ретроспектива

      Русская литература, как известно, начинается с Пушкина. Первая половина XIX века — довольно тяжёлое время для России: наполеоновские войны, просвещения, золотой век. К писателям относились как к пророкам, а следовательно их моральная ответственность перед народом была велика. В основном, мысли классиков сводились к тому, что литература должна нести вечное, светлое, доброе.       А потом пришёл постмодерн.       Но обо всём по порядку.

Первая половина XIX века

Автор как пророк

      ⚜️ Пушкин — стихотворение «Пророк», в котором, как мне кажется, прослеживается идея того, что сила творить дана Богом, а следовательно, нужно нести её во благо.       ⚜️ Лермонтов — стихотворение «Журналист, читатель и писатель», в котором писатель опять же выступает пророком, правда, толпа его не понимает.       Вообще поэты золотого века больше переживали о взаимоотношениях писатель х читатель, чем о том, что именно им надо говорить. Возможно, дело в Державине, который в «Памятнике» обозначил одну из миссией поэтов: «И истину царям с улыбкой говорить». Возможно, век Просвещения требовал некой морализаторской окраски примерно всего, потому что надо было показать, что такое хорошо, а что такое плохо. А возможно, писателям надо было на что-то кушать, и раз державе надобно формировать морально-этический компас населения своими произведениями, то давайте формировать, чего уж там.

Вторая половина XIX века

Автор как учитель

      ⚜️ Толстой — эссе «Что такое искусство?», в котором он очень долго рассуждает о всяком разном и приходит к выводу о том, что искусство должно быть понятно каждому, а его основная задача — объединять людей, передавая важные нравственные и духовные ценности.       ⚜️ Достоевский — в речи о Пушкине и своих дневниках писал, что предназначение русской интеллигенции есть просвещение народа.

Начало XX века

Автор как слуга народу

      ⚜️ Чехов — пьеса «Чайка». В ней Тригорин говорит: «…что если я писатель, то я обязан говорить о народе, об его страданиях, об его будущем, говорить о науке, о правах человека…»       ⚜️ Горький — письмо К.А. Федину от 28 января 1926 «задача художника изображать мир, каким он его видит, ничего не порицая, ничего не восхваляя», письмо В.Л. Бурцева от 11 июля 1917 «Родина — это народ».       Напоминаю, что они все друг с другом дружили:       «А.П. Чехов пишет какую-то большую вещь и говорит мне: «Чувствую, что теперь нужно писать не так, не о том, а как-то иначе, о чем-то другом, для кого-то другого, строгого и честного». Полагает, что в России ежегодно, потом ежемесячно, потом еженедельно будут драться на улицах и лет через десять — пятнадцать додерутся до конституции» (В.А. Поссе, ноябрь, после 19, 1901)

Советский период

Автор как слуга идеологии

      Ух. Вообще-то, всё было плавнее, чем я думала. Даже если мы пройдёмся по той выборке, что я привела, то мы увидим, что… писатель пишет не для себя, писатель пишет для народа. И в советское время, конечно же, это было слегка выкручено и, главное, задавалось извне. Так, одним из аспектов писательского долга был «моделирование социалистического будущего», другой — «создание образа положительно героя», третий, конечно же, нравственный — «воспитывание народа».

Постмодерн

      Очевидно, в Советском союзе не приняли Ролана Барта и его концепцию «Смерть автора», и постмодерн на русскоязычном пространстве начался чуть позже. Хотя Набоков… В целом, идеи постмодерна (см.отдельную статью) до сих пор подвергаются критике, но, как мне кажется, именно здесь парадигма «писать для народа» разворачивается в противоположную сторону «писать для себя». А когда пишешь «для себя» ответственность несёшь только перед собой. Это раскрывает горизонты: появляются антигерои, серая мораль и неопределённость. Ответственность всё ещё остаётся, но уже не за смыслы, а за форму. Из «внешней», ориентированной на общество, она превращается в личную, этически внутреннюю.       На фикбуке периодически всплывают статьи, чаще всего о критике, суть которых сводится к тому, что ни автор, ни читатель ничего не должны друг другу. Это последствия постмодерна — если пишешь для себя, то не ранься о критику. А чтобы не раниться о критику, надо относиться к ней с долей презрения. Или вовсе не читать. А следующий этап, как вы уже догадались — это создание розового пузыря и новая искренность метамодерна, которая, в целом, заключается в том, что тексты не должны никого учить, но они должны быть внимательными к чувствам окружающих. Автор должен понимать, что его текст может повлиять на другого человека, и относиться к этому с должной осторожностью.       Если раньше автор был Богом, умершим в послевоенную эпоху, то сейчас писатель говорит с читателем сквозь призму своей работы более-менее на одном уровне. А следовательно морально-этическая составляющая этого диалога зависит от внутренних предпочтений самого автора.       Перед тем как подробнее поговорить о том, к чему это всё может привести, давайте остановимся и чётко скажем, что если автор больше не несёт ответственности перед читателями и находится в рамках собственного понимания того, что такое «хорошо», а что такое «плохо», то он может писать абсолютно всё, что пожелает. Как вы уже догадались, это не работает. Единственный сайт, на котором нет цензуры вовсе — это ао3. На фикбуке, литнете, вотпаде, автор.тудей и других площадках самиздата, она есть. Хотя, по заветам постмодерна, которые честно перенял метамодерн, цензура должна формироваться самим обществом: «Не хочешь — не читай».       Однако она есть. Не сложно понять почему: литература влияет на умы людей, и если множить «не тот» контент, то вероятность того, что этим «неправильным» контентом проникнется значимое количество людей и синий кит всплывёт брюхом вверх, повышается. Поэтому надо ограничивать, вводить рамки и мешать пресловутой свободе слова и самовыражению. И в этом нет ничего плохого. Быть в рамках проще, чем без них. Потому что ответственность можно спихнуть на кого-то другого: «Не написано, что нельзя, значит — можно». Можно не оглядываться на себя и не заниматься морально-этическими дилеммами, достаточно взглянуть на существующую цензуру и проставить нужные метки. А дальше — ну, Автор мёртв, всё такое. Хорошая, безопасная позиция к которой привёл нас метамодерн. И это плюс. А о минусах — в следующей главе.