Часть 3

Смрад плесени и ощущение тепла ударили Войтеху в лицо при открытии двери, и он сначала даже постоял в проходе, пытаясь развеять вокруг себя этот настойчивый аромат заведения, в которое он зашел. Пройдя по узкому, чуть более украшенному, но до сих пор серому, как бетон, коридору внутрь, Войтех кинул последний взгляд на бутылку с серебристой жидкостью, переливающуюся всеми цветами радуги, и положил к письму и фляге в грудную клетку. Приторные запахи развешанных вдоль коридора брелков-ароматизаторов наверняка могли бы свести с ума, но складывалось ощущение, что голем уже давно утратил такой дар судьбы, как здравомыслие. Басистый, гулкий голос раздался из-за стойки, к которой медленно продвигался голем: –Добро пожаловать в "Клинок Хроноса", единственное место, где не жаль тратить время. В обоих смыслах. Голос бармена звучал будто слегка ниже остальных, и куда менее расторопно - даже жандармы говорили некой скороговоркой, хоть и не так быстро, как тот серолицый торговец. Художник промолчал - не хотелось общаться с расстояния нескольких метров. Среди всего этого хаоса это место казалось вырванным из потока времени - плавные, медлительные движения выглядели неестественно для этого безумного города, где ничего не стояло на месте. Оббитая с внешней стороны металлическими листами, внутри эта халупа выглядела как относительно приличный паб. Не захудалая пивнушка, а серьезного вида помещение, с резной стойкой и вполне достойными бильярдными столами, хотя было ясно, что это - жутко древний антиквариат. Далеко не везде фурнитура была лакированной, и царапины испещряли всю древесину, накапливаясь год за годом, после множества посетителей. Но сейчас здесь было пусто. –Непохоже, что у вас сейчас много клиентов. –В корень зрите, господин, – Хозяин пытался не выдать досады, которая была все же замечена благодаря зоркости Войтеха, – Сейчас местным выдают еще меньше "Радуги" - военное время, все-таки. Ну, можно понять его разочарование... погодите. –А-а... с кем война?.. –С другим континентом, с кем же еще. Эти гады уже не в первый раз прилетают в наш район. После бомбежек люди выходят только на работу, и то, скорее бегут, а не идут. –А разве есть другой континент? –Глупости говорите, господин..?,– бармен с вопросительной интонацией оборвал свою фразу. –Новак. –Приятно познакомиться. Борис. Хрен попадешь в этот бар, раз уж Борис так обыденно общается с клиентами. Бартендер не стал донимать глиняного такими формальностями, как рукопожатие, тщательно протирая бокал для коньяка. Войтех с неясным вздохом сел на табуретку и попросил бокал вина. Не стоит возлагать на него больших надежд - флора тут... не в самых хороших условиях. Рослый мужчина в жилете закопошился и ушел в кладовку, позвякивая ключами. Новак же остался наедине с мыслями и огромным сервантом, особого внимания на который не обратил. Осторожно расставленные в ряд бутылки разных форм не откликались в памяти голема: Что такое джин, и почему его было так много среди этих напитков? Лишь редкие квадратные сосуды носили гордое название "Виски", стоя особняком от других, очевидно менее дорогих представителей бога Диониса на этой проклятой земле. Со звоном стекла Борис вышел из своего логова, неся в руках запыленную бутылку, замотанную в холщовой ткани, по жесткости напоминающей брезент. –Красное вино, прошу. 50-летней выдержки, почти застало самого Джозéфа! ,–Медленно наливая в бокал алую жидкость, гордо провозгласил бармен. Войтех понятия не имел, кто такой Джозеф, но и задавать такие вопросы было бы необдуманно - видимо, он заслужил здесь полулегендарный статус, вряд ли в таких условиях кто-то остается в неведении.,–С вас 15 минут. Бармен придвинул мерный стаканчик с красным указателем, расположенным немногим ниже середины. Голем вспомнил фразу умершего на его глазах буквально 15 минут назад серокожего - неужели эта бутылка содержит время, в каком бы то ни было его понимании? Глиняный притворился, что лезет в карман за этой "Радугой", пока пытался протащить бутылку от груди до бедра. Наконец дотянувшись рукой до горлышка, он с невозмутимым видом достал свой импровизированный кошелек и, сорвав пробку, стал осторожно заливать ярко мерцающее всеми цветами нечто в "кассу". Жидкость неохотно выходила из тонкого горлышка, и пока мерцающая ртуть заполняла сосуд, Войтех подумал: Что случилось в этом мире? Почему все именно так? От чего люди умирают прямо на дороге? Мрачные размышления затягивали голема все глубже и глубже в болото, которое он называл свомс разумом. Голубое свечение глаз стало постепенно затухать, а движения стали медленными, будто воздух вокруг поплотнел и приходилось двигаться с превеликим трудом. И вдруг он услышал звон - стаканчик был переполнен, и местный "Эликсир" уже норовил вылиться за его пределы. Быстро закупорив бутылку, он одернул себя и чуть не вскочил со стула, пытаясь прийти в себя. Борис с немного озадаченным голосом обратился к единственному посетителю: –Кажется, вы задумались. Вам вернуть сдачу? –Нет, спасибо, оставьте, как чаевые. Бармен чуть не расплылся в улыбке, но решил держать вид серьезного предпринимателя, лишь незаметно ухмыляясь, наклонившись лицом к канистре, которая служила чем-то наподобие кассы или сейфа. Ловко перевернув мерный стаканчик, он в считанные секунды влил эти 15 с лишним минут в общую сумму. Поэт сидел мрачнее тучи, медленно впитывая в себя приобретенный бокал вина, как вдруг задал довольно странный вопрос: –Скажите, Борис, а как называется эта серебристая жидкость? –Вы разве забыли?.. Это Саол, "время в бутылке", как его называли еще тогда, когда Теодор Уайт только начал рекламную кампанию этого лекарства бессмертия. Жаль, что еще с моего рождения это уже стало городской валютой. Бармен со временем расслабился, привыкнув к компании странного гостя, и стал ностальгировать, но вдруг кинул на клиента подозрительный взгляд и, не отрывая глаз, спросил: –Погодите. Неужели вы из... Сумеречных? Невозможно, чтобы кто-то не знал, что такое Саол! ,–гулкий голос стал сходить к тихому, еле слышному шепоту,– А что, если сюда нагрянут Жандармы? Борис не выглядел столь нервным, хоть голос определенно выдавал его "Легкую" взволнованность. -Сумеречных? Что вы, нет!,- Несмотря на столь банальное отрицание, Войтех все же пытался не выдать себя с потрохами... и не выдать себя за того, кем, впрочем, и не является,- Просто я недавно попал в аварию и очнулся от комы лишь недавно, но повреждение черепа задело мозг, как мне сказали, и я с трудом вспомнил даже свое имя! Попытаться стоило. Творец крепко ухватился за зонт, что стоял ровно по-над стойкой, и приготовился к дальнейшим действиям. Бармен, в свою очередь, не проявил никакого подозрения к алиби, которое и само бы разрушилось, увидев на горизонте хоть намек на скепсис. Почти сомкнувшись вместе, брови хозяина заведения наконец заняли своее привычное, законное место. -Простите, просто меры предосторожности. В любой момент могут зайти даже наемники, шанс никогда не равен нулю. Он взялся за затертый до дыр стакан и успокоился - видимо, появление жандармов повредит Войтеху в бóльшей степени, чем бартендеру, но разницы особой не было - голем знал, что всегда сможет покинуть это место, хоть и не знает чертежа, Если он вообще был. Но он все же стал медленно собираться - не стоит испытывать судьбу. Захватив уже пустую на треть бутылку, он ударил наконечником зонта и вышел из заведения, отчаянно отмахиваясь от ароматизаторов в коридоре, запах которых сводил с ума. -Доброй ночи, Борис.