Глава 2 - причина для убийства

Аномалия маны — это явление, появившееся впервые после второго катаклизма. Учёные до сих пор не до конца понимают природу их возникновения. Известно лишь одно: аномалии могут быть как благословением, так и проклятием. Они стали следствием глобального изменения структуры мира, когда мана, проникшая в нашу реальность, начала искажать пространство и время. Чаще всего аномалии создают подземелья — разломы в другие миры, где обитают монстры или хранятся древние артефакты. Исследуя такие подземелья, можно найти редкие ресурсы или даже новые знания. Реже аномалии призывают ужасающих существ из других измерений прямо в наш мир. Такие вторжения почти всегда приводят к катастрофам, если их не остановить вовремя. Бывали случаи, когда из порталов выходили не только монстры, но и люди — или то, что когда-то ими было. Самые редкие и загадочные аномалии изменяют саму реальность. Они могут создавать новые географические объекты: например, Пылающие острова, возникшие в океане после второго катаклизма, или Лес Шёпота, где деревья говорят на забытых языках. Некоторые из таких мест становятся ценными для исследований, другие — зонами отчуждения, куда даже пробуждённые не рискуют заходить. В школе нам объясняли, что никто не знает точных причин появления аномалий, но вреда и пользы от них было примерно поровну. И пока учёные спорят, являются ли аномалии случайными или частью какого-то плана, обычные люди и пробужденные учатся выживать в этих реалиях. *** — Аглянур интес? «Что это за язык? Он что-то спрашивает?» — мелькнуло у меня в голове. Ответ сорвался с губ прежде, чем я осознал это: — Чего? Давление, сковывавшее тело, внезапно исчезло, будто его и не было. Я едва успел перевести дух, как услышал металлический лязг — кандалы на запястьях незнакомца звякнули друг о друга. Он провёл рукой по подбородку, и на его лице появилась зловещая улыбка. Сирены вновь завыли: — ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕНА АНОМАЛИЯ. НЕМЕДЛЕННО ВЕРНИТЕСЬ ДОМОЙ! «Ублюдки! Почему предупреждают так поздно?!» — я едва сдержался, чтобы не выругаться вслух. Незнакомец указал пальцем в небо: — Эй, парнишка! Мы на Земле? Его вопрос вывел меня из ступора. Я снова взглянул на него и кивнул: — Да, сэр! Мы на Земле! Улыбка незнакомца стала ещё шире, а серебряный блеск в глазах засиял ярче. — Отлично... Ха-ха-ха! — он рассмеялся, оглядываясь по сторонам. — Просто великолепно. Это определённо Земля. Без сомнений! Он снова посмотрел на меня и продолжил: — Так... это хорошо. Какой сейчас год? И какой по счёту был последний катаклизм? Я постарался говорить максимально уважительно. Одним лишь своим присутствием он давал понять, что может убить меня в любой момент. — 2218-й, сэр! Третий катаклизм был сорок лет назад! — Ясно... Тогда скажи, сколько сейчас тебе известно людей ран— Нас прервал резкий голос с другой стороны улицы: — Я, Крион Итлас, герой золотого ранга! Объявлен режим чрезвычайной опасности! Немедленно покиньте улицы! На его форме сияли зачарованные золотые нашивки — символ его ранга. Он был не просто пробуждённым — герой золотого ранга! Это значило, что его ядро, скорее всего, достигло просветлённого уровня. «Спасение!» — ёкнуло у меня в груди. Он начал приближаться: — В этом районе зафиксирована аномалия. Пожалуйста, вернитесь в свои дома! — говорил он, указывая жестом на ближайшие здания. «Отлично, герой! Помоги мне, останови этого монстра!» Но в тот момент произошло нечто невообразимое. Человек из портала убрал руку с подбородка и, расслабленно подняв её, сжал пальцы, словно собирался щёлкнуть по воздуху. — Не люблю, когда меня перебивают, — произнёс он холодно. Свист. Шуух. «Грохот, подобный грому, сотряс воздух в направлении героя». Воздушная волна — будто пуля — направилась к герою. Снаряд диаметром в полметра с лёгкостью уничтожил всё на своём пути. Верхняя половина тела героя взорвалась кровавым фейерверком. Кишки, обломки костей и куски доспехов заляпали тротуар. Его ноги ещё секунду стояли, прежде чем рухнуть. «Он... одним щелчком... убил просветлённого...» — моё тело задрожало, а по коже поползли мурашки. Слюна во рту стала горькой. «Что вообще произошло?.. Почему он убил его? За что?.. Я следующий?» Он повернулся ко мне: — На чём мы остановились? Ах да... Архонты. Ты знаешь хоть одного человека ранга Архонта? Я еле сдержался, чтобы не разрыдаться. Выжить можно было лишь одним способом — выполнять каждое его слово. «Дерьмо... Я в полной заднице. Он как минимум трансцендентный, если не хуже...» — Ни одного, сэр! — с трудом выдавил я. Он сделал удивлённое лицо и снова провёл рукой по подбородку: — Вот как... — он кивнул, затем указал на мою руку. — А что это у тебя? Я взглянул — в руке всё ещё было мороженое. — Э-это... мороженое, сэр. Оно вкусное! — Можешь отдать. Я никогда такого не пробовал. — Конечно, сэр! Я вежливо протянул ему мороженое и отступил на пару шагов. Он сделал медленный укус. В его глазах блеснул серебристый свет. — Ммм... Это определённо лучшее, что я ел за последнее время. Он развернулся и пошёл по улице прочь, а цепи на его теле звякали с каждым шагом. Я остался стоять, не двигаясь ни на миллиметр. «Он... уходит?..» Вдруг он остановился. Цепи перестали звенеть. — Чего встал? — он обернулся. — Ты идёшь со мной. — Есть, сэр! Мы шли молча, по пустой улице, заполненной отголосками сирен и гулом цепей. Спустя пару минут, вдали послышался детский плач. — Уа-а-а! Мама-а! — Успокойся, милая, я тут с тобой, всё хорошо. Не надо плакать, мы сейчас пойдём домой. Впереди, на нашем пути, я увидел женщину с ребёнком. Девочка плакала, а мать, опустившись на колени, пыталась её успокоить. Видимо, в панике они потеряли друг друга во время тревоги, и только что нашли. На секунду я почувствовал облегчение. Они же просто сейчас уйдут домой, правда?.. Но нет. Судьба решила иначе. Он остановился перед ними. Я тоже замер. Женщина заметила нас, резко встала, прижала дочь к себе и проговорила с нервной вежливостью: — И-извините! Вы, должно быть, пробуждённый? Мы с дочкой не успели добраться до дома, но сейчас же отправимся в безопасное место! — Мама, я боюсь... — Всё хорошо, — она бросила умоляющий взгляд на мужчину. — Мы сейчас уйдём. Простите нас, пожалуйста. — Кто разрешил вам уходить? — спокойно, почти буднично спросил он. — И-извините? — женщина побледнела. Она поняла. Она поняла, что стоит перед кем-то, кто не поддаётся разуму. Кто решает — жить или умереть. И он сейчас смотрит на них как на монету, которую можно бросить: орёл — живы, решка — нет. — Хорошо, — протянул он, снова почесав подбородок. — Я прощу одного из вас. Тебя... или твою дочь. Выбирай. На секунду всё вокруг застыло. Даже сирены будто стали тише. — Ч-что?.. — еле слышно прошептала она. Я тоже онемел. Бессильно стоял и наблюдал. Хотелось крикнуть, что это бред, что нельзя так... но я боялся. Я чертовски боялся. Он выпустил мимолётную волну давления. Мои ноги подкосились, я упал на колено. Женщина и девочка рухнули на асфальт. — Аргх... Пожалуйста... — дрожащим голосом женщина с трудом выговаривала слова. — Возьмите меня. Пощадите мою дочь. Я видел её взгляд. В нём была не только паника — в нём была решимость. Та, что бывает у людей, которые уже всё решили. Которые готовы умереть. Ради чего-то большего. Она обняла девочку, провела рукой по её щеке, поцеловала в лоб и прошептала: — Я люблю тебя. Папа скоро придёт, он заберёт тебя, хорошо?.. Затем встала. Неуверенно, но встала. Щёлк. Он просто щёлкнул пальцами. Я не знаю, что именно произошло. Всё произошло за долю секунды. Словно пространство над ней сжалось. Я услышал хруст костей, брызги — и больше ничего. Я закрыл глаза. Я не хотел это видеть. Но всё равно увидел. Момент, когда она прощалась с дочерью, навсегда врезался в память. Я бы отдал всё, чтобы забыть это. Но не смогу. Никогда. «Если я выживу… Я расскажу. Я найду её мужа. Расскажу о её жертве. Это всё, что я смогу сделать… хотя бы...» Но когда я открыл глаза — девочки уже не было. Осталась только детская курточка. Пятна крови. И белый пепел, оседавший на асфальте. «…» — Ой! — с каким-то странным весельем в голосе произнёс он. — Я не привык к плотности маны на этой планете. Ну, впрочем, не важно. Пойдём! Я сглотнул, даже не пытаясь что-то говорить: — Д-да, сэр... Мы продолжили путь. Я шёл за ним, как тень. Отчаяние было единственным, что я чувствовал. Наступая на останки двух человек, всё, что я мог, — это мысленно проклинать тех, кто должен был защищать. «Где вы, герои?.. Почему за всё это время не пришёл никто? Какого хрена?! Вы называете себя героями? Вы — просто наряженные клоуны. Я... Я буду ненавидеть вас, пока не получу ответ. И даже тогда...» «Какое у вас может быть оправдание? Я не понимаю. И не хочу понимать. Просто придите. Придите и остановите его…» Цепи лязгнули в тишине. Он остановился. Повернулся ко мне. Я остановился тоже. Он доедал мороженое. Я заметил — мы уже ушли достаточно далеко. Следов того кошмара почти не было видно. Почти. — Не дёргайся. Он положил руку мне на голову. Вжух. ...и мир исчез. Всё вокруг будто растворилось. Воздух выдернул меня вперёд, внутренности скрутило в тугой узел, уши заложило. Я не понимал, где верх, где низ. Земля пропала под ногами, и меня бросило вперёд — куда-то в пустоту. Когда я снова оказался на твёрдой поверхности, ноги не выдержали. Я рухнул на колени. Меня вывернуло изнутри. Казалось, что меня разобрали по кускам и собрали заново. Сердце бешено колотилось. Голова гудела. Я вцепился руками в бетон и глубоко задышал, пытаясь не вытошнить всё, что было внутри. — Не переживай, — услышал я его голос. — Это побочный эффект телепортации. Подняв взгляд, я понял, что мы на крыше одного из самых высоких зданий. Перед нами раскинулся весь город, будто игрушечный макет. Дома, улицы, огоньки в окнах. В этом мертвом спокойствии было что-то пугающее. Он стоял рядом, доедая мороженое, как ни в чём не бывало. И снова — эта жуткая, почти добродушная улыбка. — Парень. Как тебя зовут? Я, тяжело дыша, встал на ноги. Ноги подкашивались, но я удержался. — Ликаронтес, сэр. — Занятно... Может быть, это шутка судьбы, — пробормотал он. Он замолчал на мгновение, будто размышляя над чем-то. Потом снова заговорил: — Что ты думаешь обо мне? Вопрос ударил неожиданно. Я не успел подумать. Просто выдал первое, что пришло в голову: — Вы сумасшедший ублюдок, сэр! На какую-то долю секунды я пожалел, что не соврал. Но он только рассмеялся: — Ахахах... Хорошо. Молодец, что ответил честно. У тебя есть яйца, Ликаронтес. Он на секунду прищурился: — Однако, почему ты решил, что я сумасшедший? «Чёрт. Скорее всего, он умеет распознавать ложь…» — Вы убили двух людей и ребёнка без причины, сэр! — Хм... Я не совсем понял твой ответ. «Он что, совсем ебанулся?..» — Почему для убийства мне нужна причина? Скорее, мне нужна причина, чтобы оставить кого-то в живых. Он покачал головой и снова широко — почти весело — улыбнулся: — Не думай об этом слишком много. На самом деле, они бы и без меня умерли в ближайшем будущем. Ну, вероятнее всего… «О чём он, мать его, говорит?..»