Часть 14

Гигантский носорог — монстр из тёмных земель, покрытый шрамами и броней толще стали. Он бил копытом по песку, разрывая землю, его рог был достаточно мощным, чтобы пробить любую преграду. Но Юля его не боялась, она вообще ничего не боялась. В её руках сверкали изогнутые клинки, а в глазах отражался боевой пыл. Носорог рванул вперёд, словно лавина, но она взмахнула крыльями и взмыла в воздух, оставляя позади только вихрь пыли. Девушка могла подняться лишь на высоту, которую оставляла ей цепь. Но этого было достаточно чтобы зайти за спину рогатому монстру. Юля буквально спикировала ему на спину, жаля его в уязвимые места словно оса. - Хитрый удар, - проговорила она, целясь в расщелины между бронёй. - Клинок милосердия, - этот удар должен был быть добивающим, ну из-за того, что носорог был практически не ранен он не принёс желаемого эффекта. Монстр встал на дыбы, подняв свой рог, он сбросил со своей спины нежелательную гостью на песок. Развернулся и навис над ней всей своей тушей, пытаясь раздавить бабочку своими гигантскими ногами. «Перекат», «отскок», Юля активировала сразу две способности, помогающая уходить из-под ударов. Вот она снова стояла перед носорогом сжимая в руках свои мечи. Юля кинулась в бой, и зверь бросился на неё. - Веер клинков, - прошептала она, нанося множественные удары по всем незащищённым частям тела монстра. Один из точечных уколов попал ему точно в глаз. Правда его рог вонзился в пластину на её от груди. Девушка отбросила клинки, она пыталась освободиться, пока он на всей скорости нёс её к воротам на своём рогу. Один удар, и носорог пригвоздил её к дубовым воротам. Юля почувствовала, как её расплющило словно гигантским прессом, но прежде чем умереть она заметила, что ранила зверюгу в глаз. «Остался всего один глаз», испуская двух подумала она, на её лице изобразилась улыбка. И вот она вновь стоит перед воротами Колизея. Толпа затаила дыхание, когда фигура с переливающимися крылышками вновь шагнула на арену. Песок ещё хранил следы её прошлых битв, но сейчас всё было иначе. Перед ней стоял гигантский носорог, его броня была испещрена шрамами, а в пустой глазнице темнела глубокая рана. Один глаз у него остался – и именно он был её целью. Носорог зарычал, вздымая облака пыли, и рванул вперёд. Но девушка уже исчезла из его поля зрения. Её движения были быстрыми, как порыв ветра, и прежде чем монстр успел среагировать, она оказалась сбоку, нанося хитрый удар — её клинок скользнул под складками его бронированной шкуры, заставляя зверя взреветь. Носорог замахнулся, пытаясь отбросить её в сторону, но она взмыла в воздух, нанося вокруг себя десятки ударов вразброс — веер клинков. Острия её мечей ранили его шею и бок, заставляя гиганта мотать головой, но он всё ещё мог сопротивляться. И тогда она пошла на решающий шаг. Внезапно сложив крылья, она камнем рухнула вниз, прямо перед мордой зверя, прежде чем тот успел среагировать. В последний миг, точно молния, она бросилась вперёд — нежданный выпад. Её клинок вошёл прямо в его единственный здоровый глаз. Носорог взревел и встал дыбы, вздымая облако песка. Колизей взорвался криками оваций. Но бой был ещё не окончен. Даже ослеплённый носорог оставался смертельно опасным. Колизей гудел, но Юля слышала только яростный рёв ослеплённого носорога. Гигант метался в ярости, разрывая копытами землю, круша песок и камни. Его рог вспарывал воздух в поисках цели. Юля знала: хоть он и не видит, его мощь всё ещё смертельна. Когда зверь рванул вперёд, она бросилась ему навстречу, используя рывок — стремительное движение, которое сократило дистанцию во мгновение ока. В последний миг её клинки взметнулись, полоснув гиганта по его плечу, высекая кровь. Но носорог не сдавался. Он бешено мотнул головой, и Юля не успела увернуться. Громадный бок зверя ударил её, отбрасывая назад. Она перекатилась по песку, чувствуя, как что-то горячее стекает по её руке. Но времени на боль не было. Гигант снова атаковал. Юля резко отскочила, уходя в сторону. Ещё секунда промедления — и он раздавил бы её. Она видела единственный шанс. Когда носорог замешкался, Юля бросилась вперёд и скользнула под ним, используя скольжение. Колени вспахивали песок, а руки уверенно сжимали клинки. Она пронеслась под его брюхом и с силой вонзила один из мечей в живот, глубоко, до самого эфеса. Носорог взревел от боли и, шатаясь, рухнул прямо на неё. Юля едва успела откатиться в сторону, но массивное тело всё же задело её. Острая боль пронзила бок, и кровь хлынула на песок. Дыхание перехватило, зрение на миг помутнело. Но она не могла позволить себе умереть. Не сейчас. В Колизее вновь повисла тишина. Юля поднялась, шатаясь, а носорог уже лежал неподвижно. Её удар под брюхо оказался смертельным. Юля, окровавленная, едва державшаяся на ногах, вскинула меч. Толпа взорвалась криками ликования. Она стояла над павшим монстром, тяжело дыша, а её крылышки вновь сияли в лучах зенитного солнца. Девушку вынесли с арены на руках — её крылышки были изорваны, а тело покрывали глубокие раны и кровавые гематомы. Она почти не чувствовала своего тела, только слышала гулкие крики толпы, словно издалека, сквозь плотную пелену боли. В коридорах Колизея её аккуратно уложили на носилки. Кто-то снял с неё доспехи, обнажив синяки, рваные раны и глубокие порезы. Грудь с трудом поднималась и опускалась — каждый вдох отзывался огнём в ребрах. — Не дать ей умереть! — Раздался голос лекаря. Над ней склонились несколько человек, их руки ловко работали, останавливая кровотечение, зашивая рваные края ран. Её кожа покрылась испариной, губы побелели, но сознание цеплялось за реальность, несмотря на бесконечную слабость. — Дыши, девочка. Ты слишком упрямая, чтобы умирать, — пробормотал один из целителей, прикладывая тряпку, пропитанную чем-то жгучим, к её боку. Ночь спустилась на Колизей, а они всё ещё боролись за неё, не позволяя жизни ускользнуть из её истерзанного тела. Юля очнулась от ощущения тепла. Её тело словно парило в горячем воздухе, каждая мышца ныла, но боль уже не была острой — она стала приглушённой, тягучей. «Где я?» Её глаза медленно открылись. Над головой клубился пар, свет факелов отражался на мраморных стенах, воздух был пропитан ароматом трав и масел. Колизей… баня? Тёплые руки касались её кожи — нежно, осторожно, почти благоговейно. Она повернула голову и увидела двух смуглых красоток, одетых лишь в лёгкие ткани, скользящие по их телам. Куртизанки. Они работали молча, их пальцы мягко втирали ароматные масла в её плечи, шею, живот, бёдра, обходя повязки, которыми были закрыты её раны. — Ты такая сильная и смелая, — улыбнулась одна из них, проводя ладонью по её руке. — Не каждый переживает такую битву. — Ты победила, — добавила другая, наклоняясь ближе, чтобы взглянуть в глаза Юле. Их взгляды на мгновение встретились, а прикосновение нежных рук дарили умиротворение и покой Юлиному истерзанному телу Юля вдохнула глубже. Боль всё ещё жила в её теле, но вместе с ней пришло и другое чувство — лёгкость, принятие и странное спокойствие дарующее желание жить. И пускай вскоре ей снова предстоит выйти на арену, она больше не станет упускать ни единого момента этого дара богов под названием жизнь. Юля перевернулась на спину. Её обнажённое, покрытое маслами тело, казалось невероятно желанным в свете факела и луны. Одна из женщин коснулась внутренней стороны бедра и стала подниматься всё выше, сначала случайно задевая, а после уже намеренно лаская её нежную чувственную плоть. Её тонкие пальцы то и дело касались слегка торчащих лепесточков и бусинки, порой игриво проникая в щёлку. Сама Юля не теряла ни секунды она целовалась и сосалась с другой куртизанкой. Покусывая её пухлые губы, посасывая язычок, она мечтала о том, чтобы пальцы девушки проникли в неё глубже. Её изящная рука потянулась к паху брюнетки. А та игриво задрала подол своего платья, демонстрируя, что под ним ничего нет. Лишь её идеальный пах плоский животик и стройные ножки. Тонкая полосочка волос вела изящный и чувственные киске. Юля облизалась, прикусывая губы. - Давно я не видела ничего прекрасней, - она коснулась ладно лепестков куртизанки. - Ааах, - мило простонала та и улыбнулась. Задрав повыше подол платья, она залезла к Юле на скамейку. Изящное обнажённое тело возвышалось над лицом гладиаторши. Юля не могла больше сдерживаться, она припала губами к паху юной девушки, чтобы сосать и целовать её между ног. - Ааах-ах-ах, - мило постанывала та, словно кокетничая с воительницей. «Мастер кунилингуса», Юля активировала способность и обхватив двумя руками её обнажённые бёдра как пиявка присосалась губами к её промежности. Больше девушка не улыбалась. На её прелестном личике появилась недоумение, в глазах читался страх. «Кто это девушка раз она умеет доставить ей такое удовольствие», не понимала она, понемногу теряя над собой контроль. - Ааааа! - вырвался истошный крик из её груди. - Я так не могу! Я не могу, я сейчас сдохну! Соси, соси мне детка. - она стала двигать бёдрами как будто занималась сексом. А Юля ещё сильнее кайфовала, глядя на непроизвольные фрикции тела жрицы любви. Та кончила дважды, она была растрёпанной и дрожащей. А на её лице читалось похоть, в её глазах застыла бесконечное наслаждение. Она повернулась к своей подружке, и улыбнулась. - Тебе надо попробовать, такого ты точно никогда не испытывала. Тем временем Юля проникла пальчиком в её щёлку, и та мгновенно кончила. Подруга до этого разминающая её киску и лепестки, наконец отважилась взять её в рот. Она ласкала язычком её бусинку, посасывала чувственную плоть, помогая Юля скорее кончить. Но девушка никуда не торопилась. - Ночь длинная, - сказала она. - Может сменим позу? Обе девушки были в восторге, особенно та, кому Юля только что сделала куни. Она с радостью села перед ней расставив свои длинные шикарные ноги. Юля неторопливо стало покрывать поцелуями сначала её лодыжки, потом коленки, и наконец животик и самое сладкое. Всё это время сзади её приоткрытую щёлку старательно вылизывала подруга. - Я сейчас от оргазма сдохну, - сказала куртизанка, которую ласкала Юля. Она сидела перед ней сжимая от наслаждения пальчики на своих стройных ножках. - Хочешь поменяться? - Предложила Юля. И они усадили перед собой её подругу и вместе принялись целовать ей ноги и делать куни. Периодически целуюсь между собой. Та было немного ошарашена, но всё же втянулась в кайф. - Секс с женщинами, - произнесла она, томно вздыхая, - раньше это было просто необходимость, рабочий момент. Но сейчас я почувствовал какой же это кайф. Она тянула свои идеальные носочки и пальчиками раздвигала в сторону половые губы обнажая розовую плоть, которую старательно вылизывали две её подружки. А после они втроём сосались и целовались, лёжа на матрасе в Юлиной клетке. К клетке подошёл тренер гладиаторов. Он видимо собирался что-то сообщить Юле а завтрашнем бое. Но заставке своего бойца в подобной обстановке просто встал наблюдать через решётку с ласками трёх взрослых девочек. - Ладно развлекайся, - констатировал он с улыбкой. - Ты это заслужила. Он бы и сам был против кому-нибудь присунуть, но все куртизанки были заняты этой ночью. На следующее утро Юля стояла в строю, чувствуя, как на её плечи ложится вес доспехов. Хоть её тело всё ещё ныло после вчерашней битвы, дух был собран и напряжён. Деревянный меч в её руке казался лёгким после настоящего клинка, но это не делало поединок менее серьёзным. Судья поднял руку, перекрывая рёв трибун, и огласил правила: — В глаза не бить, между ног не бить, не пытаться покалечить друг друга! Простые условия. Но Юля знала: несмотря на тренировочный бой, никто не хотел проиграть. Гладиаторская честь значила здесь слишком многое. Перед ней стояли трое соперников — широкоплечий варвар с белыми шрамами на лице, жилистый Грек с быстротой змеи и темнокожая амазонка, сжимавшая меч так, будто даже деревянное оружие в её руках могло убивать. По бокам от Юли были её товарищи. Один — тяжеловооружённый легионер, второй — молодой бродяга, быстрый, но неопытный. Толпа гудела, требуя начала. Судья опустил руку. — Начали! Юля рванула вперёд, нацелив первый удар на Грека. Грек пошёл в атаку первым. Его деревянный меч рассёк воздух, целясь в Юлю, но она успела отскочить, ловко парировав удар. Он был сильнее, что чувствовалось в каждой его атаке — мощной, точной, давящей. Но сила — не всё. Юля двигалась быстро, кружила вокруг него, заставляя бить в пустоту. Когда он делал выпад, она уходила в сторону, сокращала дистанцию и отвечала резким ударом, вынуждая его защищаться. Их мечи сталкивались с сухими ударами дерева о дерево, эхом разносясь по арене. Грек не сдавался. Он резко сменил тактику, навалился, пытаясь прижать её к земле тяжестью своих ударов. Юля почувствовала, как руки начинают неметь от вибрации, но не позволила себе замедлиться. Она сделала обманное движение влево — он повёлся. В тот же миг Юля скользнула вправо и нанесла удар в бок. Деревянный меч с глухим стуком ударил по доспехам противника. Толпа взревела. Но он лишь усмехнулся. — Быстро, — признал он, отступая. Она не успела ответить — его меч уже летел к её голове. Юля пригнулась, перекатилась по песку и снова оказалась на ногах. Они кружили друг вокруг друга, оба тяжело дыша, оба охваченные азартом боя. Никто не мог взять верх. Они дрались, словно две стихии — его сила против её скорости, его напор против её ловкости. И пока остальные уже заканчивали свои поединки, их бой продолжался, словно это была не тренировка, а настоящая битва за жизнь. Юля снова рванулась вперёд, охваченная боевым азартом. Её деревянный меч мелькал в воздухе, нанося удары то слева, то справа, сверху, снизу — быстрые, но хаотичные. Она хотела прорвать защиту Грека, заставить его ошибиться, но он оставался хладнокровным, будто видел её насквозь. И он начал её ломать. Грек уверенно парировал её атаки, а затем, улучив момент, резко выбросил меч вперёд — удар в плечо. Юля дёрнулась назад, но не успела — глухой стук, и боль волной прошлась по телу. Она стиснула зубы, но он уже атаковал снова. Мощный горизонтальный удар — она подняла меч, парируя, но сила удара заставила её отступить. Песок скрипел под её ногами. Руки начали неметь. Дыхание стало рваным. Грек не дал ей передышки. Он пробил её защиту очередным ударом в бок, заставив согнуться. Толпа взревела. Юля с трудом подняла меч, пытаясь ответить, но удары становились слабее. Её скорость уже не спасала — ноги подкашивались, мышцы горели. Она понимала: она проигрывает. Ещё один удар в предплечье — её пальцы разжались, и деревянный меч выпал из руки, упав в пыль. Грек остановился, глядя на неё сверху вниз. — Хороший бой, — сказал он, протягивая руку. Юля стояла, тяжело дыша, злясь на себя, но не могла не признать — он был сильнее. - Нет, - произнесла девушка подхватывала меч. «Я не сдамся», мысленно парировала она. Юля едва держалась на ногах. Песок под её ногами был истоптан, а воздух казался густым, словно смола. Её грудь тяжело вздымалась, тело ныло от ударов, а пальцы судорожно сжимали деревянный меч. Грек не спешил. Он знал, что победа близка. Его движения оставались чёткими, уверенными. Каждая его атака пробивалась сквозь её защиту, каждая заставляла её отступать ещё на шаг. Но она не сдавалась. Юля сделала рывок, нанося удар сверху — он легко парировал. Ещё один удар — снова защита. Она стиснула зубы и вложила в следующий выпад всю свою оставшуюся силу. Грек встретил удар с равнодушной лёгкостью, а затем двинулся вперёд и нанёс ответный — точный, резкий. Меч ударил её в живот, заставляя согнуться, а затем новый — по плечу, заставляя её пошатнуться. Толпа затаила дыхание. Юля упала на одно колено, опираясь на меч, едва удерживаясь от того, чтобы рухнуть на песок. Голова кружилась, мышцы горели, лёгкие разрывались. Всё кричало: «Хватит. Ты проиграла.» Но она не сказала этих слов. Грек поднял меч, готовый нанести последний удар. И Юля, собрав последние силы, подняла голову и пошла вперёд. Её тело не подчинялось, но она двигалась. Неуклюже, рывками, будто кукла-марионетка с оборванными нитями. Она подняла меч, зная, что её атака не успеет, что силы уже не хватит. Но это не имело значения. Она не сдавалась. Грек замер на мгновение. Он видел её состояние, видел, что исход боя уже предрешён. Но видел и её взгляд. Она не боялась. Она была готова сражаться до конца. Он улыбнулся и произнес: - Что, девочки нравятся, пора тебе познать настоящего мужчину, - и занёс над ней свой меч. «Он видел меня вчера ночью?! - испуганно осознала она и тут же мысленно добавила. - Все видели меня вчерашней ночью». Воспоминания о «настоящих мужчинах» который насилуют её в трюме пиратского корабля придало ей ярости. Вспышки прошлого ударили по Юле, как раскаты грома. Грязные руки, крики в темноте, запах солёной воды и крови. Гнев вспыхнул внутри неё, затопив боль, страх, даже усталость. Она взревела и рванула вперёд, атакуя с яростью, которую не смог бы остановить ни один человек. Грек напрягся, мгновенно перейдя в оборону. Его меч снова и снова ловил её удары, но они стали сильнее, резче. Её движения потеряли грацию, но приобрели безжалостную мощь. — Вот так! — Выкрикнул кто-то с трибун. Она не слышала. Только видела перед собой цель. Она не даст себя сломать. Никогда больше. Но Грек не отступал. Он стоял, как скала, блокируя её натиск, но теперь ему приходилось прикладывать больше усилий. Впервые за весь бой он выглядел обеспокоенным. Но Юля уже чувствовала, как огонь внутри угасает. Её тело исчерпало последние силы. Удар. Парирование. Новый удар. Колени дрожат, дыхание сбивается. Она вложила всё в последний выпад — и промахнулась. Грек поймал момент. Развернув меч, он резко выбил её оружие в сторону, а затем нанёс решающий удар по её нагруднику. Юля рухнула на песок, а он возвышался над ней как победитель. Колизей взорвался аплодисментами. Грек стоял над ней, тяжело дыша, но не торжествуя. Он видел, что она не сдалась. Юля тяжело дышала, лежа на песке. Её тело отказывалось повиноваться, мышцы горели, а руки дрожали от усталости. Но в её голове звучал только один голос: «Ты не можешь проиграть. Не сейчас.» Стиснув зубы, она начала отползать назад, её пальцы царапали песок. Грек стоял, не двигаясь, ожидая, что она сдастся. Но Юля не собиралась сдаваться. Рывком она сорвала с себя нагрудник, обнажая спину. Судья вскочил со своего места. — Нет! — закричал он. — Запрещено правилами! Толпа ахнула. Но ей было всё равно. Тёплый воздух Колизея коснулся её обнажённой кожи. В следующий миг, с лёгким трепетом, её крылья распахнулись. Они сверкнули в солнечном свете, их полупрозрачные узоры вспыхнули лазурью и золотом. Грек застыл, его зрачки расширились. Юля больше не колебалась. Она рванулась вперёд, её ноги едва касались земли. Её тело было измучено, но крылья давали ей последний шанс. Грек поднял меч, но теперь он не успевал. Юля скользнула вправо, а затем резко ушла влево, закручиваясь в смертельном танце. Она нанесла удар снизу, в бок, а затем ещё один — сверху, по плечу. Грек пошатнулся. Толпа взревела. Юля вложила всё в последний выпад. Её меч устремился вперёд, прямо к его груди. Но в последний миг Грек, несмотря на потрясение, отразил удар. Юля не смогла остановиться. Потеряв равновесие, она пролетела мимо и рухнула на песок, задыхаясь от усталости. Она не могла больше встать. Грек медленно выдохнул. Он посмотрел на неё, затем поднял меч к трибунам, признавая свою победу. Юля закрыла глаза. Она проиграла. Но заставила его запомнить этот бой. Заставила их всех себя запомнить.