Глава 13

-Как обстоят дела, милая? - Поинтересовалась Онни, провожая Анну к воротам Города. -Я нашла Аарона. Теперь мы поможем Агнесс. И я вас обязательно познакомлю, она понравится тебе, бабушка. -Для меня главное, чтобы ты была счастлива. Аккуратней, милая. Старушка заключила внучку в объятия. Она переживала за Анну, Онни беспокоила навязчивая идея девушки помочь Агнесс. Кто знает, к чему это приведет? Да и нужна ли эта помощь Агнесс? Не просто так попадают в Города. Особенно в такие, как у темноволосой девушки. Вылечить душу бывает сложно, а порой и вовсе невозможно это сделать. Бывает, что жизненные ситуации пускают свои корни в твоей душе, не оставляя шанса на другую жизнь. Они обрекают тебя на вечные страдания и боль. И старушка боялась, что эти корни доберутся и до ее внучки. Она не могла потерять Анну. Эта девушка - самое родное и ценное, что есть у Онни. Анна приоткрыла золотые двери и попала в коридор. Резкая хватка на талии девушки заставила ее завизжать. Анна задергала руками и замотала головой. -Тише, - засмеялся Аарон. - Куда направляешься? -Ты с ума сошел? - Прикрикнула Анна. - Зачем так пугать? -Прости, я не хотел. Держи, - парень запустил руку в корзину, которую нес с собой, и, достав оттуда красное яблоко, протянул девушке. -Спасибо, - приняла сладкий плод Анна. - Зачем тебе фрукты? -У Агнесс не слишком плодовитый Город. Раньше она очень любила фрукты. -Аарон, - прошептала Анна. Парень кивнул ей в сторону Города Агнесс и двинулся вперед по коридору. Анна молча поплелась за ним. Ей бы хотелось кинуться к Аарону и заставить отнести корзинку обратно. Агнесс не нужны фрукты, ей в целом не нужна еда. Жаль, что парень об этом не знает. Он хочет сделать ей приятно, но вместо этого принесет лишь болезненные воспоминания о былой жизни. Аарон уверенным движением раскрыл красные ворота, пропуская светловолосую девушку вперёд. Прикрыл за собой двери и с широкой улыбкой на лице направился к трону. Анна печально смотрела в спину парня, тихо ступала по мраморному полу и тяжело дышала. Она надеялась, что подарок Аарона не обидит Агнесс. Ведь он не знал. -Угощайся, - улыбнулся Аарон, поставив корзину на колени темноволосой девушки. Агнесс удивлённо рассматривала сочные фрукты. Взглядом прошлась по красным яблокам, персикам и ее любимой груше. Она сглотнула и перевела взгляд на Анну. -Угощайся, - кивнула ей Агнесс. Аарон непонимающе нахмурил брови и обернулся на Анну. Девушка теребила подол платья и смущенно улыбалась. -Эти фрукты для нас. Агнесс не ест. -Ты разлюбила фрукты? - Перевел он взгляд на Агнесс. -Я разлюбила еду, - выдохнула она. Аарон приоткрыл рот и переводил взгляд с одной девушки на другую. Он ждал объяснений, но они молчали. Спустя недолгую тишину Агнесс рассмеялась. -Мне приятно, Аарон. Спасибо. Но я не ем. -Понятно, - кивнул он и подошел к девушке со спины. Обхватил ее голову руками и начал вертеть в разные стороны. -Что ты делаешь? -Пытаюсь найти рану. -Какую? -Которую ты получила, когда ударилась головой. Звонкий смех эхом разнесся по Городу. Агнесс отцепила мужские со своей головы и взглядом указала на стул. Анна приняла свое законное место, Аарон продолжал недоверчиво смотреть на Агнесс, но опустился на пол, ожидая рассказа. -Еда нам не нужна. Ни мне, ни тебе, никому. Но она приносит удовольствие, поэтому ее так любят. Поэтому жители Городов за светлыми дверями питаются. Мне это не нужно, я разлюбила еду. Два года назад. Раны заживали долго и мучительно. Девушка скрипела зубами каждый раз, когда вода, что лилась из душа, целовала порезы на спине. Агнесс не могла самостоятельно переодеваться, спала только на животе и любое прикосновение к спине приносило острую боль во всем теле. -Пожалуйста, Лютер, я хочу домой, - всхлипнула девушка, сидя на кровати. После того дня, когда голубоглазый парень оставил свою метку, он больше не выпускал Агнесс из своего мира. Обеспечил ее новыми вещами, мягкой кроватью и душем. Это все, что у нее было. Все, что осталось от прежней жизни - вода, хоть и холодная, и сон. Но последнее Лютер тоже вскоре украл. Агнесс бродила по заснеженному Городу и хваталась за живот, чувствуя резкую боль, будто ее проткнули ножом. Она не ела уже три дня. Литрами выпивала холодный чай, иногда алкоголь. Агнесс бежала на улицу и сгребала в ладони снег. Жадно засовывала его в рот и выла. Выла от безысходности. -Я очень голодна. Лютер рассматривал морозные узоры на окне, сидя в кресло-качалке. Он слышал молитвы Агнесс, слышал ее крики и тихое шептание. Он слышал ее боль, но игнорировал. -Скоро это пройдет, - наконец выдал парень после долгой тишины. Кажется, за последние дни, это первые слова, которые произнес Лютер. - Ты привыкла получать пищу каждый день. Но тебе это не нужно, Агнесс. Ты моя, ты со мной. И жить ты теперь будешь по правилам моего мира. -Я не хочу! - Крикнула она. -Я тебя не полюблю больше, Лютер. Ты уничтожил мою любовь, ты уничтожил меня. Ты каждый день тянешь меня все ниже и ниже. На самое дно, где тебе и место. Тебе, а не мне! -Я устал от тебя, - фыркнул он, поднимаясь на ноги. Парень медленным шагом подошёл к кровати. Агнесс отползла назад, спиной уперлась в стену и зажмурилась от нового приступа боли. -Ты на дне с того дня, как приняла свою любовь ко мне. У тебя не было пути назад, как только ты переступила порог моего Города. Я давал тебе время, но оно вышло. Теперь ты здесь, со мной. И ты не уйдешь. А сейчас, - Лютер тяжело вздохнул и убрал руки в карман, - иди на улицу. -На улицу? -На улицу, Агнесс. Пора отвыкать ото сна. Он тебе теперь тоже не нужен. -Нет! - Крикнула девушка, сильнее вжимаясь в стену и игнорируя боль в спине. - Ты не можешь! Оставь мне хоть что-то! -У тебя есть я, этого достаточно. Вставай. В ответ Агнесс лишь мотнула головой. Лютер резким движением поднял девушку с постели. Мужская рука сильно сжала локоть. Он поволок Агнесс по коридору, раскрыл входную дверь и кинул хрупкое тело на снег. -Нет! - Вновь крикнула Агнесс и побежала к двери. Но она захлопнулась прямо перед лицом девушки. Агнесс стояла на крыльце дома несколько часов. Кулаками била дверь, кричала, выла, рыдала. Но ничего не помогало. Он не пустит ее. Другие жители ее не пустят тоже. Девушка тяжело вздохнула и присела на сырые ступеньки. Обхватила колени и раскачивалась взад-вперед. Она рассматривала площадь Города, фонтан без воды и серую плитку, вечно покрытую льдом. Боль жгла сердце, раны на спине ныли от недавнего прикосновения к шершавой стене, а ледяной ветер кусал кожу. Но сердцу все же было хуже. Оно болело от предательства и обмана. Оно сжималось от боли, которую причинил любимый человек. Когда-то любимый. Больше нет. Раньше, дни, которые Агнесс проводила в этом мире, были наполнены вечными улыбками и любовью. Даже жуткие метели не пугали девушку. Она любила и верила, что ее любят в ответ. Лютер вечно говорил об этом. Только говорил. А когда дело дошло до действий, то девушке открылась вся правда, что скрывалась за словами долгие годы. Несколько лет она была счастлива с Лютером, утопала в поцелуях и объятиях, а теперь… Теперь она с порезанной спиной сидит на морозе, живот ноет от голода, а слизистая рта все еще помнит привкус железа. Женское тело хоть и оставалось холодным все те дни, что она находится в этом месте, мороз продолжал заставлять девушку стучать зубами и кутаться в тонкую сорочку. Остаётся лишь лечь на снег, раскинуть руки и принять смерть. Пожалуй, смерть - единственный выход из этой ситуации. Агнесс поднялась на босые ноги, ступила на серую плитку и глубоко вдохнула. Она успеет умереть. Она сдастся только после того, как испробует все способы покинуть этот Город. Девушка делает еще один уверенный шаг и срывается на бег. Мчится ао площади, прикрывает глаз от снега, а темные волосы развиваются на лету. Она бежит. Долго, уверенно. Бежит к своей цели. К единственному спасению - к воротам Города. Деревья, которые растут у каждого входа в Город, приближались. Улыбка коснулась губ девушки. Вот и все. Скоро все закончится. Это оказалось проще, чем она думала. Агнесс делает последний шаг перед тем, как лицом упасть в снег. Сильный удар в спину повалил ее в сугроб, оставляя горящую боль на ранах от прикосновения. -Не смей! - Раздался крик. Мужская рука схватила Агнесс за волосы. Девушка поднялась на ноги и посмотрела перед собой. Безумный взгляд, взъерошенные волосы и тяжёлое дыхание. Лютер разъярен. -Ты надеялась, что я так просто отпущу тебя? - Он дёрнул девушку на себя. - Вижу, по хорошему тебе не нравится. Парень поволок девушку обратно к дому. Она покорно шла за ним. Единственная попытка покинуть этот ужасный мир провалилась. Лютер бросил Агнесс в коридор, сам присел на корточки и послышался звон металла. -Нет! - Крикнула она, боясь новых порезов. В ответ парень притянул Агнесс к себе и разрезал тонкую сорочку, оставляя девушку полностью обнаженной. -Мне не нужно твое тело, - прошипел он. - Мне нужна ты. Привыкай к моему миру. Привыкай к холоду и отсутствию сна, Агнесс. Целую ночь Лютер караулил Агнесс. Как только девушка прикрывала глаза, громкий крик заставлял ее вздрагивать и продолжать бодрствовать. Она держалась из последних сил, била себя по щекам и щипала кожу. Лютер не сможет долго кричать, скоро он перейдет к действиям. А, как уже успела выучить Агнесс, действия у него жестокие. И всегда болезненные. Дни без сна давались тяжелее, чем без еды. Если отсутствие пищи можно было заменить растопленным снегом, то сон заменить невозможно. Агнесс проходила обнаженной около недели. Привыкла ли она к холоду? Нет. Скорее смирилась. И, когда Лютер устал от голой девушки, то наконец обеспечил ее одеждой. Первые полгода были самым трудным временем. Целыми днями девушка бродила по Городу, уже оставив попытки покинуть этот мир. У нее все равно не выйдет, а жить с вечными ранами на теле она не сможет. Но и жизнь этим не назовешь. Теперь она просто существовала. -Посмотри, что ты сделал со мной, - безжизненно прошептала Агнесс, присаживаясь на берег ледяного озера. - Ты уничтожил меня. Уничтожил то, что полюбил. Зачем тебе я такая? -Ты становишься похожей на жительницу этого Города. И меня это устраивает. Не выводи меня на чувственный разговор, я тебя все равно не отпущу. -Но, Аарон, - девушка запнулась. Чужое имя невольно вылетало из ее рта. Она думала о своем друге каждый день. Вспоминала общие моменты, совместные планы на будущую жизнь и дружбу. Аарон был для нее, как лучик света в кромешной темноте. Лишь мысли о нем заставляли Агнесс не сдаваться. И эти же мысли сейчас ее подвели. Лютер метнул безумный взгляд на девушку. Ветер усилил свои порывы. Агнесс знала, что ее ждет. Знала, но больше не хотела сопротивляться. Аарон заставлял ее не сдаваться, но Аарона рядом нет. Она сдалась. Удар кулаком прошелся по ее челюсти. Агнесс покосилась вбок, сплевывая на снег сгусток крови. Слез не было. Крик не рвался наружу. Внутри была пустота. Внутри было никак. Пускай Лютер лучше убьет ее сейчас. Она слишком устала. Она хочет домой, но путь туда ей теперь перекрыт. -Какого черта, Агнесс? - Прошипел Лютер, наклоняясь к девушке. Но Агнесс молчала. Молчала и принимала очередные удары. По животу. По спине. По голове. Лежала на снегу, пропитанному ее кровью, и смотрела вдаль. Кажется, даже боль от ударов уже не ощущалась. Девушка прикрыла глаза и погрузилась в сон. Она надеялась, что умерла. * * * -Агнесс! - Крикнул Аарон, поднимаясь на ноги. От громкого голоса Анна закрыла уши руками и взглянула на подругу. Темноволосая девушка лишь кивнула, давая понять, что все в порядке. Аарон злится. Снова. И он имеет на это полное право. -После этого ты продолжишь нести бред о том, что мне не нужно искать его Город?! - Продолжал кричать парень. -Да, - кивнула Агнесс. - Аарон, я прошу тебя не начинать эту тему. -Почему? - Прошептала Анна. - Агнесс, ведь он же прав. Ты столько лет мучилась от насилия. Ты столько лет не могла найти в себе силы признаться в этом. Сейчас у тебя есть этот шанс. Все карты раскрыты, - развела она руками, - скрывать нечего. Лютер тебя больше не тронет, но нельзя оставлять его безнаказанным. Справедливо будет, если Аарон с ним поговорит. -Поговорит? - усмехнулась Агнесс. - Анна, ты уверена, что он собирается с ним именно разговаривать? -Разве нет? - Светловолосая девушка перевела испуганный взгляд на парня. Аарон засунул руки в карманы и запрокинул голову наверх. Рассматривал высокие потолки красного Города и тяжело дышал. Хоть верхние пуговицы рубашки и были расстегнуты, а рукава закатаны по локоть, создавалось ощущение, что парню не хватает воздуха. Он вот-вот сварится. Но в Городе Агнесс не было жарко, там по прежнему было никак. Злость кипела в жилах Аарона. -Тебе его жалко? - Поморщился парень, бросая взгляд на подругу. Он за локоть поднял Агнесс с трона и повернул к себе спиной. Едва коснулся шарма у левой лопатки и наклонился к уху девушки. -Тогда он тебя не жалел, - прошептал Аарон. Мурашки пробежали по женскому телу. Агнесс мотнула головой и обернулась на парня. -Вчера я первый раз за два года поспала, - улыбнулась она. Аарон тяжело выдохнул и заключил подругу в объятия. Агнесс умело перевела тему. Парень понимал это, но начинать новый спор не хотел. Его подруга слишком упряма. Настоящая заноза. Аарон одарил этим прозвищем Агнесс с детства, вкладывая в смысл этого слова совсем другое, нежели то, что сейчас. Агнесс была упрямой, стояла на своем и не успокаивалась, пока ее требования не будут выполнены. Прицепилась и нарушала спокойствие дней своими вечными идеями и желаниями. Она осталась занозой, но другой. Той, которую невозможно достать. Ни из мыслей. Ни из снов. Ни из сердца. Оставшийся день друзья говорили на отвлеченные темы. Анна рассказывала Аарону про свою семью, узнала у него про виды спорта, а Агнесс то и дела переводила взгляд с парня на девушку. Остался последний рывок. Последнее событие перед тем, как девушка пришла в новый Город. В собственный Город. Как бы Агнесс не пыталась отвлечься на диалоги друзей, мысли путались, а ком в горле не позволял даже выдавить улыбку. Хотелось плакать, царапать кожу на теле и выть. Снова захотелось выть. Она год бежала от этого воспоминания. Оно страшнее съеденного стекла, страшнее порезанной спины. За свою жизнь Агнесс испытала много боли, но осознала, что душевная - самая сильная. Ты можешь обработать рану на теле, она затянется и останется шрам. Когда болит сердце ты этого не видишь. Ты не можешь понять, откуда идет этот вой, не понимаешь, почему хочется царапать себе грудь и вырвать все внутренние органы. Раны на сердце не превращаются в шрамы. Они остаются навсегда. Кровоточат постоянно. Нужно просто учится с ними жить. Душевные раны не пройдут никогда, хоть раз, но твое сердце вновь издает истошный крик, напоминая о том, что хочется напрочь за быть. Но память стереть невозможно, как и вылечить душу. Остаётся только учиться существовать вместе с этой болью.