Глава 14

Аарон с Анной уже сидели в красном Городе. Агнесс целую ночь готовилась к этому рассказу. Расхаживала по Городу, мысли вихрем кружились в голове. Девушке вновь пришлось в мельчайших подробностях вспомнить тот день. А теперь ей нужно озвучить. От этой мысли тошнота подкатывала к горлу, а живот крутило. Но она сможет. Теперь она знает, что может все. Аарон не улыбался. Он наблюдал за своей подругой и будто считывал ее настроение. Он чувствовал, всегда чувствовал ее. Но сейчас ему не понравились свои ощущения. Они слишком мрачные, не свойственные его занозе. -Агнесс, если тебе трудно, то не вдавайся в подробности, - Аарон подошёл ближе к девушке и обвил ее ладонь своей рукой. - Я вижу, что что-то не так. Даже вчера ты была не настолько… -Нет, - перебила его Агнесс, - все хорошо. По другому вы не поймете. -Мы узнаем, что означает твой Город? - подала голос Анна. -Да. И боюсь ваше желание высвободить меня развеется. -Не говори ерунды, - фыркнул Аарон. - Если ты его убила, то я ещё больше начну тебя уважать. -Аарон! -Что? - Удивился парень. - Брось, мы все здесь этого хотим. И это будет заслуженно. -К сожалению, он прав, - кивнула Анна. - Как бы жёсткого это не звучало, но Лютера нужно судить. Не убивать, конечно, но и не оставлять его действия безнаказанными. -Я сама переступила порог его Города. Я знала, что за люди там живут. Он действовал по правилам своего мира. Вы не можете так говорить. -Да, - усмехнулся Аарон.- Вначале мы послушаем, что скажешь ты. Но, судя по твоему настроению, ты стоишь первая в списках на желание его смерти. Год назад. Избиение. Холод. Мрак. Сильный ветер. Метели. Холодный чай. Агнесс жила этим год. Год. Прошел ровно год с того момента, когда Лютер навечно запер девушку в своем мире. Год, как на теле девушки стоит метка. Его метка. Порезы на спине зажили спустя два месяца. Но приступы фантомной боли продолжали пробирать тело девушки. Знакомой картиной стал пейзаж за окном. Привычен вечный снег, лед и морозный ветер. Агнесс свыклась с отсутствием еды. Приноровилась не спать. Какой в этом во всем смысл? Какой смысл теперь в ее жизни? Лютер отстранился от Агнесс. С каждым днём всё сильнее избивал хрупкое тело, а после шептал слова прощения. Он сходил с ума все больше и больше. Одержимость Агнесс съедала его. Девушка стала отравой для Лютера не меньше, чем он для нее. Эти двое жили в одной комнате, изводили друг друга своим присутствием и каждый взгляд, брошенный кем-то из них, приносил другому боль. Они утонули в своих больных чувствах. Агнесс оставила попытки поговорить с Лютером. Оставила попытки сбежать. Смирилась со своей участью. Каждый раз, когда Лютера окутывал волна безумия, Агнесс считала про себя, чтобы отвлечься от боли. Она не сопротивлялась. В этом нет смысла. Смысла больше нет ни в чем. Со временем тело Агнесс превратилось в кусок мяса. Она просто лежит, смотрит, иногда теряет сознание из-за истощения и полученной боли. Терпит. Терпит. Терпит. У нее нет другого выбора. Лютер не позволит ей умереть, только убьет сам. -Я устал от тебя! - Крикнул голубоглазый парень, пиная девушку в живот. Агнесс прижала колени к груди и зажмурилась. Больно. К боли привыкнуть нельзя. Она пыталась. -Так отпусти, - выдавила из себя улыбку девушка. -Я устал от тебя такой! Где моя Агнесс?! -Это ты сделал со мной. -Ты виновата в этом! Лютер поднял девушку за волосы с пола и поволок по коридору к входной двери. Агнесс не сопротивлялась, даже не думала о том, куда на этот раз он ее ведет. Какая разница? Если убьет, то это будет лучшим, что он может сделать. Лишь бы нашлись силы пережить ещё одну боль. Агнесс головой ударилась об серую плитку на площади. В ушах зазвенело, но это ничего. Она привыкла, потерпит. Удар. Боль пронзила спину. Удар. Живот сжался. Удар. Голова закружилась, картина перед глазами поплыла. Лютер наносил удар за ударом. Кричал, замахивался и избивал хрупкое тело. Он не думал, что будет с Агнесс. Он думал только о своих чувствах, которые съедают его изнутри. -Ты виновата во всем, Агнесс! - Крикнул парень, почти захлебнувшись в своих слюнях от злобы. Он был, как бешеный зверь. Казалось, что в его жизни нет хуже врага, чем Агнесс. -За что? - прохрипела она. -За все! За любовь, Агнесс! Эти чувства сжирают меня. Меня словно режут изнутри, я царапаю себе грудь, но не могу выпустить эту боль наружу. Это все ты! -Лютер, - кашлянула девушка, - отпусти меня. Не мучай себя, не издевался надо мной. Вместе мы сгнием. Дай нам шанс на новую жизнь. -Замолчи! - Крикнул парень, в очередной раз ударяя девушку. Голова Агнесс отлетела, девушка затылком ударилась об плитку и почувствовала влажность на волосах. Девушка коснулась головы и пальцами утонула в липкой жидкости. Кровь. -Я никогда тебя не отпущу. Я готов терпеть этот крик внутри, лишь бы ты была рядом. Ты моя! Я тебя люблю, а ты любишь меня. -Не люблю… - прохрипела она, чувствуя, как обмякает тело. Лютер больше ничего не говорил. Он только кричал и бил, пинал ногами хрупкое тело и забрызгал лицо девушки слюнями, что летели изо рта от безумства. Он ушел. Агнесс поняла это, когда тяжёлая обувь перестала пинать ее в живот. Либо же на теле не осталось и вовсе живого места, что боль от новых ударов не ощущалась. Девушка открыла глаза. Она лежала на площади, все там же. Повернула голову вбок и встретилась с синими дверьми. До них совсем чуть-чуть. Она сможет. Последний раз нужно попробовать. Агнесс выжила из себя все силы, чтобы поднять голову и тело бессознания растеклось на серой плитке. Чья-то рука водит по ее ноге. От голени пробирается к коленке, приподнимает подол сорочки и направляется к бедру. Агнесс зажмурилась сильнее. Она не хочет видеть. Она не хочет знать. Вторая рука гладит левую ногу. Также пробралась под сорочку и обхватила бедро. Сильные мужские руки раздвинули ноги Агнесс. Девушка затаила дыхание. Нужно кричать. Прямо сейчас собрать все силы и кричать. Бежать. Убить. Что-нибудь, но не бездействовать. Но, как только пальцы коснулись нижнего белья, Агнесс напрочь забыла про свои мысли. Все внимание направила на ощущения. Мерзкие. Противные. Будто она расходный материал. Девушка приоткрыла глаза, желая встретиться со взглядом насильника, но мир плыл перед глазами. Ей не нужно смотреть, чтобы знать, кто это. Лютер. Он сдерживал себя все долгие годы их отношений. Он больше не может держать на цепи свои желания. Парень стянул белье и за ноги подвинул тело девушки к себе. Уперся своим пахом ей между ног и тяжело задышал. Ветер усилился. Агнесс мысленно молилась о смерти. Так глупо, но у нее не было другого выбора. Послышался звук расстегивающейся ширинки. Он возьмёт то о чем мечтает, а потом убьет ее. Она надеялась на это. Она этого желала. Резкий толчок внутри и невольные слезы покатились по щекам. Эта боль другая. Не физическая. Душевная. Агнесс целый год сравнивала себя с куском мяса, но поняла, что мясом она стала только лишь в этот момент. Грубые толчки, острая боль и слезы. Тело настолько истощено, что у Агнесс даже не было сил на крик. Лютер не пускал Агнесс мыться несколько недель, но по-настоящему грязной она себя ощущала именно сейчас. Грязной. Использованной. Игрушкой. Больше не девушкой. Парень насиловал ее несколько часов. Агнесс теряла сознание, приходила в себя, вновь ощущала острую боль и терялась в темноте. Мир кружился, как большая карусель. Разные краски плыли перед взором, глаза застелила пелена слез. Сердце тихо отбивало свой ритм, Агнесс почти не дышала. Она умирает? Как бы она хотела умереть. Все, что угодно, но не испытывать эту боль, разрывающую тебя изнутри. Физически больно не было. Болело только сердце. С каждым толчком новый поток боли пробирался в сердце. Оно будто расширялось в груди и вот-вот готово было разорваться. А потом тишина. Тяжёлое дыхание пропало. Ветер успокоил свои порывы. Всё закончилось. Для него. Для нее это новое начало. Ближе к полуночи Агнесс пришла в сознание. Тело отдохнуло, девушка набралась немного сил. С трудом она поднялась на ноги и оглянулась. В стороне лежало ее нижнее белье. Подол сорочки в крови, как и ноги. Агнесс сделала шаг и низ живота пронзила боль. Она шла. Спотыкалась, падала в сугробы, но продолжала идти. Игнорировала боль в животе, едва переставляла ногами, но направлялась к своей цели. Ворота. Теперь она до них точно дойдет. Девушка остановилась у синих дверей и оглянулась. Последний шаг. И она делает его. Хватается за ручку и падает на пол коридора, оставляя позади морозный кошмар. С былым трудом Агнесс добралась до своего Города. Все жители спали, как и ее родители. В полной тишине Агнесс нырнула в ванную комнату и взглянула в зеркало. Разбитая губа, синяк на скуле. На шее красные следы от сильной мужской хватки. Девушка скинула на пол сорочку и поморщилась. В очередной раз взглянула в зеркало и повернулась к нему спиной, желая увидеть метку. Шрамы вдоль позвоночника, на уровне талии и у лопаток. Белые полосы вернули ее в тот день, когда ее жизнь разделилась на “до” и “после”. Больше нет той милой девочки, что любит писать картины. Больше нет той Агнесс. Любимой занозы Аарона тоже больше не существует. Девушка встала под горячий душ и тяжело выдохнула. Вода, словно огонь, обожгла нежную кожу. Как же долго она не ощущала тепла. Она скучала по нему, но нельзя проникаться моментами прошлой счастливой жизни. Ее больше не будет. Агнесс мочалкой терла свою кожу, желая избавиться от прикосновений. Она хотела отмыться от того, что с ней сделали. Девушка беззвучно кричала, до покраснение терла кожу и плакала. Осознание пришло только сейчас. Лишь под душем, стирая с себя отпечатки мужских рук, Агнесс почувствовала себя жертвой. Не тогда, когда Лютер избивал ее, не тогда, когда он изрезал ее спину. Только сейчас. Он ее изнасиловал. Он ее использовал. Агнесс стояла под горячей водой несколько часов. Терла и терла кожу. С каждой минутой мысли чернели. Она больше не ощущала себя девушкой, а лишь телом, которое могут взять в любой момент. Не так сильно Агнесс душили моменты с ударами. Но так сильно больно ее сердцу после изнасилования. Девушка вышла из душа, обмотав себя полотенцем. На цыпочках пробралась в свою комнату и переоделась. Схватила первое, что попалось под руку. Нет больше смысла наряжаться. Она же просто тело. Ее возьмут даже в зимнем пуховике. Какой же жестокой оказалась жизнь. Агнесс выбежала из дома, оставляя позади себя самое счастливое время. Свое детство. Свою семью. Себя. Девушку окутал страх. Картина произошедшего продолжала крутиться в голове. Та самая площадь, где ее распяли. Лютер убил ее, как она и просила. Теперь ее очередь. Она вернётся. Она отомстит. * * * В красном Городе стояла тишина. Даже дыхания не было слышно. Горькие слезы покатились из глаз девушки. Она старалась бежать от этих воспоминаний. Старалась забыть про ту боль, что прожигает тебя изнутри и выворачивает наизнанку. Каждый день картина произошедшего стояла перед глазами. Агнесс до сих пор ощущала грубые мужские руки на своих бедрах. Ей до сих пор казалось, что она грязная. Девушка продолжала стоять под душем несколько часов, она продолжала тереть свою кожу, но все было безуспешно. Эта метка сильнее, чем шрамы. Эта отметина на душе, в сердце. Агнесс старалась найти оправдание своим чувствам. Лютер предавал ее неоднократно, он избивал ее каждый день. Но отчего-то эта боль казалось пустышкой по сравнению с тем, что теперь живёт в ее душе. Она никогда не станет прежней. Насилие меняет людей. Пережив такое однажды, ты уже не сможешь ощущать себя прежней. Ты грязная. Навсегда. От этого не отмыться. Ты в отпечатках, в отметинах,ты ощущаешь эти толчки внутри себя каждый день. Ты вспоминаешь этот момент каждый день, поживаешь его заново. Уже не боишься темных переулков, плохих парней или взрослых мужчин на улице. Самое страшное ты уже пережила и продолжаешь переживать каждый день. Убийство будет подарком по сравнению с изнасилованием. Убийство забирает боль, насилие же только дарит и напоминает тебе об этом каждый чертов день. Агнесс прикрыла лицо ладонями и разрыдалась. Она слабая, она не может сдерживать свои чувства. Больше не может, пыталась. Аарон не кричал, молча обвил тело своей подруги и щекой прижался к волосам. С другой стороны к Агнесс подошла Анна. Темноволосая девушка сидела на троне, окруженная друзьями. Они молчали и нежно гладили ее по волосам. -Месть, - всхлипнула Агнесс. - Я хочу ему отомстить. Мой Город - Город мести, Анна. По щекам Анны стекали слезы. За всю свою жизнь она столько не плакала, как за те дни, что знакома с Агнесс. -Но почему тут тогда….никак? -Месть не горит, как ненависть. Она не бушует, а тихо сидит в тебе и ждет подходящий момент. Месть вынашивает план молча, незаметно. И нападает в самый неожиданный момент, чтобы принести врагу больше боли. Эти кандалы, - Агнесс потрясла руками, - меры предосторожности. Я не хочу быть, как он, я не хочу опускать на дно. Но, как только кандалы упадут с запястий, я не смогу сдерживать свой порыв. Анна смотрела на свою подругу, а в душе был только страх. То самое давно забытое чувство, когда она смотрела на горящий дом. То чувство, когда она осознавала смерть родителей. Страх, словно маленький зверек, щекочет твою кожу, вызывая мурашки. Он заставляет сердце наливаться кровью и ускорять свой ритм. Он душит, заставляя тебя глотать воздух, как в последний раз. Анна неподвижно сидела на ручке трона и гладила Агнесс по волосам. Она не знала, что сказать. Кажется, в моменте, светловолосая девушка и вовсе забыла слова. Она боялась, но не из-за мести. Она боялась за свою подругу. Анна не знала, какие чувства испытывает Агнесс, не знала, насколько сильна ее боль. Но зеленые глаза, застеленные пеленой слез, сулили о том уровни боли, которую Анна никогда не испытывала. Даже во время похорон родителей. Она не знала, что такое настоящая боль. Думала знает, а оказывается - нет. Агнесс с надеждой взглянула на Аарона. Она ожидала увидеть в его глазах поддержку, но там не было ничего, кроме пустоты. -Тебе мерзко от меня? - Прошептала Агнесс, смотря на друга. -Ты с ума сошла? - Оживился парень. Аарон присел на корточки и поднес женскую ладонь к губам. -Я обещаю, что ты забудешь обо всем, как о страшном сне. Мы вернёмся домой. Ты нужна мне, Агнесс, вне зависимости от того, что с тобой происходило в прошлом.