День 3: Обострение ситуации

Голубой и ясный небосвод был полностью пустым. Разве что, белое солнце стояло в зените и его лучи били прямо в самую макушку Риверса. Поле, сплошь засеянное пшеницей, казалось, было без конца и края. Всё пространство было жёлто-золотым, колоски уверенно и тихо мотались по направлению ветра. Кроме этого, от земли поднимался почти видимый дрожащий пар. В тени, куда не попадал свет солца, было прохладно и даже в какой-то степени свежо. Куомо оглядывается и чувствует странную тревогу. Слишком неестественно выглядит это место. Кажется, словно вот-вот всё сломается, бетонные балки не выдержат груза, и все декорации, умело подстроенные под что-то настоящее, разрушатся. Большое солнце окажется лампой, а все колоски - обыкновенной бутафорией. Но если бы оно было так, то солист бы сразу всё понял. Всё было нереально и в то же время так правдоподобно.. Зачесав волосы, парень огляделся. Кроме шелеста пшеницы не было слышно ничего. Неуверенно пройдя чуть вперёд, он оглядывается по сторонам, из-под ног Риверса тут же вылетает стайка из четырёх воробьёв, начинающих щебетать. Вздрогнув, он посмотрел как птички быстро улетели с насиженного места, где прятались от жары. Они промелькнули на голубом небосводе тёмными пятнышками, чтобы после этого вновь осесть в другом месте. Проходит пара секунд, прежде чем ветер затихает и весь мир погружается в тишину. Тут-то и Риверс ощутил, как тревога становится сильнее. Ему это не понравилось. В висках он начинает слышать стуки собственного сердца, руки начинают слегка потеть а глаза продолжают щуриться от солнечного света. Слегка сжав руки в кулаки, он решил уйти из этого места. По крайней мере туда, где есть тень. И чем скорее, тем лучше для него. Решив на этом, Куомо устремляется побираться сквозь колосья, тут же останавливаясь. Его одежда.. Она была другой.. Эти бежевые джинсы и тёмно-синюю футболку он узнает из тысячи, если не из миллиона других похожих одежд. Его рука почти сразу инстинктивно потянулась к волосам. Куомо не ощутил раннее, что его волосы теперь были чуть длиннее. Осознание что он-это он же из прошлого, резко ударило в мозг, словно пуля. Настоящего Риверса нет, есть только он, поле и тишина. Почти панически тот начинает уходить с поля, придавливая траву, ощущая, как страх неумолимо растёт. Было что-то в этом моменте такого, что он не испытывал почти никогда. Солист пускается с ещё большим рвением уйти из этой местности, переходя на лёгкий бег. Его же можно было увидеть невооружённым взглядом! Его тёмные волосы и одежда были уж слишком заметны в жёлто-бежевом поле. Тем более, когда он шёл, то оставлял за собой след. Руки зудели и кровоточили, так как пробирался тот почти наобум, не заботясь о том, как и куда он выйдет. Пальцы продолжали уверенно раздвигать огромные колосья. Сейчас Риверса не заботило ничего, кроме сохранения своей жизни. Раны заживут, какими бы большими они не были, одежду можно купить новую. Но жизнь он должен сберечь. Разгорячённый, чувствующий, как по лбу катятся капельки пота, он останавливается, чтобы передохнуть. Поворачиваясь, он почти сразу застывает от ужаса. Примерно в десяти тысячах футах над колосьями возвышается тёмное существо. Точнее сказать-силуэт человека. Тень не обладала ничем, буквально. Просто тёмный силуэт, который прекрасно контрастировал на фоне голубого безоблачного неба. Страх сковал тело парня, в горле застыл немой крик. Куомо продолжал бы так пялиться на это существо, окутанный страхом, который сжимал его в своих тисках, если бы не… — Ривс! Риверс! — Брайан. Существо как-то странно вытянуло шею, а парень, не теряя ни секунды, сразу бросается наутёк. Колосья больно бьют по лицу, продолжают неумолимо оставлять за собой раны на коже, некоторые побеги цепляются за одежду. В висках стучит, а лёгкие почти разрывается от натуги. Собрав все силы в кулак, и, повернувшись, Риверс прокричал, что было силы: “ Брайан! “ — Прежде чем его голос задрожал, а в горле появился комок. Тень приближалась, сокращая расстояние между ними. — Риве-ерс! — Послышался крик Бэлла. Проведя рукой по волосам и шмыгнув носом, тот сморгнул слёзы и вновь пустился бежать. Скорее, к Брайану. Лишь бы оказаться рядом с кем-то. Пробираясь сквозь поле, Куомо изо всех сил пытался не сбиться с направления, не сейчас. Когда его жизнь была на волоске от смерти, он не мог так просто сдаться. Продолжая бежать вперёд, он вновь слышит голос Брайана. Один шаг, второй, третий, и Куомо сразмаху падает в глубокий ров. Успев сдавленно крикнуть и закрыть глаза, он падает и больно ударяется. *** Открыв глаза, Риверс пару раз моргает. Перед ним оказалась стена. Он лежал на полу. Бок только начинал болеть вместе с рукой. Это был всего лишь сон. Поднявшись и сев на полу, он поднял взгляд на окно, из которого уже лился бледный солнечный свет. Повернув голову на маленькие часы на столе и протерев глаза, он увидел, что уже было около восьми часов утра. Слабо фыркнув, он встаёт с пола и берёт первую попавшуюся на глаза футболку, которая лежала на стуле. Одеяло было скомкано и валялось на кровати, слегка свешиваясь с него. Куомо ощутил лёгкую боль в голове и ногах. Не смотря на пережитый страх, ему хотелось ещё немного поспать, но не хотелось возвращаться в тот сон. Слабо зевнув, тот вышел из комнаты и, пройдя в ванную, решил принять душ. По крайней мере, это позволит ему в буквальном смысле смыть остатки сна и начать свой день. Да немного не в том расположении духа, в котором хотелось бы, но кофе исправит его ситуацию. Нужно просто забыть ту тень, то поле и овраг, в который он провалился. Взъерошив свои мокрые волосы и взглянув на себя в зеркало, он слабо вздыхает и одевает футболку. В сознании теперь царила приятная пустота а парень был счастлив, что всё произошедшее было сном.. Интересно, а всё, что происходит прямо сейчас, это правда или тоже затянувшийся сон? Может быть он просто слишком долго спит и его вот-вот кто-нибудь разбудит? Он не знал, но надеялся на это.. Почти сразу вспомнив, что молока у них больше нет, Риверс нервно стонет, вытирая волосы полотенцем. Ладно, этот напиток всё равно поможет ему хоть немного взбодриться. И вообще, без молока кофе лучше, не теряет своего настоящего вкуса. С такими мыслями тот опустился на первый этаж и поставил чайник на плиту. Пройдя и увидев пирог, Куомо слегка ёжится и, беря пирог, тут же выкидывает его в мусорное ведро. Взяв в руки банку кофе и свою кружку, тот кладёт две чайных ложки заварки и насыпает пару ложек сахара. Пока чайник начинал тихо бурлить, тот открывает окно, выглядывает и почти сразу примечает, как всё небо затянуло тучами. Странно, но ведь как только он проснулся, то всё было в порядке.. Решив не утруждать себя с утра этими вопросами, он убирает голову из окна и тихо подходит к холодильнику. Он был полон еды, от вчерашнего полупустого холодильника осталось одно название. Без особого интереса Риверс закрывает холодильник и подходит к телевизору. Нажав на пульте кнопку включения, он видит на экране ничего кроме пурги белоснежных помех. Звука не было. Пару раз поморгав, он в панике хватается за пульт и переключает каналы, видя на всех них одну и ту же картину. Выключив телевизор, он всё ещё слегка ёжится, сидя на коленях на полу. Да, такого он точно не ожидал. Но если даже телевизор вышел из строя, то что будет дальше? Они попали в странную ситуацию, и лично он понятия не имеет, что нужно делать. И хотя один день они здесь провели, желание оставаться тут медленно падает. Как они вообще попали в эту ловушку? Может быть.. Может они все чем-то нагрешили? Но и с другой стороны, у судьбы могут быть на них другие планы.. Это же отдых, верно? А это значит, что их отдых может продолжаться столько, сколько будет нужно. — Какая интересная программа, Риверс. — Тут же его словно вывели из оцепенения. Помотав головой, он почти сразу видет, как рядом с ним присаживается Брайан. Его растрёпанные волосы и усталый вид свидетельствовал о том, что он, похоже, тоже не смог выспаться. Тем не менее, слегка измученная, но искренняя улыбка на его лице заставляет и Куомо улыбнуться в ответ, отводя взгляд: “ Телевизор больше не работает. “ — Мы его итак не особо и смотрели.. Идём, я сейчас себе кофейку сделаю. — Ответил он, поправляя ворот своей серой майки с короткими рукавами, чтобы после этого встать и направиться в кухню. Немного погодя, Куомо встаёт со своего места и идёт прямиком за гитаристом. Сев за стол, он проговаривает: “ Как твоя ссадина? “ — И его взгляд непроизвольно метнулся к ногам гитариста. Перевязанное колено белело по сравнению с темными шортами, в которые тот был одет. Наливая кипячёную воду в свою кружку, он отвечает: “ До сих пор болит, словно я минут пять назад упал.. Так ещё и голова раскалывается. “ — Прислонившись к кухонному гарнитуру, он берёт кружку и начинает размешивать кофе при помощи ложки, косо кидая взгляд на окно. Значит, тоже заметил странное изменение в погоде. Они были вдвоём на кухне, но толком не знали, о чём говорить. Оба просто погрузились в свои мысли на счёт произошедшего. Риверс, глядя на друга, который выглядел, мягко говоря, не очень, хотел сделать всё возможное, чтобы Брайан хотя бы не чувствовал головную боль. И вообще, если моральное состояние всей группы будет ухудшаться, то с этим нужно будет что-то делать. Выдохнув и отпив немного кофе, Бэлл проговорил: “ Итак.. Есть план на сегодня? “ — На что Куомо пожал плечами. Плана на этот день не было и он понадеялся на волю обстоятельств. Будь что будет. Но и с другой стороны, особо не хотелось выходить из дома. Там, за дверью, был уже другой мир, не тот, в котором они привыкли жить и куда приехали в надежде отдохнуть от городской суеты.. Хотя, попытаться сходить к Мэй, чтобы выпросить у неё телефон для связи, стоило бы. Именно поэтому Риверс проговаривает, поднося кружку с бодрящим напитком к губам: — Может быть сходим к Мэй? Она даст нам телефон, чтобы мы позвонили в такси, и мы поскорее уедем отсюда. — В ответ на это Брайан слегка пожал плечами, чтобы после этого отодвинуть стул и сесть на него: “ Можно, почему и бы нет? Но и хотя, видя то, как она относилась к нам вчера.. Сегодня то есть.. Я пошёл бы, если бы другого выхода не было. “ — Куомо слегка нахмурился и опёрся на ладонь. Вообще, гитарист прав. Не стоит будить лихо, пока оно тихо. Но и ведь им всё равно придётся вызывать такси, так как Брайан слегка хромает на ту ногу, которой ударился, и идти вместе с ним будет проблематично. Не то, чтобы Риверс сомневался на счёт выдержки и силы духа Брайана, безусловно, его друг сильный и правда сможет пройти расстояние, если придётся. Но Риверс не хотел лишний раз заставлять Брайана наматывать столько шагов. Так что на выдохе ему ничего не оставалось ответить кроме как тихого: — Я попытаюсь поговорить с Мэй и мы уедем из этой дыры. — И он с готовностью уставился на Брайана, словно ожидая от него отрицательной реакции. Но тот пару секунд не мигая глядел ему в глаза, чтобы потом слабо выдохнуть: “ Ладно, делай что хочешь. Но если телевизор не работает, то телефон тем более. “ — Напомнил он в конце, чтобы после этого сделать последний глоток кофе и прочистить горло. Вновь повисла тишина. Тем не менее, Куомо уже точно решился на то, чтобы попросить телефон у соседки. И хотя он особо не отличался коммуникативными навыками, он надеялся, что всё пройдёт в спокойной обстановке. Бэлл ополаскивает кружку и ставит её на место, он выходит из кухни и тихо направляется на второй этаж. Мягко поскрипывает лестница, а после-шаги смолкают вместе с аккуратным дверным щелчком. Залпом выпив кофе и слегка поперхнувшись, Риверс встал из-за стола и тоже быстро сполоснул кружку. Пока у него есть желание, медлить не надо. Выйдя в прихожую и посмотрев на себя в зеркало, он открывает дверь и выходит из дома. Тёмный небосвод не предвещал ничего хорошего. Стояла влажная духота. Одев кеды, он спускается на дорожку и выходит с участка. Времени было около восьми тридцати, а Мэй как раз просыпается в восемь. Значит, он уже вполне спокойно может к ней пойти. Выйдя с территорииучастка, Риверс замечает, что птичьего пения всё ещё нет. Только его шаркающие о каменную дорогу подошвы ботинок издают какой-никакой звук. Он слегка поёжился, но с уверенностью пошёл вперёд. Всего-то ему нужно попросить телефон и дело почти сделано. Останавливаясь около участка и пару раз постучав по калитке, Риверс проговорил достаточно громко, чтобы можно было услышать через открытое окно на первом этаже: “ Мэй? Мэй! Можно тебя на секунду? “ — Тишина. Ещё раз постучав в дверь, Риверс слегка дёрнул калитку и она поддалась. Тут же убрав руку с ручки, он тут же закрыл дверь и почти отпрянул от калитки на шаг. Странно, она никогда не оставляет её открытой.. Страх накрыл Риверса и отдался мурашками по коже. А вдруг с Мэй что-то случилось? Хотя.. Если с ней ничего не случалось как вчера, так и позавчера, то тут.. Тут что-то не так.. С замеревшем сердцем и ватными ногами он прошёл на участок. Вдохнув полной грудью, он аккуратно поднялся по ступенькам и приоткрыл дверь. Заглянув в щель, а после, полностью открыв дверь, он встал на пороге. Сгустившийся страх ни на секунду не отступал. В горле пересохло и язык прилип к нёбу. До этого момента милый дом Мэй теперь стал непривычным и странным. Аккуратно ступив на ковёр прихожей, он проговорил: “ Мэй, ты тут? “ — Он остановился. Около лестницы, буквально в паре футах от него, на маленьком резном столике стоял стационарный телефон. Вишнёвого цвета, он приятно сочетался с дубовым столиком. Заметив цель и оглядевшись по сторонам, Куомо тихо и уверенно двинулся вперёд, продолжая оглядываться. И вот, схватив телефонную трубку и прокрутив колёсико, он прижал к уху трубку, начиная слышать гудки. Один, второй.. А после-тишина. Не заметив, как он стал часто и поверхностно дышать, вновь его дрожащие пальцы набрали те же цифры, но безуспешно. Почти сразу он взглянул на телефон и увидел перезанный.. Нет.. Оторваный в клочья провод, словно кто-то нарочно его выдернул, или даже перегрыз. Затаив дыхание, Куомо положил трубку, после чего тут же ощутил как что-то пробежало мимо него: маленькое и чрезвычайно быстрое. Похоже, не меньше кошки. Вздрогнув, мужчина поднимает взгляд и смотрит на дверь. Никого нет, но неприятное чувство не покидало его душу. Поэтому, решив поскорее выйти из дома, он закрыл дверь и пустился вон с участка соседки. Взглянув на дом, который снимал он вместе с парнями, не рассуждая ни о чём, он кинулся обратно. Не помня, как он возвращался, Риверс опомнился уже стоя на пороге дома, закрывая за собой дверь. Стоя так пару секунд, прислонившись к ней лбом и всё ещё держа ручку, он тихо вздыхает. Всё в порядке, может.. Может быть Мэй решила с утра прогуляться? В конце концов, она такое часто делает.. — О, Риверс, привет, ты пришёл? — Вывел из раздумий мужчину голос Патрика. Вздрогнув и обернувшись, он рассеянно кивнул и быстро прошёл в гостиную. Почти сразу заговорил Брайан, что мыл тарелку: “ Ты что-то долго там был. Уже около двенадцати.. “ — Риверс взглянул на гитариста и растерянно похлопал глазами, а после, взглянул на часы. И правда, часовая стрелка почти приближалась к двенадцати. — Брайан! Брай, ты мне нужен. — Послышался голос Скотта. Он возникает в проходе и проговаривает: “ На счёт твоей раны.. Ты сказал, что она у тебя не заживает, так что.. Я решил попробовать кое-что.. “ — Тут в его руке возникают ножницы. Слегка блеснув, они тут же открываются. Брайан почти сразу отвечает, прекрасно понимая, к чему клонит Шрайнер: “ Эй-эй-эй, я не согласен на такое! “ — Да-да-да, Брайан! Давай, чего ты? Нужно проверить, что будет с твоими волосами. В конце концов, ты тут единственный с такой внушительной шевелюрой! — Заверил Скотт, глядя на Бэлла, который маленькими шажками пятился от басиста, вооружённого ножницами. Уперевшись спиной о кухонный гарнитур, Брайан понял, что дело плохо. Прямо сейчас его зажимал Шрайнер, так что гитарист предпринял последнюю попытку спасения: “ Риверс, Пэт, угомоните его! Кто нибудь, помогите мне! “ — Почти сразу Патрик ответил, склонив голову: “ Слушай, а ведь Скотт прав.. Нужно посмотреть, что будет с твоими волосами.. “ — Предатели! Куомо, Куомо, мать твою за ногу, помоги хоть ты! — В отчаянии вскрикнул Бэлл, начиная мотать головой. Почти сразу Риверс вышел из оцепенения и прогворил повышенным тоном голоса: “ Так, Скотт, не пугай ты его! Остановитесь! “ — Заставляя Шрайнера поднять голову и взглянуть на солиста. Не теряя ни секунды, гитарист улизнул из-под напора басиста и прошёл за Риверса, словно спрятался за мать. Скотт проговорил, всё ещё держа ножницы открытыми: “ Да ну, Брай! Ты испугался или что? Нам нужно разобраться, как работает этот мир. “ — Он двинулся вперёд, теперь наступая и на Риверса. Гитарист, сжав плечи Куомо, продолжал обороняться им, как щитом. Патрик проговаривает: — Ладно, стойте, нам нужно что-то делать с этим. Скотт, есть ещё варианты, что можно делать? — Тот помотал головой, заставляя Брайана пробубнить: “ И что делать будем? Я всё равно боюсь доверять вам свои волосы.. А то налысо подстрижёте, и что мне с этим делать потом? “ — Точно! Мы не будем тебе отрезать слишком много волос. Но отрезать будем столько, чтобы увидеть, что они действительно вернулись обратно, если такое произойдёт. — Щёлкнул пальцами Патрик, заставляя Бэлла поднять на него взгляд. Гитарист не особо хотел, чтобы с его волосами что-то делали против его воли. Он колебался, прежде чем голос подал Риверс: “ Брайан, слушай, твоя длина по идее должна будет вернуться на завтрашнее утро, понимаешь? Я.. Я по крайней мере надеюсь, что они вернутся. “ — Тот в ответ вздыхает, отпуская плечи Риверса. Да, длина вернётся.. Скорее всего он проснётся и вновь обнаружит свою естественную длину волос. Тихо смотря на парней, он нервно тупит взгляд. — Не знаю. Я всё равно боюсь.. Вдруг не понравится? — Нравится, не нравится, терпи, моя красавица. — Наставленчески ответил Скотт и почти сразу отрезал ему волосы по самую середину уха. Резко и безо всякого предупреждения. Тут же начали бить часы. Вскрикнув от неожиданности, Брайан отшатнулся, в то время как Шрайнер вновь пару раз прошёлся ножницами по волосам парня. Звон-щёлк, звон-щёлк. После того, как Брайан был подстрижен, он сразу кинулся в прихожую, где было зеркало. — Это что такое? Скотт, ты чего так криво меня подстриг? Ты что, ножницы отродясь в руках не держал? — Пожаловался Брайан, после чего обернулся на мужчину, который пожал плечами: “ Ничего не знаю, я на парикмахера не учился. “ — После этого часы в последний раз пробили и затихли. Риверс взглянул на Брайана и ответил, пытаясь немного приободрить его: “ Да ладно тебе, всё не так плохо, как ты думаешь. “ — Не так плохо? Я привык к своим длинным и родным волосам, а тут такое! Сам тоже ныл, когда подстригся! — Заставляя Куомо фыркнуть. Пэт, видя как обстановка накаляется, поспешил проговорить: “ Так-так, всё, давайте не будем раздувать из мухи слона. Брайан, ты нормально смотришься с такой.. Стрижкой. И, в конце концов, она ведь только на день. Завтра всё вернётся на круги своя. “ *** Всё вернулось. Правда не так, как они ожидали.. Риверс сидел и читал какую-то книгу, которую откопал в маленькой домашней библиотеке этого дома. Сна не было ни в одном глазу. Слыша, как скрипнула лверь, а после, послышались шаги, он понял, что Брайан зачем-то спускается вниз. Так как Пэт, с которым Риверс делил комнату, уже давно слабо посапывал, ему особо было нечем заняться. Время близилось к двенадцати часам ночи. Они толком ничего за день не делали, да и нужно было ли? За окном была отвратительная погода, гулять не хотелось, так что все кисли дома, сидя по углам и занимаясь кто чем. Встав с кровати и положив книгу, Куомо хотел было зашторить окно, только когда он притронулся к занавескам, то почти сразу отдёрнул руку. Снизу послышася крик. Рванув с места, он пустился вниз. Перепрыгнув через две ступеньки, он чуть не наткнулся на лежащего на ковре Брайана, слабо освящённого светом со стороны кухни. Он сжался в позу эмбриона и хватался за свои волосы, крича от боли. Его тело дрожало, а пальцы чуть ли не до белых костяшек сжимались на голове. Выйдя из своей спальни, Скотт уставился на Брайана и проговорил: “ Брайан? Ты чего? “ — Но тот не отвечал, а продолжал отчаянно хрипеть, трясясь всем телом. — Что случилось? — Послышался голос Уилсона, который стоял на лестнице, держась за перила и с ужасом глядя на гитариста. Риверс продолжал смотреть на Брайана, пытаясь понять, что именно происходит с Бэллом. У него был припадок? Паническая атака? Куомо не знал и с горечью и беспомощностью наблюдал за корчившимся на полу гитаристом. Оглядывая его, и, присаживаясь на колени рядом с Брайаном, солист тихо смотрит на него, не зная что делать. Забили часы. Глаза Риверса распахиваются от ужаса, как только он видит, что волосы Бэлла вновь начинают отрастать. И так быстро, словно он смотрит видео в ускоренной съёмке. Тот продолжал корчиться от боли на полу, шумно переводя дыхание и продолжая хрипеть. Всё это становилось страшнее, так как проходило в полутьме, все были шокированы и словно приросли к своим местам. Создавалось ощущение, словно гитарист бьётся в конвульсиях или в эпилептическом припадке. Но никто не знал, что именно ощущает Бэлл. А он чувствал, словно из его головы медленно вырывают волосы. Голова болела и гудела, бешеный поток мыслей проносился у него в разуме. Брайан не слышал ничего, кроме своих отчаянных криков и всхлипов. Из глаз лились слёзы, а в горле пересохло. Бешено колотилось сердце, тело его практически не слушалось, так что ему оставалось лишь сжимать руки на голове, в жалких попытках успокоиться. Он продолжал отчаянно кричать и захлёбываться в своём голосе, полным боли. Никто из них не знал что делать и как помогать. А Бэлл тем временем продолжал прерывисто выть от боли сквозь сжатые зубы, прерываясь всхлипами. Прозвучало двенадцать стуков, после чего настала тишина. Гитарист продолжал лежать на полу, время от времени его тело тряслось. Оторвав от головы свои руки, он обнял ими колени и уткнулся в них головой. — Брайан.. Твои волосы.. Они.. — Риверс тихо и аккуратно поднёс руку к голове Бэлла и взял прядь волос, видя, что они приобрели ту же длину, которой и были. Повисла тишина, прежде чем Уилсон пробубнил: “ Это какое-то безумие.. Это.. Во всём виноваты эти часы! “ — Он тут же показал на часы. Большие и дубовые, с маятником. Перескочив через ступеньку, Уилсон продолжил, смеряя Скотта взглядом: — Ну, посмотрел? Выводы сделал? Скотт неловко пробубнил: “ А-ага.. “ — После чего тут же останавливает взгляд на столе кухни. Там вновь стоял злополучный пирог. Патрик хотел было открыть часы, но дверца не поддавалась. Словно запаянные, часы стояли на своём месте, грозно возвышаясь в полумраке гостиной. Подняв голову, Брайан прохрипел, пытаясь сесть на своём месте, выглядя очень плохо: “ Скотт.. Скотина этакая.. Знаешь, что я с тобой сделаю? “ — Басист, как только слышит своё имя, мигом отходит от Бэлла, сбивчиво проговаривая: — Прости-прости, я правда не думал, что всё будет настолько плохо! — На что Брайан вздыхает, смотря в пол. Рука Риверса до сих пор покоилась на плече гитариста как знак утешения. Да, он не знал, насколько сильную боль испытал Брайан, и даже представить не мог. Но его крики свидетельствовали о том, что всё было не просто плохо, а ужасно. И он был вынужден страдать все эти секунды из-за.. Них? Это же именно они заставили его подстричься. Они обрекли его на такие мучения под предлогом ‘Посмотреть, что случится’. Заставили ощущать себя какой-то лабораторной крысой, если не меньше. Смотря на это со стороны, когда всё плохое уже миновало, Куомо нервно шмыгнул носом и проговорил: “ Ну что там с часами? “ — Он обернулся на Патрика, который безуспешно пытался их как-то открыть. В очередной раз безуспешно рванув на себя ручку, тот ответил, отходя: — Без толку. Они просто не открываются. Никак. — После этого Скотт, аккуратно ступая мимо потерпевшего Брайана подошёл к Пэту, ощущение, словно боялся, что гитарист на него накинется как кот из-под дивана и схватит за ногу. Оглянув часы, он проговорил, потирая подбородок: “ Может стекло сломать? “ — На что Риверс тут же ответил, поднимая голову: “ Нет-нет, мы поклялись, что ничего не сломаем! “ — На что почти сразу последовал ответ от Шрайнера: — Слушай, это стрессовая ситуация. Я заплачу за новое стекло. — И он почти сразу замахивается и бьёт кулаком по стеклу. Взвизгнув, он отпрыгивает и начинает тереть кулак. Куомо закатывает глаза и на его лице мелькает слабая улыбка. Патрик, посмотрев на часы ещё пару секунд, проговаривает: “ Ладно. Завтра с утра всё решим. Я пойду спать. “ — После чего он, неловно споткнувшись о ковёр, выходит из гостиной и поднимается по лестнице. Басист слабо кивает головой и проходит на кухню, начиная открывать шкафы в поиске аптечки. Опустив взгляд на Брайана, Риверс аккуратно отпускает руку с его плеча и проговаривает: “ Идём спать, Брайан. “ — После чего тот слабо кивает. Неловко поднимаясь с пола, словно он выпил приличное количество алкоголя, гитарист без сил опирается на плечо солиста. Риверс, поддерживая Брайана, проговаривает: “ Ты чего? Совсем сил нет? “ — На что тот слабо кивает. Отлично, они успели его ещё и вымотать настолько сильно, что Бэлл еле держится на ногах. Поднявшись на второй этаж, а после, заведя Брайана в комнату, Куомо хотел вернуться к себе, так как уже слипались глаза. Но только его остановил Брайан, пробубнив: “ Риверс, погоди.. Принеси мне стакан с водой и таблетку от головной боли, если можешь. “ — Постояв пару секунд, обрабатывая информацию, ему ничего не оставалось сделать как кивнуть головой и вновь спуститься вниз. На кухне было темно и тихо. Включив свет, разгоняя тьму, Риверс быстро взял кружку и налил в неё воды. Найдя аптечку, а в ней таблетки, он вернул её на место. Со стаканом воды и парой таблеток он прошёл к выходу и нажал на выключатель, оглядывая кухню. Дрогнув, он увидел в окне две мелькнувших белых точки. Что-то наблюдало за ним? Вновь страх заставил мужчину замереть на месте. Через мгновение он быстрым шагом пустился прямо наверх, чувствуя неприятный осадок. Что это было? Может быть ему просто показалось, и это был отблеск фонарей? Но обычно в такое время ночи фонари не работали.. — Спасибо, Риверс. — Проговорил Брайан, уже накрывшись почти по самую голову одеялом, как только видит своё спасение в форме воды и пары таблеток. В ответ Куомо кивает головой, и, подходя к окну, зашторивает его, после чего выходит из комнаты Бэлла, закрывая дверь за собой. В его комнате тоже стоит зашторить окно. На всякий случай. Пройдя в комнату, он закрывает дверь, и, ступая по полу, закрывает окно и зашторивает. На миг его одолевает любопытство и желание взглянуть на улицу вместе с желанием броситься в постель и отвернуться от окна. Он боялся увидеть, что там за окном на него вновь взглянут эти белые точки. Открыв штору, Риверс не увидел ничего, кроме слегка покачивающихся деревьев и темноты. Ему показалось. Воображение просто разыгралось, вот он и выдумывает то, чего нет. Тем не менее, зашторив окно, он забрался в постель и ещё с полчаса ворочался. Примерно к двум часам ночи он заснул тревожным и неглубоким сном.