Глава 1 - Потерянный Крик

      Снег скрипел под его сапогами, как кости под молотом. Он стоял один на заснеженном склоне, глядя вдаль, где небо рвалось к земле белыми клыками.       Ветер трепал его светлые волосы, открывая лицо с резкими чертами, а голубые глаза горели тревогой.       Он был высок — почти два метра роста, с телом, закалённым войнами, магией и драконьим пламенем.       Когда-то его звали Довакином — рожденным драконом, воином, что победил Алдуина, Мирака и даже обманул саму смерть.       Теперь он был другим.       Вечером, вернувшись домой, он обнял Серану. Её кожа всё ещё была холодна, как в первый день, когда он коснулся её в Долине Душ.       Они были вампирами, но не чудовищами. Они любили. Они выбрали друг друга.       Серана долго смотрела на него.       — Я хочу… — прошептала она. — Хочу, чтобы у нас были дети.       Он замер. Но в её глазах не было безумия — только надежда.       С помощью магии, древних ритуалов и крови, что текла в их жилах, они сделали невозможное.       В один день у них родились двое — мальчик с глазами отца и девочка с ледяным взглядом матери.       Они были не просто детьми… они были новым началом.       Но в ту же ночь Торн увидел сон.

***

      Видение льда. Ночь была тиха, но не спокойна. Торн лежал рядом с Сераной, её пальцы касались его руки, дети спали в соседней комнате. Всё было мирно. Пока не пришёл сон.       Он стоял посреди мёртвого поля. Ни деревьев, ни холмов — только ледяная пустота, пронзённая ветром. И тогда он увидел их.       Сотни фигур двигались без звука. Их кожа была синевато-белой, глаза — ярче сапфиров. В руках — клинки, сотканные из вечной зимы.       Белые Ходоки.       Позади них — армия мёртвых. Люди, дети, даже великаны — все с обнажённой костью, синим светом в глазах и бездушным шагом. Они несли с собой холод, способный поглотить саму суть жизни.       Торн потянулся к воздуху, чтобы крикнуть, но… Крика не было. Ни Фус, ни Йол, ни одного слова силы. Он открыл рот — и услышал только шёпот ветра. Сила Довакина… ушла. И тогда он понял — это было не просто видение. Это было предупреждение.       Он проснулся в холодном поту. Серана сразу подошла к нему, обняла, успокаивая. Он дрожал, хотя тело вампира редко знает страх.       — Что ты видел? — спросила она шёпотом.       — Лёд… смерть… безмолвие. И я — бессильный.       — Это был не просто сон, да? Торн молча кивнул.       На следующее утро       Они пошли к детям. Мальчик, крепкий и серьёзный, смотрел на отца с любопытством. Девочка с глазами цвета льда уже тянулась к книгам.       Серана впервые сказала вслух:       — Я хочу назвать его Фрейр.       — Тогда… — Торн погладил волосы дочери, — её мы назовём Мира

***

Цена новой крови.       Прошло несколько дней с момента сна. Торн наблюдал за своими детьми. Утром он открыл ставни, чтобы впустить свет — и Фрейрзакричал. Кожа мальчика мгновенно начала дымиться, на ней появились красные ожоги. Мира упала на пол, шипя от боли, как будто солнце пронзило её насквозь. Торн, в ужасе, бросился к ним. Серана уже прикрывала окна тканью.       — Это… началось, — прошептала она. — Их кровь. Она пробуждается.       Той же ночью Торн сел у костра. Он знал: обычной магией этого не решить. Остался один путь — призвать того, кто дал им эту силу.       Врата холодного Обливиона. Он встал на круг призыва в подземелье под их домом и произнёс имя:       — Молаг Бал.       — О, как давно ты не звал меня… — раздался голос из темноты. Холодный, как ледяной металл. — Довакин, защитник смертных, теперь пришёл просить... освобождения?       — Я прошу ради детей. Я больше не хочу, чтобы их терзало солнце. Сделай нас… другими. Пусть мы живём, как смертные, без жажды и боли. Но с их силой.       Тьма засмеялась.       — И что ты дашь мне взамен, герой Тёмных времён? Что у тебя осталось, кроме имени?       Торн поднял взгляд.       — Возьми то, что сделало меня героем. Забери Крик.       На мгновение всё стихло.       Потом Бал заговорил с наслаждением:       — О, это… вкусно. Драконорожденный, отрекающийся от своей природы. Сделано.       Из груди Торна вырвался крик боли. Его тело задрожало. Изо рта, глаз, ран на спине — вырывались светящиеся образы драконов, один за другим. Они ревели, обвивали его вихрем и улетали в пустоту. Последний дракон посмотрел на него с печалью… и исчез. Он рухнул на колени.       Теперь в нём не было Драконьей Крови.       Но когда он поднялся — солнце озарило его лицо. Он не чувствовал боли. Он чувствовал… новую силу. Кровь всё ещё пульсировала, но уже не жаждала. Его семья теперь могла жить.       Он стал первым вампиром нового рода.

***

      Торн шёл по заснеженной тропе обратно к дому. Солнце только поднималось из-за горизонта. Но теперь — оно не жгло. Лишь мягко касалось кожи. Он поднял руку к небу… и почувствовал тепло.       Он снова чувствовал день. Не как охотник, прячущийся в тенях, а как человек.       Когда он вошёл в дом, Серана была у очага, баюкая дочку. Фрейр строил из костяшек фигуры.       Свет солнца уже проникал через ставни, но дети больше не прятались. Серана повернулась — и сразу поняла.       — Ты сделал это?       Торн кивнул.       — Молаг Бал… принял договор. Мы больше не боимся солнца. Наша кровь теперь иная.       Серана подошла ближе, положила руку ему на грудь.       — А что он забрал?       Он молчал. Только прошептал:       — Я… больше не Драконорожденный.       Серана побледнела. Она знала, что значила эта сила для него. Не только магия — это была часть его души. Его путь, голос, крик… история. Но, затем, она обняла его крепко.       — Для меня ты всегда будешь героем. Даже без Крика. Даже без титула. Ты отец моих детей. Муж, за которого я умерла бы. Маленькая Мира подняла руки.       — Папа, солнышко не больно! — и засмеялась.       Мальчик крепко сжал отцу пальцы.       — Ты сильный. Ты… Торн Снегорожденый.       — Почему Снегорожденый? — с улыбкой спросил Торн.       — Потому что ты наш папа в снегу… и потому что ты снова родился.       Торн посмотрел на свою семью. Он потерял крик… но обрёл нечто большее. Новый путь. Новую суть.       Он стал тем, кем выбрал быть — ради них.

***

      Прощание с Севером       Слухи распространялись по Скайриму, как зимняя буря. Довакин стал вампиром. Он заключил договор с Молагом Балом. Он утратил голос Дракона.       Горцы Рифтена, воины Вайтрана, даже сёла на границе с Хай Роком — все шептались. Кто-то называл его предателем. Другие — проклятым.       Толпы начали приходить к его поместью, выкрикивая:       — «Ты предал Нордов!»       — «Место вампиру — в гробу, а не на троне славы!»       — «Исчезни, пока солнце не сожжёт твою ложь!»       Но были и другие. Они пришли не с факелами, а с оружием, чтобы защитить. — Вилькас и Фаркас из Соратников. — Брелина Марион и Онмун из Коллегии Винтерхолда. — Назим, который когда-то спорил с ним, теперь нёс мешок с припасами. — Астрид — та, что когда-то жила в тенях, пришла к нему в знак уважения.       Серана стояла у ворот с детьми, сжимая в руках семейные амулеты.       — Мы не вернёмся, правда? — прошептала она.       Торн смотрел на горизонт. Его взгляд был твёрд.       — Это больше не наш дом. Мы слишком изменились. Но я не позволю, чтобы дети росли в ненависти. Мы найдём новое место.       Вилькас положил руку ему на плечо:       — Помни, брат. Ты был героем не из-за крика… а из-за сердца. Если однажды придёт беда — позови. Соратники не забудут.       Фаркас добавил с усмешкой:       — А если кто из этих олухов придёт за тобой — я сам вгрызу им в горло.       И вот, ранним утром, в сопровождении верных, Торн, Серана и дети покинули Скайрим. На корабле к Солстейму, навстречу судьбе.       Солнце взошло над пиками — и впервые за долгое время не причиняло боли. Торн Снегорожденый, изгнанный герой, уходил с гордо поднятой головой.

***

      Земля уединения...       Корабль прибыл к берегам Солстейма под вечер. Волны бились о камни, а в воздухе витал солёный ветер Севера. Торн держал дочь на руках, пока Серана вела сына рядом.       Берег был пуст, но на тропе, ведущей к деревне Скаалов, стояла Фрейя — шаманка, охранявшая людей севера. Её взгляд стал старше, но внутри всё так же пылала живая мудрость.       Когда Торн приблизился, она улыбнулась.       — Я думала, ты не вернёшься, Доваки... — она запнулась. — Торн Снегорожденый.       Он сдержанно поклонился.       — Мирак пал. Я думал, моё дело здесь окончено. Но время всё расставило иначе. Моя семья больше не желанна в Скайриме. Мы ищем дом.       Фрейя осмотрела детей, что держались за мать, заметив в их глазах вампирскую природу — но солнце их не жгло.       — Ты изменился, — сказала она. — Но в тебе осталась суть. Скаалы — не судьи. Ты спас нас от тени Хермеуса Моры. Ты заслужил это место.       Она указала на лес за деревней:       — Там, у подножия холма, есть старая роща. Чистое место. Пусть станет вашим.       Торн с благодарностью склонил голову.       — Спасибо, Фрейя. Я построю наш дом сам — при помощи магии, но в стиле вашего народа.       Дом Снегорожденых. С помощью старинных свитков и артефактов, Торн начал плести заклинание. Он черпал магию из земли, ветра, камня. Форма дома возникала словно из воздуха: стены из резного дерева, крыша из черепицы с орнаментами Скаалов, окна — с зачарованным стеклом, чтобы сохранять тепло.       Из портала он перенёс: — Оружие, что висело в Храме Совета в Вайтране. — Артефакты из Склепа Ночи. — Книги из Коллегии Винтерхолда. — И даже небольшую статую Талоса, спрятанную от глаз.       Серана украсила дом мягкими мехами и фресками. Дети играли у ручья, под присмотром магических охранных чар.       Фрейя, наблюдая за всем, тихо сказала:       — Пусть это будет ваша крепость. Здесь вас примет сама земля.       Дом Торна Снегорожденого.       Дом, который Торн создал при помощи магии, был одновременно уютным и величественным. Его форма напоминала традиционный дом Озёрного, который был крепостью для многих, но в стиле и дизайне он был безошибочно Скаалов.       Снаружи дом выглядел достаточно скромно, с тёмными, срубленными бревнами, окружёнными высоким забором из камней, что придавало ему вид древнего, почти забытого жилища. Но это была лишь внешность. Под этим внешним обликом скрывался настоящий магический шедевр.       Внутри всё было на удивление просторным. Хотя дом не был большим, в его недрах скрывался целый замок. За магическими барьерами и заклинаниями пространство расширялось. Внутри можно было найти столько же комнат, сколько в древнем дворце, но с совершенно иным обликом, чтобы отразить дух Скаалов и магии.       Коридоры и комнаты. Когда Торн и его семья вошли внутрь, их взоры сразу встретили массивные каменные стены, покрытые слоями древних символов Скаалов и резьбой, исполненной в их стиле. Но пространство было не только красивым — оно также было функциональным. Стены жили собственной жизнью, благодаря магии. Каждое помещение было охвачено заклинаниями, которые подогревали комнаты, делали воздух свежим, а полы — тёплыми, несмотря на холод снаружи.       В доме было несколько просторных залов:       Гостиная: Потолок был украшен искусно вырезанными рунами, а в центре стоял огромный камин, в котором пылал огонь, создавая тепло и уют. Кресла и диваны, покрытые мехом и тканями, напоминали о северной стилистике. Здесь было много мест для общения и отдыха.       Тронный зал: В одном из углов дома был расположен зал, где стоял массивный деревянный трон, вырезанный из древнего дуба. Этот трон был отголоском славы Скаалов и их традиций. Он был украшен шкурами и мехами, символизируя связь Торна с их народом.       Тренировочный зал: В другом крыле находился зал, где Торн мог тренироваться. Это был просторный уголок с оружием и элементами для боевых искусств. Здесь висели стальные и деревянные мечи, топоры, а также щиты, которые он привёз из Скайрима, и артефакты, которые оставались ему верными спутниками в бою.       Магическая комната: Это было сердце дома. Комната, наполненная магическими книгами, алхимическими инструментами, загадочными свитками и амулетами, которые были важны для Торна как для магистра и защитника своего народа. Заклинания, наложенные на стены, усиливали магические способности и давали силы. Эта комната тоже была наполнена потоками энергии, исходящими от старинных артефактов из Скайрима.       Спальня: Здесь Серана и Торн провели свои ночи. Большая кровать с балдахином, украшенная драгоценными тканями и мехами, как у настоящих правителей. В углу стояли два кресла, а рядом с кроватью — маленький камин, создающий атмосферу уюта и уединения.       Детская комната: Для их детей была специально отведена комната с маленькими кроватями, покрытыми мехами и уютными одеялами. В комнату из окна проникал мягкий свет, а магия защитных заклинаний следила за их безопасностью.       Подземелье: В подвале дома Торн спрятал множество своих артефактов и предметов, собранных за годы приключений. Здесь хранились сокровища, оружие, а также книги с древними знаниями, которые могли быть полезны для его новой жизни.       Магия дома. Дом был построен не только из дерева и камня, но и из магии, что позволяло ему изменять свою форму, адаптироваться к нуждам жителей. Магические узоры на стенах могли улучшать атмосферу, и даже комнату можно было расширить в нужный момент. Каждый уголок был полон энергии, поддерживающей как обычные нужды, так и магические практики Торна и его семьи.       Всё, что было привезено из Скайрима — артефакты, снаряжение, святые символы — теперь стали частью этого нового мира.       Этот дом стал не просто жилищем — это была крепость для его семьи, место силы и символ нового пути Торна Снегорожденого.

***

      Прошло семь лет с тех пор, как Торн Снегорожденый и его семья поселились в Солстейме. Время не стояло на месте, и дети Торна — Эйрик и Лиана — выросли, став настоящими молодыми скаалами. Эйрик, как и его отец, был высоким и сильным, но с тёмными волосами, которые выдали его вампирское происхождение. Лиана же, его сестра, была точно такой же, как мать: с темными глазами и магической силой, которая могла творить чудеса.       Они начали осваивать магию и боевые искусства, под руководством своего отца, но также часто играли на просторах деревни, познавая северные традиции. Всё казалось стабильным и спокойным.       Но однажды, в самый разгар ночи, небо потемнело. Необычный ветер сорвался с гор и с порывами молний стал терзать земли Солстейма, поднимая в воздух песок и снег. Это была не обычная буря — магическая буря, которой ещё не было в этих краях.       Торн проснулся первым. В его груди резко колотилось сердце, а в воздухе витал странный, почти незнакомый запах магии. Он встал с кровати и подошёл к окну, через которое видел, как бушуют молнии и как в небе сверкает необычный свет. Его магические чары в доме стали усиливаться, а воздух вокруг дома наполнился неземной энергией.       — Серана, — Торн обратился к своей жене, который тоже почувствовала неладное. — Что это?       Серана встала рядом с ним, но прежде чем она успела ответить, её взгляд стал остекленевшим, как будто она что-то увидела или почувствовала. Она молча пошла к детям, подойдя к их комнате.       Молния снова пронзила небо, и вдруг весь дом дрогнул, как будто огромная сила, невидимая глазу, приняла его в свои объятия. Торн почувствовал знакомую холодную тряску и мгновенно понял: это не просто буря. Это было перемещение.       Как только магия начала распространяться по дому, в комнате Торна и его семьи всё стало размытым. Стены начали тускнеть, а пространство как бы искривлялось. Он чувствовал, как невидимая сила охватывает его и его семью, и, как будто сама земля под ними теряла свою устойчивость. В следующий момент все были поглощены светом.       Магия переноса мгновенно перенесла их в новое место. Когда свет рассеялся, Торн с Сераной, детьми и всем домом оказались в новом мире.

***

      После того как магическая буря перенесла дом Торна и его семьи в другой мир, они оказались в дикой, суровой долине, окружённой высокими снежными горами. Это было место, где царила холодная и беспощадная природа, и воздух был насыщен запахом свежего снега и сырости. Вокруг — дикая земля, в которой живут племена одичалых.       Дом Торна, созданный с помощью магии, стоял в центре долины, скрытый от посторонних глаз. Внешне он был похож на привычные дома скаалов, с резьбой по дереву и суровым, но элегантным дизайном, который мог бы быть принят в любом северном поселении. Однако, племена одичалых, населяющие эти земли, не имели ни представления о магии, ни об одежде, похожей на ту, что носили скаалы.       Когда семья Торна вышла из дома и начала осматривать окрестности, они заметили племена, что жили поблизости. Одичалые, покрытые шкурами животных и с оружием в руках, двигались в сторону их дома. Природа была враждебной, и одичалые привыкли защищать свои земли, поэтому они не были рады незнакомцам.       Торн и его семья были одеты в меха и шкуры, напоминающие те, что носили скаалы, но не вполне идентичные тем, что носили местные одичалые. Это привлекло внимание, но, к счастью, они не были приняты как чуждые существа. Племена подумали, что Торн и его семья принадлежат к другим кланам, обитающим на этих землях.       Когда местные одичалые, заметив их, приблизились, Торн понял, что будет непросто наладить с ними контакт. Их взгляд был подозрительным, но не враждебным, пока они не убедились в том, что они не пришли с целью вторжения.       Вождь племени, огромный мужчина с бородой, прикрытой мехом и цепями, обратил внимание на Торна и его семью. Он подошёл к ним, внимательно изучая их одежду и манеры.       — Вы из других кланов? — спросил он грубо.       Торн не стал скрывать своего намерения.       — Мы пришли с севера, — сказал он уверенно. — Мы ищем приют. Мы не хотим вмешиваться в ваши дела, но у нас нет другого места.       Вождь с сомнением взглянул на Торна и его семью, но затем кивнул и жестом указал им следовать за ним. Племя одичалых решило принять их, по крайней мере, на время, но были насторожены. Они видели, что эти чужаки не такие, как они, но пока не представляли угрозы.       — Мы не знаем, кто вы, но вы сможете остаться, если покажете своё уважение к нашим обычаям, — сказал вождь.       Торн и его семья последовали за ним в лагерь. Здесь, среди одичалых, их жизнь только начиналась. Судьба не была решена, но Торн знал одно: ему нужно будет доказать свою стойкость и стать частью этого мира, если он хочет выжить. Он был готов к испытаниям, зная, что это будет не простое существование.       Таким образом, семья Торна принята одичалыми как чужаки из других племён. Местные не знают их магии, и Торн с семьей предстоит пройти долгий путь, чтобы заслужить доверие и уважение племён.