Часть 18

Юля напрягла все силы, таща тяжёлое тело Грека по песку арены. Она уже знала, что делать. У неё был план. Баллиста. Огромный деревянный механизм с натянутой тетивой, готовый к выстрелу. Раз за разом умирая и возрождаясь Юля тащила тело Грека прямо к баллисте. Но едва она её достигла, ловким движением повязала цепь, которой была прикованной к Греку на стрелу баллисты. Юля срезал эти тетиву, механизм разлетелся, отправляя огромный болт вместе с телом Грека и прикованный к нему Юлей за пределы стен Колизея. В последний миг Юля кинула взгляд туда, где сидел странный ребёнок с большой головой. Он улыбался. Как будто ждал этого. Перемахнув стену Колизея Юля больно рухнула на брусчатку мостовой. Перед глазами всё плясало. Каким-то чудом она осталась жива и даже могла стоять на своих двоих. В ушах гудело, а где-то рядом слышались шаги приближающихся преторианцев. Окинув взглядом всё вокруг, девушка заметила телегу, она сбросила с неё сено и из последних сил затащила туда тело убитого товарища. Потом толкнула телегу со склона, и сама запрыгнула в неё. Телега набирала скорость, грохоча по булыжникам вниз по узким улочкам города. Позади кричали преторианцы, но догнать её уже не могли. Юля вцепилась в деревянные борта, а рядом с ней покоилось тело Грека. «Я не оставлю им тебя, старый друг, не волнуйся» Ветер бил в лицо, а впереди уже виднелся порт. Она понимала, что впереди её не ждёт ничего хорошего, там могли быть солдаты, но выбора не оставалось. Телега подпрыгнула на последнем камне, взмыла в воздух — и рухнула в воду. Юля развернула крылья и барахталась как насекомое, пытаясь удержаться на поверхности. Рядом медленно тонул Грек. Она схватила его за руку и, задыхаясь, потянула к берегу. На котором, словно ожидая её, стоял тот самый странный ребёнок в шляпе. Он жевал яблоко и с любопытством смотрел на девушку, которая тащила на берег труп. — Ну и ну… — протянул он. — Смотрю ты всё развлекаешься, бабочка. - Кто ты такой? Откуда ты меня знаешь? - нахмурилась Юля. Большой ребёнок чуть не поперхнулся яблоком. - Тебя же все знают, ты Жазира, героиня Колизея, - в этот момент где-то вдали послышались крики. - Она здесь, она не могла далеко уйти! - Ищите её, ищите лучше! Странный ребёнок бросил яблоко и улыбнувшись проговорил. - Это они кстати за тобой, не скучай, всё, пока, - и ушёл, оставляя Жазиру одну на берегу прикованную к трупу. Девушка выхватила свой гладиус, он был к ней привязан и появлялся каждый раз, когда она возрождалась. Она готова была принять ещё бесконечность смертей на этом пляже. Но внезапно заметила лодку. Там сидел её старый знакомый Сулик, она не сразу узнала его, только по голосу. - Быстрее! - прокричал он, глядя на приближающихся солдат. Не теряя времени, Юля обмотала цепь вокруг запястья, и потащила за собой безжизненное тело Грека. Ноги скользили по мокрой гальке, дыхание сбивалось, но она не могла его оставить. Сулика качало на волнах, он держал вёсла и с тревогой смотрел на неё. — Шевелись, бабочка! — Закричал он. — Твои дружки уже рядом! Позади Юля слышала топот и лязг брони. Преторианцы не заставили себя долго ждать. Вдох. Рывок. Ещё рывок. Сулик протянул руку, и Юля с силой забросила тело Грека в лодку, потом запрыгнула сама и рухнула рядом, жадно глотая ртом холодный воздух. — Ну ты и чертовка… — выдохнул Сулик, отталкиваясь от берега. Из-за угла выскочили преследователи, но было поздно. Лодка уже уходила в открытое море. Юля смотрела на него и не понимала. - Как?! Как ты нашёл меня? Как ты здесь очутился?! Это какое-то чудо, - от радости сияли её глазки. - Нет здесь никакого чуда, мы ждали тебя в племени, но ты не возвращалась, - налегая вёсла, рассуждал Сулик. - шаман сказал, что это не наш вопрос. Но я не мог оставить тебя, тем более побывав в городе мне хотелось туда вернуться. - Как там наши племени? - внезапно Юля вспомнила про давно забытый дом. - Я уже не знаю, я больше не с ними… теперь я вольный спутник, можно сказать, хе-хе, пират. - Ты пират!? - нахмурилась Юля. – Ты же их ненавидишь. - С племенем я порвал. Я конечно могу вернуться, и они будут рады меня встретить. Они и тебе будут рады, - он нежно пощупал её за животик. - Какая ты стала. А это кто? - Он кивнул на Грека. - Друг, - сказала она. - Я не могла его оставить там. Его нужно похоронить. - Зачем хоронить?! - округли глаза Сулик. - Такой хороший материал… видать ещё и опытный воин… - Что ты имеешь в виду? - нахмурилась Юля. - Увидишь, - покачал головой Сулик налегая на вёсла. - Кстати, Жазира - это что, твоё новое имя. - Моё новое имя, - Юля умостилась на дне лодки рядом с остывающей телом Грека. К утру они причалили на таинственном острове, укрытом туманом. Пока она спала, Сулик снял с её щиколотки кандалы, но с трупа не стал снимать. Юля первая ступила своими ногами на берег. Туман висел густыми клочьями, скрывая очертания деревьев и скал. Остров казался безмолвным, но где-то в глубине джунглей слышался еле уловимый шорох. Сулик быстро выпрыгнул из лодки и вытащил её на песок. — Вроде бы это то место, о котором говорил шаман… — пробормотал он, сжимая в руках странный амулет из высушенных фруктов. Юля бросила взгляд на тело Грека. Он был мёртв, но тёплый ветер, дувший с острова, будто шептал, что здесь даже мёртвые могут вернуться. — Если есть бог удачи, то есть и бог смерти, — тихо сказала она. — И мне кажется, мы в его владениях. Сулик скривился, а затем указал вперёд: — Если я прав где-то там должна быть тропа, ведущая к алтарю. Юля кивнула, глубоко вдохнула и, таща за собой груз прошлого, отправилась вглубь таинственного острова. Они углублялись в джунгли, и с каждым шагом туман становился гуще. Влажные листья прилипали к коже, воздух был пропитан запахом прелых растений и чего-то ещё… металлического. Сулик вдруг остановился, достал из-за пазухи вырезанный из кости амулет и медленно провёл им в воздухе. Затем вытащил шаманскую маску, украшенную перьями и бусинами, и начал бормотать что-то на своём языке. Юля, прищурившись, смотрела на него. — Ты же всерьёз не веришь в эту чушь? Сулик не ответил сразу. Он аккуратно повесил амулет на шею, затем повернулся к ней и сказал: — Это не чушь. Я чувствую. Здесь что-то есть. Юля вздохнула, но инстинкты подсказывали, что он прав. Остров был слишком тихим. Ни пения птиц, ни стрекота насекомых. Только их шаги по мягкой земле и далёкий шум волн. — И с каких это пор ты шаманом заделался, — пробормотала она, поглаживая рукоять гладиуса. Сулик кивнул и двинулся дальше, продолжая шептать свои молитвы. Внезапно он остановился, словно внюхиваясь в воздух, а после глубоко вздохнул. - Я всю жизнь наблюдал за нашим шаманом, и копировал его, изучал его техники. А когда отправился в путешествие, кто узнал про бесчисленных богов и духов. Юля усмехнулась, глядя, как Сулик перебирает амулеты. — И что, все эти боги тебе отвечают? Сулик на мгновение задумался, потом пожал плечами. — Некоторые отвечают, некоторые нет. Некоторые молчат, но наблюдают. А есть такие, что требуют слишком многого взамен. Он аккуратно разложил амулеты на земле. Их было много: бронзовый диск с выгравированным глазом, клык с тёмными прожилками, резной кусок кости, мерцающий камень странного зелёного цвета… — А этот? — Юля указала на гладкий обсидиановый осколок, напоминающий лезвие. Сулик поднял его, задумчиво провёл пальцем по краю. — Это дух теней. Он помогает оставаться незамеченным… если хорошо его кормить. — И чем ты его кормишь? Сулик хмыкнул. — Чужими секретами. Юля покачала головой, но спорить не стала. Остров становился всё более странным, и, возможно, помощь духов им действительно пригодится. Внезапно он что-то услышал, очень быстро собрал свои пожитки и махнул в сторону гущи. - Туда нам. - Куда? - только и успела спросить Юля, как он уже нырнул в чащу джунгли. Девушка едва за ним успевала. Ветки хлестали её по лицу и открытым частям тела. А восковые лианы мазались какой-то липкой гадостью. Наконец они вышли на поляну. Юля остановилась у края мёртвой земли, по её спине пробежали мурашки. Она уже видела подобное раньше. Сулик, не раздумывая, шагнул вперёд. — Ты чего? — бросил он через плечо. — Я уже бывало в таких местах, — Юля замено волновалась. Но Сулик шагал вперёд уверенно, рассыпая перед собой горсти белого порошка. Юля медленно двинулась следом, готовая в любой момент выхватить меч. Тишина на поляне была давящей, слишком правильной. Ни насекомых, ни ветра, ни даже шороха листьев. - Здесь, - Сулик указал на небольшой холмик на мёртвой земле. - Жди меня здесь. А сам развернулся и отправился обратно к лодке, оставляя Юлю в этом жутком месте одну. Девушка молча наблюдала за тем, как Сулик появился из чащи, таща на себе безжизненное тело Грека. — Ты зачем его взял? — спросила она напряжённо. — Он нужен, — коротко ответил шаман и, не обращая внимания на её удивление, положил тело прямо в центр мёртвой поляны. Юля смотрела, как Сулик достаёт из своей сумки амулеты, раскладывает их вокруг Грека и начинает что-то шептать. В воздухе запахло горелыми травами, холод пробежал по её спине. — Ты собираешься его оживить? — Нет, — Сулик поднял на неё взгляд. — Он и так жив, его тело здесь, а душа на тающим острове. Юля уже слышала про тающий остров. - Ты хочешь вернуть его душу? - Ему просто нужно указать дорогу назад. - Сулик достал из сумки шамана кусок чёрной смолы. Маленьким деревянным ножиком он отскабливал кусочки и наносил причудливые узоры на кисти и ключицы мёртвого Грека. Внезапно он посмотрел на Юлю с претензией. - Ты так и будешь стоять или поможешь? - Чем? Скажи, ну чем я могу тебе помочь? Я понятия не имею что ты делаешь, - вскинула руки девушка. - Молитва. - Коротко ответил Сулик и продолжил шептать что-то странное на своём наречии. Юля сжала ладони в молитве, пытаясь сосредоточиться, но Сулик покачал головой. — Не так надо молиться, — проворчал он. — А как? — нахмурилась она. Шаман глубоко вздохнул и положил ей на лоб холодную ладонь. - Искренне, - коротко ответил он, но решил пояснить. - Ты должна молиться тому, в кого веришь. Ведь ты же веришь. - Я не верю, я точно знаю, - проговорила Юля и достала свой гладиус в его неестественном сиянии она видела идеальный символ веры. Девушка опустилась на колени держа меч перед собой. - Отец, пусть мы мало общались и не всегда понимали друг друга, но я знаю, что ты видишь меня сейчас, ты всегда за мной наблюдаешь. Я верю, что ты создал этот мир как преисподнюю, как идеальную клетку и запер в ней меня. И даже после смерти ты не дашь мне спокойно уйти. Сколько ещё я должна пережить чтобы ты наконец был мной доволен!? Отец я ненавижу тебя! Презираю всем своим сердцем. Клянусь Шаддам, я убью тебя. Не знаю пока как, но я выберусь, вырвусь из заточения, поверь, я сильная. Ты не знаешь меня, но в моём лице ты приобрёл своего самого страшного врага! Гром прокатился над островом, словно сам воздух содрогнулся от её слов. Небо разверзлось, молнии пронзили горизонт, а ураганный ветер взметнул пепел с мёртвой земли. Сулик отшатнулся и произнёс: - Сильная молитва, сильный бог. Дождь хлестал по её лицу, но она не моргала. — Ты слышишь меня, Шаддам?! Я не твоя игрушка! Однажды я стану твоим проклятием! Где-то вдалеке ударила ветвистая молния, раздался оглушительный треск и рухнуло огромное дерево. Юля смотрела в дождливое небо и видела там очертания своего отца. Он словно безмолвный гигант наблюдал за всем этим миром. Девушка взмыла в небо, раскрыв крылья. Ливень хлестал по её щекам, молнии вспыхивали вокруг, прорезая чёрные тучи. Она держала гладиус перед собой на вытянутой руке словно рассекая им воздух. — Шаддам! — крикнула она, её голос сливался с громовыми раскатами. — Появись, хватит прятаться! Я знаю, что ты здесь! И в тот же миг молния ударила в его лезвие. Яркий свет озарил ночное небо, а сила удара пронзила её насквозь. Словно поверженный ангел Юля рухнула с небес. На опалённых крыльях она пронеслась сквозь густой туман, ударилась об мягкую землю и отключилась. Юля медленно открыла глаза. Болело всё тело, болела кожа, обожжённая молнией, но она была жива. Вокруг всё ещё гремела буря, но под навесом, который соорудил Сулик, было относительно сухо. — Я никогда не слышал такой молитвы, и никогда ещё не видел такой мощи, — пробормотал он, бросая в костёр охапку сухих веток. Девушка с трудом приподнялась, чувствуя слабость во всём теле. В стороне, под тяжёлыми каплями дождя, покоился свежий холм земли. Там был похоронен Грек. Юля глянула в расфокусе на свою левую ладонь. Белое кольцо дипломатии сияло ярче солнце, новый скилл «молитва» полностью себя оправдывал. Юля и Сулик сидели в обнимку всю ночь, ожидая, когда дождь прекратится. Девушка прижималась к нему, а он согревал её теплом своего тела. Внезапно земля на могиле Грека пошла трещинами. Тяжёлые капли дождя ещё стекали с навеса, небо оставалось серым, но ливень уже ослабел. — Он отыскал обратный путь с тающего острова, — пробормотал Сулик, хватаясь за один из своих амулетов. Юля встала, сжимая рукоять гладиуса. Грек был мёртв. Она это знала. Она слишком долго смотрела на его мёртвое тело. Но сейчас… земля вздыбилась, раздался глухой треск, и оттуда вырвалась рука, покрытая грязью.