Часть 8

Когда солнце было в зените, Юлю привели в самую большую хижину посёлка. Шаман, старый и покрытый узорами татуировок, сидел у очага, окутанный дымом травяного благовония. Он жестом предложил Юле сесть напротив. — Теперь ты одна из нас, — его голос был хриплым, а жесты медленными и уверенными. Он указал на своё сердце, затем на Юлю, а потом сделал круговое движение, охватывающее весь мир вокруг. - Да я понимаю, - пожала плечами и иронично улыбнулась девушка. Только сейчас она стала осознавать, что с её произношением что-то не то, раз они до сих пор считают, что она не умеет разговаривать. Девушка вновь напрягла зрение и проверила способность полиглот. Та привычно уже сияла белым. «Давай же, давай срабатывай побыстрее», подумала она и улыбнулась, чтобы шаман не заметил, что она отвлекалась от его слов. Она внимательно следила за его руками, стараясь уловить смысл. — Ты охотник. Ты идёшь с нами, — шаман нарисовал в воздухе копьё, затем резко метнул его в воображаемую цель. Юля кивнула, поняв, что теперь ей придётся добывать пищу, сражаться за племя и доказывать свою силу. Она ещё не знала, как примут её другие охотники, но выбора у неё, похоже, не было. Шаман взял из очага горсть пепла и осторожно провёл им по её лицу, оставляя тёмные полосы. Это был знак принятия. Теперь Юля не просто гостья. Теперь она — одна из них. Женщины племени, переговариваясь на своём языке, подвели Юлю к одной из хижин. Там её ждал традиционный наряд. Сначала её тело украсили узорами из тёмной охры и белой глины — символами племени. Затем на её шею надели ожерелье из костей мелких зверей и пёстрых ракушек, а на руки — кожаные браслеты с перьями. Одежда состояла из короткой юбки, сплетённой из тонких полос мягкой ткани, обработанной соком растений, чтобы стать прочной, но лёгкой. Грудь прикрывал топ из гибких кожаных лент, украшенный бусинами. Одна из женщин вложила в её руку длинное острое копьё с наконечником из обсидиана. Юля с любопытством рассматривала оружие, ощущая его вес. Шаман, наблюдая за этим, кивнул. — Теперь ты охотник, — произнёс он, и племя согласно загудело в ответ. Завтра на рассвете её ждал первый совместный выход на охоту. Юля шла в составе группы охотников, осторожно ступая по влажной земле джунглей. Тёплые лучи рассвета пробивались сквозь густую листву, рисуя золотистые узоры на её коже. Вокруг тихо, лишь изредка раздаётся щебет птиц или треск ветки под чьей-то ногой. Охотники шли молча и сосредоточенно, они держали копья наготове. Внезапно тишину разорвал странный крик. Он эхом раскатывается по лесу, словно само пространство содрогалось от его звучания. Звук глубокий, рваный, дикий. Что-то между рёвом крупного зверя и пронзительным визгом. Юля замерла, её пальцы крепче сжали древко копья. Охотники переглядываются. Один из них поднёс к губам палец, призывая всех к молчанию, а затем жестом приказал идти вперёд. Они продолжают движение, теперь ещё осторожнее, крадучись между стволами деревьев. Юля чувствовала, как сердце стучит всё быстрее. Впереди было нечто большое. Юля затаилась за широким стволом дерева, едва дыша. Прямо перед ней, посреди солнечной поляны, величественно расхаживал ти-рекс, покрытый яркими, переливающимися перьями. Он был огромным — его мощные челюсти могли раздавить целое бревно, а острые когти на лапах могли разорвать любого охотника во мгновение ока. Остальные охотники рассредоточились по периметру, прячась за деревьями и в высокой траве. Их глаза были прикованы к добыче. Кто-то уже занял позицию на выше по склону, готовясь метнуть копьё сверху. Юля крепче сжала своё копьё, сердце бешено колотилось. Она знала, что от их слаженных действий зависит жизнь каждого в племени. Ошибка могла стоить слишком дорого. Шаман, стоявший чуть в стороне, поднял руку, это был сигнал. Он прищурился, заметив, как в руках Юли сверкнул знакомый клинок. Его морщинистое лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень понимания — она украла его обратно. Охотники рядом тоже заметили оружие и недовольно загудели. Кто-то сжал копьё крепче, кто-то бросил на Юлю злобный взгляд. Девушка же просто пожала плечами, будто невинно извиняясь: ну, так вышло. Шаман несколько секунд изучал её, а затем… тихо рассмеялся. Глухой, старческий смех был почти беззвучным, но Юля почувствовала в нём одобрение. — Хорошая воровка, — пробормотал он на ломаном языке. — Хорошая охотница? Посмотрим. И махнул рукой, разрешая ей оставить клинок. «Сработал скилл кража, - мысленно ликовала Юля. - А вместе с тем скилл «отшутиться после воровства». Я не только обворовала хижину шамана, мне это сошло с рук». Девушка понимала, что без гладиуса она значительно слабее и потому решила вложить очки опыта в ветку дипломатии, скилы воровства. Хотя была ещё парочка новых способностей из ветки холодного оружия. Одну из которых она использовала тут же. Как только Ти-рекс повернул голову в её сторону, Юля активировала «Сверкающую сталь». Гладиус вспыхнул ослепляющим светом, отражая солнечные лучи. Яркий луч попал точно в глаза гигантскому ящеру. Ти-рекс взревел, мотая головой, ослеплённый на мгновение. Этого было достаточно! Юля рывком метнулась вперёд, скользя между гигантскими когтями, и вонзила гладиус в бок чудовища. Кровь брызнула, но рана была неглубокой — её клинок, каким бы острым он ни был, оставался слишком мал для такого зверя. Теперь Ти-рекс воспринимал её как настоящую угрозу. Юля резко отскочила назад с помощью отскока, едва избежав хищных челюстей. Она распахнула крылья и взмыла в воздух, но Ти-рекс не собирался отступать. Огромные лапы с когтями разрывали землю, чудовище мчалось за ней, подпрыгивая, пытаясь схватить. Щёлк! Гигантские клыки сомкнулись всего в нескольких сантиметрах от её ног. Юля усилием воли удержалась в воздухе, но понимала: долго так не продержится. Ти-рекс был беспощаден. Копья вонзались в его бок, стрелы застревали в густых перьях, но Ти-рекс не останавливался. Он видел только Юлю. Назойливую бабочку, которая ослепила его и теперь пыталась ускользнуть. Щёлк! Чудовищные челюсти снова сомкнулись в воздухе, едва не разорвав ей крыло. Ещё один прыжок – и он достанет её. Юля почувствовала жар его дыхания, смесь гнили и крови. Она поняла – просто бежать больше не вариант. - Скольжение, - Юлия активировала новую способность, и зачем-то при этом назвала её вслух, готовясь к будущим получениям дебафа от ветки дипломатии. Она помнила о наличии такого дебафа в самой глубине дерева развития. По задумке проговаривание скилов усиливает их довольно ощутимо. Она уже представляла, как будет делать это в будущем. Ти-рекс взревел от боли. Юля скользила коленями по мокрой траве, ощущая, как её клинок глубоко разрезает его брюхо. Громадина взбесилась. Его рёв сотряс джунгли. Охотники замерли. Но Юля на них не смотрела – она снова неслась вперёд, перепрыгивая через корни, пытаясь уйти от разъярённого монстра. Ти-рекс бросился за ней, кровь капала из свежей раны, но он не останавливался. Он был быстрее. Он догонял. И вот над ней тень его гигантской головы с распахнутой пастью. Огромные клыки сомкнулись на Юле. Боль. Тьма. Но в последний миг, прежде чем пасть захлопнулась полностью, она с силой вонзила копьё прямо в его горло. Хруст. Рык превратился в утробный хрип. Ти-рекс замер. Его глаза потухли, ноги дрогнули. Он сделал ещё шаг… другой… И рухнул на землю, вздымая облако пыли. А через мгновение – всё исчезло. Юля проснулась на пляже, жадно глотая воздух. Но теперь она знала – ти-рекс мёртв, но все считают мёртвой и её. «Интересно посмотреть на их лица, когда я вернусь в племя». Юля поднялась, подобрав гладиус и копьё, которое теперь тоже было к ней привязано. В этот миг небо озарила молния, и начался тропический ливень со светом и лепестками роз. Юля стояла и улыбалась, ловя ртом его большие капли. Счастливая и мокрая она возвращалась в племя. Когда Юля вышла из джунглей, деревня замерла. Охотники, женщины, дети – все уставились на неё круглыми глазами. — Мёртвая… – прошептал кто-то. — Съедена… Шаман, стоявший у костра, сурово нахмурился, но в глазах его мелькнул огонёк уважения. Юля усмехнулась, стряхнула грязь с плеча и, пройдя мимо изумлённых дикарей, направилась к костру, на котором жарился огромный кусок мяса динозавра. Ей ещё предстояло объяснить, как она выбралась из пасти Ти-рекса. Шаман поспешил к новой соплеменнице. Он почему-то говорил и показывал жестами хотя она уже практически идеальна выучила их разговорный. - Ты мертва, - он показывал руками череп и кости. - Нет, - покачала Юля головой. - Я жива, я здесь, ты что не видишь. - Вижу, я всё видел, все всё видели, ти-рекс проглотил тебя. Но мы его добили. Правда твоих останков так и не нашли. - Правильно, потому что я жива, - девушка задумалась хочет ли она объяснять ему что происходит. - Видишь ли, в этом мире я не могу умереть. - Так ты всё-таки не человек… дух, - со страхом он отстранился от неё выставив перед собой мешочек с костями мелких животных. «Понятно, попробую объясниться по-другому, чтобы никого не шокировать». - Ти-рекс просто укусил меня, понимаешь, - размахивала она руками показывая разные жесты. -Хрум, вот так зубами щёлк. Но не съел. А я просто отлежалась и мне стало лучше. - Я видел он проглотил тебя. Я видел, - шаман не знал кого бояться больше Ти-рекса или Юлю. Девушка посмотрела за него и нежно прикоснулась ладошкой к его руке. - Ты же знаешь, что я из другого мира, видишь что я на вашей стороне, - старалась она улыбаться. - Клянись, что никогда не причинишь нам зла. Юля встала перед шаманом и положила руку на сердце и твёрдо произнесла: — Я клянусь! Никогда не причиню зла племени, ставшему мне домом. Шаман пристально посмотрел ей в глаза, словно пытался заглянуть в саму душу. Затем кивнул и нарисовал ритуальный узор на её лбу, признавая её частью народа. Как только шаман завершил ритуал, небо озарилось вспышкой. В ту же секунду начался дождь, но не обычный — в каплях переливался свет, словно звёзды падали прямо с небес. Юля почувствовала тепло внутри, словно её тело наполнилось силой. Она расправила крылья, и на их кончиках вспыхнул тонкий светящийся узор. Девушка посмотрела на небо, вздымая руки. - Тут что за всё подряд уровни дают!? - в порыве закричала она. И все кругом упали на колени и стали вздымать руки к небу. Девушка посмотрела на свою ладонь, ярче солнца сияло лимонное кольцо на её большом пальце. «Всё ясно, сработала способность обучаемость, - подумала она. - Хоть какой-то толк». На рассвете племя собралось в поход. Мужчины и женщины с копьями и луками шли стройной колонной, направляясь к скалистым уступам, где обитали гигантские скальные черепахи. Юля шла рядом с шаманом. Её новые способности ещё не были проверены в бою, но она чувствовала небывалую уверенность. Когда они подошли ближе, вдалеке показались огромные существа — их панцири напоминали валуны, а кожа была потрескавшейся, как высохшая земля. Черепахи медленно двигались, размеренно разрывая когтистыми лапами почву в поисках корней. Охотники начали медленно окружать их, держа оружие наготове. Юля сжала копьё, готовясь к своей первой охоте на этих исполинов. Девушка с криком прыгнула на черепаху, взмахнув гладиусом. Лезвие со звоном скользнуло по твёрдому панцирю, не оставив ни царапины. Черепаха резко развернулась, вздымая облако пыли, и махнула лапой. Юля едва успела перекатиться в сторону, но тяжёлая лапа всё же задела её бок, отбросив на несколько метров. Племя в ужасе замерло, видя, как черепаха поднимает голову — её глаза сверкнули красным, а из пасти вырвался густой горячий пар. Шаман что-то прокричал, давая сигнал к атаке. Охотники бросали копья, но прочная шкура зверя выдержала удар. Юля, стиснув зубы, поднялась и использовала рывок, чтобы снова подойти ближе. Теперь она поняла: бить в панцирь — бесполезно. Нужно найти слабое место. Девушка металась в воздухе, кружась вокруг гигантской черепахи, словно стрекоза, уклоняясь от потоков раскалённого пара. Она то пикировала вниз, пытаясь ударить гладиусом, то резко взмывала вверх, ускользая от смертоносных лап. Черепаха яростно вращалась, её глаза сверкали, пасть извергала обжигающий газ, оставляя обугленные пятна на траве. Но Юля была слишком быстра. Она высматривала слабое место: между массивными чешуйчатыми пластинами шеи виднелась узкая мягкая кожа. Стиснув зубы, девушка перехватила гладиус обеими руками, сделала крутой вираж и с разгона вонзила клинок в горло зверя. Черепаха затряслась, оглушительно заревела и стало наступать ещё активнее, пытаясь затоптать своими слоноподобными ногами Юлю, как маленькую мошку. Пока девчонка вертелась в воздухе, отвлекая огромную черепаху, двое охотников пригнулись к земле и быстро зачерпывали песок руками, откапывая несколько массивных яиц. Каждое яйцо было размером с человеческую голову, его поверхность покрывала шероховатая скорлупа, а внутри что-то слабо шевелилось. Один из мужчин засунул яйцо в плетёную сумку, второй — обернул в лианы и перекинул через плечо. Они работали молча, периодически бросая тревожные взгляды на поле боя. Как только Юля вонзила гладиус в шею чудовища и кровь окрасила землю, охотники сорвались с места и скрылись в зарослях, унеся ценный трофей в деревню. Юля посмотрела им вслед и удивлённо прошептала. - Так мы её не будем добивать? - И в этот момент гигантская нога черепахи опустилась ей на голову. Она чудом успела выскользнуть пока её не расплющило о каменистую землю. Панцирный зверь заревел, изрыгая потоки горячего газа, а Юля уже улетала от неё, как маленькая мошка всё выше и выше. И вот когда ей показалось, что она, наконец, сбежала, над нею появился тёмный силуэт Кетцалькоатля. «Что опять?» Подумала девушка, сжимая гладиус в руке. Она металась в воздухе, уклоняясь от хищных когтей кетцалькоатля. Его гигантские крылья разрывали облака, создавая вихри, от которых её бросало из стороны в сторону. Когда птицезмей сделал особенно резкий манёвр, его крыло задело Юлю, и она закричала, чувствуя, как её крылышки трещат и разрываются. Гладиус выскользнул из рук и исчез в облачной пучине. А через секунду исчезла и она — стремительно падая вниз с огромной высоты. Воздух свистел в ушах, её тело кувыркалось в хаотичном падении, пока с глухим ударом она рухнула в заросли. Боль пронзила каждую клетку, но ей повезло остаться в живых. Однако времени на передышку не было — над головой раздался пронзительный крик, и огромная тень пронеслась над деревьями. Юля, стиснув зубы, сорвалась с места, пытаясь скрыться среди листьев и густых ветвей. Кетцалькоатль знал, где она, и не собирался отпускать добычу. Юля пригнулась к земле, затаив дыхание в зарослях. Сердце колотилось в груди, каждая мышца ныла от удара о землю, но времени жалеть себя не было. Над головой раздался треск ветвей — гигантский кетцалькоатль опустился ниже, осторожно ступая когтистыми лапами по земле. Он искал её. Юля видела, как его когтистая лапа прошла всего в нескольких шагах от неё. Ноздри хищника втягивали воздух, он искал её запах, принюхивался, наклоняя свою огромную голову. Она знала, что, если двинется слишком резко, он тут же заметит её. Поэтому медленно, по сантиметру, поползла назад, прячась глубже в тени листьев. Но ветка хрустнула под её рукой. Птицезмей замер, затем резко повернул голову прямо в её сторону. Их глаза встретились. Юля сорвалась с места, бросившись бежать сквозь заросли, продираясь сквозь лианы. Позади раздался гортанный рёв, и зверь бросился в погоню. Продираясь сквозь джунгли, она чудом добралась до болота. Юля нырнула в мутную воду, не раздумывая, даже не успев вдохнуть полной грудью. Густая грязь тут же облепила её кожу, скрывая от глаз небесного хищника. Над поверхностью раздался резкий клекот — кетцалькоатль кружил над болотом, ища добычу. Юля затаилась, стараясь не шевелиться, вжимая пальцы в ил. Но в тот момент, краем глаза заметила движение в глубине, что-то огромное шевельнулось в грязи, извиваясь. Хвост гигантской змеи. Юля почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она не знала, что хуже — разъярённый кетцалькоатль или чудовище, скрывающееся под водой. Юля запрыгнула на гигантский лист кувшинки. Она сидела на нём вся дрожащая, капли грязи стекали с её лица и волос. Крыльев не было, гладиуса не было, только слабое тело и осознание, что скоро конец. Высоко в небе кружил кетцалькоатль, его разноцветные перья переливались на солнце. Он ждал, когда она сдвинется, чтобы молниеносно броситься вниз. Но прежде чем Юля решилась принять свою судьбу, вода рядом с берегом взорвалась. Из тёмного болота медленно поднимались шесть змеиных голов, глаза их пылали, кожа мерцала. Гидра! Каждая голова двигалась по-своему, словно обсуждая, кто первым попробует её на вкус. Юля вцепилась в край листа кувшинки, сердце бешено колотилось в горле. У неё остался нехитрый выбор. Кто доберётся до неё первый: жуткого дракона небес или чудовищная древняя гидра. Гигантская птица молнией обрушилась на гидру, вцепившись когтями в одну из её шей. Гидра зашипела, изо всех шести глоток вырывалось злобное рычание. Громкий визг, хлопанье крыльев, всплески воды. Кетцалькоатль бил крыльями, пытаясь взлететь, но гидра обвила его хвостами, не давая подняться. Юля не стала ждать. У неё был только один шанс. Сердце колотилось в зверином ритме, ноги скользили по грязи, но она рванула в заросли. Позади раздался треск, визг, раскаты ударов — два монстра сражались насмерть. Листья хлестали по лицу, ветки царапали кожу, но Юля не останавливалась. Она бежала, пока лёгкие не сжались от боли. Пока звуки битвы не остались далеко позади. Юля вскрикнула от боли, почувствовав, как острие клинка впилось в её ступню. Она пошатнулась, упала на колено, зажимая рану, но вместо страха или злости – засмеялась. Она нашла его. Свой гладиус. Испачканный в грязи, в листве, но всё такой же верный. Юля выдернула его из земли, крепче сжала в руке и, несмотря на пульсирующую боль в ноге, почувствовала себя сильнее. Она поднялась и, хромая, пошла вперёд. Юля шатаясь от усталости, её тело было в синяках, грязи и крови, а в руке она крепко сжимала свой гладиус. Каждый шаг отдавался болью в раненой ноге, но она не останавливалась. Когда она, еле держась на ногах, наконец вышла к племени, её встретили радостные крики и возгласы. — Юлька жива! — Кто-то выкрикнул первым, и тут же к ней бросились охотники, женщины, дети. Кто-то обнимал её худые плечи, кто-то восторженно хлопал её по спине, а шаман подошёл и положил руку ей на лоб, словно благословляя. Юля устало улыбнулась, понимая, что, несмотря ни на что, она вернулась домой. - Я так понимаю ты всегда будешь возвращаться, - проговорил шаман. - Буду, - пробурчала девушка и обессиленная рухнула на песок.