7. THERE'S JUST NO TIME TO DIE

      Весь следующий день Гаыль провела в больнице под присмотром врачей. После уроков к ней завалились Хумин с друзьями. Джунтэ очень смущался, но под пинки Хёнтака вручил девушке её любимые печенья, которые, по всей видимости, рекомендовал Баку.       Сам Хумин выглядел подавленным, хоть и старался скрыть это за широкой натянутой улыбкой и задорным смехом. Очевидно, что произошедшее с Гаыль и Шиыном оставило незаживающий шрам на его сердце. Только он не признается в этом. — О, точно! — над макушкой Хумина загорелась невидимая лампочка, и он хлопнул в ладоши. Парень полез в рюкзак под вопросительные взгляды остальных и вынул оттуда содержимое. — Принёс тебе сменную одежду на завтрашнюю выписку, — Хумин подмигнул и положил пакет на стул рядом с кроватью. — Спасибо, — Гаыль не могла не улыбнуться. — Кстати, я папе сказал, что ты у подруги. — А он? — Гаыль слегка нахмурилась. — Не ответил, — Хумин выглядел так, словно собирался сказать что-то ещё, но стушевался.       Она поджала губы. На её лице мелькнула тень раздражения, смешанная с горечью. Отец был настолько далёк от их жизни, что даже не задал лишних вопросов. Его не смутил тот очевидный факт, что подруг у его дочери никогда не было. Это равнодушие, давно ставшее привычным, всё равно постоянно цепляло Гаыль за живое.       Хёнтак и Джунтэ, уловившие перемену в настроении Паков, переглянулись с замешательством и едва заметно кивнули друг другу. — У тебя же ничего не болит? — Джунтэ попробовал сменить тему. — Нет. Я легко отделалась, — хмыкнула Гаыль, невольно проведя пальцами по пластырю на виске. — Ты это называешь «легко»? — Хёнтак скептически приподнял бровь, его взгляд остановился на пластыре. — Тебя что, научили притворяться непробиваемой, или это у вас семейное?       Гаыль усмехнулась и поправила волосы. — В любом случае, теперь всё нормально, — отозвалась она, пожав плечами. На самом деле она пыталась убедить не столько их, сколько саму себя.       Хёнтак намеревался поспорить, но в разговор вклинился Хумин. — Пойдёмте. Ей нужно отдыхать.       Вскоре ребята ушли из палаты.       Утром Гаыль провели повторное обследование головы. Не обнаружив никаких осложнений, её выписали с рекомендацией тщательно следить за своим состоянием и не перенапрягаться, а через десять дней необходимо прийти на снятие швов с затылка.       Родной дом встретил Гаыль прохладой и безмолвием. Солнечный свет струился по полу, пробиваясь через прозрачные ткани занавесок. Гаыль почувствовала, как сердце замедляет свой ритм. Она сейчас одна, но одиночество не пугало её, ведь безошибочно знала: брат придёт домой.

***

      Администратор супермаркета, в котором работала Гаыль, с сомнением разрешил ей выйти на смену через два дня после выписки. Но девушка проявила излишнюю настойчивость, убеждая всех коллег, что она здорова. В конечном итоге, довольная Гаыль машинально пробивала покупки и с вежливой улыбкой желала всем хорошего дня.       Во время сканирования товаров задний карман штанов завибрировал. Гаыль закончила обслуживать последнего за смену покупателя и достала телефон, свайпая пальцем по экрану.

От: Неизвестный

21:33

привет

      Сообщение с неизвестного номера озадачил её, но она быстро напечатала ответ. От: Гаыль 21:38 знакомы?

От: Неизвестный

21:39

о ещё как! гым сонджэ ;)

      Гаыль выдохнула чересчур шумно. Она никогда не сотрёт из памяти день, когда получила сообщение от Хёнтака с просьбой о помощи. Тогда Гаыль сорвалась с работы и отправилась к нему на баскетбольную площадку. Она, оказавшись там, без колебаний бросилась к покалеченному другу, но по пути её внимание захватил высокий силуэт, неспешно удаляющийся с корта. Парень в очках двигался лениво, словно контролировал воздух вокруг. Его походка напоминала кошачью — плавную, но полную скрытой угрозы. Лицо озаряла маниакальная ухмылка, а глаза с безумным блеском пронизывали Гаыль насквозь. Он опасен. Её инстинкты кричали об этом, заглушая всё остальное.       Она размышляла: продолжить ли переписку с ним или сразу отправить его в чёрный список. Но любопытство взяло верх над благоразумием. От: Гаыль 21:42 ??? откуда у тебя мой номер

От: Сонджэ

21:43

неважно

важно другое

в курсе о драке?

От: Гаыль 21:44 о какой?

От: Сонджэ

21:47

значит, баку секретничает

ауч несправедливо как-то (

От: Гаыль 21:47 хватит ходить вокруг да около блин о чём идёт речь?

От: Сонджэ

21:50

о драке ынджан и союза

От: Гаыль 21:50 что?

От: Сонджэ

21:52

баку бросил вызов бэкджину

От: Гаыль 21:53 а мне зачем рассказываешь?

От: Сонджэ

21:56

ты же находишься меж двух огней. я прав?

интересно посмотреть на твои действия

думаю, будет весело лол

      Вопросов меньше не стало. Напротив, их стало так много, что они заполнили всё пространство вокруг, давили на грудь и мешали дышать. Гаыль стиснула челюсти, стараясь не поддаваться этому нарастающему страху. Она смотрела на экран телефона, где последнее сообщение от Сонджэ всё ещё мерцало прочитанным. Вместо того чтобы ответить, она заблокировала экран и отложила телефон в сторону.       Хумин прибыл к магазину ровно в то время, когда Гаыль вышла через автоматические стеклянные двери. Его лицо тут же озаряется приветливой улыбкой, но она медленно угасала, видя, что Гаыль не ответила ему тем же, а хмуро поглядывала на брата снизу вверх. Хумин задумчиво склонил голову вбок, анализируя нетипичное поведение сестры. — Тяжёлый день? — он ободряюще перекинул запястье через плечи девушки и прижал её к себе. Однако Гаыль отпихнула его и гневно всплеснула руками. — Драка с Союзом? Серьёзно? — выпалила она. Выражение лица Хумина кардинально изменилось. — Вы в детском саду что ли? — Гаыль, парни из Союза очень опасны. — Пак Хумин, ты спятил? То есть, ты осознаёшь опасность, но всё равно лезешь на рожон? — Я буду в порядке.       Его голос прозвучал легко, как будто он говорил о какой-то мелочи — о том, что завтра будет дождь или лапша переварилась. Такая небрежность разозлила Гаыль пуще прежнего. У неё дёрнулась бровь от негодования, но она подавила желание вспылить.       Каждая секунда мучительной тишины обжигала изнутри пылающим огнём. Хумин, не моргая, пристально смотрел на сестру и ждал нового упрёка или нравоучения в духе «Вы себя покалечите», но Гаыль упрямо молчала. Она могла бы кричать, умолять, угрожать, но всё это разбивалось бы о твёрдую решимость брата. И Гаыль вдруг осознала, что не в силах остановить или переубедить его. У неё внутри сжимается сердце. Всё, что оставалось, — это принять поражение. — Пошли домой, — проворчала Гаыль, устремляясь вперёд. Хумин заторможено кивает и догоняет сестру.       Дорога к автобусной остановке тянулась под ярко-жёлтым светом уличных фонарей. Гаыль шла чуть впереди, но время от времени косилась на Хумина. Он выглядел напряжённым, а его взгляд был устремлён куда-то сквозь дорогу. Гаыль не выдержала и ущипнула его за бок, отчего Хумин отпрыгнул с чересчур драматичным визгом. — Напугала!       Гаыль закатила глаза, но уголки её губ дрогнули, выдавая едва заметную улыбку. — Расслабься уже, — она щёлкнула языком, слабо замахиваясь на брата. — Если вернёшься домой в синяках или, не дай бог, с переломами, я тебя добью и лично похороню. Уяснил? — протараторила Гаыль с шутливой интонацией, но в ней слышались и забота, и укор.       Хумин вздрогнул. Морщины между бровями сгладились, а глаза обрели обычную мягкость. — Уяснил, — согласился Хумин, сунув руки в карманы спортивных штанов. — Только перед смертью накорми меня своим рамёном!       Он выпятил нижнюю губу и дрязняще подтолкнул сестру плечом. Гаыль лишь громко рассмеялась, а Хумин позже подхватил её смех. Атмосфера между ними потеплела.       По прибытии на автобусную остановку Гаыль обессиленно рухнула на лавочку. Она откинулась назад, чувствуя, как усталость растекается по телу тяжёлой волной. Через мгновение Хумин присоединился к ней. — Ты правда хочешь эту драку? — печаль в тоне её голоса не ускользнула от парня. Он прокатил вопрос на языке, скрещивая руки на груди. — На кону наша безопасность, — Хумин сделал паузу. — Мы разгромим Союз, и эти ублюдки оставят нас всех в покое. — Нет, Хумин, ты не понял, — Гаыль опустила подбородок и начала нервно теребить рукава свитера. — Ты хочешь драться с Бэкджином?       По телу парня пронеслась мелкая дрожь. Хумин взъерошил свои волосы и плотно сжал губы в тонкую линию.       Неожиданно остановку осветили яркие фары подъезжающего автобуса. Первая с лавочки встала Гаыль. Полупустой автобус затормозил и двери салона со скрипом отворились, приглашая внутрь. — Не знаю, Гаыль, — почти шёпотом пробормотал Хумин. Он поднялся со скамьи и двумя шагами преодолел расстояние между ними. — Я не уверен, — хрипло добавил Хумин.       Гаыль, не оборачиваясь на брата, понимающе покачала головой. Они вдвоём прошли внутрь автобуса и сели рядом. Больше никто не произнёс ни слова. Приехав домой, они пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.       Ночь тянулась бесконечно. Гаыль ворочалась в постели, но сон не приходил. Тревожные мысли, словно назойливые осы, жужжали и роились в её голове, жаля острыми «А что, если?..». Каждый сценарий, каждая возможная развязка драки проигрывались вновь и вновь, оставляя после себя усиливающее беспокойство.       Золотистый свет маленького ночника на прикроватной тумбочке разгонял густую темноту, наполняя комнату слабым теплом. Гаыль сняла телефон с зарядки, пальцы автоматически разблокировали экран. Контакт Бэкджина всплыл сам собой. С тех пор как он навестил её в больнице, Бэкджин никак не давал о себе знать. Что было странно. Гаыль даже не ощущала его обычного присутствия, когда они с Хумином возвращались домой.       Возможно, она просто переживала. Наверное.       Не успев до конца обдумать своё решение, девушка сделала несколько глубоких вздохов и отправила ему короткое сообщение. От: Гаыль 02:35 спишь?       Гаыль резко отшвырнула телефон на подушку и уставилась в потолок. Отчасти она пожалела, надеясь, что он либо не прочитает сообщение, либо спит. Неожиданно по всей кровати прошла вибрация. Девушка аж приняла сидячее положение и быстро схватила телефон.

От: Бэкджин

02:36

Нет

      Она надула губы и зависла. А что, собственно, писать дальше? Гаыль не знала, что конкретно жаждала услышать от Бэкджина. Она планировала просто удостовериться, что он в порядке, но слишком поздно осознала, как это странно выглядит со стороны. Особенно, если Гаыль решит его игнорировать.       Она провела кончиком языка по губам и выпрямилась, наконец-то набирая текст. От: Гаыль 02:39 честно говоря, я хотела узнать, как ты

От: Бэкджин

02:41

Как всегда

А ты как?

      В этих двух словах был весь Бэкджин — привычно закрытый, но всё же отвечающий, пусть и без подробностей. От: Гаыль 02:42 я сегодня узнала о вашей предстоящей драке тревожно как-то       Пауза была намного дольше. Гаыль уже начала волноваться, что написала лишнего, когда ранее выключенный телефон мигнул новым уведомлением.

От: Бэкджин

02:49

Хочешь увидеться?

      Гаыль почувствовала себя загнанной в угол. Она таращилась на экран, её сердце вдруг забилось быстрее. Гаыль не понимала, что сильнее её смущает: сам факт, что Бэкджин предложил это, или то, что она задумалась над этим предложением дольше, чем следовало бы.       Её подрагивающие пальцы замерли над клавиатурой, мысли хаотично метались в поисках подходящего ответа. От: Гаыль 02:53 сейчас? почти три часа ночи на дворе       Она кусала ноготь большого пальца, пока ждала его сообщение.

От: Бэкджин

02:55

Боюсь, что потом будет поздно

      Гаыль свесила ноги с кровати. Смятение обхватило шею когтистыми лапами. Ответ Бэкджина ничуть не рассеял её тревогу, наоборот — усилил. От: Гаыль 02:56 где?

От: Бэкджин

02:58

Выходи через 10 минут

Я подойду к твоему дому

От: Гаыль 02:58 ок       Решение принято, хотя разум силился сопротивляться. Через десять минут Гаыль накинула серую толстовку поверх домашней футболки, взяла телефон и бесшумно проскользнула к порогу спальни. Она на цыпочках миновала коридор, ступая мимо комнаты брата, предполагая, что тот крепко спит, и юркнула в прихожую. Гаыль обула тапочки и тихо вышла через дверь дома.       Когда она вышла на улицу, ночной воздух обдал её лицо приятной прохладой. Полумесяц, окружённый мириадами звёзд, висел высоко в тёмно-синем безоблачном небе, а вокруг стояла безмятежная тишина, нарушаемая только шорканьем её шагов по асфальту.       Гаыль прошла через скрипучую калитку. Бэкджин, облачённый в чёрную куртку без капюшона, неподвижно стоял, прислонившись к столбу. — Ты ненормальный, — сказала она вместо приветствия и остановилась напротив него. — Но ты пришла, — промолвил Бэкджин. — Потому что ты предложил встретиться. — Потому что ты хотела встретиться, — поправил он. И в этом Бэкджин прав. Гаыль сдалась и спрятала ладони в карманах толстовки. — И? Что значит «боюсь, что потом будет поздно»? — Я не знаю, чем это закончится. — Ты ещё можешь остановиться. — Нет. Всё зашло слишком далеко, — возразил Бэкджин голосом, выражавшим положение, близкое к отчаянию. Желудок Гаыль скрутило. Слова Бэкджина рикошетом отскакивали о каждую клетку, и девушка окончательно потеряла связь с реальностью.       Бэкджин перед ней такой сломленный. Его глаза блестели от влаги. Бэкджин дрожал изнутри, каждым атомом и душой, и эта дрожь добиралась до горла, царапая его лёгкие. Словно весь его внутренний мир трещал по швам.       Гаыль впала в ступор, видя, как неестественно бледную щеку Бэкджина окропила слеза. Пальцы спонтанно, но осторожно потянулись к его скуле. Гаыль прочистила горло и заботливо утёрла чужую дорожку слёз.       Тем временем ладонь Бэкджина накрыла затылок Гаыль и невесомо коснулась пластыря на зашитой ране, а затем плавно спустилась ниже, трепетно обнимая девушку за лопатки. Его непоколебимый образ опять треснул именно в её присутствии, с остротой обнажая чувственность и уязвимость, которые были столь ему не свойственны.       Гаыль не в состоянии отвести взгляд от его лица. Она слышала, как его дыхание становится всё более неровным, а дрожь, исходящая от него, передавалась ей через кончики пальцев. — Почему ты на самом деле захотел увидеться? — тихо спросила Гаыль, отнимая руку от его щеки.       Бэкджин не сразу ответил. Его рот приоткрылся, будто он собирался сказать что-то важное, но не находил слов — они замирали на языке, когда в мозг ударяли огрызки прошлого. Немигающий взгляд сместился куда-то в вдаль. — Потому что… — Бэкджин запнулся и сглотнул вязкую слюну, — если я не сделаю это сегодня, то вряд ли смогу в будущем.       Гаыль ощутила, как его рука на её спине чуть сильнее сжалась; он боялся, что она может бесследно исчезнуть. В ночном воздухе повисло липкое напряжение, от которого сердце Гаыль заколотилось быстрее. Она внимательно всматривалась в затуманенный взор Бэкджина в поисках ответа и не обретая его. — Что ты имеешь в виду? — прошептала она, насупившись. — Гаыль, я пытался, — его голос стал чуть громче, с ноткой отчаянного надрыва. — Правда пытался держаться от тебя подальше и не лезть в твою жизнь, но всякий раз, когда ты уходишь, мне кажется, что внутри меня что-то умирает. И эта драка… Мне нельзя проигрывать, иначе я потеряю всё.       Речь Бэкджина врывается в её сознание с колоссальной мощью, что Гаыль инстинктивно попятилась, но тут же остановилась из-за его руки, не позволяющей уйти. Он смотрел на неё, словно она была его последним спасением.       Гаыль раз за разом предпринимала попытки разобраться в головокружительном вихре эмоций, которые её охватили. По спине пробежал озноб. — Ты… — она замолчала, глотая противный ком. — Ты не можешь говорить такие вещи. Это неправильно. — Неправильно? — с уст Бэкджина сорвался смешок. Он прозвучал горько, почти безжизненно. — Всё, что я делаю, — неправильно. Но ты единственная, кто имеет значение.       Гаыль часто заморгала, лихорадочно пытаясь понять смысл сказанного. Внезапно странная теснота сдавила её грудную клетку. Лицо пылало от беспрестанно приливающей крови, уши горели, а по всему телу Гаыль почувствовала испарину.       Бэкджин аккуратно заправил прядь волос девушки за ухо, сдержанно улыбаясь. И он, отстранившись, уходит.       Гаыль до сих пор стояла под фонарём совершенно неподвижно, будто подошвы тапочек впечатались в асфальт. Она не сумела ни пошевелиться, ни сделать единого вздоха — Бэкджин полностью сбил её с толку.       Порыв студёного ветра пробудил её от оцепенения. Гаыль сделала глубокий вдох и, выныривая из задумчивого состояния, медленно начала двигаться обратно к дому.

***

      С самого утра Ёндынпо окутал непрекращающийся ливень. Район погрузился в серую вуаль дождя. Капли барабанили по крышам, стекали по стеклам и впитывались в асфальт. После обеда Гаыль, слегка промокшая от спешки, ехала на автобусе на работу. Водитель осторожно вёл транспорт по мокрой дороге, и убаюкивающий гул мотора смешивался с монотонным шумом дождя. Гаыль прислонилась макушкой к холодному запотевшему окну и почти проваливалась в сон. Пока звук всплывшего в телефоне уведомления нового сообщения не разбудил её.

От: Сонджэ

15:20

эти отбросы дерутся сегодня

[адрес]

не благодари

      У Гаыль не имелось возможности выведать истинный мотив Сонджэ. Он веселится? Ему приносит удовольствие подстрекать других на необдуманные поступки? Сонджэ писал ей без причины, как будто они были закадычными друзьями, и это раздражало. Он ей не друг, а уж тем более не хороший знакомый. Сонджэ — отбитый на голову псих, который неоднократно калечил её друзей. Так зачем ему помогать ей, и можно ли это вообще назвать помощью? В любом случае, Гаыль теперь без разницы. В приоритете — добраться до старой спортплощадки, где состоится драка. С той ночи прошло пару дней, но у Гаыль не выходят из головы слова Бэкджина: «Мне нельзя проигрывать, иначе я потеряю всё». Что они означали? Неужели Бэкджин подразумевал в них буквальный смысл? Она обязана узнать.       На ближайшей остановке Гаыль вылетела из автобуса, пугая других пассажиров, и ринулась в противоположное от работы направление.       Капли дождя неприятно ударяют по лицу. Лёгкие вот-вот разорвутся от такой бешеной нагрузки. Гаыль бегала часто и много, но как сегодня — никогда. Она шлёпала по лужам, окончательно намочив ноги, и под сигналы машин перебегала дорогу на красный цвет. Время мчалось стремительно, а Гаыль пыталась догнать его, словно от этого зависит её жизнь. В каком-то смысле так оно и есть.       Чем ближе она приближалась к месту назначения, тем меньше капал дождь. Он вовсе прекратился, а небо ненадолго озарилось солнцем, когда Гаыль добежала до подножия склона. Она остановилась передохнуть на минуту, небрежно убирая с лица прилипшие от дождя волосы, а затем побрела вверх по горе, постепенно ускоряя шаг.       Оглушающие звуки ударов и звонкие шлепки становились всё громче. Гаыль оказывается на вершине, и её глаза расширяются от захлестнувшей волны ужаса. Она замирает, когда среди толпы ловит взглядом дерущихся друг с другом Хумина и Бэкджина. Сердце обливается кровью, учащённый пульс пробивается сквозь подушечки пальцев и звенит в ушах.       Она стояла вдалеке и просто смотрела, как брат дерётся с их… другом. Что ей делать? Стоит ли вмешиваться? Сонджэ рубил правду — Гаыль находится меж двух огней. Но она не ожидала, что принять сторону будет куда сложнее. Гаыль зажмурилась и опустилась на корточки, пряча голову в коленях. Хотелось действительно спрятаться от всего этого хаоса.       Вскоре лязг метала о плоть заставил Гаыль вскочить. Яростно сжимая кулаки, она приложила оставшиеся силы и рванула к толпе, которая заинтересованно глазела на противостояние. Гаыль проталкивает парней, получая в спину удивлённый вопрос «Что она здесь забыла?», и едва не валится с ног от увиденного: Хумин распластался на асфальте и тяжело дышал, а Шиын с кастетом в руке боролся с Бэкджином.       Страх нарастал резкими толчками, переходя в какую-то щемящую боль меж рёбер. Воздух проникал в горло мелкими колючими глотками, оставляя царапины на нёбе и остро отдавая болью внизу живота. Паника буквально заполнила всё сознание, руки дрожали, а сердце неистово билось в груди. Крик не хотел покидать её рта, а сил разомкнуть губы просто не было. Гаыль кусала щёки в попытках сдержать вырывающиеся наружу слёзы.       Робкое прикосновение к плечу отвлекло Гаыль. Она оборачивается и видит Хёнтака с разбитой губой и синяками на скулах. Он глядел на неё со смесью удивления и беспокойства. — Нуна, откуда ты здесь?.. Ты не должна тут находиться.       А Гаыль, теряя почву под ступнями, онемела. Её колени заметно подгибаются и слабеют. Хёнтак отвёл девушку в сторону и оттеснил назад, загораживая весь обзор драки. — Уходи, — шепнул он. Гаыль отрицательно промычала. — Хумину… — осипшим голосом выдавила она. — Нужно помочь. — Он справится, — уверенно заявил Хёнтак. — Они с Шиыном справятся. Поверь в них.       Пришлось согласиться, но душу разрывало на части, стоило взглянуть на Бэкджина или Хумина. Гаыль до боли закусила нижнюю губу. Это была слишком тяжелая пытка.       Окружающая местность начала удваиваться и расплываться во взоре Гаыль. Она зажмурилась и склонила голову, успешно сохраняя равновесие. Хёнтак находился рядом и негласно давал понять, что готов помочь в любой момент. Болезненная пульсация в области затылка усилилась, и Гаыль прижала к нему горячую ладонь. Врачи ведь предупреждали, чтобы она не переусердствовала с физическими нагрузками. Вот и всплывают последствия её беготни. К слову, ей даже швы не сняли.       Сдавленные возгласы остальных резко переключили внимание Гаыль и Хёнтака обратно на драку в тот миг, когда Хумин с хрустом врезал Бэкджину по лицу, заставляя того припасть на колено. Он сотрясался всем телом, но всё равно попытался напасть. Однако Хумин нанёс ему повторный решающий удар, и Бэкджин рухнул на мокрую землю рядом с Шиыном.       Кости Гаыль пробило током, а зрачки расширились. Она прижала обе ладони к нижней части лица, заглушая рыдание. На язык давил отвратительный привкус. Гаыль не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть — абсолютно ничего. Удавалось только беспомощно смотреть на происходящее. — Бэкджин, — взгляд Хумина приковался к лежащему Бэкджину. — Прости меня. Но и тебе стоит извиниться.       Одинокая слеза покатилась из глаза Бэкджина, но он ничего не произносил и безучастно пялился в затянутое тучами небо. — Бой окончен, — громогласно объявил Хумин, ставя своеобразную жирную точку в их противостоянии.       Члены Союза с видом затравленных зверьков не сводили глаз с побеждённого Бэкджина, а среди учеников Ынджан пронеслись ликующие восклицания и восторженные крики. Постепенно толпа рассасывалась.       Хумин подаёт руку Шиыну и помогает ему подняться, а потом замечает испуганную Гаыль рядом с Хёнтаком. Он зашагал прямиком к сестре и изобразил гримасу изумления. — Как ты узнала адрес? Зачем пришла?       Своей фигурой Хумин заслонил Бэкджина от Гаыль. Она захныкала, рассматривая грязное и пыльное лицо брата с проступающей кровью. — Придурок! Безрассудный идиот! Хочешь до инфаркта меня довести? — вопила Гаыль. Её кулак в бессильной злобе дважды ударил грудную клетку Хумина. На эти действия он невольно прыснул и погладил влажную макушку Гаыль. — Я же говорил: я буду в порядке. — Придурок, — повторила она более нежно, шмыгнув носом. — Вам, ребята, в больницу надо. — Ага, погнали! — Хумин со слабой ухмылкой выступил вперёд, завлекая за собой Хёнтака и Шиына.       Гаыль снова видит Бэкджина: его израненную кожу, фиолетовые синяки с алыми прожилками на щеках, поломанные конечности и пустой взгляд. После ударов Хумина он словно погиб и физически, и морально.       Гаыль продолжает вести упорную борьбу с собой — если она уйдёт, не соизволив оказать помощь Бэкджину, то ни за что не простит себя. Но, с другой стороны, Хумин не осведомлён ни их звонками, ни их встречами, и Гаыль, откровенно говоря, не желает объяснять брату, почему помогает Бэкджину. Она боится увидеть разочарование на его лице. Это сравнимо с тугой верёвкой вокруг шеи.       Она стиснула зубы и ушла. Так же молча, как и Бэкджин в их последнюю встречу. Может, он и не знал о её нахождении здесь, но, так или иначе, Гаыль трусливо сбежала, перекладывая на парней из Союза ответственность за спасение Бэкджина. Девушка надеялась, что они не оставят его в таком состоянии.       В следующий раз она встретится с его гробом.       Не стесняясь, Хумин и Гаыль плакали, как маленькие дети — широко раскрыв рот, захлёбываясь соплями и растирая слёзы по лицу. Сожаление прочно переплеталось с виной, и эти гадкие чувства хрипло вырывались у них из горла через рыдания. Обоих постигли потерянность и опустошённость — столько недосказанного осталось висеть в удушливом воздухе. Хумину жаль, что он вовремя не вытянул Бэкджина из глубокой ямы жестокости и преступного мира, а Гаыль стыдно, что не была рядом.

      Мы не спасли его.

***

      Месяц пролетел незаметно. Город погрузился в суетливую подготовку к новогодним праздникам. Улицы блестели от гирлянд, а в морозном воздухе стоял запах хвои. Гаыль жила в этом круговороте, но сама оставалась застывшей — как часы, потерявшие ход. Завалы на работе множились с каждым днём, и она с трудом справлялась, просиживая в магазине дополнительные часы смены, поэтому Хумин благородно вызвался помочь.       В этот вечер он стоял за кассой, ловко обслуживая поток клиентов, а полусонная Гаыль сосредоточенно заполняла таблицу поставок свежей готовой еды в контейнерах. Её руки рефлекторно заполняли строки, а мысли, казалось, утекали куда-то вдаль. — Нуна, тебе звонят!       Звонкий голос Хумина разнёсся эхом по рядам торгового зала. Гаыль и бровью не повела, подумав, что ей послышалось. — Шестой раз уже! — парень подорвался к сестре с другого конца супермаркета, протягивая ей трубку. — Кто? — устало спросила она, не поднимая головы. — Незнакомый номер.       Она испустила тяжелый вздох, будто это Хумин без конца ей названивает, но наконец-то отвлеклась от подсчёта сэндвичей и приняла телефон. Хумин с любопытством придвинулся ближе, чтобы подслушать разговор. Гаыль нажала на кнопку и поднесла экран к уху. — Алло? Кто это?       В ответ тишина. Гаыль нахмурилась, перевела недоумённый взгляд на брата, но тот лишь пожал плечами. Она прибавила громкость и расслышала чьё-то судорожное дыхание. На фоне стоял гул вперемешку с торопливыми шагами.

— Пассажиров, вылетающих рейсом Сеул-Нью-Йорк…

      Звонок оборвался. — Что за?.. — Гаыль уставилась на потухший экран. — Чего? — взволнованно встрепенулся Хумин. — Наверное, ошиблись, — пробормотала она, задумчиво поджав губы. Что-то странное кольнуло в груди, но Гаыль отогнала все лишние мысли. — Ладно, помоги мне. Проверь срок годности у товаров в холодильнике. Просроченные продукты откладывай в корзину. — Есть, мэм! — Хумин отдал честь, как солдат, и бодро принялся выполнять поручение.       На другом конце Сеула, в аэропорту Инчхона, Бэкджин неотрывно смотрел на завершённый вызов. Он набрался смелости и позвонил перед выездом из страны, но, услышав её голос, растерялся. Эти заветные три слова, которые он никогда не решался произнести вслух, так и остались неозвученными и оседали на кончике языка.       В последний момент он почувствовал себя эгоистом. На что он надеялся этим звонком? Вытащить её из привычной жизни? Радостно сообщить, что он инсценировал свою смерть и скрывался на протяжении месяца? Бэкджин поправил козырёк кепки и выбросил симку от телефона в ближайшую урну.       Их сердца, жаждущие слияния, неизменно сталкивались с непреодолимыми преградами. Они связаны красной нитью, но просто родились в неправильное время.       Может, повезёт в иной жизни. Может, тогда время будет на их стороне.