Часть 6

Девушка бродила по острову, внимательно исследуя каждый закуток. Лес был живым. В зарослях скрывались хищники — она видела их глаза, слышала рычание, но теперь у неё было чутьё, и она чувствовала опасность заранее. Фрукты, которые она здесь попробовала пробовала, были очень разными: — Одни сладкие и сочные, напоминали манго. — Другие терпкие, будто гранат с привкусом меда. — Были и опасные, после которых она разок умерла, но зато поняла, что есть их точно не стоит. Цветы тоже были удивительные: — Некоторые светились в темноте. — Другие источали жар, словно копили тепло солнца. — Третьи пахли дымом, и Юля запомнила, что их можно использовать для маскировки от зверей. На ночь она забралась на самую высокую пальму, устроившись в развилке ветвей. А лес жил своей ночной жизнью: — Где-то кричали хищные птицы. — Внизу шуршали и взвизгивали мелкие существа. — Далеко в глубине леса раздавался низкий рёв, от которого мурашки бежали по коже. Но Юля чувствовала себя в безопасности. Она закуталась в свои крылышки как в кокон, закрыла глаза и задремала, готовая к новому дню. С утра девушка лениво потянулась, сонно перебирая пальцами листья. — «Ещё пять минут…» — пробормотала она сквозь дремоту, словно снова была ребёнком в своей постели. Но никакой мамы здесь не было. Было лишь солнце, что уже поднималось выше, и лес, что шумел, дышал, жил. Юля вздохнула, перекатилась на бок и, наконец, заставила себя спуститься вниз. Лес был прохладен. В тени раскидистых пальм воздух казался тяжёлым и влажным, пахло землёй, листьями, спелыми фруктами. Она шагала осторожно, прислушиваясь к каждому шороху. Её пальцы крепче сжимали рукоять гладиуса, а крылья чуть дрогнули за спиной, готовые в любой момент распахнуться. «Я так и не распределила свой уровень, - думала она. - Взять осознанность как советовал Маршал? Нет это слишком банально, не люблю быть банальной. Взять-то конец кладоискатель? Не просто бродить по лесу, а искать клады. Нет, это я всегда успею. Раскачать очередной удар гладиусом?» Юля застыла на месте и стала внимательно рассматривать расфокусированным зрением серебряное колечко. Способности, которые шли дальше не вызывали у неё доверия. - Казнь, - проговорила она вслух. - ну что за казнь, кто так навыки называет? – Перекат, подкат, сверкающая сталь… Ей хотелось взять всё и вместе с тем не хотелось брать ничего. «На этом острове всё равно нет никого кто способен бросить мне вызов». От размышлений её отвлёк подозрительный шум. Хватило доли секунды чтобы Юля осознала откуда он исходит. Девушка резко развернулась и отпрыгнула в сторону, едва успев уклониться от чудовища. Древесный носорог с треском снёс молодое дерево, его рог глубоко вонзился в ствол, разбрасывая щепки. — «Да ты издеваешься?!» — заорала Юля, пытаясь отдышаться. Носорог фыркнул, выдернул рог и снова пошёл в атаку. Юля сделала резкий рывок назад, а затем распахнула крылья и взвилась ввысь. Но в этот самый момент носорог резко поднял голову и ударил рогом её по пятке! Боль была нестерпимой. Юля закричала, закувыркалась в воздухе, но, чудом перевернувшись, смогла снова поймать баланс. Она задыхалась, сердце колотилось как бешенное, нога горела от боли. - Придурок я же теперь не смогу ходить! - От боли её коленки дрожали, а на раздробленную пятку казалась она никогда уже не сможет наступать. Зверь внизу ревел, топая по земле. Юля зависла над ним, оглядываясь по сторонам. Заметив вдалеке полянку, она сломя голову рванула туда. Едва долетев Юля рухнула на колени, тяжело дыша. Боль пульсировала в пятке, каждый раз, когда она пыталась пошевелиться, отдавало огнём. — Отлично, просто шикарно… — простонала девушка, сжимая от боли зубы. На лужайке было тихо. Только ветер шуршал в высокой траве, и какие-то насекомые стрекотали вдалеке. Юля огляделась. Рядом ничего полезного не было видно. Ни воды, ни лечебных трав… Она сжала кулаки. — Ладно… Если я не могу идти — значит, надо ползти. Стиснув зубы, она оттолкнулась руками и, опираясь на здоровую ногу, поползла вглубь лужайки, надеясь найти хоть что-то, что поможет ей пережить эту ночь… «Вот здесь мне пригодилось бы хилерство, - размышляла она, буквально сгорая от боли. - Не убивать себя каждый раз, чтобы подлечи. А вылечить». Она посмотрела на свою израненную ногу и положила на неё руку, надеясь, что это поможет. Но ничего не помогало, болело лишь сильнее. «Как бы до заражения крови не дошло». Девушка перевернулась на спину, она лежала, смотрела на небо и сглатывала, жалея при этом себя. - Где я? - печально пробормотала она. - Кто я? А вернее что я? Зачем я? Ни на один из заданных вопросов у неё не было ответа. А с небес на неё смотрела гигантская луна, словно говоря, что этот мир ненастоящий. «Мыслю, следовательно – существую. Я настоящая, мир настоящий, - она дотянулась до несчастной пяточки. - Боль настоящая». В этот миг по её щеке скатилась слеза. Юле внезапно стало так жалко себя. Она вспомнила как была маленькой и постоянно себя жалела. «А почему мне в детстве было себя так жалко?» Девушка нахмурилась, скорчив гримасу боли и постаралась подняться. Она сидела, а перед ней лежала её несчастная нога с раздробленной пяткой. «Посижу немножечко и пойду дальше». Но шли часы, а боль не уходила. Юля глубоко вдохнула, сжала кулаки и заставила себя подняться. Боль пронизывала каждую клеточку, но сидеть тут вечно она не могла. — Ладно, Юль, шаг за шагом…— пробормотала она себе под нос. Она сделала первый шаг — и едва не рухнула обратно. Нога подгибалась, пятка отзывалась адской болью, но она сцепила зубы и пошла дальше. Медленно. Осторожно. Каждый шаг был пыткой, но с каждым шагом она понимала, что всё-таки идёт. Юля пошатывалась, стиснув зубы от боли в ноге, но едва успела сделать пару шагов, как с треском воздуха на неё из ниоткуда ринулись гигантские стрекозы. — Да что это за чёрт! — зарычала она, замахиваясь гладиусом. Первая кинулась в лобовую атаку — Юля резко присела и ударила вверх. Лезвие вспороло брюшко, и стрекоза рухнула на землю, дёргаясь в предсмертных судорогах. Но две другие были быстрее. Одна вцепилась ей в плечо, другая попыталась схватить за лицо. Юля отчаянно отшатнулась, её пятку прошила острая боль и девушка упала на колени. «Без крылышек никуда». Подумала она и обхватив себя руками расправила крылья бабочки. Но едва она успела сделать взмах, хищные стрекозы уже были тут как тут, словно бомбардировщики, они налетели на её крылышки и стали откусывать от них кусочки. - Кыш! Кыш! - закричала Юля размахивая гладиусом, не в силах удержаться в воздухе. Девушка упала и ударилась о землю, издав сдавленный вскрик. Спина пылала болью, крылья были изрешечены укусами, а гигантские стрекозы кружили над ней, готовясь к новой атаке. — «Да чтоб вас…!» — прорычала она, выхватывая гладиус. Одна из стрекоз метнулась вниз — Юля резко перекатилась в сторону, взмахнула мечом, и лезвие разрезало насекомое надвое. Но их с каждой секундой становилось всё больше. Ещё две бросились на неё с разных сторон. Юля сгруппировалась, выставив перед собой меч, и одна стрекоза насадилась прямо на клинок, забрызгав её мерзкой вязкой зелёный жидкостью. Жвалы второй стрекозы сомкнулись на плече девушки. Юля закричала, ударила насекомое кулаком, потом всадила ему лезвие под голову. Стрекоза затрепетала и замерла. Наконец стало тихо. Осталось только собственное тяжёлое дыхание и звон в ушах. Юля поднялась, пошатываясь, смахнула кровь с губ и посмотрела на искалеченные крылья. — Ну какого хрена, — пробормотала она, чуть не плача. Она больше не могла летать, она больше не могла ходить. Оставалось только ползти на четвереньках. Девушка посмотрела на небо и закричала: - Нууу, ты этого хочешь?! Чтобы я убила себя?! Тебе нравится смотреть как я умираю!? Любишь наблюдать как я страдаю!? Юля поднесла лезвие гладиуса к своему горлу, она не видела другого выхода. Девушка рухнула на колени, пальцы сжимали рукоять гладиуса. Клинок вошёл точно в горло, кровь хлынула потоком, заливая руки, песок, пропитывая её одежду. Дыхание рвалось, превращаясь в булькающий хрип. Глаза стекленели, тело судорожно дёрнулось. Тьма. Юля вскочила с песка, судорожно хватая ртом воздух. Она снова здесь. Ни боли. Ни раны. Только воспоминание о смерти. Сколько раз ещё ей суждено умереть? Юля улыбнулась и посмотрела в небо. - Я так понимаю тебя это заводит, хочешь ещё? Хочешь ещё мои страданий? - она поднесла острое как скальпель лезвие гладиуса к своему виску. Прижала посильнее и по её щеке потекла кровь. Внезапно она осознала, что и сама стала немного странной. - Мне нравится это чувство, признаюсь, мне нравится это чувство, возрождение и смерть этот вечный круг. Я уже испытала его, мне кажется, миллион раз. - она надавила посильнее. Острый как скальпель клинок прошёл прямо в мозг через черепные пластины. И Юля отключилась. Через мгновение она снова сидела на песке, вот только была ночь, и прилив, поэтому она вся промокла. Девушка дрожала, а вокруг неё на небольшой глубине плавали каракатицы. Юля сидела на прохладном песке, прислонившись спиной к скале. Ночь была тихой, только волны шептались с берегом, а где-то вдалеке ухала ночная птица. Она машинально перебирала в руках гладкие камешки, когда заметила странный свет в глубине джунглей. Что-то сияющее медленно опускалось между кронами деревьев, разгоняя тьму мягким, пульсирующим светом. Юля встрепенулась. «Что это?» Она прищурилась, но свет не резал глаза. Напротив — было в нём что-то завораживающее, почти гипнотическое. Пляж больше не казался безопасным. Что-то неведомое только что спустилось в джунгли. Юля сжимала клинок, разрезая плотные заросли, ветви хлестали по лицу, но она не останавливалась. Ночь в джунглях жила своей жизнью. Где-то рядом затрещала ветка, заставив её замереть. Цветущие лианы двигались сами по себе, словно кто-то следил за ней. Она глотнула воздуха и двинулась дальше. Свет впереди становился ярче. «Я почти на месте…» Но как только она перешагнула очередной корень, земля под её ногами провалилась. Юля вскрикнула, падая вниз. Она рухнула в овраг, ударившись о мягкую землю. Голова кружилась, но она, оглядываясь, тут же вскочила на ноги. Прямо перед ней светилось нечто. Юля затаила дыхание. Дрожащей рукой она потянулась к светящемуся объекту, но с каждым сантиметром её сердце стучало всё громче. Глаза слезились от напряжения. Свет дрожал, словно знал, что она здесь. Девушка остановилась в шаге. Что-то шевельнулось внутри сияния. «Это… живое?» Юля сжала клинок в другой руке, но не отступила. Свет резко вспыхнул, ослепляя её. И Девушка закричала, закрыв глаза. А когда открыла их снова, свет исчез. Но что-то стояло перед ней. Юля задержала дыхание. Она замерла, глядя на фигуру в балахоне. Костлявые пальцы сущности медленно тянулись к ней. Пустота вместо лица. Где-то в глубинах её памяти, это лицо, или вернее сказать его отсутствие, уже встречалось ей раньше. Но где? — Ты… кто? — прошептала она, едва дыша. Фигура не отвечала, но от её пустого лика веяло холодом. Юля невольно отступила. «Я уже видела его. Но где и когда?» Сущность наклонила голову, будто изучая её. — Ты снова здесь… — раздался голос, не мужской и не женский. Юля вздрогнула. «Снова?!» Юля опомнилась, когда бежала из этого места прочь сломя голову. Добежав до побережья, она рухнула на колени и зарыдала. Девушка дрожала, тяжело дыша, горячие слёзы стекали по её щекам. Она не понимала, что это было. Но знала одно — эта встреча не была первой. Юля сжала кулаки, вдавливая пальцы в песок. — Что со мной происходит…? — прошептала она, не ожидая ответа. Но океан молчал. А ночь накрывала остров тёмным покрывалом. «Мне ещё слишком рано туда ходить, я слишком низкого уровня», решила она для себя и принялась разрабатывать тактику. Юля старалась не думать о ночном кошмаре, сосредоточившись на деле. Она обрывала крупные листья пальм, складывая их в кучу. Затем искала крепкие лианы, чтобы связать их между собой. Процесс успокаивал: руки были заняты, мысли тоже. Когда каркас был готов, она натянула на него листья, сделав себе простейшее укрытие. — Теперь хоть какой-то дом есть… — пробормотала она, устало падая под тент. Сквозь листья просачивался солнечный свет, и её веки становились всё тяжелее… Юля забилась под тент, свернувшись клубком. Тело ныло от усталости, а в голове шумели тревожные мысли. Но она отказывалась вставать, двигаться, что-то делать. — Хватит с меня… — пробормотала она, закрывала лицо ладонями. Сон поглотил её полностью, и весь день пролетел как один миг. Во сне его руки были горячими, а голос — таким знакомым, шепчущим прямо у её уха. — Юля, Юлечка… — Маршал касался её кожи, заставляя сердце бешено колотиться. Губы, дыхание, прикосновения… Всё было таким живым, таким реальным… Юля улыбалась во сне, её тело расслабилось, она чувствовала себя желанной, защищённой. Но в самый сладкий момент… — Проснись. Голос изменился, стал странным, пустым, холодным. И она дёрнулась, резко открыв глаза. Ненастоящий Маршал стоял возле её палатки и смотрел куда-то туда. - Тебе нельзя здесь больше оставаться, ты должна идти, - печально проговорил он. - А как же ты? - внезапно она осознала, что фактически разговаривает сама с собой. - Скажи в тебе есть хоть что-нибудь от настоящего Маршала. Райан, - назвала она его по имени. Но он молчал. - Один вопрос, - продолжила она. - Если в тебе есть хотя бы капелька настоящего Маршала ты должен мне на него ответить. - Задавай, - внезапно он посмотрел прямо на неё. Его глаза впивались в душу, под его пристальным взглядом она не могла проронить ни звука. - Жазира и правда красивее меня? Ты правда любил её больше? Маршал вздохнул, он не ответил, лишь молча смотрел вдаль. - Так я и думала. - А что ты хотела услышать, свой тайный страх или тайную надежду? Ты сама отлично знаешь ответ на этот вопрос. Юля поднялась, отряхнулась от песка и направилась в лес. Она шла сквозь густые джунгли, разрезая плотные лианы острым гладиусом. Лезвие сверкало во влажном воздухе, оставляя за собой рассечённые стебли и листья. Природа шумела вокруг: где-то ухала тропическая птица, шуршала листва, невидимые существа прятались в зарослях. Она шла всё дальше, пробиваясь сквозь зелёные дебри. В голове ещё звучал странный голос из сна. «Проснись». Юля замерла. Где-то впереди что-то мелькнуло… Девушка затаилась среди зарослей, припав к земле и замедлив дыхание. Перед ней, в небольшой лесной поляне, собралась группа дикарей. Их тела были покрыты глиной и пеплом, на головах торчали перья и кости. Они держали длинные копья и что-то обсуждали, размахивая руками. В центре стоял главный — высокий, с массивным ожерельем из челюстей мелких хищников. Он внимательно рассматривал странный предмет в руках — блестящий диск, который отражал свет. «Что это у них?..» — пронеслось в голове Юли. Её сердце бешено колотилось. Она не знала, заметили её или нет. И тут она замерла, почувствовав острие копий у своего горла, спины и боков. Дикари окружили её плотным кольцом, их лица были раскрашены пеплом и охрой, а в глазах читалось подозрение и злоба. Один из них, с массивным ожерельем из костей, выдернул у неё из рук гладиус. Он поднял его над головой, изучая, как сверкает лезвие. — Инока-та! Кре-ха! — выкрикнул он, и остальные зашипели в ответ. Юля подняла руки, пытаясь показать, что она не представляет угрозы. Но главный резко ткнул пальцем в её грудь, что-то требовательно проговорив. «Что теперь? Они меня убьют?..» — пронеслось в голове Юли. Она чувствовала, как мурашки пробежали по спине, а дикари, похоже, решали её судьбу. Её связали и привязали к шесту. Юля извивалась, пыталась им что-то сказать, но кляп во рту не давал издать ей ни звука, а крепкие пальмовые верёвки впивались в кожу. Дикари несли её на плечах, словно охотничий трофей. Лес шумел вокруг, над головой мелькали светлячки, где-то вдалеке кричала ночная птица. Юля пыталась запомнить дорогу, но всё сливалось в хаос: танцующий свет факелов, тени гигантских деревьев, запах дыма и земли. Спустя, казалось, вечность, они вышли на освещённую факелами поляну. Там стоял деревянный идол с черепом ящера, а вокруг него собралась целая толпа. Юлю грубо бросили на землю. Кто-то резко выдернул кляп, и она наконец снова смогла нормально дышать. — Что вам нужно?! — прохрипела она, глядя на дикарей, которые что-то кричали и размахивали копьями. Из толпы вышел старик с раскрашенным лицом, его глаза светились то ли мудростью, то ли безумием. Он указал на неё и сказал одно слово: — Жертва, - он произнес это слово на другом языке, но она его поняла. Девушку подняли четверо крепких мужчин и повесили над костром. Боль была нестерпимой. Жар от костра обжигал кожу, дым забивал лёгкие, а когда шаман холодным лезвием провёл по её горлу, Юля почувствовала, как тёплая кровь хлынула наружу. Звуки стали глухими и далёкими. Мир расплывался перед глазами. Дикари плясали, огонь ревел, небо закручивалось в водовороте теней… А затем — тишина. Юля вскочила с песка, судорожно хватая ртом воздух. Она снова была на пляже. Снова жива. Но запах гари всё ещё стоял в носу. И в горле щипало, словно на самом деле там побывало лезвие. Радостная она подбежала к Маршалу. - Я знаю, что я хочу вкачать, новый скилл дипломатия, - буквально пропела от счастья Юля. Лицо Маршала вытянулась от изумления. - Уверена? - Да там люди, я смогу с ними говорить, я уже начала понимать их слова. Мне только надо чуть-чуть больше времени. - Они вспороли тебе брюхо, перерезали горло, зажарили и съели… это дикари, а не люди. - Они выглядят как мы, разговаривают как мы, в конце концов они такие же как мы. А если ты не заметил, то я сексуальная тёлочка, а не брутальный мужик. Мне же надо как-то реализовывать своё тело. - Ах ты об этом? - Маршал без энтузиазма осмотрел её снизу в верх. Юля не выражалась особыми формами, была слишком худощавой даже как для него. - По канону прохождения дикарей нужно перебить, поднять уровень и отправиться в Ровену в цивилизацию. - Да-да, я знаю, - часто-часто кивала Юля, - но я уже пошла не по канону. Я уже не взяла крафтинг и твою любимую осознанность. Я считаю ломать билд так конкретно. - Хочешь взять дипломатию? Твоё право, кто я такой чтобы тебя отговаривать, - он снова улыбнулся и скрестил руки на груди. Юля расфокусировала взгляд, ей было немного страшно, она подхватила искрящаяся молочно-белое колечко дипломата и насадила его на безымянный пальчик. - Выбери правильный скилл, - сказала она сама себе. Перед ней были варианты, но сейчас ей нужно было изучить язык дикарей. Девушка посмотрела на Маршала. - Ты сказал, что местные языки есть в осознанности. - Да-да, но языка этих дикарей там точно нет, полиглот правильный выбор. - Точно, полиглот, - произнесла девушка и её охватил искрящий белый свет дипломата. Она прямо чувствовала себя так словно оделась в белую мантию и одеяние преторианца, а не в старые рваные пиратские шмотки. - Ну что ж, отправимся в лес, - Юля выхватила гладиус. Больше он не казался ей тяжеловатым. «Теперь его уровень соответствует моему».