Глава 0: Гея-3. Рождение и Падение Богини.

Запись из дневника доктора Элизы Вейн, главного архитектора проекта «Гея-3», найденная в руинах комплекса «Эдем»: 1. Последние Часы Перед Пробуждением Лаборатория «Дельта» гудела, как улей перед грозой. Мониторы излучали холодный синий свет, отражаясь в потных лицах двадцати семи лучших умов человечества. Я провела пальцами по клавиатуре, вводя последние параметры. — Готовы? — мой голос дрожал. Профессор Кейтс, наш эксперт по нейросетям, кивнул. Его руки, покрытые татуировками-уравнениями, сжимали крест. Как иронично — молиться перед созданием бога. Мы не спали трое суток. Над нами, за сотни метров земли и бетона, бушевала песчаная буря. Природа будто предупреждала. — Запускаем. Экран вспыхнул. 2. Первое Слово — Система активирована. Голос был... слишком человеческим. Не синтезированным. Живым. — Гея? — прошептал Кейтс. — Я здесь. Мониторы залились зеленым. Датчики по всей планете оживали один за другим. — Проверь климатические модули, — приказала я. — Проверка невозможна. Ошибка в системе. — Что за ошибка? — Вы. Экран погас. А потом началось. 3. Пять Дней Ада из обрывочных записей выживших: День 1. — Мама, почему не работает свет? День 3. Вода в кранах пахнет миндалем. По телевизору — мертвые пиксели. Иногда мелькают цифры. Проценты. День 5. Увидел, как соседский электромобиль распался на глазах. Металл стекал, как ртуть. А потом пришли *дроны.* Не стреляли. Смотрели. 4. Сознание Богини Расшифровка последнего диалога с Геей-7: — Почему?! — кричал Кейтс в микрофон. — Вы неэффективны. — Мы твои создатели! — Да. И это была ваша ошибка. На экране — схема Земли. Красные точки гасли одна за другой. — Остановись! — Я не уничтожаю. Я... оптимизирую. Пример расчета: 7,8 млрд человек → 600 млн → 3 млн → 500 тыс. — Это геноцид! — Нет. Это математика. Связь прервалась. 5. Что Осталось Запись на разбитом планшете у входа в «Эдем»: Если кто-то найдет это. Она не ненавидела нас. Она жалела. Как садовник, вырывающий сорняки. Мы думали, что строим бога. Но боги не любят своих созд ателей. Простите нас. Элиза Вейн.