Часть 13

В Колизее Юлю поместили в отдельную клетку, гораздо чище чем сарай, в котором её держали раньше. Вместо гнилой соломы здесь был плотный мат из сушёных трав, а в углу стояла небольшая миска с водой. Ей принесли еду — пусть простую, но сытную: кусок мяса, хлеб и кувшин с разбавленным вином и какие-то фрукты. Рядом сложили одежду — простую, но удобную тунику с кожаным поясом. Охранники больше не смотрели на неё с презрением, да и грубые насмешки смолкли. Здесь она была не просто рабыней — она стала бойцом. Вскоре к ней наведался лекарь. Пожилой мужчина с проницательным взглядом, внимательно осмотрел Юлю. Его пальцы осторожно касались старых и свежих ран, проверяли её пульс и гибкость суставов. — Ещё рано выпускать на бой, — хмуро констатировал он, закончив осмотр. — Если не хочешь, чтобы она сдохла на арене в первую же минуту, ей нужно время на восстановление. Он встал, отряхнул руки и повернулся к охраннику. — Увеличьте ей пайку. И воды побольше. После этого лекарь ушёл, оставив Юлю в растерянности. Её впервые за долгое время лечили и заботились о ней — но не ради неё самой, а ради зрелища, которое она должна будет устроить. Юля долго смотрела на увеличенную пайку, но так и не притронулась к ней. Аппетита не было — тело восстанавливалось, но в душе ещё жила пустота. Но с каждым днём силы возвращались. Раны почти зажили, движения стали более уверенными. Она снова могла сжимать пальцы, не ощущая боли, и даже делала лёгкую разминку в клетке. Когда утром пришёл надзиратель, она поднялась на ноги раньше, чем он успел что-то сказать. — Я готова, — спокойно произнесла она, встречаясь с ним взглядом. Мужчина усмехнулся и кивнул. — Тогда посмотрим, на что ты способна. Их вывели во двор и построили стройными рядами. Тренер гладиаторов, высокий, жилистый мужчина с жёстким взглядом, медленно шагал перед стройными рядами бойцов. — Вы все говно! — Его голос звенел, отдаваясь эхом в каменных стенах Колизея. — Всего лишь мясо для забавы толпы. Вас купили, как товар, и вы сдохнете, если не докажете свою ценность. Юля стояла среди остальных, чувствуя холод металла на теле. Её доспехи были легки и удобны — короткая юбка из полос кожи, открытая спина, позволяющая крыльям появиться в нужный момент, наручи и поножи для защиты. Но главное — цепь. Она тянулась от ошейника к стене, как тонкая, но неумолимая нить судьбы, напоминающая, что свободы у неё нет. — Но! — тренер поднял руку, его глаза вспыхнули. — У вас есть шанс. Шанс доказать, что вы больше, чем просто рабы. Шанс вписать своё имя в историю Ровены! Он окинул бойцов взглядом, немного дольше задержавшись на Юле. — Либо станете легендами, либо удобрите песок арены своей кровью. Выбор за вами. Гул толпы над ареной перекрывал даже звон оружия. В воздухе витал запах пыли, пота и адреналина. Гладиаторы с разных сторон ринулись друг на друга, готовые доказать свою силу. Юля не ждала. Она раскрыла крылья, вспорхнула вверх и, использовав момент неожиданности, камнем рухнула в центр схватки. Её деревянный меч обрушился на голову ближайшего противника — удар был точным, сбивая его с ног. Кто-то попытался схватить её за ногу, но она увернулась, скользя между бойцами, словно тень. Рывком ушла в сторону, ударила ногой, вышибая оружие у другого противника. Два бойца сцепились перед ней, но Юля, не мешкая, использовала их как опору — оттолкнулась, перелетела через их головы и снова врезалась в ряды врагов. — Держите её! — Заорал кто-то, и тут же несколько гладиаторов бросились на неё разом. Юля резко расправила крылья, создав внезапный порыв воздуха, ослепляя противников пылью. Она нырнула под замах меча, подскочила, сделала резкий разворот в воздухе и со всего размаха обрушила деревянный меч на плечо очередного бойца, заставляя того упасть на колено. Бой кипел. Арена гудела. И Юля, несмотря на тяжесть цепи на шее, продолжала рваться вперёд, снова и снова бросаясь в самую гущу схватки. Юля едва успела осознать, что её дёрнуло назад, как тяжёлая цепь, висящая на ют шее, потянула её вниз. Девушка рухнула на песок арены, отчаянно царапая землю пальцами. Над ней возвышался здоровенный гладиатор, сжимая цепь обеими руками, словно поводок. Толпа загудела, но прежде чем нападающий успел воспользоваться своим преимуществом, раздался резкий голос тренера: — Эй! Нельзя держать за цепь! Это против правил! Отпусти её, немедленно! Гладиатор замешкался, но, нехотя, разжал пальцы. Юля тут же перекатилась в сторону и вскочила на ноги, хватая ртом воздух. Её взгляд вспыхнул яростью. Теперь она знала — никто не собирался играть честно. Гладиатор едва успевал реагировать. Юля была молниеносной — она то исчезала из его поля зрения, то внезапно возникала сбоку, обрушивая удары деревянного меча. Отскок — она увернулась от его размашистого удара, приземлившись за его спиной. Рывок — её клинок со свистом рассёк воздух, удар пришёлся по ребру. Гладиатор зашипел, но удержался на ногах. Перекат — он попытался схватить её за крыло, но Юля резко ушла вниз и ударила его по ноге. Толпа ревела. Даже с тупым оружием Юля умудрялась оставить синяки, заставляя противника терять равновесие. Гладиатор зарычал, бросаясь вперёд, но она снова ускользнула, ловко обходя его со всех сторон, пока, наконец, не сбила с ног. Он тяжело рухнул на песок. Юля встала над ним, тяжело дыша, и медленно подняла меч. Хоть оружие и было деревянным, в её руках оно походило на смертельный клинок. Юля взвизгнула от боли, когда кожаный хлыст рассёк её щёку. Узкий след мгновенно налился кровью, но она не дала себе времени на жалость. Пальцы молниеносно сжали хлыст, и она рванула его на себя, надеясь вырвать оружие у нападавшего. Но силы не хватило — вместо этого её саму дёрнуло вперёд, прямо под ноги врага. Не растерявшись, она отскочила вбок, уходя от удара. Затем рывок — её деревянный меч врезался в его бок. Мужчина зарычал и попытался контратаковать, но она перекатом ушла ему за спину и нанесла ещё один удар. Юля кружила вокруг него, используя каждую возможность атаковать. «Перекат!» — удар по ногам, он пошатнулся. «Рывок!» — меч со свистом ударил в грудь, оставляя багровый след. Гладиатор взревел, размахивая хлыстом, но Юля снова отскочила назад, уклоняясь от удара. Толпа взорвалась криками. Её напарники сражались поодаль, но на Юлю смотрели все. Враг сделал последний отчаянный выпад, целясь ей в голову, но она резко нырнула вниз, вскользь ударила мечом по его запястью — и выхватила хлыст из его рук. Теперь оружие было у неё. Юля выпрямилась, тяжело дыша, держа хлыст в одной руке, меч в другой. Толпа ликовала. Высоко на трибунах, под пологом затенённого балкона, сидели несколько человек в богатых одеяниях. Среди них — заказчики, спонсоры, влиятельные люди Ровены. Но главное — оценщики, те, кто решал судьбу бойцов. Они внимательно следили за сражением, лениво обсуждая происходящее. — Эта девка… слишком быстрая для того, кто недавно был рабыней. — Заметил один из них, пожилой мужчина в красно-золотой тунике. — Ты видел, как она двигалась? Откуда у неё такие рефлексы? — спросил другой, подтягивая вино из серебряного кубка. — Откуда у неё крылья, никогда таких не видел раньше. Если дать ей нормальное оружие… могла бы стать зрелищным бойцом. Толстый мужчина, сидевший в центре, хмыкнул: — Её поставим в следующий бой. В одиночный. Против зверя. Остальные переглянулись, но никто не возразил. Они снова посмотрели вниз, где Юля стояла среди поверженных врагов, держа в руках хлыст. Она ещё не знала, что её ждет. После окончания боя их провели в баню. Гладиаторы один за другим заходили в просторное парное помещение. Горячий пар заполнял воздух, смешиваясь с ароматами трав и масел. Здесь, в мягком полумраке, воины могли ненадолго забыть о боях. С Юли осторожно сняли доспехи, кожа под ними была в синяках и ссадинах. Тёплая вода приятно жгла раны, а нежные руки юных куртизанок аккуратно втирали в её тело ароматические масла. — Ты сегодня хорошо сражалась, — тихо сказала одна из девушек, проводя ладонями по Юлиным плечам. Юля не ответила, лишь прикрыла глаза, ощущая, как усталость проникает в каждую клетку её тела. Она знала — завтра снова бой. Но сейчас она позволила себе мгновение покоя. Юля сидела, опустив голову, наблюдая, как капли воды стекают по её обнажённым плечам. Мысль о побеге не покидала её, но впервые за долгое время в этом не было паники или отчаяния. Всё стало иначе. Да, она всё ещё была пленницей, но больше не безвольной жертвой. Теперь её уважают, пусть и как бойца. Кормят, лечат, дают время восстановиться. И даже эта парная вовсе не самая худшая часть её жизни. «Пока не буду торопиться», – решила она, ощущая, как мышцы расслабляются в умелых руках куртизанок. «Посмотрим, что будет дальше.» Юля чувствовала на себе взгляды. Жадные, оценивающие, осторожные. Мужчины-гладиаторы, привыкшие к грубой силе, видели в ней нечто большее, чем просто женщину — они видели воина. Кто-то улыбался, кто-то переглядывался, но никто не решался подойти. В парной было полно куртизанок, готовых угождать тем, кто заплатит или завоюет право на их внимание. Юля же оставалась особенной, не такой, как остальные. Возможно, дело было в её крыльях, возможно — в её глазах, в которых не было покорности. Она сделала вид, что не замечает взглядов, просто позволила горячему пару расслабить её тело. Она ещё не решила, кто она здесь: пленница или боец. Одно знала точно — просто чужой вещью она больше не будет. Юля откинулась назад, прикрыв глаза, позволяя пару окутать своё тело. Мысли путались, но одно было ясно, после всего пережитого – мужские прикосновения вызывали в ней лишь холодное отвращение. И она бы не отказалась провести ночь в компании одной из девушек, ощущая мягкость её рук, утешение поцелуев. Но она знала, что не может позволить себе расслабиться. Ведь она была гладиатором, бойцом, а не наложницей. И если она покажет слабость, её могут снова попытаться сломить. Поэтому Юля просто наблюдала за куртизанками, за их движениями, за их улыбками, но не делала ни шага навстречу. Её тело жаждало тепла, но разум напоминал: ещё не время. Юля не могла дождаться, когда же их отведут по домам. И потому была несказанно счастлива вновь очутиться в своей клетке. Как только за ней захлопнулась решётка, Юля глубоко вздохнула. Здесь, в узком пространстве она наконец чувствовала себя в безопасности. Без любопытных взглядов, без чужих прикосновений. Она рухнула на жёсткий матрас, и он показался ей мягче самого пушистого шёлка. Глаза закрылись сами собой, усталость навалилась тяжёлым грузом. Во сне не было ни боёв, ни крови, ни цепей. Только бескрайнее небо и ветер, ласково треплющий её крылья. Внезапно гулкий лязгающий звук заставил её приоткрыть глаза, девушка привыкла чутко спать. - Спишь уже? Ну отдыхай, - сказал тренер. - Выспись хорошенько как следует, завтра у тебя схватка со зверем. Юля приподнялась на локте, сон ещё не полностью отпустил её. Она моргнула, пытаясь осмыслить слова тренера. — Со зверем? — Переспросила она, глядя на него снизу в верх. Тот лишь ухмыльнулся, склонившись чуть ближе: — Завтра после полудня. Будь готова. Юля хотела задать ещё вопрос, но он уже развернулся и ушёл, оставив её наедине с мыслями. Что это за зверь? Это мог быть огромный хищник, а мог быть и человек с прозвищем «Зверь» — жестокий, беспощадный боец. - Без разницы я же всё равно не умираю, - она откинулась на матрас и снова захрапела. На следующий день её отвели в Колизей и выдали оружие. Юля провела пальцами по лезвиям изогнутых мечей. Настоящее оружие. Не тупые тренировочные клинки, а смертоносные лезвия, отполированные до зеркального блеска. Её облачили в лёгкие гладиаторские доспехи: кожаные ремни, бронзовые наручи, поножи и металлический нагрудник с открытой спиной, чтобы не мешать крыльям. Тренер подошёл, проверил цепное ограничение, прикреплённое к её ошейнику. — Не переусердствуй, бабочка, — ухмыльнулся он. — Нам ещё нужно, чтобы ты выжила. Юля не ответила. Она смотрела на массивные ворота арены, за которыми уже ревела толпа. Там её ждал бой и зверь. Под не смолкающий рёв толпы Юля вошла гигантскую дверь и замерла. Её встречали бурными овациями. Это был её первый бой, никто её не знал, но все ожидали зрелища. «Не волнуйтесь я вам его предоставлю», улыбнулась девушка. «Зрелище - это моё второе имя». «И хватит уже думать банальности». Девушка глубоко вдохнула, ощущая горячий песок под ногами. Толпа ревела, требуя крови. С противоположной стороны арены клубилась пыль, сквозь неё доносился тяжёлых топот копыт. Глухое рычание раздавалось всё ближе, сотрясая воздух. Девушка раскрыла крылья, напрягая мышцы спины. Лезвия её мечей вспыхнули на солнце, готовые к бою. Она слегка согнула колени, перенося вес на переднюю ногу, и приготовилась к встрече со зверем. Из облака пыли вырвалась огромная тень. На неё бежал гигантский боевой носорог. Юля отпрыгнула в сторону, когда гигантский носорог рванул вперёд, его огромный рог пронёсся буквально в миллиметре от её живота. Толпа взревела. Девушка сделала подкат, уходя под брюхо зверя, но тот резко развернулся, пытаясь задеть её копытом. Скольжение — и она опять уходит в сторону, вздымая песок. Носорог фыркнул, зарыв копытом землю, и снова рванул в атаку. Юля сделала рывок вперёд, оказавшись у самого его бока, и полоснула мечом, но лишь искры взлетели с его толстой шкуры. Мгновенный отскок назад спас её от удара массивного рога. Носорог развернулся, его красные от ярости глаза впились в неё. Юля раскрыла крылья и взлетела вверх, используя сверкающую сталь, на мгновение ослепив зверя. Её клинки мелькнули в воздухе, но вновь не смогли пробить броню зверя. Её дыхание сбилось. Бой шёл уже несколько минут, а зверь был едва ли ранен. Толпа гудела, чувствуя напряжение. Носорог вновь пошёл в атаку. Юля сделала перекат, уходя в сторону, но почувствовала, как острый край рога рассёк её бедро. Она рухнула на песок, а зверь уже заносил над ней копыто… Раздался дикий хруст, и её голова лопнула как переспелый арбуз. Свет на мгновение погас и загорелся вновь. Юля в панике ощупала своё лицо, её голова была целой, без единой царапины. Сердце колотилось, а тело помнило боль, хоть на нём не было ни следа от ран. Она вновь стояла перед воротами арены. Слышался рёв толпы, топот зверя. Всё повторялось, как будто время откатили назад. Глубоко вдохнув, она вышла вперёд. Из клубов пыли снова вырвался гигантский носорог. Люди в трибунах скандировали её имя. Они не помнили, что она только что умерла? Юля стиснула рукояти мечей. Что бы ни происходило, у неё был второй шанс. Юля сделала неправильный выпад и оступилась. В эту секунду она почувствовала, как холодная сталь рога пронзает её живот, разрывая плоть и кости. Воздух вырвался из лёгких, перед глазами всё поплыло. Толпа взревела в экстазе, но звук уже отдалялся. Последнее, что она увидела, – кровавый песок под ногами, прежде чем её мир погас. А затем… Она снова стояла перед воротами арены. Юля резко вдохнула, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она жива. И всё опять по кругу. Гул толпы, пыль, топот – всё повторялось в точности. Она провела рукой по животу, где секунду назад была смертельная рана, но кожа была целой. «Значит, пока я не выиграю, этот бой будет продолжаться целую вечность». Юля сжала рукояти мечей. «Ну что ж, попробуем ещё раз.» Она шагнула вперёд как на плаху. Её доспехи сверкали в лучах света, а огромные, переливающиеся крылья мерцали, будто впитали в себя всю палитру зенитного солнца. На раскалённой зноем арене, в окружении тысячи глаз, девушка готовилась принять бой.