Глава 14

28 октября. Я просыпаюсь ближе к полудню. Я нащупываю место около себя, где обычно спит Грэнджер, но там пусто. Я открываю глаза и понимаю что ее нет в постели. Почему то меня охватывает паника. Мне вспоминается, как я просыпался один. Тогда. Без неё. Целых два года. Но вот я здесь, в настоящем. И всё же, я вскакиваю с кровати, ищу свои боксеры или штаны. Не найдя их, я достаю из шкафа новые, быстро надеваю их и спускаюсь вниз. Из гостиной доносились приглушённые голоса. Я замедляю шаг, чтобы остаться незамеченным и слушаю их разговор. Это мама. И Гермиона. —Гермиона, ты будешь великолепна. У моего сына будет такая красивая жена... — Право, Нарцисса, я не считаю себя особенной. — Дорогая, если ты не красишься, как последняя куртизанка, то это потому, что ты самая красивая девушка. У моего сына всегда был превосходный вкус во всём. — Спасибо вам... — А вот кстати и он. Драко, хватит стоять за дверью. Я вздрогнул. Мама уже знает что я здесь. Я захожу в комнату с видом провинившегося ученика. Подхожу к своей любимой Гермионе и нежно целую её в щёку. — Всё в порядке? Что вы тут затеяли? Устраиваете девичник? — Нет, Драко. Гермиона просто примеряла платье... Хотя идея девичника кажется мне неплохой. Сегодня моя мама на удивление бодра и полна улыбок. Это напоминает мне о тех временах, когда я был маленьким и не мог дотянуться до шкафчиков с конфетами. Тогда я просил эльфов достать мне сладости, и они всегда выполняли мою просьбу, против воли родителей, а мама лишь снисходительно улыбалась и взъерошивала мои волосы. Гермиона берёт меня за руку, и этот простой жест означает для меня так много. — Мама, я не могу позволить тебе сегодня похитить мою невесту. Вы должны включить меня в свою девичью компанию. Тем более, что лучше компании вам не найти. — Ах, Драко, ты такой очаровательный! Мы подумаем... Мы стоим и улыбаемся друг другу, обмениваясь шутками. Это утро стало одним из самых прекрасных в моей жизни за последние несколько лет. 19:00. Мы сидели у камина, в доме и на улице было холодно из-за сырости и дождя. Гермиона уютно устроилась у меня на коленях, погружаясь в чтение книги. Я же делал вид, что тоже увлечён книгой, но на самом деле я читал её, поглощал глазами, запоминая каждый взгляд, словно стремясь впитать его в себя. —Ты чем-то обеспокоена? — спрашиваю я, заметив её нахмуренные брови. — Нет, просто сегодня я чувствую себя не очень хорошо. — Волнуешься? Перед свадьбой... Она закрывает книгу, и её взгляд говорит о том, что она устала. — Нет, не из-за свадьбы, а из-за того, что будет потом, — отвечает она. — О чём ты? — спрашиваю я, поскольку её ответ звучит не совсем понятно — Ты снова уйдёшь... Я тяжело вздыхаю. Она беспокоится, что я собираюсь уйти? — Я вернусь, Гермиона. Мне осталось закончить одно дело, и всё будет кончено. — Почему ты не хочешь рассказать мне? Что ты собираешься делать? Я нежно провожу рукой по её волосам. Они распущены, и локоны свободно вьются, как мне всегда нравилось. — Я знаю, как ты стремишься попасть в гущу событий, Гермиона. Но это уже не твоя война... Она не для троих школьников, которых старый директор обрек на смерть. Для ее исхода нужна армия. И если ты не будешь знать подробности, то будешь в большей безопасности. Я стараюсь передать суть сказанного как можно более точно и ясно. Она прижимается лбом к моему лбу и тихо спрашивает: — Скажи, хотя бы, куда ты уезжаешь и как долго тебя не будет? Мы молчим минуту и я взвешиваю все за и против нужно ли ей это знать. Но всё же говорю: — Мы отправляемся в Россию. Надеюсь, до Рождества я вернусь. Она смотрит на меня с испугом, встает с моих колен. Ее глаза прищуриваются, а брови сдвигаются к переносице. — Ты уезжаешь так надолго? В Россию? Но оттуда же невозможно выбраться... Я наблюдаю за ней и нахожу новую для меня эмоцию, она беспокоится обо мне? Я встаю и подхожу к ней, беря в ладони ее лицо. — Всё будет хорошо, милая... — Всё происходящее уже не хорошо...— недоверчиво говорит она. —Слушай. У меня в сейфе есть одна вещь. Портал... — Портал? О чём ты? Ее искренние удивление и чувства ведут меня к краю бездны. И всё-таки я расскажу ей всё. Пусть у неё будет выбор... — Портал... "Цветок потерянного рая"... Он перенесёт тебя в безопасное место, если вдруг что-то пойдёт не так. Тебе нужно только сорвать его... Я нашёл его... У старого друга. — говорю я, отводя взгляд. — И куда он меня перекинет? — Я не знаю... Он может перемещать во времени и пространстве...и вообще в другую параллельную вселенную . — О чём ты? — Если ты не хочешь жить так, как мы живём сейчас, просто воспользуйся им. Если что-то пойдёт не так, и я не вернусь… — моя речь обрывается от накатывающей злобы на весь этот мир и на себя. —Но зачем мне это? Если он перенесёт меня в другое время, значит, ты не будешь помнить всего, что между нами сейчас? — её глаза смотрят мне прямо в душу. — Куда бы ты ни отправилась, знай, что я всегда буду любить тебя. Где бы я ни находился и каким бы ни был, просто вспомни, что это я. Она прижимается к моему плечу и тихо плачет. Мне так больно видеть её слёзы. В этот момент я готов разнести всё в этом зале вдребезги. — Постой... Ты уже использовал его? Что я чувствую в этот момент? Что она увидит в моих глазах? Боль? Страх? — Да... Один раз... — О, Боже! Драко! Я не должен был ей этого говорить. Но я не могу молчать. Я хочу, чтобы кто-то знал. Я хочу, чтобы она знала. — Я пришёл сюда к тебе... Ты была моей женой... Мы были женаты шесть лет! — И что произошло? — В её взгляде сквозит решимость и нетерпение получить ответ на свой вопрос. — Говорили, это было самоубийство. Ты ушла... Мы хотели детей, и не могли... — мой голос дрожит, когда я произношу эти слова, и в горле появляется комок, который я с трудом сглатываю. Она отстраняется от меня. — И ты вернулся сюда? Там тоже была война? — Нет, Гермиона. Там... Поттер убил Реддла. Теперь я вижу в её глазах разочарование и боль. — Но, Драко... Как ты мог! Ты обрек нас на войну! — Я не знал, что окажусь здесь! Я пытаюсь подойти к ней, но моя любимая гриффиндорка отступает. Ох уж это благородство, стремление спасти всех и вся! — Я не мог жить без тебя! Прошло два гребаных года! Я всё время был один! Моя мама с ума сошла тогда после всего... Все были счастливы, все меня жалели... А я нет! Так что прости, но я рад, что наконец могу тебя видеть и обнимать и не важно какой ценой... У нее по щеке скатывается слеза... — Я понимаю твою боль. Когда я оказался здесь, мне было так же плохо. Я даже хотел сразу же покончить с собой... Но потом я вспомнил, что в этом мире есть ты, и я продолжаю жить. Я живу только ради тебя... — мне больно признаваться, признания всегда давались мне с трудом. Она смотрит на меня с мокрыми глазами. Хвала Мэрлину она не упрекает меня теперь. Я осторожно крадусь к ней. Что за черт! Я перестал бояться Рэддла, но до безумия боюсь ее потерять. Я протягиваю руку и беру нежно ее за запястье... Она не одёргивает. — Ты можешь им воспользоваться. Он приведёт тебя к твоему лучшему жизненному пути... Я думаю тебя ждет там много хорошего... Она ничего не говорит мне и кивает. — Может ли цветок перенести двоих или троих человек? — интересуется она. — Нет, — отвечаю я, — я изучал древние рукописи Мэрлина. В них говорится о существовании семи цветов. Хотя, на мой взгляд, он всё же один.Просто когда кто-то возвращается во времени, этот цветок вновь обретает силу. Но это не бесконечно... Она думает. Загадки всегда были по ее части. — Сколько всего цветов было использовано? — Мэрлин — три раза, древние хранители — два раза, и я — один раз. — Если их семь, это последняя попытка... Семь цветов — семь перемещений, — говорит она, и я восхищаюсь её проницательностью. Самая умнейшая женщина в магическом мире. Я улыбаюсь и говорю ей: — Значит, он твой... Наконец, этот ужасный разговор подошёл к концу. Она поспешила наверх, прикрыв рот рукой. Я сжал кулаки, чтобы не разбить мебель, но всё же сдержался и последовал за ней. Она была в уборной. Ее тошнило. Я подошел к ней и убрал свисающие к лицу волосы. Я чувствую вину что, она так расстроена, что не может сдержать рвотных позывов от всего произошедшего. Я глажу ее по спине, пытаясь успокоить, когда ее охватывает очередной приступ рвоты. И внезапно меня озаряет мысль: могла бы она забеременеть? В этом мире? Ч смотрю на нее, как она умывается и спрашиваю: — Ты в порядке? Ты очень бледная... Я тебя расстроил? — Нет... Просто наверное не то съела. Я наблюдаю за ней, но она не делится со мной своими переживаниями. Разве она не сказала бы мне, если бы ждала ребёнка? Здравый рассудок говорил, что она не могла иметь детей. А что-то в глубине сердца шептало, что надежда есть. Я не стал больше ничего спрашивать у нее. Возможно я надеюсь, что это станет реальностью. И я оставил эту тему в покое и весь оставшийся день просто наблюдал за ней. Я фиксировал все изменения в её поведении. Всему же есть разумное объяснение. Но я хочу ребёнка... Поэтому я предпочёл пока молчать. **** Гермиона провела бессонную ночь. Откровение Драко стало для неё настоящим потрясением. Они уже были мужем и женой раньше, и он вернулся за ней в другую параллель жизни, где она жива. У них не могло быть ребёнка... Гермиона припоминает, как в медицинском центре ей сказала ворчливая колдомедик, что извлекла из ее чрева черное проклятие... В этом мире ее исцелили и скоро она станет матерью. А Драко станет отцом. От осознания этого к горлу подступают слёзы. В последнее время она часто плачет. Гермиона очень боялась, что Драко что-то заподозрит раньше времени. Драко нужно довести начатое до конца, избавиться от Реддла и его ярых приспешников. Однако Гермиона не была уверена в его победе. Откровенно говоря, когда они с Гарри и Роном бегали по лесам, она тоже не верила в успех. Всё было очень сложно, и они не знали, что делать. Как и сейчас, тогда они были в полной растерянности. Но нужно сейчас надеяться, не сдаваться, не терять веры. Ради их будущего, ради будущего ребёнка. Гермиона набрала воздуха в свою грудь, переводя дыхание от волнения. Было уже за полночь. Драко тихо спал, положив голову ей на плечо. «Интересно, каким будет их ребёнок?» — думала она. — «С такими же светлыми волосами и глазами, как грозовое небо?» Гермиона углубилась в свои мечты и переживания и не заметила, как за окном стало светло. Драко с трудом оторвал голову от подушки и, потирая глаза, спросил: — Ты уже не спишь? Гермиона с нежной улыбкой ответила: — Разве я могу спать, когда моя свадьба так близко? Драко, кажется, оценил её слова, и в его взгляде зажглись радостные искорки. Он нежно провёл рукой по её щеке. — Я так счастлив... Несмотря ни на что... Гермиона отвела взгляд и встала с кровати. Она тоже была счастлива. Но мысль о боли, которую им, возможно, придётся пережить, не давала ей покоя. — Итак, мой будущий муж, прошу вас вернуться в свои покои. Невесте нужно подготовиться к свадьбе... Драко приподнял бровь в немом вопросе: — Ты выгоняешь меня? Я никуда не уйду... — Видеть невесту до свадьбы — плохая примета, — мягко ответила она. Драко улыбнулся уголком губ. — Ну коли так, значит скоро это будет поправимо... Он подошел и нежно поцеловал ее в губы. Эрекция болезненно напоминает с самого утра. Он страстно желает ее, и его руки сами тянутся к ее стройному телу, приподнимая шелковый халат. Однако Гермиона, мягко отстраняясь, говорит: — Сейчас не время. Твоя мама меня уже ждет. Драко закатил глаза: — Может быть, уделите мне немного времени, будущая мисс Малфой? Я осознаю свою настойчивость, что иногда мне кажется, что я сам готов отрезать его , хотя, думаю, вам это не понравится... Гермиона подавила смешок, закашлявшись. Он подошел к ней вплотную, намереваясь завершить начатое. Они нежно целуются, словно пытаясь испить друг друга до последней капли. Он нежно касается её бёдер, приближаясь к сокровенному. Гермиона набирается сил и настойчиво говорит: — Сегодня только после свадьбы... Драко нехотя отпустил её, но сказал: — Я взял с тебя слово. Он надел штаны и вышел из комнаты. А Гермиона стояла, волнуясь от предстоящего события. 23:30 Гермиона и Нарцисса стоят в комнате невесты. Нарцисса затягивает волосы Гермионы в высокий хвост, открывая её изящные плечи. Вместо того чтобы просто жениться, Драко решил провести ритуал венчания на крови. По словам Драко, этот обряд даст Гермионе защиту всего своего рода, а также обеспечит безопасность их будущим детям. Провести церемонию предложила Нарцисса. Поэтому это будет не пышное торжество, а простое венчание. А точнее совсем не простое. А с применением темной магии, и проведением обряда у могил родственников. Только кровный родственник может провести церемонию, поэтому их будет только трое — Драко, Гермиона и Нарцисса — Ты готова, Гермиона? — спросила Нарцисса, не в силах скрыть подступающие слезы. Сегодня она была настолько счастлива, что не могла сдержать своих эмоций. Гермиона, конечно, была готова, насколько это возможно. Она облачилась в белое подвенечное платье, которое нежно облегало фигуру, а затем изящно струилось по ногам, достигая пола. У платья был скромный вырез и тонкие бретели, которые скрывались под красивым кружевом, создавая эффект рукавов. Корсет был настолько тугим, что создавалось ощущение, будто не хватает воздуха, а пояс был украшен бриллиантами. — Это платье — часть истории семьи Блэков. С самых ранних поколений оно передаётся от матери к дочери... — Благодарю вас, Нарцисса... — Не стоит благодарности... Знай, что ты теперь часть нашей семьи. Малфои превыше всего ценят семейные узы. Помни это. Драко всегда будет рядом с тобой. У Гермионы на глаза наворачиваются слёзы. Это женщина относится к ней как к дочери. Она благодарна ей за это. **** Они подошли к фамильному кладбищу, которое располагалось за кромкой леса. Там их ждал Драко, стоя в темноте. Красивый высокий мужчина с точёной фигурой и платиновыми волосами, одетый в тёмный костюм с белой лилией на груди. Его взгляд слегка выражал волнение. Это её будущий муж. Драко Малфой. Гермиона улыбнулась себе. Он стоял перед могилой своего отца и других родственников. Вид этого места вызывал у Гермионы жуть, но она знала, что это необходимо. Гермиона подошла к нему, держа в руках букет белоснежных лилий. Её лицо было закрыто вуалью, а белые туфли слегка запачкались от земли. Драко улыбнулся, его руки были в карманах. Гермиона заметила искреннее волнение и очарование ею в его глазах. Он взял её за руку, и они долго смотрели друг на друга. Наконец , Нарцисса встала перед ними, очертив магический круг около них своей палочкой. В ее руках был древний фолиант семейной магии Малфоев. — Готовы? — спросила Нарцисса. —Всегда... — ответил Драко. — Да, — произнесла Гермиона, не в силах найти подходящие слова в такой волнительный момент. Нарцисса раскрывает книгу и начинает монотонно читать заклинания на санскрите. Драко крепко сжимает руки Гермионы. Внезапно за пределами круга появляются очертания душ. Люциус, несколько красивых беловолосых женщин, мужчины и Беллатриса — все они появляются вокруг них. Беллатриса смотрит на Гермиону пронзительным взглядом, и ей становится страшно, ее руки начинают дрожать. — Не бойся, они должны были прийти именно сейчас, — шепчет Драко, стараясь успокоить Гермиону. — Ты теперь под защитой нашего рода, под их защитой... Гермиона с удивлением разглядывает множество родственников, собравшихся вокруг них. Рядом с Драко стоит Люциус. Как и все остальные, он выглядит полупрозрачным словно эфир в своем облике. Его взгляд холоден и надменен, он пристально смотрит на Гермиону и не отходит от сына. Гермиона перевела взгляд на Беллатрису. Даже в образе привидения её облик был пугающим. Она обнажила зубы, и Гермиона услышала её смех у себя в голове. Гермиона зажмурила глаза. — Не бойся, она не сможет ничего сделать... Теперь... — попытался успокоить её Драко. — Я слышу её смех. — Сейчас всё закончится... — говорит Драко. Нарцисса заканчивает читать последнее заклинание, и вокруг них вспыхивает голубой огонь. Она входит в круг и произносит: — Перед лицом всего рода Блэков и Малфоев мы сегодня в эту священную ночь свидетельствуем о союзе между Драко и Гермионы. Этот союз нерушим и будет служить залогом защиты и покровительства для наших молодых супругов и их будущих наследников. Нарцисса протянула руку. Драко и Гермиона взялись за неё. — Согласны ли вы, Драко Люциус Малфой, взять в законные супруги Гермиону Джинн Грейнджер? — спросила его мать. — Да, — твёрдо ответил Драко. — Согласна ли, Гермиона Джинн Грейнджер, взять в законные мужья Драко Люциуса Малфоя? — продолжила Нарцисса пристально смотря на них. — Да, — произнесла Гермиона, не отводя взгляда от Драко. Нарцисса развернулабелый сверток и достала древний маленький нож из гоблинского серебра. Она коснулась Драко, делая надрез на его пальце. Капля крови скатилась по его пальцу и упала на землю. Гермионе она также сделала надрез, и на её руке показалась красная кровь. — Возьми меня за руку, — сказал Драко, и их окровавленные пальцы переплелись, словно объединяя их внутреннюю силу в единое целое. — Да свершится священный обряд, скреплённый магией крови, перед лицом могущественных покровителей рода. Отныне и навеки этот нерушимый союз скреплён. Драко, ты можешь поцеловать свою невесту. Гермиона замечает, как дрожат его руки. Он приподнимает вуаль, скрывающую её лицо, наклоняется к ней и нежно прикасается своими губами к ее губам. В этот момент наступила оглушительная тишина. Огонь погас, и духи испарились, словно их и не было. Гермиона ощутила, как по её телу словно прошёл мощный электрический разряд. Она пошатнулась. Драко нежно взял её за локоть. — Что это было? — спросила она, дрожа. — В тебе проснулась магия нашего рода. Они приняли тебя. Теперь ты моя... — прошептал Драко, глядя на неё темными, словно звериными глазами. — Пойдём, — произнёс он, и они, не оглядываясь, направились к Мэнору. Платье Гермионы развивалось на ветру в ночной темноте. Драко шёл быстро, словно боясь куда-то опоздать. Его взгляд был полон голода и ярости. Его рука крепко сжимала её ладонь. Нарцисса исчезла, аппарировав в дом. — Драко, подожди! — воскликнула Гермиона, с трудом переводя дыхание после быстрого шага. — Куда ты так спешишь? Драко посмотрел на нее и его взгляд в кромешной темноте был пугающим. Он шумно сглотнул и сказал: — Чертова магия и ритуал... Я хочу тебя прямо здесь... Его заметно затрясло и он зарычал... —Драко... — О нет, Гермиона... — прошептал он, с жадностью и страстью целуя её. — Не здесь... — Я не могу... Ты не представляешь, как магия венчания влияет на вейл... Он снова зарычал. — Ладно, — кивнула Гермиона. Драко снял пиджак и, небрежно наложив согревающий купол с чарами невидимости, и положил Гермиону на пиджак, расстеленный на траве. Он целовал её страстно, словно изголодавшийся зверь. Его горячность ощущалась сквозь чёрную рубашку. — Ты горячий... — прошептала Гермиона. — Я знаю... — ответил Драко и, не раздумывая, разорвал на ней платье, заставив Гермиону охнуть от удивления. — Оно восстановится, — сказал он ей. Не в силах оторваться, он целовал её обнажённую грудь. Гермиона начала расстегивать его рубашку. Ощущения ветра на их коже было непривычно в эти моменты. Он снял с неё трусики и со стоном приник губами к её лону. Он целовал её до тех пор, пока она не растаяла в его руках от наслаждения. Её тело наполнилось желанием, и она тоже застонала. — Черт, не могу... Черт... Драко ругался себе под нос и стискивал кулаки. Он сел и посадил ее себе на пах. — Пожалуйста... Я боюсь причинить вред сейчас... Гермиона, осознав его намерения, начала мягко двигаться, сидя на нём. Он целовал её грудь, ласкал возбуждённый сосок, и это было невероятно возбуждающим. Новая поза принесла новые ощущения. Гермиона ощущала его, словно имела власть над ним. Он помогал ей руками, поддерживая за бёдра, и она сама контролировала угол проникновения, чувствуя себя комфортно. — Тебе хорошо? — спросил он, глядя на её откинутую голову. — Да... Я уже близко... Драко зарычал и начал двигаться ей навстречу в порыве страсти. Он осторожно, но уверенно притягивал её к себе. Гермиона произносит оглушительный стон, который разносится эхом по лесу. Драко стонет в ответ, переворачивает на спину ее не размыкая объятий. Она сжимается вся, долго и сильно. Он ощутил это и с силой кончил в неё, сжимая в кулаке траву над её головой. Она шумно дышала. Он посмотрел на нее виновато, шумно дыша: — Вот черт! Гребная магия... Гермиона улыбнулась ему в ответ и сказала: — Все в порядке. Он облегчённо вздыхает, услышав эти слова. Через пять минут они возвращаются домой, слегка смущённые, но в целом удовлетворённые произошедшим.