Эпизод 2: Рыба, карты и гость в ночи

Утро выдалось серым, но сухим. Облака тянулись низко над дорогой, по которой неспешно катился старый микроавтобус. Мужчина сидел за рулём, отрешённо глядя вперёд, будто дорога сама подскажет, куда ехать. Женщина не села на переднее сиденье, а осталась в салоне вместе с Аней. Она рылась в пакете с остатками еды. Аня взобралась на кушетку с ногами и глядела в окно на пролетающие мимо деревья, на редкие вывески, на дорогу, по которой они, кажется, ехали уже вечность. — Мы едем куда-то, или просто куда-нибудь? — спросила она наконец. — Куда-то, — отозвался мужчина, взглянув в зеркало. — Куда? — Туда, где рыба клюёт, — сказала женщина. Она перестала рыться в пакете и села ровнее. — Умеешь ловить рыбу? — Нет. — Ну вот и научишься, — сказал мужчина. Женщина достала яблоко и протянула его девочке. — Вот, подкрепись. Рыбка будет ещё не скоро. Аня приняла яблоко обеими руками, как будто это был подарок. — Спасибо, — шепнула она. Спустя какое-то время они свернули с трассы на узкую просёлочную дорогу. По обеим сторонам — деревья и кустарник, кое-где проглядывало озерцо. Наконец мужчина притормозил у разрыва в окаймлявшей дорогу линии деревьев, свернул в него и остановился. — Здесь. Мужчина заглушил двигатель. Все выбрались наружу и осмотрелись. Они оказались на небольшой круглой поляне. Оставленные кем-то обугленные головешки в центре, два бревна по обеим сторонам от кострища — всё выглядело как место для пикника. За деревьями, примерно в сотне метров, виднелось озеро, и с поляны к нему вела широкая тропа. Можно было разглядеть деревянные мостки на берегу. Женщина вытащила из фургона пару сумок, а мужчина достал складную удочку и коробку со снастями. Лёгкий ветерок поднимал на воде едва заметную рябь. Мужчина ловко забросил леску с мостков и устроился на складном стульчике. Аня села рядом, поджав под себя ноги. Она глядела на поплавок, стараясь не моргать, как будто от её сосредоточенности зависел клёв. — Тебе нравится? — негромко спросил мужчина, не отводя взгляда от воды. — Да. Тут тихо, — ответила Аня. Несколько минут прошли в молчании. Потом поплавок дрогнул. — О! Клюёт? — ахнула Аня, привстав. Мужчина хмыкнул и сделал резкий рывок. На крючке билась небольшая рыба. — Та-да, — сказал он, вытаскивая улов и снимая рыбу с крючка. — Первая. — Можно попробовать? — Аня поднялась. — Конечно. Только сначала научу, как. Он объяснил, как забрасывать удочку, как следить за поплавком, когда делать подсечку. Аня слушала внимательно, кивая. Она оказалась сообразительной, и уже ко второй попытке справилась сама. Первая поклёвка сорвалась, но вскоре у неё клюнуло опять, и она с восторгом вытащила рыбёшку чуть меньше ладони. Мужчина поймал бьющуюся на леске рыбку и передал её Ане. — Держи крепко. Вынимай крючок, как я показывал. — Ух ты. Я сама поймала! — Сама, — подтвердил мужчина. — Поздравляю, рыбачка. К обеду солнце показалось сквозь облака, и они вернулись на поляну с несколькими рыбинками в пакете. Женщина уже разожгла костёр. Над ним была установлена металлическая решётка на ножках. — Как улов? — спросила она. Женщина взглянула на их лица — по ним сразу было видно, что рыбалка удалась. — Есть, — сказал мужчина и протянул пакет. Женщина подозвала Аню. — Раз ты теперь умеешь ловить рыбу, научись её готовить. И с голоду не пропадёшь никогда. Женщина показала Ане, как чистить рыбу ножом и правильно потрошить её, чтобы не проколоть желчный пузырь. Одну из рыбёшек Аня почистила и выпотрошила самостоятельно. Вскоре поляну наполнил аппетитный запах жареной рыбы. Они ели сидя на бревнах, угли тлели в прогоревшем костре, и дыма почти не было. Женщина положила жареную рыбу каждому на куске фольги, а рядом — по куску хлеба не первой свежести. Аня попробовала и широко улыбнулась. Рыба была безумно вкусной. Возможно, ей досталась та самая, которую она поймала, а может быть та, которую она чистила и потрошила. — Вкусно! — Ещё бы, — ответил мужчина, — представляю, чем ты там питалась. — А если поймать большую, из неё можно уху сварить? — спросила Аня. — Можно и из маленькой, — сказала женщина. — Но нужны овощи — картошка, лук, морковка. В следующий раз запасёмся. А котелок у нас есть. Они ели, наслаждаясь спокойствием весеннего вечера, согретые теплом костра, под звон насекомых и редкие всплески на воде, доносившиеся со стороны мостков. После ужина мужчина достал колоду карт и стал показывать Ане разные фокусы. Он умел ловко обращаться с картами: то заставлял их "прыгать" из руки в руку, то угадывал, какую карту она загадала. Аня смеялась и хлопала в ладоши, забыв на время обо всём на свете. — А можешь меня научить? — спросила она, когда он показал трюк с исчезновением туза. — Можно попробовать. Только руки у тебя пока маленькие. Но кое-что получится. Он показал, как делать простейший трюк — спрятать карту и вытащить её из-за уха "зрителя". У Ани не вышло с первого раза, но с третьего — получилось. Она сияла от гордости, прижимая карту к груди. — Видишь, — сказал мужчина. — Талант у тебя есть. Главное — тренироваться. Он подмигнул, и Аня рассмеялась. Поляна погрузилась в темноту. Где-то вдалеке ухала сова, а с озера тянуло прохладой. Фургон стоял чуть в стороне, возле кустов, а в кострище мерцал последний уголёк. Внутри фургона было тепло: женщина устроилась на матрасе в проходе, мужчина лёг на длинную кушетку, а Аня завернулась в одеяло на короткой. Аня почти заснула, даже успела увидеть какой-то обрывок сна, но потом она вдруг вынырнула из дрёмы и услышала негромкий разговор мужчины и женщины. Не открывая глаз, она стала прислушиваться. — Она хорошая, — сказала женщина. — Послушная, серьёзная, помогает. Я думала, дети её возраста обычно вредные. А эта совсем не такая. — Она старается. Очень хочет остаться. — Жаль, что мы не можем её оставить, — грустно сказала женщина. — Да, не можем, — сказал мужчина. — У нас нет ни планов, ни денег. Мы даже не знаем, где будем ночевать послезавтра. — А потом? Если разберёмся с долгами? Мужчина не ответил сразу. — Не знаю. Я не думал, что вообще доживу до "потом". — Мне её жалко, — сказала женщина, замолчала на мгновение и добавила. — Я бы, наверное, могла к ней привязаться. Уже почти привязалась. Но это ведь глупо, да? — Не знаю. Может, не глупо. Может, наоборот. — Мужчина вздохнул. — Посмотрим, как всё повернётся. Аня улыбнулась в темноте. Значит, пока они не собираются её прогонять — но и оставлять навсегда не планируют. Аня понимала, что если хочет остаться, то должна стать нужной. Нужной и незаменимой. Они должны увидеть, что без неё — хуже. Что с ней — лучше. «Я ещё покажу, — подумала она. — Вы сами не захотите меня отпускать». С этими мыслями она заснула. Аню разбудил странный, едва слышный звук — будто кто-то скребёт по металлу. Она открыла глаза и прислушалась. Звук повторился: медленный, вязкий, чуть вибрирующий — как если бы по боку фургона провели пальцем. Она приподнялась на локтях и замерла, стараясь понять, не почудилось ли ей. На занавеску, освещённую снаружи лунным светом, падала чья-то тень. Человеческий силуэт. Кто-то стоял вплотную к фургону. Аня свесилась с кушетки и тронула за плечо женщину, тут же поднеся палец к губам. Затем молча указала на окно. Женщина точно так же разбудила мужчину. Мужчина немного отодвинул занавеску и осторожно открыл боковое окно, сдвинув стекло буквально на палец. — Эй, — негромко сказал он. — Чего тебе? Человек снаружи замер, а потом ответил, отступив от фургона на шаг: — Я не собирался делать ничего плохого. Просто… надеялся, что у вас найдётся еда. Хоть немного. — Уходи, — твёрдо сказал мужчина. — У нас ничего нет. Человек помедлил, потом сделал ещё шаг назад. — Ладно. Извините. Он развернулся и ушёл, растворившись в темноте между деревьев. Мужчина некоторое время вглядывался в освещённую лунным светом поляну, потом закрыл окно и плотно задёрнул занавеску. — Всё нормально, — тихо сказал он. — Ложитесь. Аня послушно вернулась на своё место, но заснуть уже не могла. Внутри фургона всё ещё было тепло, но теперь ей казалось, что ночь смотрит сквозь занавески, как чужой. Когда рассвело, стало понятно, что никто уже не спит. Первым наружу вышел мужчина. Вернувшись, он тихо сказал женщине: — Иди посмотри. Женщина надела ботинки и выбралась наружу, Аня последовала за ней. На боку фургона красовалась надпись, очевидно сделанная золой из костра с помощью пальца: «ДОЛГ». — Мы помним, — сказала женщина и сплюнула в сторону. Мужчина достал из машины тряпку и стёр надпись. Больше никто ничего не сказал. Только ветер тихо шевелил листья деревьев вокруг.