микрофон, что разносил его голос по большому складу и отражал от стен. Толпа загудела неодобряюще. «Кто пустил сюда ребёнка?» «Тут не детский сад» и всё в таком духе.       Люси вышла на ринг и оперлась о сеть, ожидая оппонента. На ринг поднялся мужчина примерно той же комплекции, как и тот в раздевалке. Проработанные мышцы рук и груди, но совершенно тощие ноги. Она хмыкнула, отталкиваясь от сети.       — Че лыбишься? — Мужчина начал наклонять шею и хрустеть ею, стараясь нагнать ужаса в маленькую девочку.       Она промолчала, хищно улыбнувшись, и лишь приняла стойку.       — Бой! — объявил распределитель, и первым рванул мужчина, стараясь нанести прямой удар правой. Девушка просто присела, делая подсечку, и мужчина упал на локти.       — Вставай, блядь, спящая красавица! — Она кинула, улыбаясь и переминаясь с ноги на ногу. Толпа воодушевленно взревела от такой выходки малявки.       Мужчина ударил по полу, вставая и вновь кидаясь на девчонку. Вновь удар правой, но теперь он ушёл в молоко, а Люси нанесла правой по его открывшемуся боку и добавила коленом в живот. Вишенкой на торте добавила удар с разворота, который отправил мужчину свалиться спиной на ринг.       Десять.

Девять.

Восемь.

Распорядитель начал отсчет, а Люси начала ходить из стороны в сторону в ожидании, пока тот встанет.       Семь.

Шесть.

      На счет пять мужчина встал и, немного откашлявшись, встал в стойку.       — Ну? Ты пришел драться или пялиться? — Она развела руками в приглашающем жесте, улыбаясь так, будто он уже проиграл. Провокация удалась, и он вновь рванул на нее. Она закатила глаза так, что аж голову пришлось запрокинуть, ибо тот вновь напал с тем же ударом. Это даже не смешно. Что в таких боях важно? Зрелище? Она просто прокрутилась в бок, чеша голову одной рукой и прикрывая второй зевок. Ну а что? Ну подраться с ним нет возможности, еще удар, и он просто упадёт.       — Аой, прости, ты ударил? Я отвлеклась — Люси мило улыбнулась.       — Ах ты ж сука! — И вновь тот же удар правой. Она резко села и пропустила удар над собой. Перекатом ушла ему за спину и шлепнула по заднице.       — Какая тощая. — Она удивленно посмотрела на свою ладонь — А ты достаточно кушаешь? — Толпа разразилась смехом и свистом. Им нравилось, а девушке нет. Она пришла драться до крови, а не выступать в цирке. Решив закончить все быстро, она сама рванула первая и очередью ударов в корпус отправила мужчину в бессознанку.       — Это было… Неинтересно! А можно того, кто умеет драться, а? — Она поковыряла мизинцем в ухе и для эффектности подула на него, когда вытащила.       Следующие оппоненты были более подготовлены, и даже парочка могли не достать, но в итоге улетали в сеть. Так продолжалось раз пять или шесть, девушка уже успела запыхаться. Думая, что если выдаст шоу, то ей наконец-то поставят кого-то адекватного.       — Потанцуем? — Новый оппонент завёл руку за спину, а вторую протянул к девушке. Она отпустила шутливый реверанс и встала в стойку — Дамы вперед — Он скривился в усмешке. Люси приняла предложение и нанесла удар правой, но попала в хороший блок.       Они оскалились одновременно. Он от силы удара. Она от его техники. Далее было что-то плохо разберимое. Она наносила удары, ускоряясь, и из-за этого не всегда успевала ставить блок, пропуская некоторые удары. Мужчина тоже пропустил несколько, но никто из них не подавал вида. Для них это на самом деле оказался танец, в котором они боем выясняли, кто ведущий, а кто ведомый.       Новый пропущенный удар выбил равновесие девушки, и ее отправили на лопатки.       Десять.

Девять.

      Распорядитель начал отсчет, но в этот раз для нее. Она лежала и тяжело дышала, смотря вверх, и улыбалась.       — Ну что же ты, спящая красавица, спать надо дома — Мужчина поцокал, вертя головой из стороны в сторону. Он тоже тяжело дышал, но стоял.       — Только если у тебя — Кинула девушка, поднимаясь на ноги. Мужчина удивленно приподнял брови и завис.       — Мы ведь даже не знакомы, с чего такой напор? — Он откинул ее удар, перехватывая руки, и прижал ее спину к своей груди, беря на удушающий.       — Уж простите, что смутила вас, сударь — Она подпрыгнула, ударяя его макушкой в челюсть, и согнула ноги, перекатываясь вместе с ним. Теперь он лежал на матрасе, а девушка вставала с переката.       — Отнюдь, вы меня удивили, сударыня — Она начала вставать до отсчета — Причем приятно удивили. Они вновь переглянулись и улыбнулись, только в этот раз это был не оскал, а более искренняя улыбка.       — Приятно слышать — Она рванула на него, стараясь нанести удар в челюсть, но рука мужчины оказалась длиннее, и Люси улетела в нокаут, отключаясь.

***

      В себя она пришла уже в доме мужчины, с которым дралась. Голова звенела, гудела и посылала нейронные маты своей обладательнице.       — Проснулась? — В комнату зашел мужчина с распухшей челюстью и небольшой гематомой на виске.       — Потешь мое эго и скажи, что это от меня — Она обвела рукой лицо.       — Ахахах, да!Как ты вырубилась, то на ринг вышли другие, а тебя хотели бросить в раздевалке, пока не пришла бы в себя. Но знаешь, глядя на те сальные взгляды, что на тебя кидали…       — Да вы прям джентльмен, сударь — Хохотнула она, потягиваясь в кровати — Но это вы зря…       — Почему же? — Он вскинул брови, садясь на край кровати и протягивая ей стакан воды с таблеткой.       — Спасибо — Она улыбнулась и выпила ее — У тебя матрас как облачко, придется еще раз меня вырубить, чтобы вытащить его — Она вновь откинулась, расправляя руки в стороны.       — Ну лежачих не бьют, это первое — Он поставил стакан на тумбочку.       — А второе? — Она приоткрыла один глаз, следя за мужчиной.       — А во-вторых, лежа делают нечто другое — Он медленно наклонился к ней, целуя в живот.       — А как же «мы мало знакомы»? — Хохотнула она, запуская руки в его волосы, но не отталкивая.       — Атуль, а ваше имя, сударыня? — Он улыбнулся, поднимаясь поцелуями к ее шее. Приятная истома начала разливаться по ее телу.       — Люси — Простонала она, когда он прикусил ее за шею.       — Ммм, Люси       — Да

— Люси!

      — Что?

— Люси, проснись!