ILU

      Почему-то было ужасно холодно. По стеклу звонко барабанил дождь, размывая вид на улицу. В такой уютной комнате с приглушённым тёплым светом лампы, со шкафом, на полках которого аккуратно красивыми рядами встраивались книжки и комиксы, некоторые из которых принадлежали младшему в семье, вместе с ними и фигурки, а рядом на стене несколько постеров с обложками альбомов любимых групп, витала тревога, которая уже скорее начинала надоедать, чем делать свою работу. Здесь среди всех этих вещей, пропитанных спокойствием, что Ён Хи так любила, всё равно смогло присосаться такое противное чувство.       Она теперь по-хозяйски расхаживало по дому, заглядывала в каждую комнату и на каждую полку, всё детально рассматривая и запоминая. А прогнать прочь никак не получалось — она лишь показывала язык и противно хихикала, явно не собираясь никуда отсюда уходить.       Теперь она сидела в комнате рядом на кровати, назойливо теребила плед под девушкой и надоедливо жужжала что-то на своем языке, не смолкая ни на секунду. Неприятный шум заполняет мысли, и всё опять мешается в огромную кучу. Все ниточки путаются в огромный клубок, который Ён Хи было не под силу распутать.       А ударить со всего маху одноклассницу под силу?       Воспоминания как змея прыснули ядом какой раз за этот вечер. И больше всего бесило то, что она запомнила всё в мельчайших подробностях. Каждую деталь, каждую свою и чужую эмоцию, ощущение, взгляды, мелкие вздохи. Мало того, она почти визуально видела её перед глазами, будто на экран вывели её жизнь от первого лица.       Рука, которая позже слабо ныла, опять отозвалась фантомной болью. Голова болела от мыслей и усталости.       Когда её вели к директору всё было таким нечётким и странным. Учитель совсем не скупился на ругательства, не стесняясь детей вокруг. Любой ей заданный вопрос казался бессмысленным и мозг не мог воспринять ни одно из пустых букв и звуков вылетающих из ртов взрослых. Перед глазами просто снова и снова проскальзывала картина. Раздражение, смех, учебник, напуганные глаза, чувство мести, кровь, стул, староста и наконец осознание. Всё пролетело моментально, быстро как молния, но до ужаса отчётливо, будто смотришь телевизор.       Потом узнали и родители. По приходу домой Ён Хи телефон уже разрывался от звонков, и гневных сообщений, которые и читать было страшно, поэтому они до сих пор висели как непрочитанные. Грозные голоса, тирады, укоры и последняя холодная фраза: «дома поговорим», после которой не последовало прощания, а лишь тяжёлое оповещение о завершении вызова, поселили в душе тревогу смешанную со страхом. Не смотря на тепло в комнате, пальцы рук и ног были холодными, живот скрутило от нагнетающих мыслей. Время давило, ведь с каждой секундой приход родителей был всё ближе.       Хотелось просто уснуть, чтобы избавить себя этих чувств хотя бы на пару часов, но она не могла. Переживания никак не хотели выходить из головы, как бы Пак не старалась себя отвлечь. Новость о том, что одна одноклассница наваляла другой в школе начала разноситься ещё когда Ён Хи не успели увести к директору. Через пару часов знали родители Ён Хи и Ми Ны, и скорее всего и других одноклассников, на данный момент уже знал каждый ученик школы. Она знала это наверняка и даже не сомневалась. Было не так страшно объясняться перед родителями, как идти в школу.       А может её всё же отчислят?       И честно, эта мысль только радовала.       Ён Хи устало потёрла лицо, будто это избавить её от терзаний. Каждая её конечность отзывалась болью от усталости. Просто быть сейчас здесь было до ужаса неуютно, поэтому она легла и почти не двигалась, будто она ошиблась домом и лежит сейчас на совсем чужой кровати, а предпринимать уже что-либо уже слишком поздно.       Вдруг громкие звуки дождя и уличной городской суеты, что еле пробивалась сквозь стены ливня, прорезал чёткий и бьющий по ушам рёв мотора. Ён Хи прислушалась, убирая руки от лица. От её окна звук прошёлся дальше — к забору, ведущий во двор её дома, и затих там же. Встав с кровати, девушка начала перебирать варианты кто бы это мог быть. Наверняка приехали на мотоцикле, однозначно это точно не родители. Доставка? Она ничего не заказывала. Пройдя по коридору и приблизившись к входной двери, Пак услышала торопливые шаги по дорожке и скрип половиц крыльца — кажется неожиданный гость поднимался по ступенькам, переступая сразу через одну, при этом с характерными шлепками прыгая прямо в самые глубокие лужи. Оставался только один вариант...       —Ён Хи, открывай быстрее! — послышался торопливый крик, который еле-еле пробивался сквозь шум проливного дождя и сопровождался громкими стуками дверь, — Это я Су Хо, спишь там что ли?       Ён Хи торопливо зашагала к двери, открывая замки. С улицы резко повеяло холодом и влажностью. Су Хо быстро протиснулся во внутрь. Весь промокший до нитки: волосы прилипли сосульками ко лбу, с одежды ручьями стекала дождевая вода, от чего под парнем начала образовываться лужа, а коврик и вовсе промок насквозь, про кроссовки вообще лучше молчать, будь он в кедах они бы уже превратились в носки. На пол себе под ноги он поставил такой же мокрый пакет, в котором что-то шелестело.       Ён Хи ахнула, сразу же доставая из шкафа, стоящего там же в коридоре, полотенце и отдавая его Су Хо.       —Господи, — она оглядела это насквозь мокрое недоразумение, которое сейчас обтряхивалось, разбрасывая капли во все стороны, и вытирало лицо, шею и волосы полотенцем, и похожее на пса, попавшего под ливень на прогулке, — Ты что, в дождь работаешь?       Он принялся старательно обтирать руки и периодически морщился от неприятно прилипающей к телу одежды. На её слова он саркастично фыркнул:       —Ага, на бабушку, — он беззаботно улыбнулся, кивая на пакет, который покоился на полу и почти растёкся лужей по поверхности, печально понурив бумажные ручки вниз, как высохший цветок, — Попросила тебе привести кимчи. Я поехал, а тут дождь лупанул.       Он немного неровно сложил полотенце и положил обратно на место. Наклонился, доставая из пакета свёрток из фольги, и протянул его Ён Хи. На минутку сердце пригрело теплом. Возможно, Су Хо поехал дальше по дождю, потому что разворачиваться обратно уже не имело смысла, но всё же стало приятно, что он приехал к ней, пусть и весь промокший, но приехал. Ну и дурак.       Ён Хи улыбнулась, и отложила свёрток на тумбу.       —Спасибо бабушке и тебе тоже. Проходи, хоть высушим тебя, — вздохнула девушка, вновь оглядывая Ана, мысленно прикидывая насколько долго потом нужно будет высушивать коврик, — Простудишься.       Он вдруг вскинул брови, и почесал затылок. Так будто уже успел что-то натворить. Он достал из внутреннего кармана ветровки телефон, и тыкнув пару раз по экрану, помахал телефоном перед девушкой, неловко улыбаясь. Ён Хи успела разглядеть на экране карту, с встроенным на нём пути. Навигатор.       —Извини, клиенты ждут, — он резво повернул телефон обратно к себе экраном и театрально нахмурился, бегая глазами что-то вычитывая, — Ого, ты посмотри, если через десять минут не привезу, то заказ отменят. Мне спешить надо!       Ён Хи сразу же нахмурилась. Всё-таки Су Хо действительно иногда был полным идиотом. Она уже знала наперёд, что его наверняка уговаривали никуда не ехать и отдать заказы тому, кто был готов в проливному дождю, но Су Хо благополучно отказался. А потом бы слёг на неделю с температурой, невольно заставляя бабушку с ним возиться, ещё бы сказал что с ним всё прекрасно и попёрся бы в школу, шмыгая носом и кое-как стоя на ногах. Хотя, уже и так было поздно — он стоял прямо перед ней промокший до нитки и, начиная образовывать искусственный водоём из её коридора.       Ён Хи сложила руки на груди, принимая серьёзный вид, который до ужаса не подходил невинному, бледному, девечьему лицу. От растерянной из-за нежданного гостя девчонки не осталось ни следа, перед Су Хо сейчас стояла самая настоящая мать, обозлённая на своего непутёвого сына, который порвал штаны, испачкал футболку или подрался с другим мальчишкой. И конечно же в роли сына был Су Хо. Один раз он ляпнул, что боится Пак в такие моменты, после чего не хило так отхватил.       —Ты что, серьёзно в такую погоду работаешь?— воскликнула девушка, сразу же подскакивая к Су Хо, который уже позарился поскорее сбежать, — Совсем сдурел!       Она дёрнула ручку двери на себя, за которую уже успел схватиться парень. Но она сразу же осеклась. По руке от резкого движения прошлась еле заметная, но резкая боль, подобная удару током. Ён Хи отдёрнула руку, невольно морщась. Она не успела сказать ещё какой-нибудь упрёк в сторону Су Хо, как он её перебил. Пришла его очередь возмущаться.       —Эй, что с рукой? — он обеспокоенно склонил голову в бок поближе к ней, будто пытался разглядеть повреждения через кофту пижамы, — Это из-за сегодняшнего что ли?       Последняя фраза также ударила током, только теперь уже по всему телу. До осознания дошла мысль о том, что Су Хо тоже об этом узнал. Все вопросы и возмущения в сторону Ана сразу же испарились, и тревога вернулась на своё положенное место, сидя рядом на тумбочке и весело махая ногами. Девушка сразу же отдёрнула руку, пряча её за спину. В груди начал зарождаться липкий стыд. Он окутывал одеялом, не давая нормально пошевелиться, из-за чего стойка стоять вот так перед парнем становилось ужасно неудобно.       Су Хо не очень любил когда руки распускают без реального повода. Предпочитал ждать пока нападут первыми, либо пытался затушить напряжение, которое ведёт к драке. Этот факт как раз и пробуждал в окружающих, которые знали его, уважение. Ён Хи тоже это ценила в нём, так делают люди с мозгами ведь иногда влазить в неприятности себе дороже. К тому же из-за драк, в которые Су Хо как ни крути, а попадал и его репутация смогла подорваться. Поползли нежеланные слухи, а от них пошли и пошлости, которые позже задели даже саму Ён Хи — Ми На постаралась.       Но Су Хо в свою очередь ко всем сплетнями, половина из которых была полным бредом, относился на удивление спокойно, точнее не обращал внимания вообще. Он никогда особо не стремился за тем, чтобы оставаться у всех на языках, как крутой мальчишка, который нравится девочкам. Знал, что близкие люди знают что правда, а что не , поэтому был спокоен.       В случае с Ён Хи был и веский повод и тот факт, что парень и сам посоветовал вмазать Ми Не разок, но в душе всё равно зародился страх о осуждении со стороны Су Хо. Наверняка он слышал многое — и правду и уже придуманные детали, а вот что именно могли придумать гнилые рты сплетниц уже было неизвестно.       —Ничего. Не бери в голову, — девушка опустила голову куда-то на влажный коврик и уже хотела сбежать.       Су Хо остановил девушку рукой, оставляя мокрый след и появление мурашек по коже. Похолодело на секунду, а потом на месте прикосновения приятно зажгло кожу и моментально появился контраст. Контраст между резким холодом тела и согревающим теплом отпечатка руки, ощущая его каждой клеточки своей кожи. Контраст между внутренним беспокойством и противоречащей её мыслям реакции. Что-то очень странное, еле уловимое в воздухе заставило её саму остановиться, дослушать что же в заключение скажет парень.       Су Хо нахмурил брови, отпуская её руку. Будто забыл что ей больно. Он уловил её избегание от проблемы. Это было постоянной дилеммой, которая от Ён Хи никогда не уходила. Она постоянно все прятала и скрывала, говорила что всё хорошо, привыкла молчать, будто действительно никогда не нуждалась в помощи и сама могла со всем справиться. Как бы это не было грубо, неприлично или обидно она была слабой. Ей нужно надёжное плечо, которое даст ей возможность уверенно встать на ноги. Она бы не смогла подняться с колен одна, когда все ноги и так были покалеченные и ужасно болели.       Су Хо не стал делать так, как сделали бы другие — лишь помогли встать и ушли, опять оставляя одну неокрепшую и больную. Су Хо сначало решил бы обработать раны, залечить синяки, подуть если шипит, а тогда бы и подал руку. Он бы сделал это не так как другие, которые помогли бы так, ради приличия и без эмоций, лишь ожидая обязательное «спасибо» в конце. Он бы сделал это с успокаивающей улыбкой и редкими не обидными шутками, крепко сжал бы руку, аккуратно поднимая с земли. Он бы не ждал благодарностей, а просто пошёл рядом, поддерживая в нужный момент. Был бы рядом. Смотрел. Улыбался.       Всё легко и искренне. Искренность и должна быть лёгкой и несложной.       —Ён Хи, — он чуть понизил голос, ловя её ответный взгляд. В нём чувствовалась уверенность, заботливая жёсткость, что была для него совсем не противоречива, — Всё хорошо, ладно? Расскажи мне.       Она моргнула, чувствуя что на душе стало легче. Но Су Хо ждал подробностей. Подробностей не из чужих ртов услышанных и переданных через такие же чужие уши, а от неё самой. Без умалчиваний и лишних тайн. Всё на чистоту, как всегда просил Су Хо. Как поступал он сам.       И он послушал, не перебивая и подперев входную дверь спиной, за которой до их пор шумел дождь. Он иногда хмурился, похоже что сдерживался, чтобы не вставить свой импульсивный комментарий. Воспринял он явно это бурно, ещё с минуту всё переваривая и прокручивая у себя в голове. Взвешивал все за и против. Думал и пришёл к конечному выводу. Он не осуждал её ни в коем случае, просто судил что бы сказать ей, как отреагировать, хотя сам бы сейчас сорвался и побежал по проливному дождю разбираться, кричать, негодовать. Даже если это совсем не нужно.       Молчание с его стороны затянулось. Он отвлёк свой взгляд от рассматривания своих кроссовок и кивнул. Глаза встретились с тревожным взглядом напротив. Таким совсем невинным, ищущим надежду на одобрение.       —Ён Хи, я не осуждаю тебя, — он сказал это твёрдо без тени сомнения, смотря прямо в глаза, будто передавая ей все свои мысли, — Ты молодец. Ответить кому-то на издевательство дорогого стоит, правда.       Он тепло по-доброму улыбнулся, заметив растерянность девушки. Что-то мягкое и тёплое окутало быстро бьющейся сердце. Обволакивало каждую клеточку, не оставляя ни одного просвета, питало сосуды приятным жаром. Что-то такое было во взглядах, в мимике, в движениях. Су Хо часто вёл себя небрежно, но делал это всё не из вредности, а потому что был настоящим, живым. Он никогда не переставал уходить из этого состояния, он им жил. Никто не видел его другим, он всегда светился ярче всех, улыбался теплее всех.       Или только Ён Хи это замечала.       Их внезапно появившиеся дружба стала чем-то совсем необычным. Как будто так всё и было задуманное ещё с их самой первой встречи, когда они только выпустились из средних классов и перешли в старшие. Странный и неловкий диалог, что вдруг завязался между ними в общей аудитории, пока директор произносил торжественные речи. Она не знала когда это появилось, что-то другое, не просто дружба. Когда рядом с ним становилось спокойней, немного навязчивая забота со стороны парня стала обычным явлением, но которое всё также заставляло улыбнуться, или когда он стал ей постоянным попутчиком по совместному досугу, когда она помогала ему с уроками, а он мучительно хныкал и просил остановить этот адский поток знаний, который без конца лился из её рта. В тот момент когда все эти совсем непримечательные на вид моменты в их с ним дружбе стала чем-то необходимым. Её воздухом. Её жизнью.       Тогда, когда она могла дышать полной грудью.       Она грустно улыбнулась и закивала.       —Знаешь, я не хочу возвращаться в школу, и разговаривать с родителями я тоже не хочу, — Пак опустила глаза вниз, начиная увлечённо рассматривать свои ноги. Стало странно мутить от вдруг появившиеся чувств, непонятных ей, — Но... спасибо. Су Хо, спасибо тебе.       Он наклонился, пытаясь словить её взгляд. Он махнул рукой перед её лицом, пытаясь обратить внимание полностью на себя.       —Эй, — начал он полу шёпотом, также тихонько улыбаясь, — Я рядом.       Стало спокойно. Пусть это было и не совсем так, Су Хо не мог всегда прийти к ней сразу или понять что ей сейчас плохо, но всегда ждал от неё подробностей. В любую минуту его жизни, всё равно он попытается помочь, даже если бессилен. Всегда думал как же лучше сказать, поступить, что лучше бы посоветовать. Пытался подтолкнуть её саму к правильному решению. Поэтому он оставил Ён Хи от себя осадок, не существенный конечно, а духовный, но он ощущался сильнее всего, даже если он сам находился за тысячи километров от неё.       Су Хо не знал откуда взялась его тяга заботиться о Пак, но всё равно все внутренности согревало что-то, когда он видел как Ён Хи становилось лучше. В этот раз она сама решила повернуть свою жизнь, и он знал что именно в лучшую сторону. Пусть и появились определённые последствия всё равно пришло самое главное — убеждение в своих силах. Что они всё-таки всегда были с ней просто проявились только сейчас. Ярко, с отдачей. Промелькнула гордость за неё. Он чувствовал что всё это было правильным.       Тревога нахмурилась и подорвалась с места. Вспыхнула и начала ходить по дому взад вперёд, ища что-нибудь потяжелее, чтобы это можно было кинуть в эту парочку. Она уже поняла что проигрывала. Пришло яркое солнце и ослепили её. Она становилась лишь нелепым пятном на стенке, которое глупо моргало глазами.       Она улыбнулась уже уверенно и подняла голову. Су Хо выпрямился следом. Он явно сказал то, что было нужно. Совсем немного, буквально несколько фраз, но сколько в них было значения.       —Как там мелкий? — Су Хо перевёл тему, поняв что всё хорошо.       Их с Ханылем дружба была очень странной, понятно что неравной, но славной. Ханыль называл Су Хо Хёном, и всё время тащил его поиграть в приставку. Тогда на одного ребёнка в окружении Ён Хи становилось больше. Су Хо с азартом нажимал на все кнопки джойстика, и когда начинал проигрывать начинал кричать что-то как резанный. А Ханыль лишь самоуверенно ухмылялся своей победе и соглашался на предложение Су Хо переиграть.       Один раз Су Хо заикнулся что не любит вредных детей, но видимо Ханылю, который мог и носом повертеть, условия свои поставить и язык показать, повезло. Они вместе и конфеты воровали и дурачились и смеялись с одного и того же. В общем, Су Хо обзавёлся младшим братом, а Ханыль старшим. Су Хо точно также как и вся их семья переживал за младшего Пака, когда его положили в больницу под уколы и капельницы. А Ханыль хныкал и дулся, когда Су Хо не мог прийти к ним в гости из-за неудобного графика работы.       —Врач говорит, что состояние стабильное, — кивнула Ён Хи, облокачиваясь о косяк стены. Перед глазами всплыл весёлый, но замученный вид младшего брата, — Рассказал мне недавно о своей предстоящей операции.       Су Хо уже открыл рот, чтобы ответить, но вдруг у него зазвонил телефон. Он взглянул экран, и прочитав имя контакта. Он кажется выругался себе под нос и резко засуетился, открывая входную дверь.       —Ён Хи, извини, — он обернулся на неё, уже стоя на крыльце. Он махнул телефоном перед её лицом, — Я тебе позвоню, ладно? А то меня точно прибьют.       Девушка растерялась. Она не хотела чтобы он уходил. Лишь несколькими словами, одним свои присутствием он смог прогнать тревогу, хватая ту за шиворот и выкидывая прочь из дома. Та сейчас сложила руки на груди и мокла под дождём где-то за забором дома. Постоянно ругалась на проезжающие мимо машины, которые окатывали её ледяной водой ещё больше. Не хотелось, чтобы она вновь залезла к ней.       В голове крутились ещё фразы, которыми они бы могли с ним перекинуться ещё, шутки, с которых могли бы посмеяться. А сейчас глупые обстоятельства просто забирали у Ён Хи самого важного человека. Тот кто смог победить её переживания. Так легко, почти не прилагая усилий.       —Стой, погоди, — крикнула она Су Хо, который уже спустился вниз по ступенькам.       Она подошла к порогу. С улицы сразу же потянуло холодом и на кожу начали падать мелкие холодные капли дождя, но Ён Хи не обратила внимания. На языке крутилось ещё что-то. То, что словами кажется и не передашь полностью. Казалось, что это должно было уже давно вырваться у кого-то из них, но оно упорно сидело внутри не озвученным. Росло, становилось сильнее, больше.       Мешал страх, что если это вдруг пролетит в воздухе между ними всё вдруг сломается и разрушиться. Тогда держаться уже будет не за что и кто-то из них двоих завянет. И обоим так же казалось, что боится только он сам.       Боялись оба.       Сердце бешено застучало, а горло сжалось. Стало немного страшно и тревожно. Почему-то не было холодно, наоборот ужасно и невыносимо жарко. Захотелось тоже выбежать на улицу под проливной дождь, чтобы вода смыла все эти странные эмоции. Но тогда бы это было неправильным. Это должно было случиться именно сегодня. Лёгкие и рёбра чувствовали это, отдавая импульсы прямо в сердце.       —Знаешь, — всего три слова. Очень простые, но с таким непростым значением. Скажи ты это голос начнёт становиться тише или ломаться, превращаться в неразборчивое бормотание. Но она скажет чётко и громко, — Ты мне нравишься.       Всё сжалось.       Оно вырвалось так неожиданно даже для самой Ён Хи.       Су Хо не сразу понял что ему сказали. Он поднял брови вверх и моргнул один раз. Он молчал, не отвечал. Потом улыбнулся, всё также просто, будто ему сказали самую будничную фразу.       Именно тогда Ён Хи запомнила каждую эмоцию на его лице, улыбку, взгляд, чёлку, которая прилипла ко лбу. Всё что чувствовала она. Запомнила тепло Солнца, которое стояло сейчас перед ней под ужасным ливнем и тёмным угрюмым небом и все равно светило ярче всех. Дарило свои лучи ей и не переставало улыбаться.       Кажется ресницы тихо затрепетали, когда его губы зашевелились, пока уголки губ все еще не опускались:       —Эй, — тепло позвал он, — Я это первый хотел сказать.       Она до сих пор помнила тот день, когда её жизнь полностью поменялась, все чувства расцвели и начали благоухать. Все цвета перестали быть блёклыми, люди злыми, а запахи однотипными. Тогда она начала чувствовать абсолютно всё. Каждой частью своего тела.       Она начала чаще улыбаться и наблюдать. Начала не молчать, а говорить. От улыбки начинала болеть челюсть. Стало хорошо. Легче, чем было раньше. А Су Хо был рядом и подпитывал её энергией, оберегал все её чувства от злых взглядов и намерений. Заботился сам и принимал эту заботу в ответ. Теперь всё-всё делал на сто процентов искренне.       Тогда все стало намного проще.