Глава 11

      На улице вовсю сияло солнце — жара стояла невыносимая. Я лежала на своей койке и лениво перелистывала газету с городскими новостями. Мир не стоял на месте: всё вокруг менялось, переделывалось, перестраивалось.       Большая часть страниц пестрела материалами о модных тенденциях, светских скандалах и популярных соревнованиях. Пропуская чужие, незнакомые имена, я пыталась найти хоть что-то интересное — но этот хаотичный поток информации не оставлял ни малейшего шанса.       В ежемесячном издании «Тайный взгляд» писали обо всём и ни о чём одновременно. Газету давно бы закрыли, если бы не беззаветная любовь её читателей к свежим сплетням и нестандартному оформлению.       В эпоху технологических чудес бумажное издание казалось почти архаичным — и оттого привлекательным. На следующей странице заковыристыми буквами размещалось объявление: "Аукцион диких животных — не пропустите!" Учёные давно воссоздали усовершенствованные копии животных с помощью лабораторных технологий. Они были дешевле и функциональнее, но лишены духа оригинала. Истинных представителей дикой природы осталось — единицы. И только самые богатые могли позволить себе такую экзотическую редкость. На подобных аукционах состояния исчезали за считаные минуты в борьбе за идеальный экземпляр. На второй странице — победители Арены. Призовой фонд — цифра, уходящая за горизонт: 1 000 000 000 000 арксов (ARX) . Внизу — фотография парня с широкой улыбкой и кричащим слоганом: "Испытай судьбу! Один день — и ты получишь всё!"       Это "всё" вызывало у меня не столько интерес, сколько сомнение. Ведь означало оно участие в боях на выживание — в соревновании, где в живых оставался лишь один. Подобные турниры преподносились публике как спорт. Как странно: человечество, пережившее войну и мечтавшее о мире, теперь с восторгом погружалось в варварские развлечения.       Те, кто обещал новую эпоху, поддерживали эти шоу — с речами об "исцелении нации". Неужели кто-то всерьёз верит, что ради мира нужно убивать? Что кровь — единственное напоминание о пройденных испытаниях? Мы будто исцеляемся через боль — создавая искусственные условия, в которых вновь проверяем границы человеческого духа.       Власти выбрали скользкую дорогу. Сейчас они контролируют всё. Но с такими раскладами перемены — лишь вопрос времени. Эти мысли раздражали. Я швырнула газету, уставилась в белый потолок. За эти дни я знала в нём каждое пятнышко. Так скучно — просто лежать без дела.       Окно было распахнуто. Жаркий воздух проникал в палату. Первый этаж давал возможность наблюдать за драками двух старых котов — они считали больничное крыло своей территорией. Оба — любимцы Лорри. Им разрешалось находиться только в этой части центра. Хотя, по словам Лорри, они бродили где вздумается.       Животных здесь держать запрещено, но для этих двоих сделали исключение. И вдруг — музыка. Поначалу тихие звуки не складывались в мелодию. Но постепенно они набрали уверенности, и я чётко услышала игру на гитаре. Звуки приятно ласкали слух. Музыкант медленно, словно пробуя на вкус, касался струн — забывших прикосновения. Когда гитара и пальцы нашли ритм, зазвучала песня. Раньше солдаты часто играли. Теперь — это редкость. Время быстро идёт, Где-то бежит чёрный кот. Светит златом луна — Как одинока она. Кто-то сидит у окна, Тихо о чём-то скорбя, Думая наперёд, Что его в будущем ждёт. Мысли витают вокруг... Вспомнился вдруг бывший друг, Вспомнился бывший враг — Разницы нет, вот так. Взглядом, скользя по стеклу, Услышишь ты шорох в углу. В этой немой тишине Кто-то крадётся к тебе. Тихо урча, подойдёт — Верный товарищ: твой кот. Прыгнув легко на кровать, Ляжет и будет урчать. Слушая этот звук, Часы остановятся вдруг. Станет спокойно тебе — Радостней всех на земле. Даже в такой тишине Вспомнишь ты обо мне. Захочется время вернуть, Стрелку часов повернуть. И заново всё прожить, И чувства все пережить. Открыть эту толстую дверь, Не хлопая ею теперь. Луна до сих пор одна, И строго взирает она. Смеётся луна над тобой Холодной улыбкой немой. Всё так же сидишь у окна И гладишь рукою кота. А мысли бегут всё вперёд, Как будто их там кто-то ждёт...