Глава 1: "На замедленной скорости"

Утро начиналось так же, как и всегда — с пустого коридора, скрипа двери и тишины, еще не нарушенной топотом ног и смехом. Чанбин зашел в класс самый первый, снова, как всегда, ничего нового. Воздух в помещении был прохладным, пропитанным запахом мела и древесного лака с парт, и он на мгновение задержался на пороге, вдыхая эту стерильную чистоту, такую непохожую на ту жизнь, что кипела за стенами школы. Первым делом парень достает тетради, пенал и два контейнера с едой, аккуратно раскладывая их перед собой. В этом ритуале была какая-то обреченная надежда — на то, что в этот раз его не прогонят. Он уже привык к этому: к тому, как одноклассники переглядываются, когда он достает второй контейнер, к тому, как их взгляды скользят мимо, будто он делает что-то запретное. Но сегодня, как и вчера, и позавчера, он снова берет оба — на всякий случай. Выходя из класса, Со направляется в сторону футбольного поля, туда, где за высокими трибунами прячется узкая щель между бетонными плитами. Туда, под трибуны, он ходит каждое утро. Это место знают все, но никто не заглядывает сюда — слишком тесно, слишком пыльно, слишком странно. Но для него здесь — целый мир. Зайдя, как всегда, парень чуть наклоняется, пролезая в небольшое отверстие, чтобы соскользнуть в несуществующий мир. Пахнет сыростью, металлом и чем-то еще — может, краской, может, сигаретами. В полумраке, среди граффити и пустых банок, как обычно, сидит человек в наушниках и капюшоне, лица не видно, но Чанбин знает — это Лия. Он не говорит ни слова. Просто садится рядом, кладя второй контейнер с едой на колени девушки. Та даже не шевелится — может, спит, а может, игнорирует. Со привык, всегда было так. Молчание между ними — не неловкое, не тягостное, а скорее… естественное. Он молча ест, потом уходит, не заставляет говорить. Захочет — сама что-то скажет, не захочет — будет молчать до конца жизни. Парень не торопит, не подгоняет, просто сидит рядом и открывает бокс с едой. «Вот блин, сегодня мама положила фрукты и стейк…» — мелькает в голове. Странное сочетание, думает Чанбин, разглядывая кусок мяса рядом с дольками манго. И вдруг — параллельно с его мыслями раздается прокуренный тихий голос: — Странное сочетание. Со поднимает глаза резко. Он совсем не ждал, что с ним сегодня заговорят — по средам Лия обычно молчит. Но сегодня видимо исключение. Девушка открыла бокс и вертела в руках кусочек манго, рассматривая его так, будто это была не еда, а какой-то артефакт. Чанбин выругался про себя и достал салфетки из кармана, резко выхватывая фрукт, который уже двигался ко рту. — Ну ты совсем… У тебя же руки грязные! Он вытирает ладонь влажной салфеткой, снимая с пальцев бардовую краску — то ли от маркера, то ли от чего-то еще. Потом всовывает новый кусочек манго, убедившись, что рука теперь чистая. — С тобой как с ребенком, честное слово. Ожидание, конечно, у Со прокачено — опять же, благодаря этой молчунье. Но иногда он взрывается, стоит Лии сделать что-нибудь глупое. В ответ — тишина. Девушка смотрит на руку пару секунд, изучая, а потом манго улетает в рот с хмыком. Что ж… По крайней мере, его не послали. Это хороший знак.