День 4: Всё становится хуже

Вообще, для Патрика день начинался совершенно обычно. Потягиваясь в кровати, он ещё с минуту в ней лежал, пытаясь полностью отогнать остатки сна, чтобы после этого встать и начать новый день. Кровать Риверса была застелена, а маленькие часы на его тумбе показывали половину десятого утра. И хотя сегодняшняя погода особо не радовала, он всё равно прошёл к окну и открыл его, чтобы впустить свежий воздух. Он, конечно же, был, но когда тёмные тучи застилали всё небо, а по земле стелился туман, о каком свежести вообще может идти речь? Стоял тёплый и почти удушающий летний воздух, в нём словно повисло напряжённое ожидание чего-то. Но что это могло быть? Уилсон не знал, да и особо не задумывался, ведь заметил то, что без очков он начал видеть чуть хуже. Сослав всё это на то, что совсем недавно проснулся и с глаз ещё не сошла эта сонная пелена, он, на всякий случай, протёр очки и нацепил их на переносицу. Взяв с кресла майку с короткими джинсами-шортами, барабанщик открыл дверь и прошёл в ванную, чтобы принять холодный и бодрящий душ. По крайней мере, это поможет ему ощущать себя немного легче в такую тёплую погоду. После пары минут проведённых в ванной комнате, одетый и вполне бодрый Уилсон спускается по лестнице вниз. Со вчерашнего дня он почти ничего не ел. Как все собрались и заварили немного лапши быстрого приготовления, так он и сидит на чае. Желудок недовольно урчал, словно напоминая о том, что пора бы нормально подкрепиться. Барабанщик бы и сам не прочь этого, только вот не может. Вчера решили, что так как еды мало, а ближайший магазин в лучшем случае находится далеко, лучше просидеть на том, что есть. Идти туда и обратно при такой погоде было бы странно. Они же могут попасть под дождь, промокнуть и потом слечь с простудой. А ухаживать за больными в таких условиях они не могут. И нет, Пэт бы с радостью смог лишний раз подать стакан воды или промокнуть тряпку в холодной воде, но в этом месте, где время решило устроить им проверку на прочность, было бы странно заниматься чем-то подобным. Хотя, если вспомнить то, что на следующий день всё вернётся в норму, то тогда можно было бы рискнуть.. — Пэт, доброе утро! Тебе чай или кофе сделать? — Вывел из мыслей барабанщика голос Скотта. Подняв глаза на басиста, одетого в рубашку с короткими рукавами и тёмные шорты, Патрик кивает и проходит на кухню: “ Чай если можно, спасибо. “ — Шрайнер берёт в руку две кружки и наливает в них горячую воду. За столом сидит Риверс, а напротив него стоит две пустых кружки с кофе, а сам он разгадывает судоку или что-то по типу этого, Пэт точно не разглядел. Куомо, в отличии от Скотта, выглядел менее опрятно: две пуговицы на рубашке-поло были расстёгнуты, джинсы были неаккуратно подвернуты до середины бёдер, волосы слегка всклокочены, словно он всю ночь тёрся головой об подушку. Похоже, кто-то точно не выспался, и теперь выглядел как растрёпаный и нахохлившийся маленький птенец. Склонив голову на бок, Уилсон проговаривает со слабым смешком: “ Риверс, ты чего это? Две кружки с кофе без молока это конечно очень отважно, но не думаешь, что не стоит так делать? “ — Всё в порядке. — Пробубнил тот, вертя карандаш в руке, прежде чем вписать цифру в клеточку. Пэт слегка пожимает плечами и усаживается на стуле оглядываясь на Шрайнера, который как раз ставил кружки с напитком на стол: “ Брайан не выходил? “ — Скотт покачал головой, в то время как Риверс подал голос: — Он всю ночь с головной болью провалялся, около четырёх утра я выходил воды попить, а он тут сидит. Сказал, что таблетки не помогают. Я проследил, что он вернулся в кровать и заснул. Ну, я так и не спал с четырёх утра. Вдруг ему станет хуже, а рядом никого не будет. — Патрик внимательно смотрит на солиста и не может не пожалеть его. С четырёх утра на ногах это сильно. Тогда, это вполне оправдывало наличие двух кружек с кофе. В конце концов, он помог Брайану, хоть и ценой своего сонного режима. Стоп, Брайан.. Он же не жаловался на головную боль во время каникул и вёл себя сполне нормально, тогда от чего это его одолел такой недуг? — Сильно, Риверс, очень сильно. — Проговорил Скотт не без доли уважения в голосе. Вообще-то он был прав, и самоотверженность Куомо была вполне оправдана: помочь другу и проследить за ним. Тот в ответ лишь рассеянно кивнул и зевнул: “ Да ладно, с кем не бывает.. “ — Патрик отпил чай и взглянул на солиста. Его состояние было не очень, мягко говоря. Выдыхая и взяв кружку с чаем, Патрик проговаривает чуть более энергичным тоном, чтобы взбодрить двух друзей: — Ну так.. Что у нас сегодня по плану? — Заставляя взгляд Риверса оторваться от судоку и исподлобья взглянуть на Уилсона. Щёлкнув ручкой, он пожимает плечами и проговаривает: “ Понятия не имею. “ — После чего Скотт подходит к столу, перед этим щедро насыпав в свой стакан пару ложек сахара. Он высказал предположение, мешая ложкой напиток в кружке: — Может быть прогуляемся? Стоит это сделать чтобы понять, что там происходит. — Он поднял ложку и указал ею на окно. Да, Шрайнер был прав, им стоит узнать, что происходит по ту сторону двери. Там, где кончается осознание того, что всё находится в ловушке времени. И хотя не было никакого желания выходить из дома, где, по крайней мере, ничто и никто тебя не беспокоит, всё равно хотелось разузнать, что произошло за дверью. А, судя по тому, что творилось на улице, произошло очень много всего, так что игнорировать это не имело значения. Там уже было что-то, что нельзя было назвать тем миром, в который они приехали и отмечали свой маленький отпуск. Вовсе нет, так как теперь там царит другое время. Это другая реальность, и они не могут сопротивляться ей. Уж слишком велик этот хоть и маленький городок по сравнению с четырьмя мужчинами-музыкантами, которые сюда приехали просто отдохнуть. Интересно, а застрял ли весь мир во временной петле, и только они единственные, кого это не коснулось? — Можно я думаю, только нужно подождать, когда Брайан проснётся и взять его с собой. — Проговорил Риверс и вновь опёрся щекой на ладонь, глядя на Скотта. Басист ответил спустя пару секунд, словно обрабатывая слова Куомо: “ А если он весь оставшийся день проспит? Риверс, пойми, я ничего не имею против Брайана, он мне уже как брат, но меня напрягает то, что ты рассказал.. Если ему плохо, то зачем его брать с собой? “ — Вопрос тот задал вполне логичный, так что Патрик невольно кивнул. При всей своей привязанности к гитаристу, его брать на прогулку не стоило бы. Пусть спокойно отоспится, если у него болит голова, а они прогуляются. Так будет лучше для всех и все останутся в плюсе. Риверс берёт две своих кружки и отвечает: “ Но ведь тогда кто-то должен с ним остаться.. Вдруг ему правда станет хуже? “ — Скотт и Патрик переглянулись. Да, Куомо говорил правильные вещи. Ведь если Брайану станет хуже, а таблеток рядом не окажется, то он скорее умрёт от головной боли, чем с кровати поднимется. Долго не раздумывая, Скотт тут же предлагает: — Может ты и останешься? — После чего понимая, как эти слова может воспринять Риверс, поспешно добавляет: “ Я в том смысле, что, ну, ты тут нужнее. А мы с Патриком быстро пройдёмся, осмотрим окрестности и вернёмся обратно. Пэт, как тебе идея? “ — Уилсон, отпив из кружки чай, кивнул головой. Да, им стоит прогуляться, и, на всякий случай, взять с собой зонты. Тёмные тучи не думали расходиться и продолжали нависать над пригородом, словно большая стая чёрных воронов. В это время Куомо пару секунд смотрел на Скотта, вытирая кружки полотенцем, чтобы после этого кивнуть головой и вздохнуть без особой упёртости: “ Как скажете. “ — После чего он поставил кружки и вышел из кухни, чтобы сесть на диван и продолжить разгадывать судоку. Допив чай, Патрик проговорил, глядя на Скотта: — Когда отправимся? — Басист, убрав кружку ото рта тут же ответил: “ Да хоть сейчас, терять нам итак нечего. “ — Слегка улыбнувшись, Уилсон кивает и почти сразу выходит из-за стола, чтобы помыть кружку. Шрайнер, видя реакцию со стороны барабанщика, не подумал как-либо противиться этому и быстро заглотил чай, выходя из-за стола. Ополоснув кружку, он поставил её на раковину и подошёл к Патрику. Оба прошли прямо к выходу из дома, получив слабый окрик со стороны Риверса: “ Зонты не забудьте! “ — Заставив Скотта слабо усмехнуться и ответить: — Хорошо, мам. — После чего тот надевает шлёпки и, взяв зонт, открывает дверь. Последовав примеру Скотта, Пэт проговорил со слабой улыбкой: “ Вернёмся через час максимум, не скучай тут без нас! “ — И закрывает входную дверь. На улице царила духота и влажность. Воздух словно прилипал к ним, проникая сквозь одежду и впечатываясь в кожу. Ветра не было. Царила тишина и странное спокойствие. Словно всё должно быть именно так, и они находились в том месте и в то время. Поспешно отогнав от себя эти мысли, Патрик вышел вслед за Скоттом за участок и проговорил, равняясь с ним по шагу: “ Куда пойдём? “ — На что басист почти сразу ответил, закладывая руки в карманы: — Я хотел на главную площадь сходить, нужно узнать, что с фермерской лавкой творится, так как вчера Мэй не пришла за нами. А это уже звоночек, что что-то не так. — Уилсон усмехается: “ Ага, а то, что погода становится всё хуже и хуже ты не заметил, а? “ — На что Шрайнер остановился, и, взглянув на небо, проговорил: — Не только в погоде дело, Пэт. Тут всё сходит с ума и.. Искажается что ли? Я недавно видел Бисквита.. Скорее всего.. И это точно был не он. Не тот кот, которого ты помнишь. — Он понизил голос, словно рассказывал о чём-то секретном на оживлённой улице. Но тут кроме них двоих никого не было. Всё было по-странному опустевшим и дома глядели на проходящих мужчин сурово своими тёмными окнами. Интересно, а люди, которые находятся в этих домах, тоже теперь и не люди вовсе? Или они тоже прячутся от того, что может населять улицы, когда время играет против тебя? Но тогда откуда они об этом знают? Может быть это заговор против парней? Хотя, чем они так провинились, если они просто приехали сюда отдохнуть? — Ты уверен что тебе не привилось? В темноте и не такое можно увидеть. — Ответил Патрик, оглядываясь по сторонам и в конце концов переводя взгляд на Скотта. Тот покачал головой, мол, нет, я всё видел. Слегка нахмурив брови Уилсон подал голос: “ Может быть тогда уедем отсюда? Ну.. Уйдём точнее. Я буду готов всё бросить здесь, если что-то будет угрожать нашей жизни. “ — После чего Шрайнер осёкся, пробубнив: — Нет, я не до конца изучил это место, да и вы тоже. Нам стоит тут побыть ещё немного потому, что мы втроём не дотащим Брайана, даже если захотим. Да и его состояние сейчас не самое хорошее. — Они заворачивают за угол и проходят мимо сетчатого забора, где обычно сидел пёс и наблюдал за прохожими. Его звали Бетховен, он был большим и не менее очаровательным сенбернаром, который без особой нужды не гавкал на людей. Обычно с ним и его хозяином мужчины встречались на вечерней прогулке и от того более-менее знали друг друга. Но теперь его маленький вольер пустовал, а провал в будке зловеще темнел. Его там не было. Странно, ведь обычно по утрам тот прогуливался по саду, словно обходя свои владения и наслаждаясь красотой окружающей среды. — Ты прав.. Может быть ему дать сразу несколько таблеток от головы? — Патрик пнул ногой камень и тихо вздохнул, понимая, что такая идея не будет отличной. Но, зная Брайана, он будет готов на это. Хотя судя по тому, что рассказал Риверс, лучше не рисковать. Вдруг Бэллу станет хуже? И что им тогда нужно будет делать? Басист вывел Патрика из мыслей, резко прошептав: “ Пэт, стой. “ — И вытянул руку перед ним, тем самым заслонив его. Останавливаясь, барабанщик смотрит на басиста, а тот кивает головой. Они вышли на перекрёсток. Взгляд Шрайнера был упёрт в дерево. Большой дуб шелестел, хотя ветра не было. Там кто-то точно был. И этот кто-то следил за ними. Барабанщик прошептал, слегка наклонившись к Скотту: “ Идём. “ — После чего он похлопал друга по плечу. Но тот не сдвинулся с места и продолжал смотреть на шелест листьев. Буквально через пару секунд что-то чёрное выпорхнуло из кроны дерева, громко гаркнув. Большой ворон промчался прямо над головами мужчин, неплохо напугав тех и заставив пригнуть головы. Подняв голову Скотт пробубнил: “ Тупая ворона. До смерти напугала.. “ — После чего он кладёт руки в карманы и нервно трясёт головой, отгоняя различные мысли. Это всё неправда, и он просто имеет очень богатое воображение. Очень глупое воображение. — Давай, дойдём уже до площади и вернёмся обратно. — Патрик прошёл вперёд и оглянулся на Шрайнера, который впоследствии кивнул и поравнялся по шагу с барабанщиком. И всё же, что-то с этим вороном было не так. Он выглядел словно в раза два больше своих обычных собратьев.. Либо он давно не видел ворон и теперь они ему казались большими. Площадью называлась большая улица, находящая в паре метрах от выезда из пригорода. И так её звали местные, потому что она по сути являлась главной: сюда приезжали различные лавки, здесь находилась маленькая детская площадка, покосившаяся под грузом времени и железные турники, краска с которых уже давно сползала. По краям площади росли деревья и большие кустарники, из-за которых могло показаться, что это и вовсе какой-то заброшенный участок. Но, пройдя чуть дальше, откроется вид на лакированную деревянную сарайку, в которой проходили собрания по рассказам Мэй и дорогу, которая как раз вела на площадь. Пройдя вперёд, Патрик огляделся и пробубнил: “ Странно всё это. И как мы вообще попали в такое положение? “ — Он тихо выдохнул и остановился прямо на середине дороги. Смотря на небо, которое, казалось, стало ещё темнее, Шрайнер ответил Пэту, проходя вперёд: — Да хрен его знает. Нам бы успеть отсюда выбраться, пока слишком поздно не стало. — оглядываясь по сторонам, басист выдыхает и чешет затылок, смотря на Уилсона. Скотт правильно мыслил, ведь если они подумают задержаться здесь чуть больше, чем им могло бы быть дозволено,то кара подействует мгновенно. То было видно по Мэй и её состоянию, которое резко переменилось. Оба подняли взгляды, думая, что на площади будет хоть что-то, но.. Теперь мужчины вообще не видели ничего на площади. Пусто. Ни фермерской лавки, что постоянно приезжала и останавливалась около площадки, ни людей, которые как раз толпились около неё. Теперь тут царила тишина, столь незнакомая для обычно оживлённой площади. — Слушай, как ты думаешь, в остальном мире тоже время так заглючило? — Проговорил Патрик Шрайнеру, который подошёл к турникам, и, взявшись за перекладину двумя руками, начал подтягиваться. — Всё может быть. Но пока мы точно не разберёмся, как наши большие часы связаны с этой временной петлёй, я отсюда не уйду.. Ну и если Брайану не получшает. — Он подтянулся, и, сев на перекладину, посмотрел на Уилсона. Тот кивнул головой, в словах Шрайнера есть какой-никакой смысл. Эти механические часы не вышли из строя и не сбились ни на секунду. Только открыть их практически невозможно. Кажется, словно именно они и есть бич всех их страданий. Но и с другой стороны, казалось бы, почему и как это произошло? Никаких волшебных слов сказано не было, ритуалы не были проведены, тогда что именно пошло не так? Они просто отметили окончание отпуска со всеми составляющими: закуски, пиво и хорошая компания. — Но два часа идти по просёлочной дороге, которая буквально пролегает в лесу не очень опасно? Особенно, если судить по погоде, которая не располагает подобными прогулками.. — Неуверенно пробубнил Патрик, поднимая взгляд на Скотта, который спрыгнул с турника и отряхивал ладони. Тот в ответ пожал плечами: “ На месте разберёмся, что делать. “ — Он вскидывает руки вверх, и, сцепив ладони, потягивается. Уилсон слабо кивает. Да, как только они поймут, что им нужно уходить, они уйдут. Они сумеют выбраться в целости и сохранности, если захотят. Шрайнер взглянул на Пэта, и, слегка похлопав его по плечу, кивнул в сторону дома. Хватит себя дерзать этими нескончаемыми вопросами, они же вышли развеяться. Взглянув на басиста, он заметил беспокойство в его глазах. Видно, тоже переживает за парней и не хочет их подвергать лишней опасности, несмотря на то, что хочет узнать об этом месте больше информации. Банальный кураж соперничал с переживаниями, смешиваясь в непонятное чувство. — Может быть, если мы не будем выходить на улицу, то всё будет в порядке? — Он слегка наклонил голову, пиная подвернувшийся под ногу камень и начиная идти домой. Перехватив камень другой ногой, Патрик сразу пинает его в сторону Скотта: “ Не знаю, но торчать целый день в доме так себе идея. “ — Он был прав, так как они точно на стены от скуки полезут. И хотя парни, конечно, могли придумать, что можно сделать, всё равно не очень хотелось оставаться в этом доме, хотя именно он и оказывался единственным безопасным местом для группы. На улице было тихо, ни одна травинка не колыхалась, и только мужчины издавали какой-никакой шум. Не смотря на тишину и надвигающиеся тёмные тучи можно было сказать, что весь мир действительно вдруг выключил звук. Это пугало, но и в то же время словно предупреждало о чём-то. Что-то должно было произойти. В этой тишине скрывалась неизвестность, из-за которой становилось не по себе. Казалось, что если они лишний раз подумают о том, что на улице подозрительно тихо, то тут же всё пропадёт. Тишина уйдёт, птицы вновь начнут петь а ветер завывать в кронах деревьев. Но ничего не произошло. *** Прошло примерно полчаса с ухода Скотта и Патрика. В это время Риверс пытался отвлечься, и как только он понял, что книга, которую он выбрал для чтения, полная безвкусица, со второго этажа спустился Брайан. С мокрых волос стекали капли воды, попадая на меховой и распахнутый халат. Одет он был в шорты и белую майку с голубыми полосками. — А где ещё двое? — Прохрипел тот, чтобы после этого зайтись в кашле. Риверс, встав со своего места, тут же подошёл к другу и ответил, слегка взяв его за плечо, направляя на кухню: “ Пошли осмотреться. А ты чего встал? “ — Задал тот вопрос. Слегка замявшись, Бэлл проговорил, садясь за стол и теребя пояс халата: — Ну так.. Я выспался, и готов вам помогать. — Тот страдальчески выдавил из себя улыбку и невинно похлопал глазами, словно малый ребёнок. Скосив взгляд в сторону чая, который был наведён Брайану, Риверс выдохнул. Ладно, хочет помогать, пусть помогает. Но и он должен был убедиться, что гитаристу стало чуть лучше и он правда готов помочь. Подав горячий чай а также стакан воды с таблетками от головной боли, он проговорил, словно между делом: “ Голова в порядке? Не сильно болит? “ — Брайан в ответ отмахнулся, словно и не такое переживал. Но Риверс всё равно пробубнил, усаживаясь за стол рядом с гитаристом: — Но ты всё равно выпей. На всякий случай. — Он смотрел, как Брайан молча кладёт таблетку в рот и запивает её водой, чтобы после этого взять стакан и отпить немного чая. Риверс встаёт из-за стола и подходит к часам, держа в руке карандаш и выглядя как художник, который просто пытается нарисовать часы. Брайан поднимается со стула и на ватных ногах подходит к другу, тоже невольно поднимая взгляд и следя как секундная стрелка движется и замирает, отсчитывая секунды. Со стороны такие часы, конечно, чуть выбивались из общего пространства более ярких и пастельных тонов. Они стояли дубовой тенью прямо между двух светлых комодов. Верх часов был сделан в виде лепнины: красивые цветы, листья, ягоды и ветиеватые узоры были великолепно переданы и составляли цельную картину, в середине которой как раз блестели часы с циферблатом. Ниже располагался маятник и целый механизм. Там вертелись гайки, непрерывно работали старинные моторчики и было слышно дребезжание-показатель того, что часы работают. Слева от них располагались книжная полка, справа-охотничье ружьё, висевшее на стене при помощи гвоздя. — Я хочу разбить часы. — Что? Брайан! — Тут же отшатнулся от Бэлла Куомо, с недоверием уставившись ему в глаза. Брайан сипло рассмеялся и ответил: “ Ладно, не напрягайся ты так. Я просто думал, что с ними можно сделать. “ — После чего он постучал пальцами по кружке с чаем и отпил напиток. Риверс пробубнил со слабой улыбкой: “ Ага, верю.. Мне кажется, что с ними вообще ничего сделать нельзя. “ — Он отошёл от часов и без сил повалился на диван, тяжело выдыхая. Только тот на секунду закрыл глаза, потягиваясь, как тут же слышит глухой удар. Тут же повернув голову и открыв глаза он видит как Брайан отскакивает от часов и дует на руку. Риверс встаёт с дивана, подходя к Брайану: — Ладно, давай мы не будем ничего делать с часами, в том числе и ломать их. В конце концов, мы же снимаем этот дом. — Риверс, очнись, мы застряли во времени, а тебе лишь бы имущество не повредить! Если бы мы снимали этот дом, то хозяин приехал бы сюда день назад, но ничего не произошло. Что ты на это скажешь? — Живо ответил Брайан, перебивая друга и смотря ему прямо в глаза. Ощущение, словно Куомо совершенно забыл, в какой обстановке они находятся. Но Бэлл даже с головной болью, которая только усиливалась, прекрасно понимал что происходит. Тот ответил, закладывая руку в карман и отводя взгляд: “ А что я должен говорить? Брайан, он всё равно должен вернуться! Да и как мы должны будем обьяснить поломку антиквариата? Решили собрать из часов боевого робота? Да он с нас три шкуры сдерёт и все деньги выбьет, если узнает, что мы сделали что-то с часами! Мы в конце концов окажется виноватыми, и из-за твоей тупости придётся расплачиваться мне! “ — Его обычный голос приобрёл более повышенный тон, словно он укорял Бэлла за то, что тот нашкодничал. Гитаристу это не понравилось и он ответил, наклоняя голову и глядя Риверсу прямо в глаза: — Да мы ему вообще не сдались. Не удивлюсь если он вообще о нас не помнит! А то приехали отдыхать в самое живописное место: подальше от городской суеты, чтобы природа была.. К чёрту на кулички ты нас отвёз, Куомо, спасибо тебе большое. — В этот момент Риверс слабо выдыхает и напряжённо проговаривает: “ Что-то не нравится-уходи. Тебя никто не держит. “ — Он поворачивается, словно показывая, что беседа окончена и отходит от Брайана. Им двоим стоит перевести дух. Но ведь Риверс просто беспокоится о том, чтобы всё было в полном порядке после них. Как всё было на местах, так и осталось. По крайней мере, это будет проще и все останутся довольны. Так почему Брайан не понимал этого? Что именно заставило гитариста так наброситься на своего, казалось бы, друга и верного товарища? Риверс поворачивается на очередной звук удара о дерево. Но теперь его глазу предстаёт другая картина: Брайан цеплялся рукой за шатающийся комод, другой держится за голову и шипит, словно разьярённый кот. В этот момент Риверс мигом забывает весь их разговор и пересекает гостиную, подходя к Брайану и беря его за плечо. Тот отчаянно стонет, наклоняя голову вперёд: “ Меня сейчас наизнанку вывернет.. Боже мой.. Голова.. “ Бэлл, хотя чувствовал с самого пробуждения, что голова нисколько не прошла, всё равно решил, что она пройдёт. Но из-за разговора, который оказал на него очень сильное давление, он почувствовал, словно его виски пронзают раскалённые иглы. В глазах отчего-то резко потемнело и он потерял равновесие, а выпитый чай, как и таблетка, не облегчили его страдания, а наоборот, лишь усугубили. Он не мог нормально слышать Риверса, мужчина словно находился под водой и не мог толком ничего разобрать. Он слышал лишь своё сердцебиение и сбивчивое дыхание. Брайан не чувствовал ничего, кроме боли, которая оккупировала его разум и полностью завладела им, вымещая поток мыслей. Всё его тело не поддавалось разуму и беспомощно ослабло, позволяя Риверсу тащить своего друга. Спустя несколько секунд взгляд Брайана прояснился а сам он понял, что лежит на диване. Что-то мокрое и прохладное лежало на его голове. Слабо протянув руку к голове, он ощутил полотенце. Конечно. Ничто не может работать в таких условиял лучше него. Протяжно выдохнув, он продолжает смотреть на потолок. Где-то невдалеке гудел чайник и раздавались лёгкие шаги. С одной стороны, он должен был поблагодарить своего друга за первую помощь, но с другой.. Если бы он не отпустил парочку коментариев на счёт их положения, то, возможно, этой ситуации не произошло бы. Лениво повернув голову, его взгляд упёрся в кофейный столик, на котором лежало несколько бумажек. Странно, обычно на этом столике ничего не было кроме пары кружек или чего-то по этому типу. — Ривс? Ривс? — Прохрипел гитарист, не в силах сдвинуться с места. И хотя его тон звучал довольно жалко, он был услышан и через несколько секунд около дивана оказывается Куомо: “ Проснулся? Хорошо, я как раз обед готовлю “ — Брайан не особо обратил внимания на слова друга и прошептал: — Это что? — Всем своим видом указывая на бумажки, надеясь, что друг его поймёт. И Риверс понял, отвечая и садясь на колени перед столиком: “ А, это? Похоже на сумасшедший бред, я особо не вникал.. “ — Он взял в руки пару клетчатых бумажек и перебрал их в руках, словно пытаясь убедиться в правоте своих слов. Он повернул голову на Брайана и добавил, оставляя бумаги на столе: “ Они свалились с часов, когда ты чуть в обморок не упал. “ — Брайан слабо кивнул головой и тихо выдохнул, в то время как слова солиста отозвались у него в голове. ‘ Чуть не упал в обморок ’ звучало не очень хорошо для него. Может быть он действительно потерял сознание, но для него этот момент прошёл очень быстро. Голова болела до сих пор, и, кажется, не думала униматься. — А сколько я тут провалялся? — Громко подал голос Бэлл, пока Риверс встал со своего места и двинулся, кажется, на кухню. Через пару секунд около гитариста раздался голос Куомо, он, кажется, смотрел на часы: “ Меньше получаса, я думаю.. “ — Из-за этих слов Бэлл ощутил, словно его черепная коробка наливаеся обжигающе холодной водой. Полчаса? Это действительно много, особенно, если понимать, что чаще всего обморок длится около пятнадцати секунд. — Ты заснул и я не стал тебя будить. — Проговорил Риверс, находясь над головой Брайана и заставляя того волей-неволей а поднять голову, чтобы посмотреть на друга. И хотя сердце всё ещё бешено колотилось, готовое вырваться из груди, Бэлл ощутил, что немного успокоится. Он знал, что Куомо распереживался не хуже него. Понимал, что первое время тот вообще мог не понять, что именно произошло. Но теперь Риверс присел на край дивана и взял в руки бумажки, проговорив словно между делом: “ Я заварил нам обед. Надеюсь парни скоро вернутся. “ — В это время Бэлл приподнялся на локтях и задал вполне логичный вопрос: “ А они что, ушли? “ — Заставляя Риверса слабо усмехнуться и закатить глаза, кивая головой. Ощущение, словно за это время Бэлл забыл об этом. Да, странно было задавать вопрос Брайану, который вроде как прекрасно видел, что они в целом доме остались одни.. Но и его можно было понять, так как голова болит и он почти не разбирает, что происходит. Он словно находится под стеклянным колпаком, который приглушает голоса и заставляет Бэлла невольно напрягать слух, чтобы понять что говорить Риверс. Вот, тот поднимает голову и смотрит в сторону входа в дом. Кто-то пришёл? Парни вернулись? — Доброе утро, Брайан. — Проговорил Патрик, садясь рядом с диваном на колени и беря в руки бумажки. Подняв взгляд на Скотта, который тоже с интересом смотрел на найденную вещь, Уилсон поправил очки, слегка прищуриваясь и пытаясь прочтитать всё, что написано на бумаге. Через пару секунд он фыркает и отдаёт листы Скотту: “ Бред какой-то. Тут всё странно написано. “ — Заставляя Шрайнера тут же взять бумаги, и, быстро просмотрев их, ответить: — О, это похоже на какой-то шифр.. Интересно. — С удовольствием добавил тот и ровно сложил листы, прежде чем к ним подходит Куомо и проговаривает: “ Вы долго что-то там были. Два часа дня уже. “ — Бэлл согласно кивает, в то время как Скотт хмурит брови и отвечает, немного погодя и с недоверием глядя на солиста: — Погоди, что? Мы полчаса прогулялись туда и обратно, не ври. — Басист садится на пол и продолжает в изумлении глядеть на Риверса. Какие ещё два часа дня? Это звучало очень странно и даже нелепо. Они не уследили за временем? Но ведь если учитывать, что на главной площади они простояли около десяти минут бесцельно, а возвращались неторопливым шагом, то они как раз укладывались в полчаса. Не имея при себе часов чутьё Скотта всё равно подсказывало, что такого скачка времени произойти не должно было. Всё это выглядело подозрительно и не по настоящему. Парни часы переводили и решили подшутить? — Я и не думаю врать. Пэт, скажи хоть ты, чего вы там так долго были. — Обратился Риверс к барабанщику, который пожал плечами и ответил: “ Я согласен со Скоттом. Мы на улице были с полчаса. “ — В ответ на это Риверс выдыхает и, подходя к часам, показывает на них пальцем. И правда, на часах было два часа дня. Вот тут Брайан пробубнил: — Может там время идёт быстрее? На улице всмысле.. — В его больную голову ударила вполне себе ясная мысть, так что он сразу решил ей поделиться с друзьями. Скотт поднял взгляд на Бэлла и повёл плечами. Он точно не знает и пока не может предположить. Опустив взгляд он проговорил на выдохе: “ Нужно сосредоточиться на этих бумажках. Не зря же они выглядят так странно? И кто вообще что-то подобное будет закидывать на часы, до верха которых почти никто их нас не дотянется? Это не просто так. “ — После чего он вновь посмотрел на листы и подпёр кулаком щёку. Со стороны действительно могло показаться, что это совершенно обыкновенная тарабарщина, которая не несёт смысл. Но Скотт, наученный жизнью, понимал, что ключ к разгадке времени должен быть где-то рядом. И на самом деле в этих записках что-то, что точно им необходимо. Если бы в них не было чего-то, что им поможет, они не были бы написаны обычным подчерком а не специальным кодом. *** — Может ну его, этот код, а? Уже час с ним бьёмся и ничего не получается.. — Теряя всякую надежду проговорил Риверс, откидываясь на диване и смотря в потолок. За окном до сих пор стояла темнота от туч, в комнате сгущался сумрак, но никто не думал включать свет. В полутьме создавалось ощущение, словно парни занимались чем-то нелегальным, а не просто пытались расшифровать код. После того, как они решили, что стоило бы разгадать эти сообщения, компания пообедала и впервые почувствовала себя более-менее удовлетворённой. На сытый желудок думается легче, как говорит пословица. Только вот на них она, кажется, не распространялась. Целый час они вспоминали все методы шифровки, даже Брайан активно участвовал в дискуссии. Голова немного успокоилась, но всё равно его не покидало ощущение, словно он за стеклом, а в его мозг врезается раскалённый нож, беспощадно раздирая черепную коробку. — Да ну, осталось ещё проверить пять теорий, Ривс, давай, последний бой он трудный самый. — Ответил Скотт, вычёркивая очередной вариант на другом листке бумаги. Каждому из участников было выдано по листку, в то время как на середине стола лежал стикер, на котором было записано около двадцати пяти различных вариаций, как именно может быть зашифрован код. И все из них не подходили, как бы грустно это не звучало. Перед этим они потратили примерно полчаса, чтобы вспомнить все варианты шифровок, которые знали. По знанию всех победил Скотт, так ещё и потом ему пришлось обьяснять что из себя представляют некоторые варианты. Но теперь всё зашло в тупик и они точно не знали что делать. — А если все варианты окажутся неверными? — Проговорил Риверс, вновь садясь и беря в руки бумажку с шифровкой. Не глядя на Куомо Шрайнер ответил, вертя карандаш в руке: “ Не каркай, Ривс, иначе всё пойдёт задом наперёд и мы точно не сможем ничего разгадать.. “ — Он поднял голову и уставился в потолок, вздыхая. В этот момент пальцами щёлкает Патрик и радостно проговаривает: — Точно, Скотт! Задом наперёд! Как мы до этого не додумались! — И тут же тот встаёт со своего места, направляясь в коридор, заставляя Шрайнера наклонить голову в бок и поднять бровь. Что имел в виду Патрик? Тут же тот кричит из коридора: “ Парни, несите остальные шифровки и чистый лист с карандашом, это нужно записать! “ — Первым спохватился Риверс. Быстро собрав со всех бумаги и дополнительные вещи, тут же пустился в коридор. А Скотт, нервно хмыкнув, встал со своего места и пошёл за Риверсом, как и Брайан. Увидев, как напротив зеркала стоит Патрик и глядит на отражение листка в зеркале, Скотта сразу осеняет. Вновь усмехнувшись, он потёр лоб рукой, слабо улыбнувшись: “ Ох, точно.. Зеркальное отражение. “ — Брайан фыркает и качает головой, прислонившись к дверному косяку. В это время Риверс продолжает тихо шуршать карандашом об бумагу, записывая всё, что скажет Уилсон. Казалось бы, это почти самый простой способ шифрования, но никто из парней даже не вспомнил о нём, что даже становилось смешно. Примерно через пятнадцать минут всё было закончено. Вновь все сидели на диване, в то время как перед ними стоял Патрик, держа в руке пару листиков с расшифрованным текстами. Но улыбки от проделанной работы у него не было. Ему пришлось подождать пару секунд, чтобы после этого выдохнуть и проговорить: “ Итак.. Мы всё расшифровали, только вот.. Это скорее похоже на правила этого мира, так как оно называется ‘Для выживающих в ловушке времени’. И тут рассказано о том, что будет происходить в этом мире.. И у меня не очень хорошие новости, парни. “ — Тут же заставляя всех напрячься и уставиться на него. Выдержав паузу, он продолжил, чтобы все осознали, что всё действительно плохо: “ Из интересного могу выделить, что часы в доме сломать нельзя, и всё, что проделано в двенадцать часов дня, обязательно вернётся в двенадцать часов ночи. “ — Ты словно Золушку пересказал: всё вернётся на свои места в двенадцать часов ночи. — Заметил Скотт и усмехнулся своему сравнению, в то время как Уилсон махнул рукой, показывая, чтобы его не перебивали: “ И ещё, что погода будет постепенно портиться, а мир будет сходить с ума. Мне кажется, что это мы видим и без подсказок.. Только вот до какого момента это всё будет продолжаться? Тут я не уверен и не хочу врать. “ — Погоди, Пэт, этот кто-то, кто оставил записки, вышел отсюда по итогу или нет? — Поинтересовался Брайан, заправляя прядь волос за ухо и продолжая смотреть на барабанщика. Тот в ответ пожимает плечами: “ Понятия не имею. Но мне кажется, что нам стоило бы уже постепенно выбираться отсюда. Уж не нравится мне пункт с тем, что всё живое захочет вас убить.. “ — Тут же Риверс заходится в кашле, а Скотт сразмаху бьёт того по затылку, так что Куомо проговаривает, успокоившись: — У-убить? Этого ещё не хватало.. — Уилсон кивает головой и кладёт бумажки на стол, проходя мимо дивана и направляясь на кухню. Тройка сидящих на диване переглядывается, не зная, как реагировать. С одной стороны, им стоит прямо сейчас уходить отсюда, пока не стало совсем плохо. С другой стороны-они не могут этого сделать. Если выйдут, то точно привлекут к себе внимание. Но никто не хотел выходить из дома, где было безопасно.. И, по крайней мере, имелось оружие. — Вы когда гуляли, видели что-либо подозрительное? — Проговорил Риверс, встав с дивана и глядя на Скотта. Тот отрицательно поматал головой: “ Не-а, ничего такого странного.. Хотя, погоди.. “ — Он тоже встал с дивана и посмотрел в окно, прежде чем проговорить: “ Да, я увидел что-то подозрительное.. На площади никого не было. Словно все люди испарились по щелчку пальца и кроме нас не было никого. Это странно как минимум, а маскимум.. Я не знаю что это значит. “ — Шрайнер остановился напротив дивана, заложив руки в карманы. Брайан пробубнил, продолжая обнимать колени руками: — Но ведь сегодня должна была приехать фермерская лавка, да? — Он взглянул на Куомо, который кивает головой и понимает, что всё становится более подозрительно. Пропавшая связь с остальным миром, конечно, теперь заботила его гораздо меньше. Если ты до сих пор не видил врага в лицо, не значит, что его нет. Особенно, в таком месте, где всё, казалось, было натянуто, словно струна, которая вот-вот порвётся. И тогда им всем придётся постараться, чтобы выжить. Но они сильные, справятся и с этим. — Парни, чай готов. Идите ужинать. — Послышался голос Патрика. Брайан поднимается с дивана и на ватных ногах идёт на кухню, чувствуя как голова вновь начала сильнее болеть. А жаль, ведь он только-только ощутил, что боль уменьшилась. Его словно прокляли, и теперь Бэлл должен был мучаться. — Нам нужно решить, что нужно делать. — Проговорил Риверс поднимая взгляд от кружки с чаем и привлекая внимание остальных мужчин за столом. Кивнув, Брайан ответил: “ Может не будем испытывать судьбу и уйдём отсюда? “ — Он крепко вцепился в кружку пальцами, грея о неё руки. Почти сразу, поставив стакан на стол, к диалогу подключился Патрик: — Но Брай, твоя нога. Мне не нравится как ты в последнее время ковыляешь.. Да и сам ты выглядишь, ну.. Не очень? — Пытался тот подобрать нужное слово, но, к его сожалению, ничего не вышло. Бэлл переводит на того взгляд и проговаривает более напряжённым голосом: “ ‘Не очень’? Посмотрел бы я на тебя, если бы ты чувствовал ту же головную боль, которую чувствую я. “ — Решив, что сейчас конфликты их группе не нужны, Риверс поднял согнутую в локте руку: “ Так, давайте не будем отвлекаться от основной темы. Брайан, я тоже вижу, что твоё состояние в целом плохое, и такую большую дорогу ты не вынесешь. А здесь мы тебя не бросим.. Только нужно подумать, как сделать так, чтобы мы быстрее выбрались отсюда.. “ — Машина. — Огласил стол Скотт. — Нужно добыть машину и уехать отсюда. Брайан подавил смех, в то время как Патрик нахмурил брови, видимо, задумавшись о сказанном. Риверс ёрзает на месте, устраиваясь на стуле поудобнее: “ Но Скотт, это можно будет посчитать за угон! “ — Басист качает головой, а на лице появляется ухмылка, которая точно предзнаменует что что-то пойдёт не так. Он проговаривает: “ Слушайте, мы вообще в одном дне застряли! Угоним какую-нибудь уродскую машину, за которую особо платить не надо и потом вернём! Заплатим только за моральный ущерб. “ — Заверил он в конце, чтобы в разговор вклинился Брайан, подпирая ладонью лоб и слегка стуча пальцами по столу: — Ты правда в этом уверен? Может быть не стоит испытывать судьбу? — Но что он, что все остальные понимали, что он их слушать не будет. Если какая-то идея завладела им, он будет всеми способами пытаться сделать так, чтобы её достичь. И хотя в каком-то смысле он был упёрт, с другой стороны, его можно было понять конкретно в этом случае: нужно выбираться отсюда, пока они могут это сделать. — Брай, если мы поведём аккуратно и при первом удобном случае вернём машину, то, думаю, всё будет в порядке. — Проговорил Патрик, слегка покачиваясь на стуле, прежде чем отпить немного чая из кружки. Кажется, он действительно одобрял его идею, от чего Скотт довольно улыбнулся, понимая, что его идею поддерживают. Бэлл медленно переводит взгляд на Риверса. Тот тоже колебался и не знал, что делать. Он повесил голову, тупя взгляд в стол и думая над двумя вариантами. И хотя у Брайана болела голова, и он почти не мог нормально мыслить, всё же ситуация с угоном машины ему не нравилась совсем. И хотя этот мир уже диктовал парням свои правила, они не должны переступать нормы морали. По крайней мере, он надеялся, что до этого не дойдёт и они спокойно дойдут до ближайшей заправки и там уже решат, что нужно делать.. Но и в то же время, Пэт был прав и его опасения не были напрасны. Нога действительно не заживала и продолжала зудеть и кровоточить, служа напоминанием Брайану о его же глупости. Да, возможно, будь он аккуратнее, он сумел бы обойтись только очень сильной головной болью. — Но ведь это неправильно.. — Измученно простонал Риверс, нервно проводя рукой по волосам. Почти сразу ему в ответ цыкает Скотт: “ Что неправильного? Риверс, Брайан, вы хотите жить? Почему вы боитесь этого? Нам придётся поступать либо так, либо вообще никак иначе, понимаете? “ — Они переглянулись между собой. Скотт прав, это ясно, но как они добудут машину? Угон это опасно, даже в том месте, где остановилось время. Куомо не знал, что делать, но пытался что-то придумать. Как сделать так, чтобы полностью остаться в плюсе, при этом не угоняя машину или что-то в этом роде. — Давайте так: вы думаете один день, и в конце отвечаете, что нам делать. Наше предложение вы слышали. — На выдохе проговорил Патрик, спокойно глядя на Брайана, который тут же кивнул головой. Шрайнер пожимает плечами, мол, будь что будет, и выпивает чай. Считая, что их разговор окончен, при выставленном ультиматуме, Патрик тоже допивает чай и встаёт, чтобы опоснуть кружку. Завтра они и решат, что делать. *** Брайан сидел на подоконнике, облокотившись на стену и вдыхая прохладный ночной воздух, одетый только в пижамные штаны. В комнате был включён свет, а сам мужчина был погружён в мысли на счёт завтра. Обняв ноги и положив на них подбородок, он ощущал как ветер из форточки немного, но успокаивает его бурлящую головную боль, которая становилась всё сильнее, и, кажеся, не думала униматься. Он полчаса назад выпил таблетку, но и она не помогала. Странно, может быть и медицинские препараты в этом мире перестали работать, или его боль настолько велика, что её никак не сбить? — Хэй.. — Послышался голос над головой гитариста. Он, полностью погружённый в свои мысли, в панике поднимает голову и видит облокотившегося боком Патрика к стене напротив. Выдохнув, Бэлл прислонился к стеклу и пробубнил хриплым голосом: “ Ты чего не спишь? “ — Тот подходит к Брайану чуть ближе и отвечает, пожимая плечами: — Не знаю, сна отчего-то ни в одном глазу нет.. — Между ними двумя повисла тишина, пока оба продолжали смотреть во тьму летней ночи. Фонарь слегка мерцал, иногда погружая весь мир во тьму и оставляя видимым только часть крыши, на которую падал свет из комнаты Брайана. — Как ты думаешь, по нам скучают? — Вдруг заговорил Брайан, не зная от чего он вообще коснулся этой темы. Он знал, что у Патрика есть жена и ребёнок. У Риверса тоже есть жена, да даже у Скотта. А он, ну.. В лучшем случае встречался с девушками, но никогда ничего серьёзного не выходило. Прокляли его, или он сам виноват в этом, не было понятно никому. У всех них были те, кто их ждал, и, возможно, беспокоился. А они просто торчали в этой временной петле, наблюдая, что происходит с миром вокруг. — Конечно.. Она уже, наверное, объявила меня без вести пропавшим и ищет где-нибудь в Беверли Хиллз. — Ответил со слабой улыбкой Патрик, кажется, тоже впервые серьёзно задумавшись об этом. Странно, что Брайан, единственный холостяк в группе, затронул эту тему. И хотя особого табу не было на счёт обсуждения семей, они их никогда не касались. Да, конечно, они поздравляли с рождением ребёнка друг друга и больше ничего такого. Они не видели особого смысла делиться историями, разве что, если случалось что-то действительно интересное. Но так, они были сосредоточены на музыке. В конце концов, в студию они приходят не обсуждать что-либо, а записывать песни, подбирать разные комбинации аккордов из разряда невозможных, пытаться играть что-то стоящее на максимально расстроенных гитарах. Они просто занимаются тем, что любят делать, не отвлекаясь на другие факторы. Там они могли быть собой. — Везёт.. — Слабо проговаривает Брайан и грузно выдыхает, опуская взгляд. Волосы скрывают его лицо, прежде чем он заправляет прядь за ухо и добавляет всё тем же тихим тоном голоса: “ Надеюсь, по возвращению домой тебя не убьют. “ — Пэт фыркает и снимает очки, чтобы их протереть краем своей тёмной футболки. Заметив это движение, гитарист слегка поворачивает голову на Уилсона. Он держит за душку свои очки и проговаривает, поднимая взгляд на Бэлла: “ Знаешь, у меня иногда создаётся ощущение, словно моё зрение становится хуже.. И дело не в очках.. “ В этот момент Брайан переводит взгляд на окно, пытаясь думать о словах Патрика. Голова всё равно болела и давала об этом знать. Если бы он только мог хотя на пять минут успокоить свою голову.. Стоп, у Пэта ухудшается зрение? — Погоди, что? — Выпалил Брайан, отпрянув головой от холодного стекла и понимая, что об этом барабанщик шутить не будет. Тот на полшага отступает от Бэлла и кивает головой, испугавшись его реакции. Это место вправду действовало на них. И даже в своём доме они не могут быть в безопасности. Искажённый мир проникает в их жизнь. Они дышат им, заваривают его, и, сами того не замечая, загоняют себя в ещё большую ловушку. От осознания холодок пробежал по спине. Они должны выбраться, пока не стало слишком поздно. Вдруг Пэт ослепнет насовсем? А он.. Вдруг Брайан вообще на себя наложит руки, чтобы не чувствовать, как раскалывается его голова? Он даже не заметил как его пульс участился и он стал более поверхностно дышать. То есть они все тут могут сойти с ума? Бешеный рой мыслей атаковал его, а он не смог ему противостоять. Нет, они не могут сойти с ума, верно? Но что, если они уже сошли с ума? Что если они все уже умерли и это лишь затянутая клиническая смерть? В это время мозг продолжает работать, но дыхание останавливается. Кто-то говорил, что оно длится семь минут, прежде чем наступит настоящая смерть. — Брай, Брай, ты чего? Тише-тише, не переживай ты так.. — Он ощущает как на его плечи кладутся руки Уилсона и он словно по команде поднимает голову вверх, смотря прямо на Пэта. Вот тут он понимает, что именно заставило барабанщика себя так повести: Бэлл просто трясся и поверхностно дышал, руки болезненно сжимали колени. Он слишком сильно переволновался, что не заметил этого. Он глубоко вдохнул и выдохнул: “ Прости, я просто.. Немного задумался.. “ — Не извиняйся. Давай ты лучше ляжешь спать? Там тревога пройдёт.. И ещё не хочу, чтобы тебя продуло. — Отвечает Пэт, отводя взгляд и убирая одну руку с его плеча. В этот момент гитарист улыбается. Он редко когда мог видеть заботливую сторону у Уилсона, но она, без сомнения была. Свесив ноги с подоконника, Брайан спрыгнул на пол, думая о том, что следующий день будет точно таким же, как сегодняшний. Правда, с испорченной погодой, но почти такой же, так что беспокоиться о болезни не стоило, но всё равно гитаристу было приятно получить немного заботы. Пройдя и плюхнувшись на кровать, он зевает и потягивается, откидывая одеяло и лениво забираясь под него. Он уже закрыл глаза, и, судя по шагам, Пэт выходил из комнаты. — Патрик, погаси свет.. — Попросил тот, после чего свет гаснет. Пробубнив слова благодарности, он поворачивается лицом к окну и открывает глаза. Что-то мелькает по ту сторону сторону окна. Брякает черепица дома, словно по ней стучит град. Бэлл нервно сглатывает и переворачивается на спину. Монстров не существует. Его больная голова слишком много всего воображает. Отвернув голову от окна, он кладёт руку под подушку и медленно проваливается в дремоту.