Глава 1, в которой маленькое задание оказывается сложнее, чем кажется

В своих мыслях Лэй целиком и полностью пребывал со своей женой: загорал на пляже, плавал, ел мороженое и много-много её целовал. Эйлин, в общем-то, была только за, но в этот момент ясное небо вдруг начало потрескивать. — У тебя скоро решится тот вопрос? — девушка подняла голову, вздыхая. — Должен уже сегодня, родная, и мы встретимся не только сознаниями, но и физически, — он поцеловал её на прощанье, а затем окончил транс. Парень поднял голову со стола и понял, что на щёку налипла какая-то бумага, которую он не убрал — теперь, наверное, все будут видеть на его лице какой-то отпечатанный на струйном принтере отчёт. — Ты опять уснул? Ты хоть когда-то работаешь? Человек, эльфийка и драконорожденный стояли перед ним в явном недовольстве от ожидания. Вообще, Ифань не спал и ему сейчас даже не хотелось, но он сделал вид, что потянулся и широко зевнул — это было проще, чем объяснять что-то. Кроме того, Жамис, Мирайя и Тиралшакс совершенно не знали о том, кто он такой на самом деле, а погружать их во всё это космическое дерьмо, которое неизбежно вывело бы на вопросы куда более сложного характера, салазар не собирался. По крайней мере пока. — Знаешь, если бы мне давали по одному флопу каждый раз, когда меня об этом спрашивают, я был бы уже самым богатым человеком в мире, — он фыркнул. — То, что ты не видишь, как я работаю, не значит, что я этого не делаю. Ребята вели себя с ним очень вольготно, потому что Лэй привык выглядеть и вести себя лет на двадцать пять, максимум тридцать — иногда даже ленился щетину отращивать для вида — в нём ничего не изменилось визуально с тех пор, как он начал своё обучение. Некоторые особо мерзкие салазары из-за этого могли смотреть на парня свысока: он, дескать, не «истинный», а всего лишь очередной выскочка из людей — до этого Ифань даже не знал, что и среди столь возвышенных существ могут встречаться нацисты. Тем не менее, к подобным индивидам он относился весьма прозаически: на кой чёрт тратить нервные клетки на разговор с теми, на кого положительно насрать? К тому же, таких было меньшинство. — Конечно, у тебя ведь есть я, — фыркнул Жамис. Его юным помощникам было лет по двадцать, может, чуть больше, так что неудивительно, что они воспринимали его почти как ровесника. Эльфийка Мирайя Фензана, как знаток плетения, конечно, догадывалась, что что-то тут нечисто и стать «архимагом» в таком возрасте как минимум требует огромных трудозатрат, но, видимо, просто спала с этой мыслью и, возможно, умирала от зависти. Тиралшакс Мензош только недавно закончил полицейскую академию и магией не обладал вообще, так что не разбирался от слова совсем. А вот Жамис Анц… сильно напоминал Лэю самого себя в молодости: такой же неугомонный, но при этом местами страшно ленивый. Впрочем, его энергия и потенциал Ифаню очень понравились, так что он согласился взять его под свой патронаж. Пришлось, правда, страшно извернуться, чтобы давать Жамису достаточно сил, но чтобы они при этом всё ещё оставались в рамках возможностей магического плетения этой планеты, а не «хуярили напрямик», как Лэй иногда выражался. — Шанс, ты так на меня смотришь, что я начинаю опасаться за свою жопу, — Анц пощёлкал пальцами прямо у него перед лицом, чем вызвал у Ифаня непроизвольный смешок. — Ты опять засыпаешь? Ша-анс. Парень тряхнул головой и кивнул, похлопывая по карманам. Колдун понятливо протянул ему сигарету и подкурил её. — Скажите мне, пожалуйста, что у вас хорошие новости, а? — Ифань тяжело вздохнул, потянувшись ещё и за уже початой бутылкой алкоголя. — Ну, в целом да: стержень, про который ты говорил, мы забрали, — Жамис порылся в рюкзаке и положил на стол исписанный рунами адамантиновый цилиндр. — Тот придурок организовал подземную лабораторию, но она оказалась за пределами города, так что никаких жертв. Мы вынесли большую часть оборудования, как ты говорил, потом рюкзак перетряхну — отдам. А вот захватить его живым мы не смогли. — Убили, что ли? — «Шанс» повертел стержень в руках, довольно кивая. — Нет, он превратился в мыльную пену, когда мы его вырубили. — Там вообще как-то странно вышло, — перехватила инициативу Мирайя. — Тирал его по затылку огрел, а он вдруг сразу же стал мыльной пеной и пузырями, расползся по полу и потом будто в него впитался. А на полу после этого осталась кошачья шерсть. Она будто росла прямо из бетона. Я никогда не видела такой магии и не поняла, к какой школе она принадлежит: там будто всё и сразу намешано, — она протянула ему несколько кошачьих шерстинок в склянке. — Вот, я взяла их тебе посмотреть. Лэй принял пробирку из её рук, высыпал шерсть на ладонь и тут же уронил всё себе на стол. — БЛ-ЛЯТЬ! — он мгновенно сжёг остатки и даже огнём продезинфицировал себе руки. — Это всё, что ты взяла оттуда? — Да… а что такое? — эльфийка напряглась. — Вы кого-то ещё встречали? Или сразу ко мне пошли? — Сразу к тебе… Шанс? — Жамис явно занервничал. — Это что-то плохое? Парень ничего не ответил, только выпустил ещё огня и начал глубокомысленно ходить вокруг ребят, ища следы чужеродного присутствия. — Мы же не заразились каким-то магическим сифилисом? — озабоченно уточнил Тиралшакс, нервно почёсывая золотистую чешую. — К счастью, нет… — Ифаню пришлось немного пройтись по своим приятелям ладонями, чтобы увериться в том, что всё точно будет хорошо. — Точно ни с кем больше не контактировали? — Ты меня пугаешь, — Анц покачал головой. — А что это за хрень такая? — Ихор Червя, — глубокомысленно ответил салазар. Он бросил быстрый взгляд на опустевшую склянку и всерьёз задумался: если Червь объявился на этой планете, то стоило предупредить Рика, а если это был всего лишь его агент, то имело смысл разобраться самостоятельно. Беспокоить друга казалось излишним без глубокой разведки и собственного вмешательства, так что Лэй решил, что сперва посмотрит лично. — Ничё не понял, — колдун приподнял бровь. — Давай я просто скажу, что это чувак, которого я на дух не переношу, — ответил Ифань, после чего добавил: — Дело серьёзнее, чем я думал. Кто ещё был в этой лаборатории? Или вы всех кончили? — Всех кончили, — подтвердил Жамис. — Шанс, что за херня? Что за чел? Он угрожает стране? Лэй лишь грустно усмехнулся: если бы Анц знал, чему угрожает Червь, он бы сна лишился. Сам он не то чтобы часто с таким сталкивался, но периодически дело имел, хотя и не то чтобы прямо на этой планете. Задача у него была простая и, в основном, дипломатическая: следить за активностью карзи, если они объявятся, держать стабильность и в зародыше разбираться с потенциальными угрозами балансу — работа не пыльная, но требующая постоянного и пристального внимания из-за расположения звёздной системы. Себе лично Ифань сказал, что в политику будет вмешиваться только в том случае, если появится экстраординарная угроза, которая потребует очень серьёзной интервенции. Сейчас эта угроза появилась, но он пока не знал, в какой она степени, так что… по чести, оставался шанс на то, что Лэй просто в очередной раз перебдел своей паранойей. Честно говоря, он даже на это надеялся, потому что думал, что уже через полчаса будет дома с женой. — Ну типа того, — неопределённо ответил парень. — Это очень чужеродная магия — штука довольно заразная, так что надо будет почистить прямо сейчас. Кто-то из вас — сходите со мной, чтобы я телепортировался точно в нужное место. Ребята многозначительно переглянулись: явно без слов решили, что пойдут все вместе. Ифань препятствовать не стал, так что протянул им руку и затянул в пространственную воронку, сосредоточившись на их мыслях. Он прекрасно знал, что из них троих полностью доверяет ему только Жамис — и то только потому, что тот являлся его покровителем, не более. Для них всех Шанс был всего лишь ленивым главой частной военной организации (наёмников, если проще) с благородными целями, а с учётом его «возраста» было неудивительно, что Тирал, например, думал, что он получил эту должность от богатого папаши. Салазар ощущал, что они держатся настороже, однако он для себя завоевал достаточно их доверия своими действиями. Ему, впрочем, и не нужна была их абсолютная верность. Момот бы от души посмеялся их отношениям. Лэй радовался тому, что эта планета очень похожа на его родную по степени развития. Минкай технологически был развит хуже, чем Аберн по самым последним воспоминаниям, кроме того, большая часть технологий здесь, в отличие от Аберна, основывалась на магии, так что волшебники были немного более актуальны, чем пистолет. Впрочем, это не мешало пистолету оставаться очень грозным оружием, хотя и выглядели они здесь скорее как мана-бластеры. В связи с этим же подземная лаборатория выглядела скорее как современное убежище безумного мага: всевозможные химические реагенты, волшебные книги, магические круги — всё это вперемешку с турелями, камерами и компьютерами. Ифань глубокомысленно прошёлся по подземелью аккуратным ураганом, сжигая к такой-то матери и низводя до кварков всё, где только улавливал даже мелкую частичку энергии Червя. По счастью, такого оказалось не слишком много: в основном всё пришлось на какие-то колбы да на место, где растворился маг. Он был ещё жив — Лэй отчётливо ощущал остатки его сознания на этой планете — вопрос был, где его искать и как глубоко он погружался в изучение того, что изучать не следовало. Конечно, салазар мог бы включиться по полной: разобрать по косточкам все сознания Минкая, погрузиться в их знания, эмоции, чувства — и он бы даже справился относительно быстро, но… что потом осталось бы от этой планеты? Такую цену он пока платить был не готов за обрывки пока ещё только потенциальной опасности. — Проблема… — вслух подумал Ифань. — Как, бишь, его звали? — И́тцем, — ответил Жамис. — Итцем А́ма. — Ясно. Ладно, дальше я здесь сам, вас могу отправить по домам. Компания ответила ему очень пристальным и ждущим взглядом. — А, ой, блять. Парень полез в карман джинсов и выудил кошелёк. Ему очень нравилась местная валюта: она была представлена прозрачными пластиковыми карточками, внутри которых вспыхивали магические знаки от подделок. Номинал у карточек отличался цветом, и Ифань отсчитал каждому по одному красному риэлу — в два раза больше, чем он им обещал за это задание. — Купите себе леденцов на сдачу, — легкомысленно произнёс он. — Да на это можно хату целиком оплатить! — вырвалось у Жамиса. — Ну оплати хату, — отмахнулся салазар. — Классно же поработали, заслужили. Пока ребята бурно обсуждали это, он быстрым жестом отправил их в случайную точку в столице. «Извини, милая, тут полный пиздец, я постараюсь побыстрее, но дело оказалось серьёзное», — отправил он мысленно Эйлин — в ответ пришло лишь недовольное закатывание глаз и вздох. Работы был непочатый край, так что начал Лэй с усваивания информации: он быстро провёл пальцами по корешкам всех книг и письменных носителей — это дало ему очень точное представление о всей записанной информации; затем он перелапал все бейджи и электронные карточки, чтобы узнать, как часто и кто конкретно ими пользовался, а также в каких точных случаях; были досконально изучены и магические круги, и лабораторное оборудование. Со стороны, наверное, выглядело смешно, как взрослый человек садится в рабочее кресло, устраивается то так, то эдак, замирает в одной позе, потом подрывается и садится в следующее, но Ифаню было бы насрать, даже если бы его в этот момент снимали на камеру: он таким образом составлял психологические портреты тех, кто здесь находился. Странно, но большая часть из них была абсолютно идентична в своих действиях и мыслях — скорее всего, были низкопробными симулякрами, ну или может быть просто безвольными клонами. С компьютерами вышла серьёзная загвоздка: в офисном помещении, похоже, произошла основная драка, так что почти все они были поломаны или сожжены. Салазар был раздосадован: он рассчитывал получить из них основную информацию. К несчастью, сервер тоже был в ужасном состоянии, но его, похоже, вывели из строя уже нарочно, дабы данные не утекли не в те руки. «Тогда по старинке», — Лэй подпрыгнул на месте, чтобы приземлиться уже в измерении памяти. Он не был уверен в том, за какой период ему нужны сведения, так что выбрал просто вчерашнюю ночь, надеясь на то, что в офисных помещениях уже никого не будет, и он сможет просто вежливо заглянуть во все компьютеры. Какого же было его удивление, когда в офисе вчерашней ночи он увидел совершенно не то, чего ожидал: вся техника, находящиеся здесь люди и даже то, что они просто держали в руках, выглядело как силуэты, заполненные белым шумом телевизионных помех. Парень проскользнул в соседнюю комнату и понял, что данному феномену подверглись практически все источники информации: книги, которые он «прочёл», вещества в склянках, магические круги — даже звуки слышались как шипение неисправного телевизора. Ифань сильно нахмурился, потянулся было к одной из «шумящих» флэшек, но резко остановился и сперва взял карандаш, которым в неё потыкал. Предосторожность лишней не стала: карандаш мгновенно начал покрываться белым шумом — салазар поскорее его отбросил, пока это не достигло его пальцев. На стол, как ни странно, эта дрянь не пошла. Что более удивительно, Лэй не ощущал от этого яркой чужеродной сущности Червя — будто что-то иное. Отличалось это, впрочем, и от обычной магии плетения, так что парень был в замешательстве. Какого хрена? Не было это похоже и на псионику тоже — что это вообще, дьявол его возьми, было? Хуже было то, что оно было склонно к размножению и использовали это явно для того, чтобы закрыть преследователям дорогу. Доскональное изучение этого феномена Ифань решил отложить на некоторое время: сперва хотел поговорить с местным богом времени. Он должен был что-то по крайней мере знать или видеть, а может и очистить измерение памяти. С другой стороны, если мог, то почему ещё не очистил? Салазар вновь подпрыгнул, чтобы приземлиться уже на совершенно другом плане существования. — Вало́р, — он вежливо кивнул дварфу, который то старел, то молодел на глазах. — Левиафан, — тот кивнул в ответ. — Лэй Ифань, — вздохнул он. — Зови меня просто Шанс, ладно? Местный говор разительно отличался от санзадского и даже салазарского, так что подобные «левиафаны» случались нередко и были одной из множества причин, по которой Лэй использовал псевдоним. — Что тебе угодно, Шанс? Вокруг бога времени клубились дым и вода, ярко указывающие на постоянство времени и обычной памяти. Парень аккуратно присел на воздух, даже с лёгкой ностальгической ноткой вспомнил времена, когда бог времени был ещё его покровителем. — Я тут, вроде как, важным делом занимался и хотел воспользоваться измерением памяти, но обнаружил в нём… аномалию. Я не думаю, что это связано с тобой, но я хотел бы знать: что ты видел и что об этом знаешь? — Ифань открыл воспоминания и впечатления, чтобы Валор мог их оценить.