76. Четыре матроса и летающий гроб.

      Боль… Агония… И очень, ну просто очень много работы. Чем дальше, тем больше корабль Наару напоминает строительную площадку. Мы снимаем кожухи, изучаем механизмы, оцениваем фронт работ. Сваливаем всё лишнее, сгоревшее и заражённое в большую кучу, а затем отправляем в печь.       Таки да, я таки собрала умформер. Вал крутит не некроголем, а конструкт бездны, который и жрёт всё, что идёт в переработку. И у него очень. Нет, ОЧЕНЬ много материала. С одной стороны, у нас есть генератор и куча топлива. С другой...       — У нас проблемы, — со вздохом произнесла дренейка.       Я только покивала, не вижу смысла спорить с очевидным. Ну а что остаётся? Нет, мы понимали, что всё плохо. Но только теперь, начав демонтаж поврежденных элементов поняли, насколько всё плохо.        Плевать на освещение, на прочие вторичные системы. Плевать даже на повреждения отсеков, на перебитые трубы, на урон, нанесённый боями. На отсутствие десантных капсул, выполняющих опцию портала, на то, что в реакторной пробита дыра диаметром в два метра, когда сфера реакции была выбита выбросом Бездны.       И даже на загаженность реакторной бездны тоже плевать, очистим. Я сама сделаю, что нужно, у нас есть разрушенный мех с ядром света, потенциально его можно переделать в робот-пылесос от бездны. На то, что вместо мостика у нас руины плевать. Всё это неважно. Не важно то, что из-за аномалий и скачков нагрузки куча терминалов и вторичных систем убиты, починим.       Всё это подлежит ремонту, в котором мы, за годы плена, неплохо так натренировались. Со сборочным кубом и запчастями, которые есть на складе, как минимум часть функций корабля мы восстановим, пусть и не сразу. Это незначительные мелочи, требующие времени, а не проблемы.       Важно то, что эти козлы, причём буквально, прости Калира, разломали реактор до полностью нерабочего состояния. Экипаж, пока пытался выжить и не допустить прибытие корабля на место назначения, крушили что могли. Тот бедняга техник, которому я снесла голову… Сейчас, глядя на результат работы этого парня, мне хочется оживить его и повторить ещё раз десять. Просто чтобы вернуть себе душевное равновесие, козёл успешный. Ты ломал, а нам это всё чинить.       И да, своё состояние я к проблемам не причисляю, при том, что парой световых детонаций получила весьма неприятные ожоги. На руках, на теле. Жжётся, зараза, если бы не телекинетика и левитация, было бы совсем уж мучительно. Пришлось ограничиться подручными методами — нетугие стерильные повязки, стараться лишний раз не дёргать конечностью. К сожалению, это всё, что нам сейчас доступно. Пришлось изображать профессора Ксавьера вместе со стулом с наложенной левитацией. Хорошо, что я владею телекинезом и коллеги владеют зачарованием. Получилось очень даже стильное летающее креслице.       Медикаментов у нас почти не осталось, зелья решено не тратить, те немногие, что у нас вообще есть. Переживу, пусть это и больно, сделать новую алхимию нам банально не из чего. Еда… стандартных сухих пайков, которые долго хранятся и на вкус как картон полно. Альтернатива — магически созданная еда. Правда на вкус моя еда ещё хуже, чем пайки. Не важно.       Ожоги заживут, травмы исчезнут. Раздолбанный до состояния дрейфующего в Круговерти куска металла корабль никуда не денется.       — В общем, ресурсов мало, работы много. С чего начнем? — просила в пространство.       Клон, моя более тёмная копия, посмотрела на меня как на дуру. Ну а я улыбнулась. Пришлось поработать над ней, чтобы попытаться сделать НеМеня более мной. Всё же при создании копии темный опирался на боевые навыки и текущий характер. Отчего получается довольно психопатичная тварь без привязанностей. А мне совсем не нужно, чтобы мой клон, решив, что я больше не нужна, меня и зарезал.       А значит нужно, чтобы клон считала нас семьёй. Или же немного ближе. Это не совсем воздействие на разум, я действительно себе нравлюсь. Так что технически… да, я навязываю копии себя. Мне это не нравится. А ещё сильнее не нравится, что копия об этом догадалась почти сразу. И согласилась, что в моей ситуации поступила бы также, только ещё жёстче, обеспечив полную лояльность себе. В общем… мы пришли к соглашению. Леонарда не пытается прибить нас, а мы заботимся о ней. Шутить или стебать можно. Что она и сделала на мой вопрос:       — Очевидно, нужно реанимировать реактор и переделать нашу самую новую летающую платформу во что-то, на чём можно как минимум двигаться, как максимум сражаться. Потому что ближайшие год-два этот летающий гроб никуда не полетит. Но если хочешь, могу сделать с помощью сборочного куба вёсла, посадить на них големов. Будем грести своим ходом.       Я фыркнула, но спорить не стала. Сама почти уверена, что ремонт затянется дольше, чем на пару лет. Корабль слишком велик, даже если мы разберём на запчасти половину, таскать детали придётся буквально вручную. И два года — это очень маловероятное, оптимистичное решение.       — Оптимистичненько, — вздохнула Калира, — при том, что мы все тут впервые видим этот реактор.       С одной стороны да, с другой — не совсем. После изучения чертежей я пришла к выводу, что принцип работы этой штуки мне неожиданно знаком. И мне, и Леонарде. Это, вот сюрприз — варп-ядро. Работающее на Бездне и Свете, но варп-ядро.       — Я говорю как есть, — развела руками копия, — и мы обе знаем, что это правда. Мало починить имеющиеся повреждения, при том что и это не так просто. Придётся изучить и перебрать весь реактор. Вообще весь, каждую его часть. И для этого неплохо бы убедиться, что из экокупола по наши души не прилетят. А если прилетят, то долго не проживут. Всё же варп-ядро — это серьёзно.       Дренейка тут же спросила:       — Почему ты назвала это варп-ядром? И Дави упоминала это слово. На чертежах он указан как «ядро двухэлементного синтеза», версия два.       Я знаю почему, но пусть ответит Леонарда. Она скосила на меня взгляд и получив разрешение, ответила:       — Несмотря на то, что само устройство нам незнакомо, принцип мы знаем. Столкновение вещества и антивещества приводит к взаимному уничтожению с выделением большого количества энергии и арканы в процессе. Общая схема довольна похожа на то, что мы уже видели. В конструкции придётся разбираться, разумеется, всё же одно дело общая схема, другое — чертёж. Но когда ты понимаешь, что здесь и зачем, работать куда проще, чем бездумно устанавливать детали по схеме в надежде, что ты всё сделала правильно и оно заработает.       Леонарда лукавит. Доступная нам информация именно на уровне «соберём всё по инструкции». Если меня попросят описать сам процесс реакции, мне просто не хватит знаний. Я не гордая, мне не сложно это признать. И это может стать серьёзной проблемой в том, чтобы реанимировать машину. Калира вздохнула:       — И что ты предлагаешь?       Клон пожала плечами.       — Ничего. Технически, у меня отсутствует такая нужная вещь, как творческое мышление. Я копия. Идеальная, способная использовать тьму, но копия.       Дренейка посмотрела на меня удивлённо, и удивление начало сменяться волнением. Заметившая это копия фыркнула.       — Нормально с ней всё. Просто мы с ней обладаем хорошо разогнанными мозгами. И я осознаю свою ущербность. Потребуется время, чтобы осознать и научиться. Пока вот так.       Калира замялась, не уверенная, как на это отреагировать.       — Прости. Мы…       — Хотели как лучше, — раздраженно перебила копия, — знаю, не важно. Давайте просто подумаем, как превратить платформу во что-то более боеспособное. Для этого кое-кому, кого кормят с ложечки — молнию эта паразитка проигнорировала, — сгоревшие руки не нужны. У тебя есть телекинез.       Спорить не с чем, есть. В итоге решили, что я пока поработаю над чертежами боевой платформы. Это займёт некоторое время, вероятно несколько дней.       — Ладно, пусть так, — согласилась дренейка, — теперь реактор. Эх, придётся страдать самой.       Леонарда приподняла бровь, глядя на неё.       — Шутку не поняла, тебе помогу я. Давай, мяско на коляске, организуй нам схему, арканные иллюзии — это к тебе.       Кивнула, формируя над руками изображение. Тот же чертёж реактора, но в виде трехмерной модели. Две конические башни, сходящиеся к центру. Каналы, по котором в камеру реакции поступает бездна. Алые отметки, обозначающие найденные повреждения.       — Калира?       Дренейка взмахнула рукой, создавая собственную иллюзию, отмечая найденные ей на складе детали. Она наложилась на мою, показывая, что из этого мы можем починить. Ну… Всё не так плохо, процентов семьдесят можно заменить со складов или восстановить самим. Проблема в оставшихся тридцати.       Дренейка посмотрела на схему, на мои руки, которые выглядят крайне непрезентабельно, после чего со вздохом произнесла:        — Ладно, Леонарда права, справимся сами. Лечись, Дави. Но когда закончишь с платформой — сразу к нам.       Ладно, платформа, так платформа. Что мы имеем. Диск, диаметром десять метров. Под его днищем диск поменьше, ещё кольцо барьера. Перпендикулярно диску крест накрест расположено четыре округлые скобы, по которым скачут магические молнии и которые обеспечивают защиту груза от внешней среды. Что с этим можно сделать, превратив это в боевую машину?       Самое очевидное — переделать верхнюю часть платформы в летающий бункер. Очевидное, но не лучшее решение. Проекторы барьеров остаются снаружи, да и мой собственный опыт уничтожения этих платформ показывает, что не стоит недооценивать самонаводящиеся артиллерийские заклинания. Зенитные системы рас, которые я видела до этого, как правило, лучше уничтожают как раз одиночные, хорошо защищённые цели. Нет, это не наш вариант.       Нет, по хорошему, переделать платформу нужно куда глубже, убрав всё лишнее под броню. Но тогда нужны щиты. А на щиты нужна энергия. И чтобы была энергия, нужен реактор. А если будет реактор, и энергии будет много, проблем будет меньше. Хм-хм-хм! А если… фатонь-батонь?       Так, подумаем. Объективно говоря, действительно массовых зенитных систем я тут не видела. Все, кто строят защитную систему, опасаются крупных, сильных и крепких целей, драконов, крупных демонов, других кораблей. Противомоскитное оружие — исключение, а не правило. Хотя держать рой плотной группой всё равно не стоит, картечь местным знакома. Идея в том, чтобы перегрузить вражескую защиту очень большим количеством дешёвого урона.       Условно говоря, небольшая летающая платформа может иметь габариты крышки от люка, на которых маги летают. Интеллект там будет на уровне хлебушка, но мне и не нужно что-то сложное. Держаться рассыпным строем, и стрелять заранее записанным в руны заклинанием в указанную цель. А в свободное от залпа время кружить над целью по хаотичной траектории. Главное, чтобы не кучковались и не врезались друг в друга.       А платформа послужит носителем для таких вот дронов. Если всё сделать правильно, мы сможем скомпенсировать тот факт, что у нас яростно не хватает экипажа. Усилить дрон магическим щитом… нужно чинить реактор. Я вздохнула. Без него энергии на все наши хотелки и могулки не хватит.       И всё же стоит закончить чертежи. Итак, носитель. Основа — та же платформа. Но вместо диска скорее будет… что-то вроде цилиндра, или башни, чтобы вместить как можно больше дисков-дронов. Или вообще куб. Придётся растянуть купола щитов, пересчитать балансировку, и подумать над тем, как разместить летающие диски и как ими управлять в формации роя. Диски можно размещать один над другим, чтобы занимали меньше места и больше влезало, потому и вертикальность всей конструкции.       Внутри… Тактический стол, основой будет он. Место для пилота, стандартное, и для того, кто будет контролировать авиацию. Техническая зона, кабина пилота, блоки для дисков. Да, сойдет. Экипаж... два-три разумных. Пилот, оператор и бортстрелок.       Диски… это диски. В другой ситуации это мог бы быть маунт, летающий блин, которые очень любят маги, это кажется им очень стильным. А ещё можно не тратить ману и концентрацию на полноценный полет. Стоишь на таком, смотришь сверху вниз с превосходством и колдуешь.       В моём случае, всё проще. Тот же диск-маунт, но меньшей грузоподъёмности, большей скорости, плетение щита, накопитель и какое-нибудь рунное плетение с вшитым заклинанием. Огненный шар, или, что лучше, магические стрелы, они наводящиеся. То есть нам нужны следующие элементы: кристаллы-антигравы или другое плетение. Лучше модульное, чтобы ремонт был проще. Кристалл барьера - проектор щита. Система управления и контроля. Думаю, что-то вроде эхолокации, мне нужно ,чтобы платформа ни во что не врезалась в процессе. Ещё один модуль с записанным заклинанием или бомбой, смотря, что нужно. И основа, в которой всё это добро будет находиться и снабжаться энергией, да.       Таких дисков, по всем прикидкам, в одну башню можно будет загрузить несколько десятков. Нужно провести тесты, чтобы понять, каким количеством может адекватно, то есть не теряя их просто по причине нехватки внимания, управлять один разумный. В крайнем случае, возьмём несколько тактических столов и операторов. Которых у нас трое, плюс Леонарда, да. Экипажа недостаточно.       Главная проблема — где родить энергию на всё это дело. Эфириалы применяют магомеханику. Это сочетание механизмов и магических устройств. Удобное, но вместо электричества ваш механизм жрет аркану. Много арканы. Но альтернатив нет, когда ты висишь среди ничего, возможность заменить условную соляру энергией реактора — единственно доступный вариант. Придётся работать с этим. Ремонт реактора, всё упирается в него.       — Ладно, жить будем.       Чертежи удалось закончить за несколько дней. Не только сам чертёж, но и теоретические магические плетения и рунные цепочки. Если мы хотим однажды автоматизировать процесс — пригодится. И да, чертить пришлось напрямую управляя тенью, потому что ранить обгоревшие руки мне не хочется.       Я уже было примерилась к платформам и сборочному кубу, готовая создать несколько дронов, чтобы отработать их взаимодействие и разум, как прибежал магический голем Калиры. Он передал записку с просьбой не планировать ничего особенно важного, Леонарда сказала предупредить. И что у них есть разговор.       — Ну ладно, надо так надо.       С ребятами удалось видеться только за ужином. Учитывая, что на корабле может прятаться любая дрянь, ужин это не только возможность поболтать, но и проверка того, что все живы и здоровы. И да, едим мы полусухие пайки, запивая магически синтезированной водой. Под жалобы дренейки, которая не возмущается только когда ест. Зато следить за ходом работ с реактором можно, не посещая оный. Подозреваю, что «важный разговор», о котором меня предупредили, будет как раз об этом. И верно, дренейка, едва мы уселись, вздохнула и печальным голосом произнесла:       — Дави, я просто… смотрю и руки опускаются. Никогда не думала, что придётся так много работать.       Зарикк насмешливо щелкнул клювом, чем вызвал недовольный взгляд подруги.       — А ты вообще молчи. Ты не артефактор и в этом не участвуешь, приходится мне, — драматично вздохнув, дренейка продолжила, — это магомеханика, причём сложная. Даже при наличии чертежей, твоей копии и телекинеза я этот конструктор буду разбирать ближайшие месяца три, наверное. Снимаем всё, до скелета. Рунные пластины, механизмы, предохранители. Скоро весь этаж будет уложен деталями реактора, рассортированными по блокам. Давввииии! Помогиии! — нда, её ненадолго хватило.       Я вздохнула, догадывалась, о чем меня попросят, но всё равно. Такие вот мелочи — это то, что ей нужно. Мне тоже, впрочем. Когда тебя находят, чтобы попросить о помощи… в одиночестве это очень важно. Слышать, обсуждать, чувствовать. Потому во время обеда мы сидим плотной группой, а дренейка положила хвост мне на колени.       Одиночество. Самое страшное, что может вас тут настичь после тварей Бездны. Слишком большие пустые коридоры, тени, и никого живого кроме тебя и големов. Особенно хреново тем, кто имеет связи со Светом, то есть Калире. Круговерть Пустоты не самое приятное для жизни таких как она место. Оно полно самых разных энергий, и Света, как и Жизни среди них нет.       Но и без этого — на корабле довольно высокий фон Бездны. А это ведёт к галлюцинациям, звуковым и зрительным, паранойе, тревожности. У всех нас свои проблемы. Если Зарикк просто держится рядом, а я всё ещё, хватаясь за предметы, получаю случайные видения и шепотки, голоса в голове, то дренейка как раз мучается от приступов паранойи, но скрывает это.       Довольно легко усомниться в реальности. Так что да, если ей нужно чувствовать живое существо, прикасающееся к ней — пусть так, я не возражаю. Тем более, что мне это тоже будет не лишним. Ничто тактильное нам не чуждо, а тёплый живой хвост или руки — это приятно. Когда она рядом, получается расслабиться.       — Чем помочь, Калира?       Меня притянули, обняли, после чего схватили за плечи и глядя в глаза попросили:       — Ну хватит уже над бумагами чахнуть! Помоги мне, а! Ну ты же такая сильная, такая умная. Так легко во всём разобралась.       Я прошипела:       — Такая обгоревшая.       Дренейка тут же убрала руки за спину.       — Прости! — а затем уже спокойнее, — но насчет помощи — правда. Там очень много деталей. Я когда смотрю, как много ещё нужно сделать, одной, в тишине, так и руки опускаются. Поговорить не с кем, — а потом прошептала на ухо, — мне кажется, тот Безликий не сбежал. И я не уверена, что справлюсь, если он нападёт. Дави, пожалуйста!       И еще и наклонила рогатую голову, умоляюще глядя в глаза. Вздохнула, посмотрев на скучающую Леонарду. Ей есть не нужно, но она всё равно приходит, чтобы не скучать в одиночестве. Та кивнула.       — Да, дел довольно много, хотя как по мне, она драматизирует. Мы не нашли на одного следа присутствия безликого. Ни аномалий в энергии бездны, ни внезапных копий. Я даже проверила големов, отклонений не нашла.       Дренейка посмотрела на копию как на врага.       — Ты не делаешь ситуацию проще! Дави! Нужна твоя помощь!       Мда, однако. Снова посмотрела на умоляющий взгляд подруги. Нет, так просто сдаваться нельзя. У меня свой проект, так-то. Не менее важный. И с одной стороны мне хочется помочь, с другой… Ладно, помогу. Но я всё равно не на помойке себя нашла.       — А что мне за это будет?       Дренейка серьёзно задумалась, оглядела меня… И улыбнулась.       — Я тебе волосы заплету. Не то, чтобы у нас есть многое, но творческий погром у тебя в волосах тебе не идёт. Со-вер-шен-но. Ты же красавица, не нужно доводить себя до такого состояния.       С этим сложно спорить. Нам даже поменяться особенно нечем. Просто потому, что личных вещей почти и нет, на корабле нет вещей моего размера. Просто как факта нет. Или меняться какими-то поделками, или вот так. Кстати, этот вариант тоже неплохо звучит. Предложу, пожалуй.       — Как ты смотришь на то, чтобы обменяться амулетами? Самодельными. У нас не так много личных вещей, но мы могли бы сделать и обменяться. На память. Ты, я, Зарикк.       Решение было принято единогласно. Когда будет свободное время, когда немного разгребёмся. Всё же нужно что-то сделать с реактором.       Пришлось впрягаться, иначе мы и правда будем заниматься этим ещё неизвестно сколько. В теории всё довольно просто. Есть порталы, которые вытягивают энергию Бездны из иного пространства. Или Свет, с противоположной стороны. Есть системы регулировки, определяющие мощность луча. Центральный канал, уплотняющий поток специальными рунами, чтобы избежать отравления бездной всего вокруг и направить луч в камеру реакции. И кристалл, в который вливаются оба потока, чтобы прореагировать внутри него. Свет и Бездна попадают внутрь, но покидают его уже продукты реакции — аркана и энергия.       Варп-ядро, как оно есть. Проблема не в этом. Проблема в десятках систем, которые обеспечивают работу всего этого. Особенно фокусировочная башня. Выглядит она как покрытый рёбрами цилиндр, на котором, все десять метров длины, установлены металлические кольца. Каждое кольцо покрыто руническими плетениями. Шутка в том, что это руны Бездны. И часть из них сгорела… И никто из нас не знает нужных рун.       Мы с Леонардой попытались их вырезать, но к сожалению неудачно. Руны — разные. Это не просто нарисовал картинку, подал ману. Если попытаться на стальной пластине нарисовать руну, например, «хагл», руну урагана, вам может оторвать руку. Нет, у каждой руны есть свои правила нанесения. Некоторые требуют рун до и после, некоторые нужно отпечатать одним движением или наносить знаки в правильной последовательности.       Леонарда на мои мучения только фыркнула.       — Поищем в библиотеке. Если найдём — хорошо. Если нет — всегда можно попробовать позвать его.       Я поморщилась, вспоминая эфириала. Бесплатный сыр бывает в мышеловке, а эфириалы это те, кто продадут вам и сыр, и место в ней. Я понятия не имею, кто такой Странник, но любое порождение бездны опасно по умолчанию. До чего может дойти искаженный этой энергией разум эфириала — понятия не имею.       — Я ему должна, если ты забыла. Если он придёт, если придет, стребует плату.       Леонарда посмотрела с любопытством.       — А ты не намерена платить?       Понятия не имею.       — Я должна, просто не уверена, что связываться с ним — хорошая идея, — бездна не способствует ясности разума.       Леонарда на это фыркнула.       — Надо же, ты стала предусмотрительной. К сожалению для нас обеих, ответа на вопрос: «где мы возьмём зачарователя, знакомого с этой рунной школой», у нас нет. Обеих. Так что прекращай ломаться и вперёд, на подвиги.       Я это понимаю, но у меня есть веская причина. Я не хочу быть ещё сильнее должна эфириалу. Вообще никаких гарантий, что он поможет. А если поможет, мы не останемся ему ещё сильнее должны.       — Нет, ты права. И всё же… Он, это крайний случай. Поищем.       Тёмная тень спорить не стала.       — Ну, раз тебе нужно время, чтобы смириться с неизбежным, мы никуда не спешим, вторичные работы ещё не завершены, — более Леонарда эту тему не поднимала.       Дни идут за днями. Время на корабле протекает совершенно незаметно. Вероятно потому, что ночь и день тут отсутствуют как факт. А учитывая, сколько мы всего делаем, еда и сон становятся довольно беспорядочными. Как и места для сна. Я один раз уснула в зарядной камере ядра. Проснулась в обнимку с Калирой. Араккоа в этом плане тоже тот ещё оригинал. Спит как сова, то есть сидя, выбирая то различные углы, то места, похожие на насесты. Пару раз уснул на достаточно широких балках каркаса реактора. Но никто не против, сами не без греха.       Руки давно уже зажили, пусть шрамы и остались. Сводить их магией я не умею, не целитель. Но обращусь, как будет время. Я не воин, чтобы тупо гордиться тем, что хреново выгляжу. Но сейчас куда сильнее занимает реактор, его размеры и сложность. Дренейка была совершенно права, работы тут…       — Да, в моём реакторе деталей поменьше было…       И верно, когда мы таки разобрали его полностью, деталями оказалась выложена половина этажа. Причём они скомбинированы по механизмам — одна комната, на полу которой лежат детали — один механизм. И их много, действительно много.       Сам реакторный зал, когда были сняты кожухи и большая часть повреждённых элементов, выглядит не особенно презентабельно. Торчащие из пола, сходящиеся к центру в единый вертикальный канал трубы, каркас, напоминающий скелет огромного зверя. И провал в полу, в который уходит основание реактора, полный труб, рунных кругов, расписанных рунами колец, катушек и непонятно чего ещё.       Стеклянные галереи, ранее превращавшие реакторную в зал какого-то храма, сняты. Часть из них пострадала в бою, часть оплавлена или растрескалась. Пришлось снять их все, и большую часть — выбросить за борт. Всё равно в нынешнем, отравленном виде его даже в переплавку отправлять — портить всю остальную партию, в лучшем случае. В итоге сейчас зал напоминает пчелиный улей изнутри, только вместо обычных сот — искусственные.       Я аж маковку почесала от увиденного, обозрев картину из верхней части зала, оттуда, где расположены порталы Света. И даже в текущем состоянии — выглядит отлично. А ещё лучше потому, что это наше. И это мысль мне нравится. А ведь это только реактор. К сожалению, осмотреть корабль снаружи… можно, на самом деле. Но сейчас это не имеет смысла, всё равно придётся многое переделать.       — Монументально. Это круче сделанного мной термояда. Гораздо круче.       Тень, стоящая рядом, кивнула.       — В целом всё неплохо. Примерно половину механизмов можно почистить, укрепить «созданием местности» и ставить на место. Ещё четверть — заменить содержимым складов. Остальное… придётся импровизировать, — Леонарда таки подумала, и с намёком добавила, впервые за эти месяцы, — Потому что я вот без понятия, как мы восстановим фокусировочный канал, никто из нас не знает рунопись бездны на нужном уровне. Да, Давилиния? - с намёком произнесла тень.       Я посмотрела на трубки, каждая из которых заканчивается порталом с одной стороны, и сходятся в общий канал с другой. На сложенные вдоль стен многочисленные покрытые рунами кольца, на которых наклеены листки с номерами. Многие руны погасли или исказились, не выдержав нагрузок. Мы можем восстановить всё остальное, но без фокусировочного канала запускать реактор опасно для всех.       Леонарда права, с этим придётся что-то сделать.       Отдельная шутка — предохранители. Как оказалось они нужны, чтобы не пропускать через портал сущности бездны. Чтобы, как во время штурма, через портал не лезли демоны. Потому используются нестабильные порталы, стабильность, чтобы они не гасли сразу, придаётся рунами. Механизм и проверяет, чтобы через портал никто не прошёл. А когда кто-то воткнул выпрямитель потока, стабилизировав портал… Это был саботажник. Вероятно, уже известный нам безликий.       И никто из нас не хочет, чтобы подобное повторилось. Следует учиться на чужих ошибках, а не повторять их. Если это уязвимость подобного типа реакторов, её следует исправить. Вопрос в том — как.       — Придётся что-то придумывать. И как минимум изменить конфигурацию портала, чтобы избежать подобного саботажа в будущем, — предложила я, игнорируя взгляд Леонарды и Калиры.       Копия фыркнула, посмотрев с наигранным удивлением. Она так-то согласна, но не язвить у неё получается редко. Ну и она явно считает, что от вызова Странника мы не отделаемся. Клон насмешливо произнесла:       — Ну, они сами себе злобные буратино, что я могу сказать. Не все могут пережить поток Бездны, особенно существа, близкие к Свету. Я вообще удивлена, что кто-то вроде Наару рискнул подобное поставить на свой корабль. Но они это сделали. И да, я бы не стала устанавливать выпрямители вообще, ограничившись предохранителями. Лишняя энергия не стоит рисков. На случай, если тебя посетила такая идея.       Взгляд перетёк на окружающий мини-портал блок стабилизации и предохранители, которые должны разорвать цепочку и выключить портал. Или — добавить ему мощности, используя выходящую из портала бездну, если на их месте стоит выпрямитель потока. Или-или.       Спрыгнула вниз, к механизму. Копия без лишнего шума опустилась рядом. Взгляд скользнул по рунной цепочке, горящей неярким фиолетовым светом арканы, по обшивке, по кристаллам электрической схемы, пытаясь найти решение, как воткнуть и то, и то. Режим форсажа для реактора лишним не будет. Но и отказываться от предохранителя — не самое умное решение.       У нас есть шесть блоков по условных сто единиц. Выпрямитель способен удвоить мощность канала, ценой стабильности всего механизма и потенциального демонического вторжения. А если…       — А если усиливать не текущий портал, а соседний? Передать излишки энергии? Да, это усложнит конструкцию, потребует проложить дополнительные цепочки, но можно будет управлять процессом. Проложим маршруты на аркане, чтобы Бездна, если что, выжгла плетения.       Клон задумалась.       — Сработает. Но нужно добавить не один контур, а три, чтобы сбрасывать излишки энергии, мало ли. Проводить аркану, хм. У нас же есть тут преобразователи? Были, снимем с накопителей, используем их.       Я приподняла бровь.       — Сбрасывать… хм. А куда? — тень указала на себя, — ты же лопнешь, деточка. Ты видела расчеты, твоё ядро не выдержит.       Тень закатила глаза.       — В портал. В портал сбрасывать, — она указала на пол, где мы, используя запасы бумаги для текстов Света, занимаемся черчением, — нужно зарисовать.       В итоге у нас получилась гексаграмма в круге — шестиконечная звезда. Это неплохо так усложняет весь стартовый механизм, так как шесть небольших порталов теперь соединены механизмами эфириалов, перерабатывающими энергию бездны в аркану, которая уже и запитывает все плетения и порталы по рунным цепочкам и каналам. Установили преобразователи эфириалов, их же трубы для передачи арканы, ценой трёх платформ и некоторой части труб, снятых по всему кораблю.       Да, по итогу выглядит это как тот еще шизотех из труб, рунных цепочек и кругов порталов, и главное — без всякого алкоголя. Сняли с платформ полукольца ограничительных барьеров, установили их, как дополнительные средства защиты. Пришлось частично расковырять пол, чтобы всё влезло, но нам нужно чтобы работало, а не красиво. Места в зале много, главное, чтобы пройти можно было и перегрева не было, остальное — не проблема.       Дренейка, когда мы закончили, впечатлилась. Могу её понять, три круга один поверх другого, собранные из металла, на котором нанесены ряды рун, причём, это важно, геометрически верно, чтобы форма не искажалась. Идеальный круг в настолько больших формациях критически важен. В шести точках — круги порталов, соединённых контрольными цепочками и силовыми линиями в общую систему. Башни конденсаторов, полукольца барьеров, предохранительные цепочки.       И всё это очень даже красиво светится бело-голубыми линиями арканы в полумраке зала. Сине-фиолетовые молнии, перескакивающие по полукольцам ограничителей. Они подпитываются бездной, так что чем сильнее будет поток, тем лучше. Мы даже тестовые пуски провели, используя мою и Леонарды энергию. А когда мы запустим порталы по настоящему, ещё по трубкам будет течь бело-синяя аркана, потоками лучей и молний, и это тоже будет очень круто светиться во мраке зала.       Сама Калира в работе участие не принимала, занятая перебором деталей для других механизмов и поиском замен на складе, всё же саботаж пожёг действительно много деталей. Увы, хаотическая природа бездны серьезно испортила всё, до чего смогла добраться.       — Потрясающе… — тихо произнесла дренейка, — просто волшебно, — она неспешно переступала между цепочками рун на всех возможных поверхностях, вчитываясь в них, — любопытное решение. Использовать аркану… выход будет меньше, и безопаснее, понимаю.       Дренейка ещё некоторое время бродила среди механизмов нижнего яруса, улыбаясь и вчитываясь в решения. Как артефактор, пусть и ученик, она как и я, многое узнала за эти годы и видела решения как дренеев, так и эфириалов. Пожалуй, из всех моих знакомых только она может оценить всю глубину этого решения. Даже магистр Альданос не смог бы, не хватило знаний.       В этот момент я поняла, что почти и не думаю о семье, более озабоченная текущими проблемами. Я привыкла, адаптировалась в очередной раз, приняла размеренную жизнь здесь. И про ту же Калиру, Зарикка, их благополучие я думаю часто. Родители… они в Тераморе, как и учитель. Если вождём не стал Гаррош, у них всё будет хорошо. Громмаш не идиот ссориться с теми, кто снабжает его парней, пусть и через перекупщиков. Всё у них будет хорошо, я в этом уверена.       Вернулась в реальность, подхваченная широко улыбающейся и смотрящей мне в глаза Калирой.       — Мне нравится, — почти прошептала подруга, ещё раз бросая взгляд назад, — так красиво! — она наконец оторвала глаза от рунных цепочек, чтобы рассмотреть меня, — эмммм, Дави. Ты грязная, как… как… у меня слов не хватает, как!       Я усмехнулась и пустила по телу ману, отчего пятна краски начали светиться, словно у собаки Баскервиллей. При том, что кончики волос и пальцев давно уже светятся.       — Краска для рун. Отмоется.       Дренейка не согласилась.       — Нет, Дави. Я организую бассейн и ты идёшь отмываться. Сейчас же. Мы обе знаем, что эта краска токсична и сделана из самых экзотичных материалов.       Ну, не то, чтобы она не права. Но в моём нынешнем состоянии, чтобы меня отравить, нужно немного больше, чем просто химическая краска.       — Да, мамочка… — я вздохнула.       А ведь так хорошо начали. Леонарда аккуратно толкнула в спину.       — Иди, развлекайся. Без тебя справлюсь, — на мой недовольный взгляд добавила, — мне не нравится твоё пренебрежение к собственной внешности. Да, смотреть на тебя тут особенно некому. Но это не значит, что можно просто взять и забить. Я твоё альтер-эго и категорически против того, чтобы мой шаблон, оригинал, выглядел уродливо или неопрятно. Я хочу себе нравиться, так что иди сама, или в ванной утоплю тебя уже я.       Лаааадно. Я таки решила прикопаться, изобразив смущение:       — Моя младшая сестренка хочет принять ванну вместе?       Леонарда вместо ответа сотворила над рукой сферу тьмы.       — Нет, я буду стоять над душой и зачитывать:

Вдруг из маминой из спальни,

Кривоногий и хромой, Склизкий, жуткий, инфернальный,

Облачённый бахромой

Шевелящихся отростков,

Испускавших бледный свет.

Цвет! Огни, которым места В познанной вселенной нет.

      Я засмеялась и включилась в процесс исполнения:

Не евклидовым тотчас же

Коммуналки стал декор,

Там где адское отродье

Исторгалось в коридор.      

      Леонарда, сменившая облик на имперского Инквизитора, только с микрофоном, подхватила:

Искажая перспективу,

Источая едкий гной,

Тысячей аморфных пастей

Издавая хищный вой,

Надо мной разверзлась бездна,

Свет поник, не стало дня.

Рваные куски рассудка

Ускакали от меня.

      Дренейка в полном восторге захлопала:       — У вас очень красиво получается петь. Я требую устроить концерт, как-нибудь потом. И кстати, о ком вы пели? Особо страшный демон Бездны? По описанию похож.       Леонарда, вернув себе родной облик, пожала плечами. Пришлось пояснить за Мойдодыра.       — Я не против. А теперь гребите приводить себя в порядок. Обе.       Ну, мы и пошли. С грязью и одеждой у меня и правда сложности — нет тут одежды на мой размер. Вообще, все жители этого корабля были как минимум раза в полтора крупнее. Дренейская рубашка для меня — как платье с рукавами. Нормальных штанов или обуви — нет как факта. Просто потому, что у некоторых копыта, или лапы, так что единственный вариант — перевязанные самодельными верёвками портянки. Нет, может спать в подобном и удобно, но работать… Ну не использовать же для покраски боевую мантию. Она у меня одна.       В общем, приходится смириться с тем, что есть и ходить так, словно я не руны наношу, а только что проснулась и нацепила первые попавшиеся вещи. Это создаёт и очевидные проблемы — защиту слишком большая одежда даёт не лучшую. Еще и длинные волосы… действительно длинные, мы их за… сколько я уже месяцев тут сижу, не стригли. Оно красиво, конечно, когда они светятся.       Но ещё волосы тяжелые и мешают. Но я привыкаю. Привыкла стричь их лезвием, работать в чём есть, а не как удобно. Выжить на той фабрике и не стать неприхотливой почти невозможно. Это перенеслось и сюда, на корабль.       У подобного есть и плюсы, как оказалось. Потому что ванная, рассчитанная для дренея для меня — натуральный бассейн. Небольшой такой, скорее джакузи на троих меня, но только нырнув в него, понимаешь:       — Хорошо-то как… Калира, я тебя обожаю.       Она засмеялась.       — Ты слишком увлекаешься и забываешь про себя. Зря, ты красивая, но слишком часто засиживаешься в мастерской. И отказываешь себе в том, чтобы выглядеть потрясающе.       Красивая, хм. Да, мне нравится. Мысли немного вильнули в сторону того, что мне… нравится это слышать. А ещё я как-то засмотрелась на Калиру, кхем.       - Лоляяяяяя - провыла откуда-то Леонарда, испортив всё настроение.       Ну да, я выгляжу совсем не полноценной девушкой. Так что пусть мне и приятно... это пустое, увы. Переключилась на работу, чтобы не думать об этом:       — Но это важно. Починить тут всё. Чтобы мы могли жить при верхнем освещении, а не от заклинаний.       Дренейка не стала спорить.       — Ты права. Но ты пусть и маленькая, но девушка. И это значит, что тебе нужно хорошо выглядеть.       Слышать подобное — приятно. Не удержалась, кажется покраснела… или посинела, удивившись самой себе. Тому, насколько мне нравится это слышать. И снова радость сменилась грустью от понимая того, какой я могла бы быть. Да Винчи ведь - "викторианская красавица". А я пусть и милая, но уж точно не викторианская. Интересно, есть ли у меня подобное и если есть, какой архетип там вбит. Я об этом раньше совсем не думала, но может ли быть так, что я не расту не из-за Бездны или плохого питания, а потому что это моё личное проклятие - быть мелкой и плоской?       Решив не портить настроение себе и окружающим, таки отбросила эту неприятную мысль.       — Спасибо, Калира, — запнулась, не зная, что добавить, — ты тоже, ну, симпатичная.       Меня с улыбкой потрепали по голове.       — Говорить комплименты ты не умеешь, но спасибо. Неужели опыта нет? С твоей внешностью, все парни должны быть твои.       Я развела руками.       — Ну, во-первых возраст. Во-вторых, я кучу времени проводила в мастерской или «в поле». Там парни обычно только через прицел видны. А в третьих я из деревни, там не такой уж большой выбор. В четвёртых... мне и так хорошо, вот.       Калира состроила печальное лицо.       — Бедная-бедная Дави, неужели никто не смог найти дорогу к сердцу нашей маленькой механика?       Я пожала плечами:       — Был один, Веридиэл Звездочет. Я тогда свой псевдоним, Дайна Идущая за Звездами, и придумала, — пока мы отмывались, пересказала ей историю знакомства с этим кадром.       Калира посочувствовала, но посоветовала знакомство с этим кадром продолжить.       — Не обязательно доводить его до чего-то. Но я так поняла, он сын кого-то важного? — я кивнула, — ну вот. Такие знакомства лишними не бывают.       Разумеется, дренейка пришла, чтобы помочь привести себя в порядок. И чтобы поиздеваться над моими волосами. В частности, заплести их в несколько косичек. Большую, сзади, и маленьких, вокруг лица, чтобы волосы не мешали. И где-то нарыла платье. Дренейское, традиционное, но довольно короткое. Для дренейки короткое, для меня — как раз, правда болтается, но тут пришлось изворачиваться с поясом. Ну нет здесь нормальной одежды моего размера, нету!       Зато, осмотрев себя после, могу сказать: стало гораздо лучше. Да, я выгляжу не как маг Кель’Таласа, а как крестьянская дочь, одетая по принципу «что от старших осталось», с косой до пояса и маленькими косичками вокруг лица, в обмотках на ногах, но кому не плевать? Все те, кто мог бы докопаться на тему «не подобает» остались далеко позади. Хотя реакция была разной. Если дренейка сказала, что я очень милая и она не против иметь такую младшую сестру, то Леонарда… Эта паразитка имеет доступ к моей памяти, сама открыла. И вот она аналогии провела моментально. И разошлась не на шутку, что привело к очень… непростому разговору. Опять же, с дренейкой.       К её чести, Калира, пусть и косилась, но сама вопросов не задавала… А у меня встал вопрос: рассказать о моём… прошлом, или нет. О реальном прошлом, насколько я его понимаю. Полностью, а не ту часть, которую она уже знает.       Против этой идеи банальная перестраховка. Я не знаю, как она воспримет такие откровения. За — рано или поздно, она что-то поймёт. НеЯ слишком не беспокоится о таких вещах. А дренейка, да и Зарикк не идиоты, видят, что моя копия ведёт себя решительно не так, как я. И сделают вывод, что я что-то о себе скрываю. Оно не проблема, конечно. Мы все не знаем всего друг о друге. Но…       Я уже упоминала прошлую жизнь, когда мы оказались в иллюзии Падшего. Вероятно, есть смысл рассказать больше. Ни дренейка, ни араккоа не лезли с расспросами. Возможно, стоит это исправить, как жест доброй воли. Да, так и сделаю.       Решила провести этот разговор ещё через неделю. Мы постепенно наращиваем «мясо» на реактор, собирая уцелевшие элементы, добавляя их запчастями, найденными на складах. Там, конечно не найти кольцо с рунной цепочкой, но трубки и механические элементы конструкции, кристаллы-заготовки под схему там есть.       Процесс это очень не быстрый, так как мы проверяем всё по несколько раз, укрепляем, собираем, проверяем по новой, проверяем, как оно подключено относительно остальных блоков. Но за эти годы мы к подобной работе привыкли, слишком много её выполнили. Големам такое не доверишь, пришлось бы прописывать каждое действие, приходится лично.       И такую работу очень хорошо разбавляет как раз обсуждение всякого. В частности — моего прошлого, с комментариями Леонарды. Она подслушивала и вставляла комментарии. Причём била по самым спорным местам.       — И когда она восстановила память, то решила, что ей никто не нужен, — Леонарда взлетела, выпятив грудь: — мне никто не нужен, я сама всё порешаю… Эти разумные мне никто…       Очень захотелось провалиться сквозь пол.       — Я изменилась. И даже вытащила их из лап той кошки, Ширваллы.       Дренейка встала на мою сторону. И посмотрела на тень неодобрительно.       — Ошибаться — нормально, Леонарда. К тому же Дави стыдно.       — Спасибо, — и снова мне стало немного теплее.       Я как каджит в скайриме: эти белые пески холодны, но благодаря тебе мне становится теплее.       В общем… прошло всё неплохо. Даже вмешательство Леонарды помогло, сместив фокус обсуждения на принятые… довольно спорные решения поначалу. А у меня теперь есть кто-то, кто знает мою полную историю. Первый разумный, на самом деле, я до этого ни с кем не откровенничала. Не знаю, почему я это сделала, но именно такое решение показалось правильным.       К сожалению всё это — только частности. Одиночные события среди месяцев работы над реактором. Монотонная подгонка деталей, залив и укрепление «созданием местности». Перебор устройств, одного за другим. По моим расчётам прошло около полугода, но я не могу точно сказать, день, неделя или год. Слишком монотонно, одинаково. Привычно.       Реакторная снова начала обретать форму. Были пересобраны отдельные механизмы, причём у обоих половинок. Хорошая новость — верхняя часть, собранная для подачи энергии Света, повреждена куда меньше. Нет, буйствующая бездна повредила и этот механизм, отравив его, но кожухи выполнили свою задачу и урон был по большей части внешним. Да, пришлось применить сборочный куб, немного опустошить склады, но месяца за два мы всё починили просто действуя по инструкции.       Вот нижний блок, Бездна… Мы перебрали основные механизмы, что смогли, восстановили сами.       — Проблема в том, что нам не хватает знаний, чтобы восстановить фокусировочный канал. И камеру реакции.       Камера во время выплеска бездны оторвалась, пробила стену и смялась. И там тоже нужно восстанавливать рунические цепочки, причём не только арканные. Леонарда согласилась:       — Увы но да, нам нужна помощь. И мы обе знаем, кого можно попросить об этом.       Знаем. И мы обе знаем, почему я не хочу этого делать. И что, скорее всего, придётся.       — И я понятия не имею, что он стребует за помощь, учитывая, что я ему и так должна.       Калира замахала руками, привлекая внимание к себе.       — Эй, вы двое. О ком вы говорите вообще? Кто этот помощник, которому ты должна?       — Я.       Сосульки оказались заготовлены на голых рефлексах, как и сферы тьмы Леонарды, вместе с Зарикком. Потому что в помещении оказалась пятая личность. Эфириал, чья гуманоидная, скрытая под бинтами, наплечниками и короной фигура столь полна Бездны, что он куда материальнее своих коллег. Странник, он пришёл лично.       Следил, похоже. Я не знаю, как многое он может отследить, но заметить пропажу своего актива он мог. Похоже, найти тоже смог. И, как и в прошлый раз, пришёл, когда я не смогу ему отказать. Потому что понятия не имею, у кого ещё найти нужную информацию.       Я вздохнула, понимая, что в этот раз увильнуть не получится.       — Калира, знакомься. Странник. Эфириал, который пользуется Бездной, спас мне жизнь и потенциально мог бы помочь в нашей проблеме. А ещё, похоже следит за нами.       Калира улыбнулась, впившись глазами в фиолетовую, насыщенную бездной тень, проступающую под бинтами:       — Здравствуйте, — но эфириал никак не отреагировал.       Он повернулся ко мне.       — Легко найти того, кто не прячется. Ты начала познавать бездну, но ещё не приняла её. Хорошо, недостаточно.       Я подняла руку.       — У нас там проблема с реактором. Точнее с фокусировкой луча. Есть возможность получить нужные знания? Раз уж мы здесь заперты, отработаю.       Если получится, плевать, договоримся. Поработаем наёмниками. Самиру бы сюда, вот уж кто понимает, как ведутся подобные дела.       — Мы, — подняла руку Леонарда, — раз уж мы здесь.       Странник обратил внимание и на неё.       — Ты — отражение. Любопытно, — повернулся ко мне, — вижу, тебе не чужда ирония.       Ничего не поняла, но спрашивать желания нет. Мне этот парень не нравится, я его опасаюсь.       — Итак, что нужно сделать, чтобы ты согласился? Ну или просто нашёл нужную информацию.       — Не нужно искать то, что у тебя уже есть, — заметил эфириал, — вопрос в том, чего нет.       Я сложила руки на груди.       — Леонарда не продаётся. Но выполнить пару заданий можем. Или не пару, всё равно ремонт займёт некоторое время.       Дренейка, до этого молчавшая и вообще показывающая недовольство тем, что её игнорируют, потребовала:       — Я тоже с вами.       — Нет, — возразила и я, и Леонарда. Мы переглянулись и она продолжила, — если что мы уйдём через Бездну. А ты можешь получить урон, — она посмотрела на Странника, — что у тебя есть для нас?       У меня есть и личная причина. Я не знаю, что выберет Калира, если мы в процессе столкнёмся с Армией Света на Ксенодаре. Я вот не собираюсь вступать в армию боевых рабов Света. А что выберет Калира… я вот не знаю. И проверять не намерена.       Эфириал трескуче рассмеялся.       — Познание и работа. Настало время.