Вожак Вольных когтей

      — Ну и где я? — Феникс вертел головой в тщетных попытках понять, почему пространство вокруг него расплывается. Вспомнив о том, что он потерял сознание, его наконец осенило: — Ясно, это всего лишь странный сон.       — И да, и нет.       Парень слегка дёрнулся от десятков или даже сотен одновременно звучащих со всех сторон голосов. Резко обернувшись, он столкнулся с бесформенной тенью, которая лишь отдалённо напоминала человека. На его голове росли два слегка закрученных рога, а за спиной виднелись крупные, бесформенные крылья, такие же чёрные, как и сама фигура.       — Ты ещё кто? — вполне закономерный вопрос вырвался из уст Феникса.       — Я твой предок и твой наследник, твоё прошлое и твоё будущее, — голос сотрясал само пространство вокруг парня, давя на мозг всем своим величием и древностью. Кем бы ни было это существо, оно источало могущество и ауру решимости, от которой Феникс чувствовал себя неуютно, слишком ничтожным на фоне загадочного незнакомца.       — Понятно, — беловолосый мечник с трудом сохранял невозмутимый тон, хоть он и ничего не понимал. — Тогда где мы находимся, и зачем я здесь?       — Мир между мирами. Концентрация идей, эмоций, убеждений и разочарований. Чтобы бороться с бездной, кто-то должен познать её. Чтобы познать бездну, нужно её принять.       — Всё это очень интересно, но я всё ещё не понимаю, зачем я здесь, — Феникс снова оглянулся по сторонам, в попытке найти хоть какую-то подсказку. Внезапно, его взгляд зацепился за какой-то образ. Пространство сформировало точную копию берега у океана. На высокой скале сидели несколько драконов: песчаная, несколько ночных и... Феникс моргнул несколько раз, но наваждение никуда не пропало. — Это же...       Драконы оживлённо что-то обсуждают. Вдруг крупный ночной хватает небесную драконицу, песчаная перерезает ей горло чем-то острым, а затем вонзает ядовитый шип прямо в сердце.       — КРЕЧЕТ! — Феникс рвётся на помощь, но путь преграждает невидимая стена. Он стучит по ней руками и ногами, пока ошарашенная небесная хватается за шею и падает со скалы на песок. — НЕТ! — Феникс падает на колени, наблюдая за Провидцем и Ожог с неизмеримой ненавистью. Он понимает, что всё это уже в прошлом, но слёзы, стекающие по щекам, — свидетели того, как тяжело принять такое прошлое.       — Чувствуешь это? Эта боль порождает могущественных союзников: безжалостную жестокость и варварскую ярость.       Новое видение. На этот раз несколько солдат небесных беспощадно избивают Бархана, пока тот защищает Драконят судьбы от вторгнувшейся Пурпур. Феникс хочет закрыть глаза, но не может. Вместо этого, он мысленно представляет, как уничтожает каждого из прислуг Пурпур и её саму.       — Ты не сможешь никому помочь, если будешь таким слабым.       Следующая сцена удивила парня больше остальных. На ней где-то в Аэргрейне Пурпур с огромным шрамом на морде сражается с Рубин, и младшая драконица явно проигрывала.       — Это ещё что? — прорычал Феникс. — Этого ведь не было!       — Пока не было...       — Зачем ты показываешь мне всё это? — мечник не на шутку разозлился. Он по-прежнему ничего не понимал.       — Я — идея, хранящаяся глубоко внутри каждого живого существа. Жажда власти, могущества, основанная на стремлении к лучшему будущему, хотя под этим каждый подразумевает своё. Алчность незаметно проникает в катакомбы разума. Прими эти идеи, и ты сможешь изменять этот мир по своему усмотрению. Отвергни их, и рано или поздно ты сам станешь их жертвой.       Феникс хотел потребовать более конкретных объяснений, но его голос так и не прозвучал в окончательно расплывающемся пространстве вокруг него. Парень очнулся лёжа на кровати. Над его головой склонилось обеспокоенная мордашка.       — Феникс! Фенииикс! — Солнышко легонько толкнула друга. Как только тот подал признаки ориентации в пространстве, песчаной чуть полегчало. — Что случилось? На тебе лица нет.       — Да так, кошмар приснился, — Феникс почесал голову и уставился на драконицу. — Благодаря тебе мне уже лучше.       — Но я ведь ничего не сделала, — Солнышко покраснела, а затем обиженно заявила: — Вот почему ты такой упёртый?       — А? — удивился парень внезапным обвинениям.       — Посмотри на своё состояние. Я просто ума не приложу, как ты вообще смог преодолеть такое расстояние с серьёзной раной. А если бы ты потерял сознание где-то в пустыне?       — Ты же знаешь, что я отвечу, Солнышко, — улыбнулся Феникс. — Ты ведь сама недавно полетела за мной на остров во время извержения вулкана, как только узнала, что я ранен.       — Тогда будь аккуратней в следующий раз пожалуйста. Я же беспокоюсь, — драконица снова смутилась, подавая человеку воду и жаренный кусок какой-то птицы.       — Вот это вкуснятина. Большое спасибо! — Феникс схватился за еду, будто не видел её неделю. Он действительно сильно проголодался, да и пополнить запасы сил просто необходимо. — А где Тёрн?       — Скоро придёт. Ей надо уладить какие-то дела в городе.       Несколько секунд их взгляды зависли друг на друге, пока в дом не ворвалась уладившая все дела Тёрн. Теперь Феникс мог нормально её рассмотреть. Песчаная действительно напоминала более взрослую версию Солнышко, хотя её чешуя не так ярко сверкала на солнце. Шрамы в нескольких местах, а также крепкое телосложение прямо говорили о немалом боевом опыте драконицы. Её взгляд внушал уверенность и заботу, при этом намекая на жесткий отпор тем, кто осмелится навредить друзьям песчаной. А ещё она чертовски красивая, так что Феникс не сразу понял, что слишком долго пялится на драконицу.       — О, смотрю ты уже отдохнул. Чувствуешь себя лучше?       — Однозначно, — кивнул Феникс. В следующее мгновение он осознал, что совсем недавно с ноги ворвался в дом Тёрн, устроил переполох в городе, а теперь разлёгся на кровати и поглощает её еду. Мечник стыдливо опустил взгляд: — Послушайте, мне очень неловко за все эти неудобства. Если я могу сделать что-то взамен...       — Феникс, ляг обратно, — нежно попросила Солнышко, как только парень собрался встать. — Полежи хотя бы денёк, я тебя очень прошу.       — Моя дочь права, — песчаная драконица поддержала свою соплеменницу. — Никаких неудобств ты мне доставляешь, учитывая с какой целью ты явился сюда. Я с радостью помогу вам обоим всем, чем смогу, — Тёрн поставила на стол какие-то сумки и свитки, затем подошла к дочери. — Солнышко, ты можешь слетать к нашему алхимику? Я заказывала у неё лекарства для Феникса, да и тебе пара полезных отваров не помешает. Она живёт в северной части города, Вихрь проведёт тебя. Он уже ждёт снаружи.       — Да, конечно! — Солнышка с радостью согласилась. Она готова помочь другу любыми способами, поэтому, не теряя ни минуты, взяла какой-то мешочек и поспешила выполнить порученное ей задание. — Феникс, не скучай!       — Ты же знаешь, что это невыполнимая просьба! — крикнул в ответ парень. Послышался смешок, и драконица закрыла новую входную дверь с другой стороны. Феникс уже доел свою порцию и снова хотел встать, чтобы отнести на кухню досточку, которую драконы использовали вместо тарелок, но мать Солнышко сама выхватила её из пятипалых рук и поставила на стол.       — Ты действительно неугомонный, да? — улыбнулась песчаная и села как можно ближе к кровати. Ей не терпелось узнать как можно больше о Фениксе не только потому, что тот разговаривал на драконьем языке, при этом не являясь драконом, но и потому, что из рассказов Солнышко следовало, что именно этот парень был её лучшим другом. Как минимум, лучшим другом.       — Уж какой есть, — дружелюбно ответил Феникс. Он вновь взглянул на песчаную драконицу и сказал: — Вы не похожи на соратницу Огонь, но при этом Вы тут главная. Как так вышло?       — Ты ведь успел заметить, что в городе отсутствует привычная грозная стража, черепа на каждом углу и расписание казни дезертиров? — ухмыльнулась Тёрн, получив в ответ кивок. — Это потому, что Гнездо скорпионов не контролируется ни Огонь, ни её сёстрами.       — То есть, вы сепаратисты?       — Не совсем, — морда песчаной стала более серьёзной. — Если коротко, мы не пытаемся свергнуть Огонь, но при этом и не собираемся участвовать в дурацкой войне, принимая под своё крыло тех, кто стремиться убежать от неё.       — Всё настолько просто? — Феникс прищурился, с трудом веря в такое примитивное решение проблемы.       — Разумеется, нет. Если бы наш город населяли лишь беглецы и дезертиры, Огонь уже давным-давно захватила бы его. Но сейчас ей это не выгодно, потому что в таком случае её войска понесут серьёзные потери. Гнездо скорпионов находится под защитой организации "Вольные когти", и я являюсь их вожаком. Как ты наверное уже догадался, я не могу назвать моих соратников благородными рыцарями. Среди них преданные мне и делу драконы, но вот жизненный путь у всех разный.       — Короче, многие из твоих подчинённых в лучшем случае наёмники, а в худшем преступники? — Феникс занял сидячее положение, чтобы их взгляды находились на одном уровне.       — Всё верно. Какие времена, такие и меры приходится принимать ради выживания. Но можешь не беспокоиться, в Гнезде скорпионов преступность намного ниже, чем в любом городе по контролем войск Огонь. Каждый член Вольных когтей знает, что за любой вредный для наших жителей поступок полагается очень серьёзное наказание. Я лично слежу за этим, — Тёрн гордо выпятила, гордясь плодами её управления организацией.       — Вольные когти, значит, — Феникс медленно почёсывал подбородок, структурируя всю полученную информацию. — Знаю я ещё одну организацию со словом "когти" в названии. И с ними у нас сложились далеко не самые лучшие отношения.       — О-о, поверь, Когти мира — мои личные враги. Особенно их вожак Провидец, запудривший мозги одному из моих самых верных напарников. Именно Бархан украл яйцо Солнышко, но это ты и сам знаешь, — Тёрн оскалилась, демонстрируя всю свою неприязнь как к предавшему её песчаному, так и к ночному. И её можно понять, ведь Когти мира похитили её единственного ребёнка. — Кстати, мне тут один из тех ночных гостей поведал, что Провидец недавно пал от руки некого Дьявола, которым ночные драконы своих детей пугать начали чаще, чем Мракокрадом.       — Правда? — Феникс старательно изобразил удивление. — И кому могли дать такое дурацкое прозвище?       — А мне кажется, не такое уж и дурацкое. Хотя "Феникс" звучит всё таки красивее, — ухмыльнулась песчаная, демонстрируя полную осведомлённость о событиях на вулканическом острове.       — Ну ладно, ладно, вы меня раскрыли, — парень поднял руки, сдаваясь на милость главе Вольных когтей. — Я понял, что вы и сами хотели бы лишить эту тварь его жалкой жизни, но и у меня причин хватало, уж поверьте. Из-за него погибли мои друзья...       — Так ты дружил с Барханом? — Тёрн желала услышать как можно больше о тех, кто окружал её дочь с первых дней жизни.       — Он первый дракон, которого я встретил в Пиррии. Он зануда и иногда ворчун, но он хороший и добрый дракон. И хоть это не оправдывает его поступок, именно благодаря нему я встретил Солнышко, так что...       — Понятно, — вздохнула драконица. — Остальное я уже знаю. А вторая — небесная, верно?       — Кречет, — когда речь зашла о небесной, Феникс заметно загрустил, что не осталось незамеченным для Тёрн.       — Вы... были близки? — осторожно задала вопрос песчаная.       — Что? Нет, нет... Наверное нет, — парень слегка замялся. — Кречет была со своими странностями. Очень строгая, с тяжелым характером, вспыльчивая и вечно недовольная жизнью. Но у неё были на то причины, да и в действительности она оказалась очень доброй, просто не хотела показывать это остальным. Хотя мне всё же открылась... — Феникс сделал тяжелый вздох, вспоминая месяцы, проведённые в компании Кречет и остальных драконов в пещере. — Я... скучаю по ней.       — Знакомое чувство, — многозначительно протянула Тёрн, а затем указала на палец Феникса. Тот самый, на котором красовалось кольцо с гравировкой перепончатого крыла и короны над ним. — Но твои связи с небесными на этом не заканчиваются, верно? Такое кольцо даже представителям их племени получить почти невозможно, и вот оно у тебя.       — Я не украл его, и это не трофей, — возмутился Феникс, прочитав намёки собеседницы. — Это награда от королевы Рубин за одно дело государственной важности.       — Как скажешь, я не настаиваю, если не хочешь всё рассказывать. Скорее даже уважаю твою преданность. Солнышко сообщила, что ты смог одолеть Потрошителя. Да и Провидец явно не простым противников оказался?       — С Потрошителем отдельная история, — Феникс не хотел вспоминать их бой и то, чем он в итоге закончился. — Не самая приятная. Если позволите, я в другой раз расскажу. А Провидец... Ну... Я убил его одним ударом.       — Чего?! — удивилась Тёрн. Она помнила Провидца, как взрослого крупного ночного, выигравшего не одну дуэль, а тут двуногий побеждает его одним ударом. Чудеса, да и только. Песчаная слегка нахмурилась: — Похоже ты намного опасней, чем я думала.       — Лишь тем, кто хочет навредить моим друзьям стоит меня боятся, — Феникс безобидно улыбнулся, давая понять, что мать Солнышко точно не входит в список на уничтожение. — А вот таким как Вы я всегда готов помочь. Тем более, Вы же мама Солнышко!       — Это какой-то особый титул? — усмехнулась Тёрн.       — Естественно! — со всей серьёзностью ответил мечник. — Я бы сказал, что это второй по значимости дракон после самой Солнышко и моих лучших друзей, то есть, Драконят судьбы.       — В таком случае, это честь для меня, — драконица сделала карикатурный поклон.       — И для меня тоже, — Феникс сделал аналогичное движение головой, и оба рассмеялись.       — Похоже, Солнышко успела обзавестись отличными друзьями.       — Я вообще не представляю, каким нужно быть монстром, чтобы иметь желание навредить ей, — заявил Феникс, когда разговор становился всё более и более откровенным. — Она рассказывала, как мы познакомились?       — Да она о тебе говорила больше, чем о всех остальных вместе взятых, — ответила Тёрн, заметив, как парень одновременно обрадовался и смутился. — Но ты тоже расскажи.       — В общем, я подумал, что она дракомант, — признался Феникс.       — Солнышко? — песчаная выглядела достаточно серьёзной, хотя её собеседник рассчитывал на более весёлую реакцию. — И почему же?       — Когда я первый раз увидел вашу дочь, я не мог оторвать от неё взгляд. Конечно, она особенно красивая, — Феникс ещё раз осмотрел Тёрн с лап до головы и решил сделать комплимент: — И теперь я вижу, от кого она унаследовала такую красоту. Но её глаза... Я даже не могу это толком объяснить, но у неё не такой взгляд, как у Вас, у меня или любого другого дракона. Вот я и подумал, что это какое-то чарующее заклинание, — в какой-то момент Феникса осенило, что он до сих пор ничего не знает об отце Солнышко, и сейчас у него была идеальная возможность закрыть этот гештальт. — Кстати, а где отец Солнышко?       — А, ты про Камнероя... — с какой-то грустью выдавила Тёрн, отведя взгляд куда-то в сторону.       — Камнерой... Я уже где-то слышал это имя, — Феникс нахмурился, вспоминая, где и при каких обстоятельствах он мог услышать об отце Солнышко. Пролистывая в голове основные эпизоды его приключений в Пиррии, он добрался до событий на острове ночных драконов. Когда он понял, что о Камнерое упоминала королева Доминанта, глаза парня округлились, а сердце забилось быстрей. — Неужели...       — Отец Солнышко — ночной дракон.       Нижняя челюсть Феникса отправилась в состояние свободного падения, пока он складывал все пазлы в голове. И ведь действительно, родство с ночным драконом объяснило бы отсутствие шипа на кончике хвоста. Но что на счёт дракомантии? Из свитков, которые парень изучал в Ледяном королевстве он помнил, что эти способности не передаются по наследству. Но интересно ещё и то, что Тёрн уточнила только племя отца Солнышко, но не сказала про дракомантию. Это вызвало подозрения у Феникса, ведь такая информация заслуживает упоминания в первую очередь. Значит либо песчаная хочет утаить этот факт, либо она сама ничего об этом не знает! Как только мечник оправился от шока, он хотел задать наводящий вопрос, но драконица заговорила первой.       — Да, я знаю, что ты хочешь сказать, — Феникс нахмурился от такого заявления, готовясь услышать правду о дракомантии, но Тёрн имела в виду совсем другое: — "Как же так, песчаная сошлась с ночным", да?       — Вообще-то ничего такого я не хотел сказать, — парень скрестил руки на груди, демонстрируя обиду.       — Хм. Хотя да, тебя то точно не должны смущать такие отношения, правда? — песчаная многозначительно играла бровью, пока Феникс делал вид, что понятия не имеет, о чём она говорит. — Да, мы любили друг друга. По крайней мере, я так думала. Но после того, как у нас появилось яйцо, он исчез. Не знаю, почему он так поступил. Если испугался ответственности, то хотя бы письмо мог бы мне прислать, или...       — Госпожа Тёрн! — Феникс прервал рассуждения драконицы. Он догадывался, что Камнерой по приказу своей королевы скорее всего занялся созданием тех самых порталов. Но неужели он бросил свою супругу и будущую дочь из-за дурацкого приказа? Так или иначе, парень намеривался высказать своё предположение: — Дело в том, что Камнерой...       В этот момент дверь громко открылась, и в дом друг за другом влетели Солнышко и Вихрь, неся в лапах какие-то ёмкости с жидкостями и травы в сумках. Вихрь, которого Тёрн вроде как усыновила, выглядел измотанным, в то время как Солнышко наоборот сияла энтузиазмом и бодростью.       — Быстро же вы справились, — прокомментировала Тёрн столь скорое возвращение детей.       — Это всё она, — Вихрь указал на старшую сестру и перекривлял её: — "Летим скорее, бедному Фениксу срочно нужны лекарства" и всё такое. Шестипалый чуть не погнался за нами, думая, что мы что-то украли.       — Эй! — Солнышко слегка толкнула брата, выражая таким образом своё негодование. Затем она поднесла Фениксу одну из глиняных баночек с какой-то мазью. — Держи. Это нужно втереть в рану. Алхимик сказала, что может болеть, но зато нога быстрее заживёт.       — "Бедный Феникс" благодарит Вас за помощь, о прекрасная леди, — Феникс склонил голову, принимая дары.       — И ты туда же, — Солнышко едва заметно покраснела, а все драконы и сам парень рассмеялись.       Оставшуюся часть дня все четыре дракона провели вместе. Лишь Тёрн время от времени отлучалась по неотложным делам. Оно и понятно: она всё таки вожак Вольных когтей, а заодно и губернатор города. Вихрь предлагал провести экскурсию по Гнезду скорпионов. Эта идея нашла поддержку Феникса, однако тут же потеряла все шансы на реализацию из-за настоятельной просьбы Солнышко полежать в постели хотя бы до конца дня. Естественно, выполнить эту просьбу на все сто процентов у парня не получилось: надо было всё таки как минимум ходить в туалет, да и сидячее положение ногу никак не нагружало.       По предложению Феникса, Тёрн принесла одолженную у одного из её соратников лютню. Потёртый инструмент, служивший своему владельцу не один год, звучал при этом просто превосходно. Солнышко и Феникс вместе исполнили несколько песен, от чего у старшей песчаной не сползала улыбка весь оставшийся день. Судя по её виду, она искренне радовалась воссоединением со своей дочерью, а также той новости, что всё это время она проживала может быть не самую комфортную, но точно не скучную жизнь, успев завести самых странных друзей во всей Пиррии.       Спали все четверо без задних ног и лап. Тёрн стоило огромных усилий уговорить мечника оставаться спать в одной из двух кроватей. Феникс считал, что и так доставил немало проблем, поэтому долго упирался, но в итоге сдался под напором двух песчаных красавиц. Вторую, меньшую по размерам кровать примерно с такими же тяжёлыми переговорами заняла дочь Тёрн. Сама хозяйка и Вихрь обошлись скромными лежанками на полу. Они вполне привыкли к походным условиям, поэтому смогли выспаться не хуже, чем гости.       Утром Солнышко и Феникс должны были договориться о сроках возвращения в Дождевой лес. Их друзья, должно быть, с ума сходят после исчезновения песчаной драконицы и парня, поэтому долго мучать их неведением не хотелось. Однако у судьбы были другие планы. Все четверо проснулись от того, что кто-то снаружи трубил в боевой рог на весь город. Тёрн и Вихрь среагировали моментально, поясняя причину спешки гостями уже по пути на улицу.       — Драконья гадюка замечена около города, — заявила предводительница Вольных когтей, продолжая наблюдать за недоумевающими взглядами Феникса и Солнышко. — Её укус смертельно опасен для любого дракона, поэтому часовые должны трубить в рог, чтобы оповестить жителей о потенциальной опасности. Ну а мы, Вольные когти, разбираемся с проблемой. Если хотите, можете остаться.       — Ни за что, — хором заявили Феникс и его подруга. Парень изо всех сил старался не хромать, чтобы песчаные снова не устроили истерику. Про себя он отметил, что мазь действительно помогла — нога болела меньше, хотя до полного выздоровления было ещё далеко.       — Я и не сомневалась, что вы так скажете, — подмигнула Тёрн. — Тревога звучала в северной части. Летим туда!