69. Я механик, работала три дня... без зарплаты.

      Кажется, с момента моего появления под этим фиолетовым куполом прошёл год. Целый год. Сложно сказать, тут всё настолько одинаковое, что запутаться не легко, а очень легко. День, неделя, месяц, год. Кажется, всё-таки год, память хорошая. Если я и ошиблась, то на месяц или около того. Не думаю, что сильно. Здесь есть смена дня и ночи, но выражается она в работе системы «дневного света» нужного растениям. Хотя, возможно, это не Азеротские растения и цикл жизни у них другой. Но будем считать, что прошёл год, так удобнее.       С побегом решила не спешить. Дело в том, что я… Модифицировала часть големов-грузчиков, попавших мне в ремонт. Ничего такого, они и раньше умели воспринимать голосовые команды. Просто теперь голем не только слушает, но и передаёт информацию.       И таким образом удалось узнать много интересного. Во-первых, для перемещения через аркану эфириалы применяют некий механизм: око Халима. И его тут нет, оно где-то в точке, называемой «узел».       Вторая — здесь на самом деле довольно много эфириалов. Я не поняла зачем, но они явно готовят снаряжение к чему-то. Снаряжение и рабочих. И солдат тоже. Они называют это крупной сделкой, хотя больше похоже на рейдерский захват и большую стройку. Решила не торопить события, узнать побольше. Может быть, оно мне надо? Да и подождать, пока часть эфириалов уйдет будет не лишним. Нужно больше информации!       Ну а семья… Я вернусь и они поймут, уверена.       Оставшиеся на Азероте близкие вспоминаются, конечно. По вечерам, когда после смены лежишь на матрасе и думаешь о прошлом. Проблема в том, что я не знаю разницы во времени и сколько времени прошло в Азероте. День, месяц, год. Будет очень «смешно», если я просижу тут несколько лет, вернусь, а снаружи прошёл месяц. Или вообще день. И мне вроде как рады, но… в их понимании меня не было не так уж и долго.       Потому гораздо проще концентрироваться на том, что есть. Араккоа, который как обычно тенью сидит в самом тёмном углу и сверкает глазами. Он почти никогда не отвечает на вопросы и вообще не контактирует, но если что — поможет. Дренеи, хм. Не знаю, что на уме у Старшего, но вот Калира боится орков. И такая разговорчивая она именно когда они рядом. Я это заметила, но ей просто нравится находиться с кем-то в контакте, когда мы проходим мимо коричневокожих громил. Которые нам совершенно точно не рады.       Не знаю, как там в Запределье, но для местных, что орков, что дренеев, их конфликт не закончился. Иногда случаются инциденты, да, приходилось видеть, как утаскивают трупы, а потом наказывают весь блок. И единственный вариант избежать проблем — ходить по возможности группой или хорошо маскироваться.       Ещё одна причина не спешить: вероятно, если я подниму бунт, придётся сражаться ещё и с орками. Меня записали в дренеи и в случае бунта обе стороны не постесняются свести счёты друг с другом. Воевать вообще против всех — так себе идея.       Меня крайне напрягает такая мысль но… мы неплохо устроились, наш отряд. Много заказов, в том числе в мастерской, хорошая оплата, мы все опрятны и накормлены, задачи выполняем своевременно, на конфликты не нарываемся и, в целом, ведём себя образцово-показательно. Месяц назад нас перевели в другой лагерь и сменили браслеты на белые. А сегодня — ещё один перевод, на новое место работы.       Таки да, как я и думала, лагерей тут несколько. Понять это можно только во время отправки на работу или через големов-шпионов, в остальное время перемещаться вне лагеря запрещено, браслет немедленно краснеет. Я сама не пробовала, но пару раз за этот год наблюдала показательные разборки тех, кто пытался сбежать. Куда их девают я не знаю, но их избивают и куда-то утаскивают. Пока удалось узнать о куполе не так много, увы. Не ставят нас чинить важные узлы, чтобы в них покопаться.       Что удалось понять:       Первое: вся экосистема держится только на куполе. Мы висим на острове среди ничего в местном варпе, если купол убрать, мы все дружно начнём умирать и мутировать во всякое.       Второе: эфириалы фанаты зелёной энергии. Не скверны, а возобновляемой. Платформа питается от башен-манасборщиков. Они расположены снаружи купола. Умрут они — умрём все. Причём энергия идёт куда-то под остров. Есть там нечто интересное.       С демонами у местных отношения натянутые. Предполагаю, это главная причина, почему покинуть этот остров так сложно. У Пылающего Легиона есть космические корабли. Если они пригонят сюда десяточек, будет очень «весело». И никто не хочет, чтобы демоны узнали о других базах эфириалов. Потому тут совершенно параноидальный уровень автономности.       Нас обыскивают каждую пару недель, когда очередного моего голема-шпиона засекают. Ищут, ищут, но доказательств нет. Я не настолько дура, чтобы признаться. А наш отряд не настолько глупцы, чтобы меня сдать.       Каждый в нашей группе приносит пользу как умеет. Я вот разведкой занимаюсь, иногда удаётся найти что-то полезное. Сбежать отсюда хотят все.       А сегодня мы… переезжаем. Ну как переезжаем: личного имущества кроме того, что на нас надето, по сути и нет. В этом вопросе эфириалы продуманные просто до одурения. Даже у нашей весьма вовлечённой в процесс группы почти ничего такого, с чем мы сюда заехали. Немного приправ, пара лишних вещей. Всё можно перенести прямо в руках. Серьёзно, мыться приходится чаще, чем делать что-то еще, технические вещества, та же смазка, иначе просто не оттирается. А это дорого! Не знаю, из чего они её гонят, но если её не смыть, въедается в кожу. Это эфириалам проще, у них бинты и призрачная мумия. А я вот не хочу есть смазку, идите в ад.       В любом случае, при первой же возможности моемся все, имея возможность наблюдать уникальное зрелище — мокрый араккоа. Как мокрая курица, но араккоа. Сей пернатый активно следит за своими перьями, и в целом выглядит довольно симпатично. Но когда он мокрый, они слипаются и очень нелепо топорщатся. Учитывая, что птицы как правило довольно тощие, если их ощипать, получается совершенно потрясающее зрелище.       Дренеям сложнее — они большие. Мы с Калирой ещё можем как-то сэкономить, тратя воду на двоих, но что громила Старший, что наши сломленные такой возможности не имеют. Чтобы поддерживать себя в чистоте, им приходится тратить большую часть ресурсов. А ещё наши балахоны пачкаются, рвутся, и на это тоже нужно тратиться. Ведь норма — два комплекта в год, причём без обуви и зачарований. Грубая ткань, размер подходит очень примерно и хорошо если в большую сторону, а не меньшую. Жаловаться всё равно некому, ответ один — удар электрокопьём. Но мы всё равно прикладываем усилия, чтобы быть в форме и приемлемо выглядеть.       И этим выгодно отличаемся от тех же орков, которых можно вычислить тупо по запаху. С этими ребятами отношения вообще не сложились. Обладатели алых браслетов, их состав сменился два раза за этот год. Их просто куда-то уводят целыми отрядами, а на их место приводят новых. И они всегда смотрят на наш отвратительно чистый отряд со злостью, или даже ненавистью. Не понимая, насколько это дорого.       Основная проблема в том, что альтернатива — не работать, сидеть голодными и грязными. И не иметь доступа к мастерской, а значит и к инструментам. И не надейтесь, я всё еще планирую устроить всем здесь весёлую жизнь.       Единственная отдушина — знания. Маготек эфириалов находится на крайне высоком уровне, примерно на уровне гномов, если не выше. И не штучные, уникальные творения, а шаблонные, массово производимые. Разумные сгустки магии арканы освоили работу с ней более чем хорошо. И если ты показываешь хорошие результаты, можно к этим знаниям приобщиться. Глупо не пользоваться возможностью.       Весь этот год я задавалась вопросами. Не «кто виноват и что делать», тут более-менее понятно. Виноваты ночные эльфы и эфириалы во главе с этим Сенешалем и его принцем. Что делать? Не отсвечивать, чтобы не подставляться под наказания и искать возможность свалить, попутно копя знания. В плане переработки энергии в доступные им формы эфириалы впереди всего Азерота.       У них есть умформеры, причём самые разные, позволяющие перерабатывать и выделять аркану из почти чего угодно. У них есть конденсаторы, у них есть устройства, вытягивающие ману из вещей. Таки да, это технология, которая используется в браслетах. Техника эфириалов почти всегда куда более энергоёмкая, чем то, что есть в Азероте. Но и маны они извлечь и обработать могут больше.       Целая кладезь знаний — подойди и возьми. Так что вопросами «кто виноват и что делать» я не задаюсь, ответы мне известны. Нет, мои вопросы:       — Зачем тут столько рабочих, их кратно больше, чем нужно? Зачем столько солдат? и куда они готовятся отбыть из изолированного хаба? Он не настолько изолирован? или же я чего-то не знаю? Вероятно второе, но? тогда, что же это? Почему именно здесь, почему не в запределье, например? Как отсюда свалить? Очевидно, телепортом через Пустоту, пока не научусь — не вариант. Координаты тоже нужны, оставлять подобное место неограбленным меня задушит жаба.       Вопросы. Вопросы требуют ответов, которых у меня нет. И пока их нет, нет смысла дёргаться. За куполом буквально бездна и скверна, агрессивные энергии и демоны, из которых башни-сборщики сосут ману.       Самая близкая лично для меня аналогия фиолетового барьера, заменяющего нам небо — поле Геллера. А с той стороны — самые натуральные демоны. И соваться туда без подготовки — идея суицидальная.       Как и общаться с орками. Это — не Орда Тралла и даже не Громмаш Адский Крик. Это хардкорные дренорские выживальщики времён первой-второй Орды, по большей части. В том числе те же, что вырезали почти всех дренеев и выложили их костями дорогу Славы от Цитадели Адского Пламени до Тёмного Портала. Как нетрудно догадаться, выжившие дренеи орков самую чуточку не переваривают. Чувство взаимное, активно пресекаемое охраной. Когда видят. Когда не видят, тела находят по углам.        Вот и получается, что с орками нам очень не по пути. И тем неприятнее тот факт, что после завтрака, вместо отправления на работу, охрана собрала нас всех на плацу, прямо рядышком с ароматными коричневокожими и зеленокожими громилами. Очевидно, не для того, чтобы сообщить об освобождении. Чтобы огласить новости: прибыл лично Сенешаль. Эфириал занял место на балконе административного здания и громко произнес:       — Сейчас вас будут называть поимённо. Те, кого назвали — переходят вправо, — он указал на свободную часть плаца, — и быстро. Задержка — карается.       Перекличка заняла немало времени, по итогу большая часть красных, наша команда и некоторые другие были отобраны. И нам приказали собираться. Куда, зачем? Решившего задать вопрос ударили током и приказали поторопиться. Я после того инцидента с браслетами почти год назад стараюсь не отсвечивать, и вообще веду себя как образцово-показательный механик. Пусть мне тоже любопытно. Ничего, скоро узнаем и так.       И сейчас, когда мы готовимся покинуть это место, в последний раз остановилась напротив домика. Не из ностальгии, а потому, что здесь находится сейф с «контактной парой». Который уже готовится перевезти пара эфириалов. Судя по их мантиям, какие-то низкоранговые рабочие. Ради интереса решила спросить:       — А вы знаете, куда нас?       Эфириал-грузчик бросил короткий взгляд.       — Увидите. С дороги, — грубо, хотя не думаю, что по статусу он сильно выше нас.       Ну, попробовать стоило. На плечо легла синяя рука. Это из домика вышла дренейка, держа в руках мешочек с немногочисленными личными вещами.       — Не ответил? — спросила Калира, словно не слышала нашего разговора.       Печально улыбнулась.       — Нет. Мне не нравится столь малое количество информации. Но будем работать с тем, что есть. Не убивать же нас собираются. Но все равно, хотелось бы знать, где мы и куда мы.       Рядом остановился вышедший из домика Зарикк, араккоа. И каркающе произнёс:       — Векрикий волкроваррот тени Анзу. Глубины зовфрут нас, тени нохрррчи. Крррик и скррррежет жжжжелхреза.       Эм, что? Анзу, осквернённый бог араккоа, кажется работал с бездной, поглотил какое-то там проклятие Сета. Я… не очень помню эту легенду. Великий водоворот… О, я понимаю. Это многое, очень многое объясняет.       — Круговерть Пустоты? — араккоа кивнул, — производство, как я и думала. Куда-то же они девают всю эту энергию.       Это объясняет действительно многое. И творящееся с той стороны купола, и зачем здесь столько народу. Я многое не помню о демоническом измерении, но кое-что знаю. В частности: время в Круговерти Пустоты течёт неравномерно. Как водоворот — чем ближе к центру, тем быстрее. Снаружи могут пройти десять, двадцать лет. Или вообще дни и недели. Внутри — тысячелетия.       Это дает тому, кто сумеет тут обосноваться, массу возможностей. Те же демоны могут быстро воскресать и восстанавливать свои армии. Потому что для них прошли эпохи, пока для жителей мира снаружи — менее одного поколения.       А эфириалы могут очень быстро получать ресурсы. Делаешь заказ металлоконструкций и получаешь их через несколько дней, причём основные затраты будут на доставку. Или оружия, или ещё что. Если эти башни могут тянуть из пустоты ману, в теории можно штамповать мощное зачарованное снаряжение в промышленных масштабах вообще без энергозатрат. Вот именно поэтому это место вызывает у меня такой интерес. Хочу знать как. Дайте мне немного времени и я пойму.       В Круговерти нормальных растений нет и быть не может, они мутируют или умирают. Чем больше концентрация скверны или бездны, тем ближе поверхность к мёртвому камню. Мертвому токсичному камню. Без эко-куполов даже просто жить здесь — идея крайне рискованная для здоровья. Это демонам нормально.       — Спасибо, я поняла.       Благодарностей Зарикк не ждёт, он просто ушел вперед. Да и Калира мягко подтолкнула, мол пошли. Под многочисленными орочьими насмешливыми взглядами. Даже любопытно, о чём они думают? Вероятно о том, что разумные из лагеря не возвращаются. О том, что мы тоже не вернёмся, а они живы. Это… повод для беспокойства, на самом деле. Но не сильного, всё равно мы не то чтобы можем повлиять на результат. Да и не думаю, что нас собираются пустить в расход, это не рационально. А если и да, у меня есть идеи на этот счёт.       Нас выстроили в колонну по четыре и повели по главной дороге. Но не к городу, как оказалось, примерно на половине пути есть еще одна широкая, перпендикулярная первой дорога, кольцом идущая вокруг города на холме. Мы пошли именно по ней. Здесь нашлось следующее открытие — скала, на которой находится город, наклонена в сторону огромного сада, закрывая обзор от той части острова, в которую мы идём. И там точно что-то есть, я вижу какие-то механизмы. К сожалению, повели нас не туда. Примерно на половине пути мы снова повернули в сторону города. Но эта дорога ведёт не наверх, а вниз. В расположенные в недрах горы ворота из тёмного металла, откуда пахнуло жаром и запахом жжёной резины. Фе.       Дергаться не стала, тихо осматриваясь. Не стоит привлекать внимание. Тем более, что по мере приближения к воротам охраны стало больше. Ворота при нашем приближении раскрылись, пропуская нас внутрь, отчего запах резко усилился, многих передёрнуло от ароматов, парочку стошнило. Мне удалось сдержаться, не такой уж и убойный смрад. Хотя нет, убойный.       В горе находится царство тьмы, жары и вони. Мы спускаемся прямиком в ад. Буквально. Тёмные коридоры, обшитые металлом, оттого горячие, вонь и сухой жар, лязг механизмов. В нос ударил запах раскалённого металла. Выгорающий углерод — оксиды углерода и азота. Запахи от горения связующих веществ для форм. Смолы, патока, жидкое стекло, etc… Пары флюсов и примесей. Литейные, одним словом. Знакомый аромат. В кузницах дворфов, да и на моей подземной базе много где пахнет схоже. А вот потом и жжёным жиром почти не пахнет. И лязг, металлический лязг. Похоже, звукоизоляцией тут никто не заморачивался.       Нас разместили в бараках во внешней части этой литейной, жёлтых отдельно, белых отдельно, красных отдельно. Наша команда — белая, так что у нас тут вполне комфортная температура, да и шума почти не слышно. По сути такая же комната, как и на поверхности. Не самое большое помещение, в котором семь спящих тел занимают три четверти доступного пространства. Тесновато, душно, но жить можно. Комната металлическая, освещение включается и выключается по расписанию. И да, жарко, воды будет уходить немало.       От того, что все поверхности металлические, мои бедные нижние конечности пребывают в двух состояниях. Или дико холодно, пока ты идёшь по пещерам. Или так жарко, что на ступнях остаются ожоги, потому что вы находитесь в литейных. Да, я получила сандалии, но они защищают только от мусора, а не от жары. Жизнь — боль. Да и сандалии на такой жаре откровенно трескаются и чуть ли не горят. Но без них ещё хуже — еще один пункт расходов.       Здесь очень жарко, текут расплавленные металлы и стекло, любая капля влаги, упавшая на пол, испаряется очень быстро и с шипением. То самое место, где создаются металлические части эфириальских механизмов. Огромные многометровые балки, поддерживающие километровые полусферические купола, под которыми находятся островки живой природы. Всё это, все эти механизмы и конструкции выходят именно из этих литейных в Круговерти Пустоты.       Не могу отрицать — идея крайне разумная, так как позволяет избежать всех издержек, связанных со временными рамками. Но нам от этого не легче. Нам от этого жарче.       Задача нашей команды — обслуживать огромную литейную вместе с еще несколькими такими же отрядами механиков. При условии, что о касках и защитной одежде местные не слышали, у меня тушка выше пояса прикрыта жилеткой, ещё и толком не закрывающей живот. Орки вообще чуть ли не в одной повязке вместо штанов ходят, потом обливаются. При этом дополнительная норма воды стоит рабочих баллов, и на еду и на воду всегда не хватает.       Простой — карается. Эфириалы работают по механике Генри Форда, когда инженерная команда получает награды, когда не работает. Потому что это значит, что цех работает как надо. Как только цех останавливается, награды тоже перестают копиться, более того, начинаются штрафы за простой. И вы срываетесь быстро приводить механизмы в порядок.       А пока мы не работаем внизу, я могу читать учебники, слушать истории или мастерить что-то в мастерской на втором уровне. Мастерская тут есть, и там есть чем заняться. Эфириалы явно поняли, что мы с дренейкой можем делать вещи, и не стесняются оставлять довольно сложную технику в ожидании, что мы её починим. Наивные… Я починю. А ещё запомню и немного модифицирую. Например, я могу из инструментов минут за десять собрать резак старины Айзека. А за пару часов — его стационарную версию, запчастей хватает. Но это будет потом. Пока же я хочу всё знать.       Это возможно, только когда внизу, в литейных, нет работы. Формирование заготовок происходит магически, телекинезом. Для инженерного состава это не проблема, нам на время работы магию разблокируют. И для большей безопасности отряда я и Калира раздаём магическое зрение на отряд. А вот орки такого не получают, по большей части. И если мы видим магические потоки, которые вот-вот сожмут металл в нужную форму, орки — нет. Помощь от кого-то из нас они не примут, ещё и драться полезут.       Отчего негатив, когда очередного орка телекинезом размазывает по станку, изливается на инженерную и проверяющую команды. Которые так не подставляются, более того, приходят проверить станки, убрать бедолагу и отправить его в переработку. Никаких вам «он будет похоронен в Награнде, рядом с матерью и предками». Неа, дробилка и переработка. Ну, я так думаю, надеюсь на белковые батончики их не перемалывают. Правда, надеюсь. В любом случае, дружеских чувств это к нам не добавляет.       Данное «веселье» нас накрыло на третий день, когда мы уже более-менее освоились и скучали в компании ещё одной команды, которая в этих подземельях сидит уже лет семь, они и сами точно не знают. Заняли мастерскую и шаманим себе потихоньку, глядя через окна на линию под нами, по очереди следя за процессом. Я читаю свиток, слушая разговор фоном, Калира мастерит. Наш громила рассказывает историю:       — Мы с отрядом воздаятеля Нобундо обороняли город. Против их чернокнижников и огромного количества пехоты. Орки обратили земли вокруг в мёртвую пустошь, где остался только рыжий мёртвый песок, алый туман и толпы зелёных уродцев. Они бомбили город из катапульт, а чернокнижники насылали волны алого, удушающего тумана, лишающего наших воинов силы Света. Куда приходили орки, там умирало всё. Растения, животные, оставалась лишь голая пустошь.       Сломленный, который так и не сказал своё имя, вздохнул. Они вообще не слишком любят вспоминать прошлое. Но иногда решаются.       — Я тоже был там. Чернокнижники с их демоновым красным туманом… — а в голосе ничем не скрываемая боль.       Каким-то образом красный туман подвергал попавших в него дренеев мутациям. Собственно сломленные и потерянные — это результат как раз красного тумана. Причём самым неприятным для них стали не физические мутации, а потеря возможности использовать Свет. Отчего дренеи, став в глазах себе подобных неполноценными, просто прыгали с башен, пока остальные смотрели и даже одобряли. То, чего я не понимаю. Я не поддерживаю орков, но я не понимаю подобного одобрения, серьезно.       И пусть я не могу сказать, что орки меня настолько же злят…       — Ненавидеть своих соратников, когда вас истребляют? Позволять им убивать себя? Я разочарована.       Старший поморщился и зло произнёс:       — Да что ты понимаешь? Свет для дренеев — это всё. Это то, что делает нас, дренеев, дренееями. Это истина, это наш путь! Свет — есть мудрость наару, что оберегают нас!       Пожала плечами.       — Я то думала что дренееями вы стали потому, что отказались от предложения падшего титана Саргераса и улетели с Аргуса, — я подняла руку, — не нужно. Орки вырезали ваш народ, а вместо того, чтобы обрушить свою ненависть на них, вы обрушиваете презрение на пострадавших сородичей. Мне действительно тут всё понятно.       Калира положила руку на плечо и помотала головой. Я кивнула и не стала продолжать спор, сфокусировавшись на чтении.       Помолчали. Ну а что поделать, я действительно этого не понимаю. Отправить тех, кому нечего терять, на передовую? Пусть, если хотят умереть, продают свои жизни подороже, или работают там, где могут? Не-не-не-не! А давайте подвергнем их остракизму, отделим от своего общества, ведь они не такие, как нам нравится. Пусть убиваются, чтобы вас осталось меньше и орки вырезали вас ещё бодрее! Я не понимаю Велена и этих ребят.       Более спорить не стала, не о чем. Тем более, что погодка вообще не располагающая. Очень сухо, очень жарко, стены металлические, так что нагрев вообще лютый. Мы, собственно, сидим прямо под вентиляцией, чтобы не загибаться от жары. Это оркам плевать, они более выносливы. Калира, видя наше со старшим недовольство, увела в сторону, предлагая потехнарить. Так мы и разошлись, чтобы друг друга не нервировать.       Сообщением о выходе на работу стал раздавшийся снизу хрип и булькание, орочьи крики. На одном из формовочных блоков телекинезом орка раздавило о заготовку. Прямо раздавило, расплющило и запекло. А что не запекло, то зажевало. В общем, нужно убрать и почистить. Дренейка вздрогнула, но посмотрела с видимым злорадством, все они. Я только вздохнула, после Хиджала меня подобное зрелище уже не трогает.       Калира, глядя как я левитирую над полом, стараясь его вообще не касаться, спросила:       — Ты как?       Поморщилась от жжения попавшей горячей капли.       — Пытаюсь отрегулировать температуру. Жарковато. Не беспокойся, это, можно сказать, тренировка, — если бы не доступ к магии, было бы совсем печально.       Всё же, пока вы на работе, блокировка на браслетах ослаблена. Именно на такой вот случай. Стихийный щит частично свою работу выполняет, превращая адскую жару в терпимую. Проблема именно в том, что тут слишком жарко. Даже для орков, известных своей выносливостью. А для меня… маны уходит немало, нужно заниматься именно терморегуляцией, чтобы не просто защищаться от жары, а находиться в относительном комфорте. В некотором смысле это действительно тренировка, на контроль.       Пока разбирали механизм, дренейка, убедившись, что нас не слушают, тихо спросила:       — Ты действительно так считаешь? Что мы просто бросили их?       Кивнула. И это моё мнение.       — Я не знаю, о чём думали ваши лидеры. Явно не о том, что дренеев вырезают под корень, — хамить насчет лидерских качеств пророка Велена не стала, но они всё равно поняли.       Старший дреней строго заметил:       — Они думали о том, как нашему народу не потерять себя. Нашу культуру, наше наследие. Наш Свет. Дренеи должны были уцелеть, чтобы присоединиться к Армии Света в борьбе против тьмы. У всех нас есть высшая цель, есть предназначение, и мы отдаём свои жизни ради грядущей победы. Ты не понимаешь, ты не поймешь, что это значит для нас. Прояви уважение.       Конечно, я могла бы поспорить, но… нет. Мне не выгодно ссориться с группой. Хотя я вижу, что «неполноценные» дренеи, например, со мной согласны. Но устраивать срач внутри команды не требуется. Главное, что я вижу, что большинство на моей стороне. Буду как вода, обтекать камень, а не пытаться пнуть его, тратя силы ради ничего.       — Я понимаю. Прости, Старший.       Огромный дреней медленно и уверенно кивнул.       — Принимаю, Давилиния, — интересно, что бы он сказал, если бы знал, что я могу использовать бездну, пусть и ограниченно.       В любом случае, я не считаю его «своим». Сейчас этот бывший дренейский паладин-воздаятель полезен тем, что эта живая гора мышц может быть стенкой между мной и орками. Если для этого ему нужно подыграть — не вижу проблемы. Эта мысль меня успокоила и сделала гораздо добрее. Тем более, что к этому вопросу мы более не возвращались. Хватило текущих проблем.       К новому графику и условиям труда пришлось привыкать очень быстро. К жаре, к ожогам, к ещё большей напряженности и том факте, что ты или запоминаешь правила, или уже другие бедолаги будут вытаскивать твою сгоревшую и раздавленную тушку из станка.              Литейная должна работать! — эта надпись на всю стену напоминает нам о том, что ради результата нужно приложить усилия. А потом ещё немного, чтобы вымотанной добраться до нашей комнаты, упасть на матрас и не шевелиться. Я думаю, что прокачала выносливость сильнее, чем за два года до этого. Просто, чтобы не помереть.       Хотя с этим мне помогает новый подарок. Один из охранников-эфириалов, Абулл, подарил новые, ручной работы кандалы. Абулл, на вид такой же охранник как и остальные, только в более резной броне. Ну как броне — наплечники, наголенники и наручи, вся броня. Он часто стоит на посту здесь, в мастерской. И умеет резать по металлу. Было довольно удивительно, когда он подошёл, пока мы дружным коллективом скучали у вентиляции. Ко мне.       — Молодая эльфийка… — сказал он гулким голосом, — позволь сделать тебе подарок.       Извлёк из явно безразмерной сумки пару наручей. Если мои обычные браслеты — просто два цилиндра, то это украшение надевается поверх. Оно сделано из металла песочного цвета, напоминает обвивающую руки лозу, с красными металлическими листьями. И протянул. И, что мне… а?       — Эм… вау… — аккуратно приняла, не тяжелые, — спасибо.       Дренейка сориентировалась куда быстрее.       — Ну, надевай-надевай! Давай помогу. Смотри, тебе идёт!       Украшение встало поверх браслетов идеально. Теперь это не просто цилиндры, а ветки, а камни на них напоминают грозди разноцветных плодов, под которыми белый металл браслетов почти не видно. Выражения лиц эфириалов ничего не выражает, но…       — Спасибо, Абулл, выглядит действительно хорошо, — я повертела руками, — я буду их носить.       Тот кивнул и больше не говоря ни слова удалился. Но это действительно круто и выделяет меня среди сотен других браслетов. Мне нравится.       А ещё... Что это, блин, было?! При чём, меня больше смущает не то, что эфириалы подарки делают. Мало ли, может оценили мою полезность и решили не терять столь ценный кадр. Всё-таки в новые браслеты было как-то встроено зачарование на выносливость, органично работающее с общей агрессивностью кандалов. К слову, попыталась копаться в этом направление, но всё, что поняла — случился одноразовый модуль, давший команду куда-то внутрь и самоуничтожившийся. Помятуя о прошлом эксперименте, в глубь я, естественно, не полезла. Так что этот вариант побега — мимо. Но вот то, что эфириал изъявил спросить позволения! Да и вообще был вежлив... Эта концепция настолько долго не укладывалась у меня в голове, что, в итоге, я просто отчаялась понять. Да и пусть его. Я не ксено-психолог, тем более, что до сих пор он ко мне больше не подходил.       Вернёмся к нашим баранам...       Сам по себе жилой блок имеет общие черты с тем, что был на поверхности. Длинные ряды комнат, в которых спят команды по несколько разумных прямо на полу. Эти помещения более-менее прохладны. Даже более того, тут бывает, иногда, довольно холодно. Разница с поверхностью в том, что там это были выстроенные в ряд домики, а тут — комнаты в длинном подземном коридоре, освещённом магическими лампами, которые включаются и гаснут по расписанию.       Подобные коридоры объединены в блоки большими залами, которые служат плацем и столовой. В целом те же места, что были там. Магазин тоже есть, правда цены иные, со своей спецификой, так сказать. В частности — вода тут дешевле. Но это не плюс — воды в любом случае нужно много.       Более-менее прохладных мест немного, каждое из них — точка напряжения и конфликта между группами работяг. В первую очередь — комнаты, они находятся в стороне от литейных. Тут всё ещё жарче, чем снаружи, но жить можно. Второе такое место — техническая библиотека. Стеллажи, полные книг и свитков с технической информацией и не только. Мне, внезапно, дали сюда доступ. Так что мы с Калирой проводим немало времени здесь. Не только ради чтения, но и потому, что тут комфортно и мы можем посидеть и вместе почитать в прохладном месте, получая удовольствие от хорошей компании.       Третье место, как и в прошлом лагере — мастерская, имеющая отдельную вентиляцию. Здесь мы проводим немало времени всем коллективом. Главное — починка механизмов, здесь хранятся нужные для работы на линии инструменты. И, как и в прошлом здании — различный металлический хлам, требующий изучения и ремонта, выходящий за рамки «учебной программы». За ремонт этих устройств дают весьма серьёзные премии. Свитки со знаниями, дополнительные «баллы» в виде светящихся жёлтых камней. В общем — информация и блага цивилизации, неслабо так мотивирующие этим заниматься. Ну, кроме того, что это просто интересно и познавательно.       Мы с дренейкой освоились тут довольно быстро, и, когда не сидим в библиотеке, зарабатываем на всю группу. В первую очередь — воду. Воды нам нужно много.       Да, я как маг могу создать воду, когда браслет разблокирован. Собственно, я это и делаю, когда мы отдыхаем у конденсатора, у которого можно выкачать ману, чтобы избежать ломки. Но если конденсатора поблизости нет, воду всё ещё нужно брать. Попытка вытянуть ману из формовочного механизма с гарантией закончится наказанием. Нет, спасибо, я с первого раза поняла.       Это своеобразный симбиоз — мужская часть коллектива нас защищает, мы, то есть женская, снабжаем всех водой и припасами. Да, расходы, но если на мужскую часть произошло уже несколько попыток нападения, мы, находясь в тылу, имеем только блага цивилизации. И когда орки пришли и попытались потребовать дань, это закончилось для них мордобоем. Вообще без моего участия. Нам осталось только дать победителям воды и вежливо улыбаться. Нравится. В том числе потому, что позволяет сосредоточиться на других вещах.       Производственные мощности фабрики эфириалов, конечно, велики. Это именно фабрика, массовое производство. По большей части здесь производятся компоненты для куполов, труб, конвекционных башен, манаконденсаторов. Вещи важные, довольно сложные, но легко воспроизводимые, в том числе на моей подземной базе, что хорошо. Текучка кадров велика, особенно среди «красных», регулярно приходится вытаскивать кого-то из оборудования. И дело далеко не всегда в глупости. Часто — в последствиях жары.       И да, вентиляция есть и она работает, просто не справляется. Нагретые пластины стен, близость к раскаленному металлу, экономия… Эфириалы даже не спорят:       — Найти новый технический персонал проблема, конечно. Но по факту мы ничего не теряем. Новые «красные команды» получить вполне реально. Не стоит переоценивать собственную полезность.       Охранники у нас довольно разговорчивые попались. Нет, разница между нами и ними всё ещё состоит в наличии оружия и готовности его применить. Но им и самим крайне скучно здесь, среди вечно слепящего света и жара. И обсудить новости, даже с пленниками, они не против. А для нас это самый лучший источник информации о внешнем мире.       Очевидно, им тут тоже не особенно весело. Так что можно рискнуть и спросить?       — А демоны? На полуострове Адского Пламени? Я думала, они будут мешать вашим командам.       Эфириал сипяще рассмеялся. При том, что мне кажется: он крайне удивлён.       — Значит, слышала об этом? Да, у демонов новый лидер, объединивший под собой несколько народов. Убил предшественника, как это у них принято, сказал речь. По слухам, он начал объединять под собой самые разные народы остатков этого мира.       Любопытно.       — А зовут этого лидера случайно не Иллидан Ярость Бури?       — Не знаю, — признался охранник, — только то, что его подчинённые совершают диверсии, ломают оборудование. Заказы стали больше, пленных стало больше. Риск выше, цены выше.       — Понимаю.       Значит, недавно, да? В конечном итоге, расспросив ещё несколько смен охраны, удалось узнать, что про Иллидана — новость буквально свежайшая. Неделя или около того. Ещё одно доказательство, что снаружи время идёт гораздо медленнее. Я даже подумала — а не продать ли эфириалам информацию об этом парне. Но нет, не стоит. Привлеку к себе слишком много внимания.       А внимание мне не нужно. Зря эфириалы не защитили вентиляцию от физического проникновения дронов. Зря. Ведь эти узкие шахты отлично подходят для прослушки. Задача это не быстрая, от магии то, защита есть и её нужно тихо, а главное — незаметно, ломать. Эти магические сигналки весьма разнообразны.       Но шахты, это важно, уходят вверх. В город над нами. А это значит, скоро я узнаю, что они там делают и для какого проекта концентрируют ресурсы.       Дело в том, что в мастерские начало поступать сломанное снаряжение. Со следами Бездны. Умирать я тут не планирую, следует выяснить, с кем идёт конфликт и нельзя ли этим воспользоваться.       В целом, на заводе свободы стало меньше, чем было наверху. Хотя и не совсем, скорее здесь своя специфика быта. С одной стороны, стены и охрана нас ограничивают. С другой — эфириалам приходится куда чаще держать браслеты в активном состоянии. Просто, чтобы персонал не дох и не запекался. Но при этом без внятной возможности побыть одному. Тут, просто, нет столько пространства. А попытка спрятаться может закончиться «несчастным случаем» от других прячущихся.       Вы или сидите в своей комнате, вместе с остальными. Или в соседней комнате, или в коридоре, на виду у охраны, под очень злыми взглядами орков. Или, как вариант, в библиотеке.       Да, библиотека, мой маленький кусочек рая. Техническая, с характеристиками и схемами оборудования, с учебниками по техномагии. Очень хорошее место, правда, тут свитки уносить строго запрещено. Магией пользоваться, правда, можно, так что я могу навесить на себя «Чародейскую гениальность», магический разгон сознания. И вчитываться. И тут я не одна такая. Калира по моей просьбе помогает разбираться с языком. Для нас это возможность побыть в стороне от отряда. И поговорить о женском, так сказать.       Документы эфириалы держат как на книгах, так и на свитках. Берёшь, находишь лавочку или угол, сиди читай. Дренейке сложнее, у неё хвост, но она умудряется на него опираться. Мы выбрали подходящий угол в стороне от всех. Можно и читать, и тихо переговариваться.       — Не обижайся на Старшего, — тихо попросила дренейка, — он прикрывает нас, как может. Да, он грубоват, но он сильный.       Я кивнула, но попровила:       — Прикрывает тебя, ага. И да, я понимаю и извинилась, если помнишь.       Она помотала головой, продолжая улыбаться.       — Нас, Дави, мы в его группе, поэтому — нас. Но ему не нравится, когда в его суждениях сомневаются. Он мужчина. И ты действуешь неправильно. Мягче надо быть, ты же девушка. Улыбнись, покивай, ты милый ребёнок, которого нужно защищать. Будь такой и проблем не будет, даже если не согласна. Если хочешь, мы можем потом поговорить об этом, тихонько. Будь тоньше, хорошо?       Эм, серьезно? Я не то, чтобы хороша в подобном. На самом деле я думала, что мне просто рано заморачиваться такими вопросами.       — А что не так, Калира? Я не очень понимаю.       Дренейка постучала пальцем по лбу.       — Вижу, но для этого и нужны подруги, так что слушай и запоминай. Действуй и веди себя тоньше, аккуратнее, ты же девушка. Он хочет быть главным и полезет в драку с тем, кто оспорит его лидерство. Пусть будет. Предложит то, что тебе не нравится — отступи, а это решение пусть примет он. Нам не нужно ругаться. Ну, а мы всегда будем готовы смотреть и мысленно вещать — "мы же говорили". Или сделать так, как правильно. Главное — не спорь. Он главный, раз ему так хочется.       Я решила на всякий случай уточнить:       — Он тебе нравится?       Калира рассмеялась.       — Неа, — ответила шепотом на ухо, и уже громче пояснила, — но я не боец, а он воздаятель. И вообще, тебе ещё рано о таком думать, так что читай давай. Взрослые сами разберутся. Запомни: ты милый ребёнок, которая слушает старших. Даже если они не правы, хотя мне можешь сказать, если что.       Такая вот жизненная мудрость. Дренейка вообще без проблем подсказывает такие вещи. Как в вопросах техники, она здесь больше меня, так и во взаимоотношениях.       Совету не спорить, а тихо делать как надо, я последовала, решив не нарушать иерархию без веского повода, что пошло в плюс к отношениям в группе. Ибо, как писал Сунь Цзы: стратегия без тактики — это медленный путь к победе. Тактики у меня нет, я не обладаю нужными профильными знаниями. Не знаю где выход и как его достичь. А вот стратегия, общий план имеется. Поддерживать группу в целости, чтобы, когда появится окно возможностей, мы могли им воспользоваться. Даже если нужно заткнуть свою гордость, молчать и кивать. Мне не сложно, громиле приятно, огребает, если что, тоже он. Я в выигрыше. А он… Рано или поздно исчерпает свою полезность. Сам или ему помогут.       Но основное всё ещё происходит в плавильнях и литейных залах, где телекинетика формирует сложнейшие конструкции. А наш творческий коллектив следит, чтобы оно вообще работало. Все эти отношения — лишь фон для вещей более важных и глобальных.       Основные сложности не с магомеханикой, эта часть мне интересна, и не со Старшим, пусть командует, если так хочет, а с орками. Они-то видят, что пока они там внизу на жаре, в опасности, мы торчим у вентрешёток, в относительной прохладе, и слазим оттуда только когда что-то случается. Рыки:       — Несправедливо! — стали постоянными спутниками нашей группы.       Орки ненавидят эфириалов, их поработителей. Они ненавидят и нас, стремясь отомстить хоть как-нибудь. Так мы лишились первого сломленного. Месяца через два после попадания на завод он не пришёл вовремя. И невовремя тоже не пришёл. А вечером, во время ужина, мы узнали, что ему проломили голову в одном из боковых коридоров. Виновных не нашли. А Старший собрал нашу команду и потребовал:       — По одному не ходить. Зарикк, Тугдо, Дави, вас касается. Что-то назревает, и орки нам не друзья.       Мы покивали, всё равно я постоянно с Калирой хожу. Тем более, что напряжение я и сама чувствую. Пусть и не уверена, что голову нашему сломленному проломили орки. Могли быть и дренеи, если он занимался чем-то не тем. Я имею ввиду, что подпольный рынок товаров и услуг существует. Те, у кого есть излишки, продают их тем, у кого их нет. И это порождает в том числе конфликты. Но спорить не стала.       — Мы будем ходить вместе с Калирой. И я думаю, мы могли бы больше времени проводить в мастерской. Там много оборудования, блокируемые двери и эфириалы совсем не против. Если вы, конечно, справитесь сами.       Речь о том, чтобы спускаться вниз не всей командой, а, пока не проведём разведку — оставаться наверху. К мастерской ведёт довольно узкая лестница и металлический балкон на втором уровне. Плюс — тяжёлая дверь, что даст неплохую защиту. Другое дело, что наши технические навыки повыше, чем у бывшего воздаятеля, так что спускаться всё равно придется, пусть и немного реже. Старший подумал и согласился.       — Справимся, а если что, вы рядом, спуститесь, — он, поглощённый своими мыслями, добавил, — там много охраны и мы часто там бываем, когда нужны инструменты. Да, это хорошее место. Близкое и защищённое. Пока я не позову — не выходите.       Мы, разумеется, покивали.       — Да, Старший.       Но дренею мало, он обратился к Калире.       — Присмотри за ней. Будет жаль, если юная Давилиния пострадает, сделав глупость, — я это комментировать не стала, слушая заверения дренейки, что она всё сделает.       Как мы и предполагали, эфириалы не только не против, но и очень даже за то, чтобы мы с Калирой проводили больше времени в мастерской. И когда мы начали активнее чинить принесённые вещи, были очень довольны. Недели через две после этого решения заходил Сенешаль. Вопросов не задавал, только посмотрел, убедился в чём-то своём и ушёл. Зато разнообразие устройств для починки заметно выросло. Как и количество свитков с данными. Отлично! А у меня появились новые следилки. Главное — не попадаться.       Заметила это не только я. Во время починки очередного бублика проектора поля Калира тихо, не привлекая внимание охраны, спросила:       — Как думаешь, это внимание к нам — это хорошо?       Я улыбнулась и наклонилась к дренейке. Она вытащила резак, манакраску и начала наносить руны на внутреннюю сторону кольца, позволяя мне удерживать ёмкость с краской и понемногу вливать ману, чтобы она быстрее стабилизировалась. Так мы можем максимально приблизиться друг к другу, практически прижимаясь и не вызывая подозрений. Охрана не слышит, снаружи идёт лязг от литейной. Мы и сами говорим весьма тихо. Это очень полезный навык, когда вы не хотите привлекать лишнее внимание.       — Как по мне — да. Перевод нашей группы из статуса расходников в ценные активы — полезно. Больше знаний, больше ценных заказов и возможностей для чего угодно. Ты же видишь их отношение к оркам, — дренейка фыркнула, — смотри не на вид, а на то, как к ним относятся. Смерти красных никто не считает. Мой и твой белые браслеты — это наш путь на свободу. А пока — к безопасности, что тоже очень хорошо.       Дренейка удивлённо подняла глаза и встретилась с моими:       — Шутишь, — и тут же получила ключом по лбу.       Я решила прикрыть подругу. Она явно так отреагировала на слово «свобода», но ещё рано. Слишком рано.       — Осторожнее, — и прошептала, — тише, дура, услышат. Ты вообще как, Светом пользоваться умеешь?       Деренейка кивнула, а затем задумалась, хмурясь.       — Конечно, умею, я же дреней. Но… слабо. Всё же я кузнец, а не воздаятель. Я знаю основы, могу исцелить несложные раны, ты видела, — так и есть, — но только пока браслет не активен. Оно бьется молниями и на Свет тоже, — дренейка наклонилась ещё ближе, отчего зацепила меня рогом, — прости! Что ты придумала?       Хорошо, это хорошо. Значит, Свет можно использовать…       — Отрубить руки с браслетами.       Калира снова пораженно подняла глаза, за что была схвачена за рог, мол не отвлекайся. Я за это получила хвостом по спине. И уже тише дренейка зашептала. Охрана никак не отреагировала, даже если заметили странную активность.       — Ты серьезно? — пробормотала Калира.       — Ага. Если отсечь конечности с браслетами, а потом залечить их Светом… дальше мне хватит магического потенциала, чтобы порвать их. Даже мне одной. Я могла бы и выпить ману, но это гарантированно поднимает тревогу. Да и мана там. Мерзость. Так что, или рубить, или выживать под действием яда. Второго шанса нам не дадут, нужно, чтобы удалось с первого.       Дренейка задумалась, продолжая вырезать руны. Я понимаю, что это риск, но мне нужны сообщники. Возможность свалить в закат — огромный мотиватор. Наконец, моя коллега решилась ответить.       — Звучит как-то… по орочьи.       Точнее по-дикарски.       — В этом и смысл. Орки бы могли провернуть такое. Но у них нет жрецов Света. Если есть чернокнижники, они могли бы тянуть жизнь из других для себя, может передать кому-то. Но всё равно нужна жертва, которая станет источником жизни для чернокнижника. А дренеи, собравшиеся здесь — не рискнут собой ради орка, и будут правы. Разделяй и властвуй, как сказал один правитель. Решение, которое не примет ни один цивилизованный маг. Или жрец.       Калира на это серьёзно задумалась. Некоторое время мы работали молча. Эфириалы охранники всё так же сидят у входа, поглядывая наружу.       — В этом… есть смысл, Дави. Нужно спросить нашего Старшего, он — воздаятель, и куда лучше владеет Светом. Он мог бы вырастить руки, я думаю. Нужно спросить.       Она ушла в свои мысли, пришлось перебить.       — Не спеши пока. Проблема не в том, чтобы освободиться от браслетов. Проблема в том, что дальше. Между нами и свободой окажется орда орков и эфириалов. Допустим, с этим мы справимся, хватило бы маны. Но за барьером — круговерть пустоты. Ты можешь телепортироваться через неё?       Дренейка поникла.       — Нет…       Я максимально ободряюще улыбнулась.       — Я тоже нет. Не расстраивайся. Просто думай о том что эти оковы, — я показала браслет из белого материала, — нас не удерживают. Нужно, просто, выбрать правильный момент, и всё будет так, как мы пожелаем. В крайнем случае и правда захватим себе остров. Я обещаю, мы выберемся отсюда. Но мне нужна будет помощь.       Дренейка удивленно нахмурилась, глядя в глаза.       — У тебя в глазах фиолетовое свечение, ты знаешь?       Кивнула, и тут же произнесла, стараясь перевести тему:       — Ага, бывает. А теперь давай займёмся делом, пока охрана не заметила. Мы и так тут сидим довольно долго.       Ремонт этих «бубликов» — занятие занимательное. Как и сами устройства. Это буквально проектор арканного магического щита. Что важно — щита отталкивающего типа. Бублик концентрирует аркану и выплёскивает её, отталкивая любой источник внешнего воздействия. Расход маны огромный, кто спорит. Но пробить такой барьер крайне сложно. Физический урон, энергетический, не важно. Воздействие будет сносить в сторону, отталкивать. Или — не выпускать наружу, в зависимости от того, что вам нужно. Удобно.       Это причина, по которой такие проекторы находятся в большом количестве по всей сфере барьера. С другой стороны, купола более чем хорошо выполняют свою функцию — защищают от бездны и скверны. Мы находимся в Круговерти Пустоты, но мана внутри барьера — очень чистая, нейтральная аркана. Я за этот год с лишним ни разу не ощущала жажду магии, столь высока концентрация. И не замечала за собой следов магического отравления. То есть, даже учитывая расход маны, этот барьер крайне эффективен. А у меня есть реактор… А теперь ещё и понимание, как оно должно работать, я не первый такой «бублик» чиню. Смогу скопировать.       Мы выбрались из бублика и я перевела тему.       — Давай, подождём пока высохнет и запустим, это должно быть финалом.       Дренейка с улыбкой кивнула.       — Конечно. Я в тебе уверена, — спасибо за это.       В итоге дни мы проводим в мастерской или библиотеке, а вечером, после ужина, собираемся в комнате. Старший каждый раз нас осматривает, довольно хмыкает и сообщает новости. Чаще — не слишком хорошие.       — Орки явно готовятся поднять бунт. Об этом не говорят прямо, понятно. Но характер поломок… кто-то изменил формовщики так, чтобы они производили заготовки оружия. Примитивные топоры, я думаю. Дубины, вещи подходящие оркам.       Что же, ожидаемо. Орки, как к ним не относись, ребята упорные. Тот же клан Песни Войны получил своё название, выбравшись из рабства у огров. Я бы удивилась, если бы они даже не попытались взбунтоваться.       — А охрана? — спросила Калира.       Что хорошо, идея влезать в это дело её не посетила. Мой разговор на тему подействовал верно. У нас есть способ лишиться оков, но недостаточно информации, чтобы делать это прямо сейчас. План пока на этапе формирования. Начинать слишком рано. Пусть отвлекают охрану, пока мы готовимся. Старший развёл своими огромными для меня руками. Всё таки два с лишним метра это очень много.       — О подобном нам не говорят. В любом случае, девушки, — о, это нам, — будьте в мастерской. Не уходите оттуда никуда. Ясно?       Миленько, о нас заботятся. Хотя это в любом случае то, что я и собиралась делать.       — Хорошо, Старший.       Требование мы выполнили. Эфириалы о готовящемся бунте, разумеется, знают. Мы это поняли по тому, что после определённого дня вместо двух охранников на входе их оказалось четверо. И пасут они одновременно и нас, и то, что происходит снаружи. Это проблема, так как собрать себе оружие было бы неплохо. Вот только эфириалы на такое среагируют крайне нервно.       Но я всё равно это сделала, собрав заготовки и адаптировав их под оружие. Когда начнётся, собрать его будет минутным делом. Дренейка нервничает, так что приходится её успокаивать, увлекая работой с механизмами. Помогает слабо, но помогает.       О том, что началось, мы узнали довольно банальным способом — по рёву. Просто в один момент зал был наполнен скрежетом и лязгом, а потом всё сотряс орочий рёв, орки издали боевой клич и бросились на охрану. И всё стало очень быстро. Браслеты, до этого горевшие зелёным, резко покраснели. Эфириалы организованной толпой собрались у входа в мастерскую и заперли дверь. Попробовавшую возмутиться Калиру осадили.       — У нас приказ оборонять это место. Назад! Не путайтесь и не мешайтесь.       Ну надо же. Похоже, нас действительно сочли важными. Охрану приставили. Но… нужно подстаховаться.       — Калира, — я указала на проектор, — давай подключим, лишним не будет. Он почти готов.       Эфириал посмотрел на нас.       — Что вы задумали? Объяснитесь.        Я улыбнулась даже злорадно.       — Оружие на случай прорыва орков. Браслет ты мне не разблокируешь, верно?       Абулл согласно проскрипел:       — Запрещено. Забудь сразу.       Как я и думала, полезная информация. Браслеты блокируются из какого-то контрольного зала, а не силами охраны. Ожидаемо. И скорее всего этот зал хорошо защищён.       — Ну вот, тогда нам нужно подстраховаться. И не умереть в процессе. Смотрите, что я придумала…       Подключить барьер заняло минут десять. Все эти десять минут плавильни сотрясал дружный орочий рёв, который неслабо так мотивирует поспешить. Да, я не имею свободного доступа к мане, но этого и не требуется. Берём магистраль, от которой питается сборочная линия и мастерская, подключаем устройство, направляем его на выход, с помощью рунной краски меняем последовательность, чтобы вместо трансляции барьера у нас была пушка, имеющая схожий принцип с силовым молотом. Ударная волна силового поля может и стены крушить, если нужно, не говоря о плоти.       — Готово.       Эфириал потребовал:       — Пока не понадобится — не смейте приближаться, — не проблема, босс, я не против, если вы умрёте вместо нас. Даже за.       После монтажа отошла к окну. Пусть у меня нет камер, можно посмотреть лично. У орков… получается лучше, чем может показаться. Вместо толпы бьющихся в конвульсиях, они вполне успешно оказывают сопротивление эфириалам. А это… да, на многих нет браслетов.       Ещё минуту спустя стало понятно, почему. Чернокнижник, вытягивающий энергию из эфириалов, дренеев и тяжелораненых, и передающий её более здоровым оркам, позволяя тем отращивать конечности. Тёмная магия, передача жизни, конечно же. Стоит ли удивляться, что браслетов на руках чернокнижников уже нет. Улыбка наползла сама собой, про себя прошептала:       — Так я и думала. Осталось понять, как покинуть это дружелюбное заведение.       Наблюдение за боем прервал внезапный и довольно громкий всхлип. Хм? Калира сидит в углу, обхватив руками колени и дрожит, глядя в пространство. Почему? Вой подсказал ответ… конечно! Если её похитили во время резни в одном из дренейских городов, то сейчас она слышит то же самое. Они же до укомплектования держали группы наверху, дренеи были на других работах. Конечно…       Проигнорировав охранников, опустилась на колени перед дренейкой, которая меня даже не заметила. Провела рукой перед лицом — ноль реакции, смотрит расфокусированным взглядом в пространство и дрожит.       — Калира. Калира? — бесполезно.       Просто потрясающе. Я не психолог, но тут и моих знаний хватает, чтобы понять — всё плохо. Полный игнор, скорее всего, он сейчас видит дренорские флешбеки. И что делать? В плане этого не было. Раздраженно бросила на беснующихся орков внизу:       — Поубивала бы!..       Один из охранников возразил:       — А новых ты сама найдёшь? Попробуй… обнять может? Не уверен, как это у вас работает.       На мгновение я даже подвисла. Странный он, всё-таки. Но, не о том думаю! Действительно. Может и сработает. Обойдя сбоку, чтобы не мешали ноги, осторожно, без резких движений обняла дрожащую дренейку. Та вздрогнула, и словно впервые меня заметила. Ну, уже прогресс. А теперь, максимально уверенным голосом.       — Всё хорошо, Калира, всё хорошо, мы живы, мы справимся. Мы победим.       Насколько она все-таки крупнее. А это дренейка. Меня сжали, словно игрушку, сдерживая истерику. Я в ответ обняла её покрепче. Со всхлипом дренейка выдохнула:       — Дави, мы…       Осталось только шептать, чтобы охрана, более озабоченная противником не слышала.       — Всё хорошо. Помнишь, у нас есть план, мы сбежим, мы их сделаем. И сбежим, и всем страшно отомстим, и оркам, и этим. Обещаю. Я здесь, не беспокойся, они не пройдут сюда…       Меня стиснули ещё сильнее, но хоть теперь я уверена, что Калира в своём уме, пусть и не совсем адекватна. Раздался скрежет, а затем по двери кто-то начал лупить снаружи. Калира вздрогнула, стремясь и не отпустить меня, и вжаться в угол, охранники напряглись. Я же хочу подойти к переделанному разряднику.       — Калира, опусти меня.       Та помотала головой.       — Нет. Спрячемся тут. Тут нас не найдут.       Дверь начала нагреваться. Я не хочу её дергать, но оружие лишним не будет.       — Калира, я хочу выстрелить по ним из пушки, понимаешь? Выстрелить и они умрут. Вот и всё. И будет тихо, орков не будет, я помогу. Пожалуйста.       Та подумала и кивнула, разжимая руки, пусть и с явной неохотой. С огромной неохотой, ей страшно, я вижу это невооруженным вглядом.       — Да, пусть их не будет. Пусть они уйдут, — прошептала кузнец, глядя мимо меня, в сторону выхода.       В этот момент дверь подцепили снизу и со скрежетом начали поднимать, открывая вид на копыта и закованные в броню ноги стража ужаса. Однако, довольно сильный чернокнижник, демона вызвал несмотря на барьер. Но охрана не спит. Едва дверь приподнялась, они направили свои электрокопья прямо на демона, тот после пары ударов зашипел и дверь захлопнулась, оставив с нашей стороны пальцы. Дверь снова начала нагреваться.       — Вот видишь, он не прошёл.       Дренейка сжалась сильнее, я же схватилась за резак. Который, вот сюрприз, переделан в лучевое оружие, пусть батареи в таком режиме и хватает на несколько выстрелов. Дело Айзека Кларка живо. В окне появилась тень.       — Слабаки! — страж ужаса парой ударов разрубил решётку, на попытки тыкать в себя копьем начал тыкать клинком, в остальное время отгибая металл, — сражайтесь и сдохните!       Решётка поддалась с третьей попытки. Большой, сильный и тупой, как и ожидалось. После чего демон влетел в помещение, обрушивая пылающий скверной клинок на первого эфириала. Я снова выстрелила в поднимающие дверь зелёные руки, которые оказались отрублены. После чего с той стороны дверь в очередной раз попытались плавить. Я же переключила огонь на демона, поганец живуч, игнорируя раны и ожоги. Но отрезанная голова — это отрезанная голова. Страж рухнул, забрав с собой двоих охранников, заливая пол салатовой кровищей.       Эфириал посмотрел на резак.       — И как это понимать?       Я пожала плечами.       — Хрупкой девушке нужны инструменты для самозащиты. Я не первый день вижу, как они на нас косятся. Одного из наших, вообще, убили.       Абулл остановил своего коллегу, явно собиравшегося сделать глупость:       — Пусть будет, сдаст в конце. Проблема сейчас — орки. Остальное потом, — посмотрел на меня, — Давилиния, вижу, ты всё ещё носишь их. Хочешь я сделаю ещё.       А почему бы и да.       — Конечно, Абулл. Я бы хотела ещё украшение.       На это второй охранник раздраженно прогудел:       — Потом решите. Сейчас, — он ткнул копье в заглядывающую в окно морду, — орки!       А орки продолжили ломать дверь и пытаться залезть к нам, создавая лестницы из подручных материалов. Видимо демон, вырвав решётку, привлек внимание к нашей мастерской, а далее они сами вспомнили, кто тут сидит. Пара эфириалов с копьями, я с резаком, работаю по вылезающим из-за рамы черепам. Сейчас иных вариантов нет. Мы или выживем все, или нас начнут рвать, тоже всех. В помещение попытался залезть еще один страж ужаса, а на другую решётку запрыгнули два беса. Эти красные меньше метра ростом карлики слабые и тощие, но умеют швыряться огненными шарами.       Пришлось рывком уйти за стол, уворачиваясь от залпа. Шарики с хлопками разбросали лежащие на столе детали.       — Калира! — дренейка на линии огня чертовых бесов.       Вот только она, похоже, решила найти в себе силы и что-то сделать.       — Подохните! — дренейка схватила электрокопье и ткнула им в решётку.        Неожиданно сработало, бесов перекорёжило, и те, визжа, попадали вниз. А так можно? И правда, решётка сделана так, чтобы эта тактика работала. Видимо, специально, как раз на такой случай — стряхивать током бунтовщиков. И дренейка всё еще трясется. Но когда посмотрела на меня, я улыбнулась.       — Молодец. Продолжаем, — в ответ получила робкую улыбку и довольный кивок.       Орки продолжили лезть, по большей части стремясь задавить нас волнами призванных за счёт жертв демонов. А я, как назло, вынуждена отстреливаться без магии.       Решение очевидно: телекинетический разрядник или же импульсная пушка. Берём бублик проектора, снимаем излучатель, направляющий волны вперёд. Мне не нужно, чтобы импульсы обрушили на нас мастерскую. Луч нужно сфокусировать, увеличить дальность.       Линза. Мимоходом отметила, что дренейка с эфириалами наваривают на решётки щиты. Хоть какое-то прикрытие от огненных шаров. Абулл и его коллега помялись, но попросили ручные резаки. Стрелять — лишним не будет.       Поверх бублика ставим линзу. Кольцо рун для лучшей фокусировки. Местный аналог катушки Тесла, будет источником заряда, она его копит лучше, чем проектор постоянного щита, так надёжнее и скорострельнее. Ещё две катушки подключим к окнам, ибо нефиг.       Лезущие в дверь бесы обнаружили себя без ножек. Куда хуже их насыщенная скверной кровь, скоро словим отравление.       Дренейку посадили оператором получившейся пульсовки, а сами встретили очередную партию врагов лучами добра.       Демонов немного, но они становятся сильнее: магия чернокнижников привлекает их.       — Главное, чтобы не кончилась мана. Иначе конец.       Абулл ещё возразил:       — Бунт недостаточно велик, чтобы отключать литейные. Застынет.       Надеюсь. Было бы очень обидно окопаться подручными средствами, под конец забадяжив самую настоящую башню Тесла, точнее, её аналог, а под конец умереть от нехватки энергии. Или перегрузок, всё же это кустарная переделка. Та же пушка — грубо спаянные бублик, продетый в неё шар и цилиндр линзы, грубо обёрнутые металлом для минимальной защиты. Решётки, на которые наварены пластины и к которой синеватой цепочкой подсоединен конденсатор со сферой разрядника. Ну и башня, которую строил явно мекбой, ничего друг к другу не подгоняя.       Повезло, что оркам не хватило сил призвать питлорда, понятия не имею как убивать ЭТО в ограниченном пространстве. А в остальном… В мастерской много деталей. Ещё пара часов и мы бы сидели под щитами и удачи нас оттуда выковыривать. Но с башней и станковой импульсной пушкой стало гораздо комфортнее.       Отряд зачистки прибыл ещё часов через десять. Эфириалы с копьями, часто на чём-то, напоминающем толи страуса, толи двуногого верблюда — как и эфириалы, это существо обмотанный бинтами энергетический призрак. Понять, чем оно при жизни было — нереально. Наш бункер оценили. И сказали разобрать или оплатить полную стоимость. Помог Абулл, сказавший не разбирать технику, а убрать к стене. Мало ли, ещё понадобится.       И только когда бунт был подавлен, удалось встретиться с раненым Старшим и единственным потеряннным. Оба ранены, держали оборону с остальными. Но живы. Араккоа, Зарикк, получил сложный перелом руки и лишился куска клюва, кроме гематом. Ближайшее время он не работоспособен.       Разумеется, чинить всё это дело пришлось нам с Калирой и прочим наименее пострадавшим. Тела убирать тоже. И отмывать. Зато прибыл Сенешаль, чтобы сообщить благодарность за помощь, разумеется перед орками, которые разве что не плевались и не кидались, пока их браслеты горели алым. Так этот паразит ещё и спросил, что мы хотим в награду за помощь в подавлении бунта. Когда очередь дошла до меня я ответила:       — Условия получше, снаряжение покачественнее. Если можно, не в этих подземельях, а снаружи. И больше книг и свитков по магомеханике. Мне мало.       Эфириал с явным любопытством уточнил:       — И не будешь просить отпустить тебя?       Я пожала плечами.       — А вы отпустите? Я дам процентов девяносто, что нет. Рациональнее будет сразу просить то, что можно получить с большей вероятностью и меньшими издержками.       Сенешаль скрипуче рассмеялся.       — Деловой подход? Понимаю, я посмотрю, что можно придумать.       Я тоже. Метод убрать браслеты у нас есть, орки нам его наглядно показали. Теперь — нужно придумать, как покинуть сам остров. И мы начнём веселье. Ну а пока — учиться. Этот остров выглядит слишком вкусно. Его нужно облутать. Мнение принца Харамада на это меня не волнует.