Розы, хранящие тайны

Позднее субботнее утро в доме Шимур текло размеренно, словно хорошо отлаженный механизм. Аризу, в широкополой соломенной шляпе и садовых перчатках до локтей, осторожно подрезала розы. Её действия были отточены годами — каждый лишний побег, каждое несовершенство немедленно устранялись. В гараже раздавалось позвякивание инструментов. Юто, смазанный машинным маслом, копался под капотом старой машины своего уже покойного отца, которую он привёз к нему ещё давно, чтобы тот посмотрел что же в ней так страшно скрипело, в то время как Йоко старательно подавал отцу инструменты, с серьезным видом копируя сосредоточенное выражение лица своего отца. Шинджу тем временем рылась в семейной библиотеке. Лучи солнца пробивались через жалюзи, освещая ряды старых книг, которые не были покрыты пылью, что каждый раз удивляло её, ведь в школьной или городской библиотеке она видела больше пыли, чем книг. Шимур искала учебник по литературе, который ей понадобился для подготовки к занятиям. Пальцы скользили по корешкам книг, но когда она заметила что-то между страницами "Энциклопедии садоводства", любопытство взяло верх. Шинджу вытащила аккуратно книгу и открыла на той странице, где лежала газета, датируемая 1994 годом. Её взгляд сразу же зацепился за крупный кричащий заголовок: "Один из опаснейших преступников Японии был в очередной раз арестован." Её глаза стали судорожно бегать по словам статьи и, с каждым словом про его преступление, к горлу подкатывал ком.

Морио Таймс, 15 марта 1994 год.

Вчера вечером полиция совершила штурм заброшенного склада на окраине города, где, по оперативным данным, удерживался 14-летний Кайто Накамура — сын известного бизнесмена. То, что обнаружили стражи порядка, повергло их в шок.

Анджело начал свой кровавый путь в 12-летнем возрасте. В этом же возрасте он был осужден за грабеж и изнасилование, и с тех пор провел 20 лет в тюрьме. Но недавнее преступление перешло все границы человеческого понимания.

По свидетельствам очевидцев, вечером 13 марта Анджело напал на троих школьников, возвращавшихся с занятий. Двоих из них — Юичи Сато и Рюноске Кобаяси — он подверг сексуальному насилию, после чего зверски убил. Третьего подростка, Кайто Накамуру, преступник взял в заложники, потребовав от семьи выкуп.

Когда полиция вошла на склад спустя время, их глазам предстала кошмарная картина.

Тело мальчика было приковано цепями к бетонной колонне. Половые органы жертвы были отрезаны и прибиты гвоздями к той же колонне, образуя своеобразный "трофей".

Арестованный на месте преступления Анджело поразил судей своим хладнокровием. На первом же судебном заседании он заявил: "Мне понравилось. Сделаю ещё."

Наконец, Шинджу перелистнула страницу, чтобы увидеть фотографии. С них на неё смотрел Анджело — тип был точь-в-точь, как на одной из фотографий, которые им показывал Джотаро. Рядом же, в плохом качестве, к статье была приложена фотография с места преступления. Шинджу содрогнулась, словно от удара током. Её пальцы дрожали, когда она поспешно складывала газету, стараясь вернуть её точно в то же положение, в котором нашла. Каждая морщинка на пожелтевшей бумаге, каждый залом — всё должно было остаться как было. "Иначе мама заметит. Мама всегда замечает. Это же её книга, даже на странице с розами запрятала. Она знает. Она знала." Мысли судорожно метались из одной крайности в другую. Она сунула газету обратно между страниц "Энциклопедии садоводства" и с силой втолкнула книгу на полку, точно под тем же углом. Глубокий вдох. Выдох. Шинджу провела ладонью по лицу, стирая следы потрясения, и выпрямилась. "Спокойствие. Только спокойствие. Я просто надумываю. Моя же мать не может быть связана с серийным убийцей. Верно? Она же моя мама..." Сделав глубокий вдох, она покинула библиотеку, стараясь сохранить остатки спокойствия. Когда она вышла на крыльцо, солнце било прямо в глаза. Аризу, стоявшая у розовых кустов, обернулась. — Шинджу? Ты где пропадала? — В... библиотеке. Учебник искала. — Голос её не подвёл, он был ровный, почти безразличный. Словно пару минут назад она не находила спрятаную газету про серийного убийцу, который сейчас слоняется по её любимому маленькому Морио. А эта злополучная бумажка не находилась среди советов по выращиванию роз, которые цветут у неё прямо под носом. Собираясь с мыслями, Шимур провела взглядом по соседским домикам, но взгляд задержался на доме Хигашикаты Джоске. Его мать стояла и разговаривала с молочником, который каждое утро доставляет домашнее молоко к дому. Она бросила взгляд на стеклянную бутылочку с белой жидкостью около и их почтового ящика и направилась к ней, чтобы занести в дом и поставить в холодильник. Но всё её внимание почему-то снова вернулось к тому молочнику. Он сел на свой велосипед и хотел было отправиться к следующим домам, но Томоко его окликнула, ссылаясь на негерметично закрытую бутылку. И тогда он остановился. Дальше всё было, как в замедленной съёмке. Он берёт новую бутылку и поворачивается к женщине, отдавая ей, а Шинджу, которая взяла бутылку молока, стоявшую около их почтового ящика, долго в руках её не продержала. Раздался звук разбитого стекла, который привлёк всех в округе. А причина была прямо перед ней. Эта причина принесла её семье это молоко. Эта причина сейчас разговаривала с матерью её одноклассника. И эта причина сегодня стала её утренним кошмаром, вычитанным из газеты... — Шинджу! — Голос матери прозвучал резко, словно удар хлыста. — Какого...! Девушка вздрогнула. Мать никогда не ругалась при людях, поэтому та резко одёрнула себя. — Жук... — Шинджу заставила себя выдохнуть, намеренно опустив взгляд на осколки. — Всего лишь жук. Ты же знаешь, как я их боюсь. Белая лужа медленно растекалась по тротуару, впитываясь в трещины между плитками. Осколки стекла сверкали на солнце, как рассыпанные бриллианты, Шинджу стояла неподвижно, смотря на всё это. Тёплая рука матери легла на плечо, и Шинджу едва смогла сдержать крик. Аризу хоть и нежно сжала её плечо, этот жест обычно успокаивал, но сейчас казался словно капканом. — Убери осколки и потом помоги мне с цветами. — Шинджу кивнула, наконец осмелившись поднять взгляд. Томоко Хигашиката смотрела на них с добродушным любопытством, и Аризу ответила ей той самой, идеальной соседской улыбкой - тёплой, но ничего не значащей. Она крикнула соседям, что всё нормально, просто её дочь испугалась какого-то жука. "Ага... этот жук нам молоко принёс, а сейчас разговаривал с твоей соседкой." Когда мать отошла, Шинджу медленно присела, собирая осколки. Её пальцы дрожали, когда она брала очередной кусочек стекла, острые края которого слегка впивались в кожу. "Может это всё сон?" — подумала школьница, убирая осколки. Словно желая проверить свою мысль, она позволила острому краю впиться чуть сильнее в кожу. "Неприятно... не сон..." Подняв последний осколок, Шинджу задержала на нем взгляд. Мутное из-за молока стекло лишь искажало вид тротуара в нём, делая трещины в асфальте похожими на паутину. Бросив осколки в мусорное ведро с глухим звоном, она на мгновение застыла, глядя на пустое место, где недавно стоял Анджело. Шинджу хотела направиться к матери, чтобы помочь той с цветами. Но крикнув, что скоро будет, рванула к дому Хигашикаты. По дороге она уже обдумывала причину своего побега к соседу, что же она могла взять, чего нет у неё, но нужно позарез. Когда Шимур влетела во двор Хигашикаты, её дыхание сбилось. Пальцы замерли в сантиметре от кнопки - вдруг дверь распахнулась сама. Перед ней стоял Джоске. Парень не был в своей привычной школьной форме, он выглядел по-домашнему, но его помпадур видимо всегда оставался с ним. Девушка без слов затолкала его в его же дом. — Эй, что за...! Дверь захлопнулась за ними с глухим стуком. Спиной она прижалась к деревянной поверхности, словно пыталась отгородиться от всего внешнего мира. Грудь вздымалась от быстрого дыхания. Её глаза метались по комнате, пока не остановились на Джоске, который поднял руки в защитном жесте. — Ты хоть представляешь, как это выглядит со стороны? — пробормотал он, но его голос звучал скорее заинтересованно, чем испуганно. — Представляю! — Шинджу прошипела, наконец переводя дыхание. — Поэтому теперь будешь помогать придумывать правдоподобную отговорку! Но это сейчас не главное. — Джоске, к тебе кто-то пришёл? — донёсся голос Томоко из кухни, сопровождаемый звоном посуды. — Да, это Шинджу Шимур! — крикнул он в ответ, не отводя взгляда от подруги. — Он здесь. Тот мужчина с фотографий Джотаро-сана. — Её пальцы непроизвольно сжали край своего домашнего платья. — Минут пять назад он стоял у вашего дома и разговаривал с твоей моей матерью. Это он принёс вам молоко. Не успел он как-то отреагировать на новости. Как прозвенел звонок телефона, который Томоко попросила взять. Джоске кивнул подруге, чтобы та пошла за ним. Они зашли в гостиную, где как раз трезвонил телефон. Парень поднял трубку и оттуда послышался знакомый голос. Джотаро звучал чётко даже на расстоянии. — ...нападение у супермаркета. Ты ничего подозрительного не замечал? Пока Джоске отвечал односложно, Шинджу позволила себе осмотреться. Гостиная дома Хигашикаты была теплой и уютной. Лучи солнца, просачиваясь сквозь кружевные занавески, рисовали на стенах персикового цвета причудливые узоры. Пушистый ковер перед диваном казался таким мягким, что хотелось утонуть в нём. На полках - семейные фотографии в деревянных рамках. Возле телевизора валялась помятая подушка - верный свидетель вечерних игр в приставку. Но от мирного исследования комнаты её одёрнула удивлённая интонация школьника. — Прямо сейчас?... — его пальцы сжали трубку так, что побелели костяшки. — Погодите немного. Я маме про вас ни слова не сказал. Он бросил быстрый взгляд в сторону кухни, голос понизился до шёпота. — Она сильная, но... до сих пор любит Джозефа Джостара. — В его глазах мелькнула тень чего-то... — Плачет, когда смотрит старые фото. Узнает вас сразу же. — Джоске! — голос Томоко прозвучал из кухни с ноткой любопытства. — Откуда у тебя эти фотографии? Тут наш новый молочник... Вы знакомы? Лицо Джоске стало каменным. Шинджу увидела, как его глаза сузились, а тело напряглось, словно перед прыжком. Без лишних слов он швырнул телефон на диван и рванул на кухню. Трубка оказалась на бархатной обивке, из неё доносился встревоженный голос Джотаро. — ...Джоске? Ты меня слышишь? Шинджу пару минут поколебалась, но всё же взяла трубку. — Здравствуйте, Джотаро-сан, — её голос звучал удивительно спокойно. — Джоске... внезапно убежал. Она повернулась к арочному проёму, ведущему на кухню, где уже разворачивалась какая-то странная сцена. — На кухню, — добавила Шинджу. Она старалась наблюдать за ситуацией у Джоске, хотя понимала, что мало чем могла бы ему помочь, даже не поняла причину его поведения. Но сейчас у неё был шанс узнать кое-что и ещё раз подтвердить информацию, которую нашла сегодня в библиотеке. — Джотаро-сан, — её голос звучал на удивление ровно, учитывая обстоятельства, — имя этого человека... Анджело? Тишина в трубке растянулась, наполняясь лишь тяжёлым дыханием с той стороны. — Да, — наконец прозвучало короткое подтверждение, и в этом одном слове Шинджу уловила целую гамму эмоций — настороженность, предостережение, недоверие. Но внезапно из кухни донёсся странный звук — нечто среднее между всплеском воды и разрывом ткани. Шинджу резко обернулась. — Вам наверняка интересно, откуда я... — начала она, но внезапно её голос прервал собственный вскрик.— Ого! Шинджу увидела, как Джоске пробивает в своей матери дырку с бутылкой в руках, но всё сразу же вернулось на место, она даже не заметила. Прямо как тогда, у супермаркета. — ...Шинджу? — голос Джотаро вырвал её из оцепенения. — Что случилось? — Ваш племянник... — она подбирала слова, — только что проткнул свою мать бутылкой. Но она... — Шинджу моргнула, проверяя реальность происходящего, — Она даже не заметила. Как тогда, у супермаркета. — Ты так спокойно об этом говоришь. — послышался смешок. — Кажется привыкаю... Джоске вернулся в гостиную и забрал трубку у Шимур. — Алло, Джотаро-сан, — его голос, обычно такой беззаботный, теперь звучал с непривычной твёрдостью. — Я поймал его стенд. На другом конце провода повисла тяжёлая пауза. Даже через телефон можно было почувствовать, как напряглось внимание Джотаро. — Будь осторожен, — его баритон приобрёл стальную твёрдость. — Анджело где-то рядом. Наблюдает. Джоске машинально провёл языком по пересохшим губам, его глаза метнулись к окну. — И не выпускай подружку из дома. Скоро буду. — добавил Джотаро, прежде чем связь прервалась. Он лишь кивнул, сжимая бутылку сильнее. Пластик затрещал, и на секунду вода внутри заволновалась, будто в ответ на это давление. Шинджу не могла оторвать взгляд от этого, казалось бы, обыденного предмета. Полулитровая бутылка воды, каких полно в любом магазине, вдруг стала самым загадочным и опасным объектом. — Это... станд? — её голос звучал тише шепота. Она медленно протянула палец, желая прикоснуться. Джоске резко отвёл руку. — Не стоит... Шинджу отпрянула. На секунду ей показалось, что в глубине мелькнули крохотные ручки, прижатые к стенкам их временной тюрьмы. — Мне наверное стоит идти, — она бросила взгляд на дверь, представляя, как мать уже считает секунды её отсутствия. — Джотаро-сан сказал не выпускать тебя тоже. Анджело следит. Шинджу скривила губы в усмешке. — Прости, но меня либо убьёт профессиональный убийца, — её ноготь постучал по пластику бутылки, где копошился пленённый стенд, — либо моя мать. Тем более, нужно придумать, почему я полчаса торчу у тебя. Джоске почесал затылок, оглядев гостиную. Его взгляд упал на приставку, валявшуюся у телевизора. — Может в приставку? — Это самая отвратительная ложь... — Шинджу закатила глаза так выразительно, что, казалось, они вот-вот останутся в таком положении навсегда. — Шимур и видеоигры. Это как седло на корове. Джоске неожиданно рассмеялся, и звук этот был таким заразительным, что уголки губ Шинджу дрогнули. — Ну и что тогда делают идеальные дети из идеальных семей? — передразнил он, приседая перед телевизором и начиная рыться в коробке с играми. — Читают книжки? Полируют медальки за хорошее поведение? — В точку, — Шинджу медленно опустилась на пуф, её движения были такими отточенными, будто она садилась на королевский трон. Платье аккуратно расправилось вокруг. — Именно так мы и проводим вечера — в идеальной гармонии и взаимопонимании. Джоске фыркнул и протянул ей второй джойстик — старый, с потёртыми кнопками. — Ну что, мисс Идеальная, готова к первому уроку падения со своего пьедестала? Шинджу вздохнула, но пальцы уже обхватили пластиковый корпус. На экране телевизора оживала игра — пиксельные персонажи прыгали под бодрую 8-битную мелодию. Она моргнула, глядя на разноцветных персонажей. Впервые за долгие годы её пальцы сжимали не учебник или клавиши пианино, а игровой контроллер. Впервые никто не наблюдал за ней оценивающим взглядом, не ждал безупречного результата. — Я даже не знаю, какие кнопки за что отвечают, — призналась она, и в её голосе прозвучала странная смесь смущения и любопытства. Джоске ухмыльнулся, его пальцы ловко обхватили её руки, поправляя положение на контроллере. — Вот это - прыжок, — его большой палец лёг поверх её пальца, — а вот это - атака. Проще, чем кажется, правда? Шинджу замерла, ощущая тепло его рук. За долгие годы кто-то учил её чему-то не для галочки в табеле успеваемости, не для очередной грамоты в мамину коллекцию. На экране её персонаж неуклюже прыгнул, затем ещё раз - и вдруг совершил неожиданное сальто. — Ого! — звук вырвался из её уст само собой, звонкий, живой, совершенно непохожий на те отточенные интонации, что она использовала частенько в повседневности. Джоске повернулся к ней, и в его глазах, обычно таких озорных, Шинджу увидела что-то новое: искреннюю радость за неё. Его улыбка в этот момент не была насмешкой, а являлась просто теплым, человеческим откликом на её маленькую победу.