Глава 11. Джейк

— Ричи, ты с ума сошел? Развяжи меня, живо! — Ханна нервно дергалась, пытаясь освободиться от веревок на руках и ногах. — И не подумаю! По крайней мере, пока, — голос Ричи обдал ее ледяной волной. Его скулы слегка двигались, выдавая волнение и напряжение. — Ты просто больной ублюдок! — процедила Ханна, сквозь плотно сжатые зубы. В ее глазах сверкнула злость, смешанная с ненавистью. — Больная здесь только ты! — Ричи сел рядом с ней на корточки.— Из-за тебя мертвы уже два человека! Две невинные девушки! — Не смеши! Каждый из нас виноват! — Эми не виновата! Не была… — он тяжело вздохнул, пристально глядя Ханне в глаза. Взгляд Ричи давил ее, словно бульдозер. Вместо ответа, она лишь засмеялась, не отрывая от него свой безумный взгляд. В этом смехе было что-то демоническое, нездоровое, с горьким привкусом боли, рвущейся наружу сквозь маску равнодушия. — Что с тобой случилось, Ханна? Ты так резко изменилась в последнее время. Будто это не ты, — по щеке Ричи скользнула слеза. — Раз ты так говоришь, значит совсем не знаешь меня, Ричи. — В том-то и дело, что знаю. С самого детства. Да, мне кучу раз прилетало за твои проступки, но такой, как сейчас, ты не была никогда. Ханна, которую я знаю, несмотря на слишком высокую самооценку, всегда была доброй. Не идеальной, конечно. Идеалов не существует. Но ей не было чуждо чувство вины и сострадание. Где все это теперь? — Не знаю. Наверное, эти качества умерли и остался лишь холодный расчет, — Ханна усмехнулась. — Слышал бы тебя сейчас Томас! — ужаснулся Ричи, развязывая ей руки. Веревку на ногах он так же снял и заменил на цепь. Теперь Ханна могла двигаться, но одна ее нога была прикована цепью к металлической ножке стола. От имени любимого человека глаза Ханны стали наполняться слезами. — Ты ничего не скажешь ему! Ты не посмеешь! — Мне и не придется. Расскажешь потом все сама. — И долго ты собираешься держать меня здесь? — До тех пор, пока не вернется прежняя Ханна. Пока ты не осознаешь вину. — А как же твои порывы сдаться полиции? — Я знаю, что ты собиралась сделать. Поэтому, с этим придется подождать, — Ричи поднялся на ноги, — еда и вода у тебя здесь есть. Бросив на нее осуждающий и разочарованный взгляд, наполненный болью, Ричи направился к выходу. — Ты не сможешь держать меня здесь вечно, Ричи! — крикнула Ханна ему в след, поднявшись на ноги. — Так долго мне и не нужно. — Меня будут искать! — Знаю. Я буду одним из них, не беспокойся об этом. Ричи ушел, громко хлопнув дверью комнаты. Из груди Ханны вырвался крик, полный отчаяния и досады. Она устало села на матрас и пнула ногой бутылку с водой.

***

— Так, давайте без паники! Кто последний видел ее и когда? — Клео старалась сохранять хладнокровие, разговаривая с друзьями по видеосвязи. — Я звонил ей сегодня. Хотел встретиться. Она ответила очень уклончиво, — голос Томаса подрагивал. — Я говорил с ней вчера. Ничего странного не заметил, — пожал плечами Ричи. Все стали судорожно вспоминать свое последние общение с Ханной и не было ли каких-то странностей в ее поведении. Друзья были обеспокоены ее внезапным исчезновением и никак не могли понять, что произошло и как так вышло, что ничего не предвещало беды. Не было ни намека на то, что она вот-вот пропадет без следа. Но, следы всегда остаются. — Может быть, она просто куда-то уехала, — задумчиво предположила Джесси. — Никому ничего не сказав? Ладно вам, но мне бы Ханна точно сказала о своих планах. Я ведь ее сестра, — опровергла ее слова Лили. — И то верно, — Дэн нахмурил брови, — если до завтра не объявится — пойдем в полицию. Но, Ханна не объявилась.

Три дня спустя.

Томас сидел в своей машине и пил пиво, заливая рану, нанесенную ножом неизвестности. Слезы растворялись в его аккуратной бородке. Он открыл галерею и стал листать фотографии с Ханной. Она выглядела такой счастливой рядом с ним. Так почему же все изменилось? Ханна… Где же ты, моя любимая? Я так скучаю и волнуюсь! Только бы ты была жива! Я все тебе прощу, только вернись! Вернись ко мне, малыш! Неужели ты действительно мне изменяла и сбежала с любовником? Нет! Этого просто не может быть! Ведь ты не такая! Ты же не такая, правда? Он дрожал от слез, громко всхлипывая и крепко сжимая в руке стеклянную бутылку. Казалось, еще немного и она лопнет в его кулаке, вонзившись осколками в покрасневшую ладонь. В очередной раз набрав номер Ханны, Томас оставил ей голосовое сообщение, в надежде, что она прослушает его и ответит. Но, Ханна не ответила. Вместо этого, спустя несколько минут, на его телефон пришло сообщение с телефона Ханны. В нем был только номер. Томас поморгал, чтобы убедиться, что ему это не привиделось. Сообщение с каким-то номером телефона так и светилось на экране. Ни имени, ни фамилии не было. Просто цифры. Что это значит? Чей это номер, Ханна? Ты сменила телефон? Томас уже собрался сохранить его в список контактов, как он вдруг исчез, словно небольшая горсть пыли, унесенная ветром с ладони. Вот только этот номер врезался в память, словно татуировка под кожу. Он бы не стерся из памяти, как шрам от глубокого пореза. Сохранив его к себе в телефон, Томас сначала хотел позвонить на него, но это вызывало столько эмоций, что он решил ограничиться сообщением. Тогда он еще не знал, что человек, который скрывается за этим набором цифр, не только поможет ему найти любимую девушку, но еще и вытащит наружу, пожалуй, самый страшный секрет Дасквуда. Этот человек, хрупкая, но очень мудрая девушка, навсегда станет частью его мира и новым преданным другом.

***

Где же ты, Ханна?! Почему не берешь трубку?! Джейк нервно маячил в своей комнате, не в силах остановиться даже на несколько секунд. Сестренка, только бы с тобой ничего не случилось! Я не могу потерять тебя! Кроме тебя и Лили у меня никого нет! Я найду тебя, Ханна! С трудом взяв себя в руки, Джейк сел за компьютер и запустил сразу несколько программ для поиска телефона сестры. Медлить было нельзя. Он лихорадочно стучал по клавишам, нажимая буквы и цифры, обходя очередную блокировку с помощью собственноручно написанных кодов. Компьютер монотонно гудел, периодически заполняя пространство шумом кулеров. Со стороны легко могло показаться, что Джейк находится не в комнате за компьютером, а где-то в окрестностях аэродрома, до которых доносится приглушенный шум двигателей вертолетов. Думать нужно было очень быстро. Любая упущенная минута могла стоить Ханне жизни. Джейк был абсолютно уверен в этом. Во всемирной паутине, включая Даркнет, все знали его как одного из самых одаренных и сильных хакеров, скрывающегося под ником Nymos. Он писал настолько мощный софт, что взломать его было почти невозможно. Будучи виртуозом в криптозащите, он неплохо зарабатывал на продаже своего софта. Еще со школы его манили компьютеры и все, что было с ними связано. Лучшим подарком на день рождения были клавиатура или мышка. А еще лучше, новая материнская плата, процессор или видеокарта, которые часто приходили в негодность ввиду большой нагрузки. Став старше, Джейк начал собственноручно апгрейдить свой компьютер, не доверяя его разбор и сборку никому. Казалось, вместо крови по его венам текут нули и единицы двоичной системы. Джейк жил и дышал тем, что делал. Он был компьютерным вундеркиндом и всегда занимал призовые места в школьных олимпиадах. Университет он закончил экстерном, потому что к моменту поступления туда обладал знаниями на порядок, а то и на несколько, выше. Несмотря яркую внешность и хорошее телосложение, особой популярностью у девушек он не пользовался. Мало кого интересовал законченный гик с бледной кожей и синяками под глазами. Да и его отношения не интересовали до поры до времени. Друзей у него было немного и вместе они были способны перевернуть все в интернете с ног на голову. Но постепенно их пути разошлись. Джейк всегда отличался высокими моральными ценностями, нравственностью и обостренным чувством справедливости. Ему была чужда жажда наживы, хитрость, высокомерие и жестокость. Он любил мир и обладал настолько крепким внутренним стержнем, что сбить его с выбранного пути было попросту невозможно. Никогда и ни за что, ни под каким предлогом он не изменил бы собственным ценностям. Он терпеть не мог зажравшихся снобов, вытирающих ноги о других, на дух не переносил лжецов и лицемеров. Джейк был из тех, кто всегда доводил до конца то, что начал. Но не любой ценой. Всегда были рамки, была черта, переступать которую было нельзя. Просто недопустимо. Часть его бывших друзей, в погоне за деньгами и красивой жизнью, растеряла свою человечность, продавая хакерский талант без разбора. Было неважно, кому и зачем понадобилась та или иная программа или услуга. Лишь бы платили. И, желательно, побольше. Это было Джейку противно, омерзительно. Со временем, рядом с ним остался всего один друг. Такой же честный и принципиальный, как и он сам. Теперь от него осталась лишь рваная рана на сердце, несколько фотографий и видео в телефоне. Они дружили с первого класса. Это была первая серьезная травма, первое горе, с которым столкнулся Джейк. Пережить это было крайне непросто. Теперь он сам по себе и сам за себя, с единственным другом, с которым они познакомились в интернете — хакером, скрывающимся под ником Darkness. Они ни разу не виделись вживую, поскольку жили в разных концах страны. Внутренне они были похожи, два завсегдатая Даркнета, всегда остающихся на стороне добра. Несмотря на репутацию одиночки, Джейку отчаянно хотелось иметь семью и чувствовать себя нужным. Мальчик, не знавший отцовского плеча, привык всего добиваться сам и вырос настоящим мужчиной, а не маменькиным сынком, вопреки существующим стереотипам. Он никогда не видел своего отца и в детстве часто подходил к маме с вопросом о нем. — Мам, где папа? — Он… Он в командировке, сынок, — мама Джейка грустно вздохнула и погладила его по густой шевелюре иссиня-чёрных волос. — А когда он придет? — маленький Джейк хлопал своими пронзительными зелеными глазами с длинными черными ресницами, с детской чистотой и наивностью глядя на маму. В его взгляде теплилась надежда услышать заветное «сегодня» или, хотя бы, «завтра». Но этих слов он так никогда и не услышал. Мама всегда говорила, что папа приедет позже. Этот ответ никогда не устраивал Джейка, но он не мог ничего с этим поделать, поскольку был слишком мал. Приходилось просто мириться и возвращаться к любимым игрушкам. Когда ему было девять, его мама вышла замуж. Ее новый муж поначалу очень тепло относился к Джейку, но мальчик так и не смог признать в нем отца. Он помнил фотографию мамы с красивым мужчиной, на которого он был очень похож, только разрез глаз и ресницы были мамины, как и губы. На обороте стояла подпись: «С любимым Нэйтаном. 30 мая 1997 год. Колорадо». Фото было сделано за 10 месяцев до рождения Джейка, как он позже узнал от своей мамы. Нэйтан Донфорт уже тогда был женат и ничего не знал о беременности женщины, с которой у них случился роман, когда он был в командировке. Джейн не стала ему говорить о ребенке, потому что узнала, что у него есть семья. Тем не менее, сыну она дала фамилию Нэйтана, поставив в свидетельстве о рождении прочерк в графе «отец». Джейк хорошо относился к своему отчиму, но всегда был с ним осторожен и недоверчив. И, как оказалось, не зря. Спустя два года, мужчина бросил его мать. Когда Джейк заканчивал школу, у нее нашли неизлечимую болезнь. Умирая на его руках, она рассказала ему об отце. Джейк горько плакал, крепко держа ее за руку. — Мамочка, не умирай, пожалуйста! У меня больше никого нет! — красными от слез глазами, он умоляюще смотрел на свою маму, отказываясь принимать неизбежное. — Прости меня, сынок. Ты должен быть сильным. Пообещай мне, — она ласково погладила его рукой по лицу, смахивая непрерывно льющиеся слезы. — Два года назад ушел Крис, а теперь ты меня бросаешь… — Я всегда буду рядом, сынок. В твоем сердце, — она положила руку на грудь Джейка над его сердцем, — я буду приглядывать за тобой с небес и обязательно передам Крису от тебя привет. Мама Джейка улыбалась сквозь слезы. Это заставило Джейка тоже слегка улыбнуться. — Хорошо, но я не хочу, чтобы ты умирала! — Я тоже, но такова моя судьба, — в ее голубых глазах читались сожаление и скорбь. Джейк поцеловал ей руку и крепко обнял. Она обняла его в ответ, но вскоре ее рука безжизненно повисла на спине сына. Джейк громко зарыдал. Его с трудом оттащили от тела матери. Он пообещал себе найти отца, чтобы у него был в этом мире хоть кто-то. По какой-то неизвестной причине он терял тех, кто был ему дорог. Страх потери всегда разъедал его, словно щелочь. Он поклялся себе больше никогда и ни к кому не привязываться. Найдя адрес отца, Джейк так и не решился ему написать. Зато, спустя время, он связался со своей старшей сестрой. Ханна была старше его на два года. Прячась за псевдонимом, Джейк начал общаться с ней. Это стало отдушиной, но рассказать о себе правду он не решался. Он назвал ей лишь свое имя. Со временем Джейк понял, что Ханна влюбилась в него. Тогда он буквально возненавидел себя и прервал с ней контакт. Таким образом, он давал ей время остыть, а себе на то, чтобы подобрать слова и рассказать, что они брат и сестра. Это далось ему нелегко, ведь к тому времени он был уже под прицелом — ФБР объявило на него охоту. Джейк все же решился и рассказал Ханне об их родстве. На одну недоговоренность стало меньше и они смогли сохранить общение, ставшее не таким уж и частым. Сестра поклялась сохранить его тайну и он ей поверил. Еще в самом начале общения, Ханна расспрашивала Джейка о его нике. Ханна: У тебя такой загадочный ник. Nymos: Спасибо. Мне тоже нравится :) Ханна: Слушай, а почему именно так? Что он означает? Nymos: Это секрет :) Ханна: Так не честно. Nymos: :) Ханна: Скажи хоть… Nymos: Больше никаких вопросов о моем нике, Ханна. Ханна: Только один. Скажи хоть, ты сам его придумал? Nymos: Это неважно. Мне пора. Спишемся позже. Пока, Ханна. Ханна: Пока, Джейк. Вопрос о нике заставил Джейка снова мысленно вернуться в далекое прошлое. На его губах проступила грустная улыбка. Этот ник… Это все, что у него осталось от одного человека. Особенного человека. После смерти матери, Джейк, поскольку до окончания школы ему оставался всего год, попал в семейный детский дом. В своей новой школе он встретил ЕЁ. Она была младше его на два года и резко выделялась среди своих сверстников взглядами на мир и своим интеллектом. Джейк видел в ней свои черты. Такая же осторожная с людьми, тоже с болью в глазах. У нее всегда было свое мнение, которое она не боялась отстаивать. Несмотря на красивую внешность и бездонные голубые глаза, она никогда не была популярной. Но и серой мышкой или тихоней ее назвать было нельзя. Хотя, она предпочитала одиночество общению со сверстниками, в то же время будучи очень общительной. Она старалась не привязываться ни к кому и у нее были на это причины. Как и Джейк, она рано потеряла близкого друга и это сильно сломило ее. Она решила больше никого не подпускать к себе, но все изменилось, когда в ее жизни появился Джейк. Такой же раненый жизнью, только глаза были еще более сбитыми. Джейк влюбился в нее, как только увидел. Сказать, что это его напугало — ничего не сказать. Пугающее, странное чувство, подобное лаве, вытекающей из вулкана, разливалось внутри всякий раз, когда он смотрел на нее. От звука ее голоса что-то замирало внутри. Подойти к ней он никак не решался. Она это видела и тоже поглядывала на него с интересом, смущенно отводя глаза, встречаясь с ним взглядами. Никто не хотел делать первый шаг, но судьба все решила за них. В их школе появилась новенькая. Яркая, дерзкая, почти моментально ставшая одной из самых популярных девочек в школе. Новенькая сразу невзлюбила ее и всякий раз норовила сделать какую-нибудь гадость. Ей было все равно и она старалась давать отпор, но один раз не смогла. Увидев синяки на ее лице и ссадины на руках, Джейк вмешался. Никто не смел причинять боль тем, кто ему дорог. Взломав школьный сайт, он разместил на нем компромат на новенькую, из-за которого ее исключили из школы. Когда новенькая, вся багровая от стыда, шла со своими вещами по коридору, Джейк встретился глазами с той, которая заставляла его сердце биться чаще. Он мягко улыбнулся ей и подмигнул, давая понять, что это его заслуга. Когда уроки закончились и он вышел на улицу, она сидела на ступеньках и ждала его. Увидев его, она сразу же поднялась на ноги и поправила юбку. Джейк остановился. Две минуты они молча смотрели друг другу в глаза. Легкий ветер развивал ее длинные каштановые волосы и слегка трепал шевелюру Джейка. Он надел на голову капюшон своего черного худи со смущенной улыбкой на лице. — Спасибо, — негромко произнесла она, нарушив молчание. — Не за что, — Джейк улыбнулся и на его щеках проступил румянец, — ты… Ты в порядке? — Теперь да. Благодаря тебе, — она улыбнулась, — а ты… Ты… — Можно тебя проводить? — волнуясь, выпалил он, еще больше краснея. — Конечно. Я хотела попросить тебя об этом, но ты перебил, — она покраснела. Они шли по улице. Джейк нес в руках ее рюкзак, поглядывая на ссадины на щеке. — Сильно болит? — Терпимо. — У меня есть таблетка. — Спасибо, не нужно. Скажи, а как ты здесь… — она осеклась, испугавшись своего вопроса. — Мама умерла. Прямо в последний учебный год, а отца я вообще не знаю, — Джейк тяжело вздохнул и по его щеке скатилась слеза. Он тут же отвернулся и вытер ее. — Прости, — она коснулась рукой его плеча. Через все тело Джейка будто прошел электрический ток. — Ничего. Надеюсь, у тебя не такая мрачная жизнь. — Не угадал, — она тяжело вздохнула, — я вообще не знаю своих родителей. Меня воспитывала бабушка. Она теперь совсем старенькая. — Мне так жаль, — Джейк робко взял ее за руку. Она не возражала. Их влажные от волнения пальцы крепко сплелись. Они прошли молча еще одну улицу. — Мы пришли, — она остановилась около небольшого, довольно скромного дома, — спасибо, что проводил. — Не за что. Они стояли, не разжимая руки и смотрели друг другу в глаза. — Я все еще не знаю твоего имени. — Элис. А ты… ? — Красивое имя. Я Джейк. — Очень приятно, Джейк. — Мне тоже. На их щеках проступил румянец. — Ладно, мне пора, — Элис осторожно забрала свою руку не отрывая от него взгляд, — увидимся в школе. — Конечно. Увидимся, — Джейк наклонился к ней, осторожно поцеловал ссадину на щеке и тут же отстранился. — Ты милый, — улыбнулась Элис и пошла к своему дому. В ее глазах впервые за долгое время появились искорки счастья. В глазах Джейка тоже. Он шел по улице, радостно подняв вверх руки, сжатые в кулаках. Они быстро стали друг другу близки и проводили много времени вместе за разговорами и поцелуями. Время неумолимо летело, срывая листы календаря. Джейк и Элис сидели около школы под раскидистым деревом, обсуждая костюмы на Хэллоуин. — Ну скажи мне, кем ты будешь, Джейк? — Элис умоляюще смотрела ему в глаза. — Нет. Пусть будет сюрпризом, — Джейк улыбнулся, прижав ее к себе, и поцеловал в макушку. — Ну блииин! — Элис обижено надула губы и отстранилась от него. — Тогда как я тебя узнаю? Как найду тебя в толпе? — Для этого мне достаточно знать, в чем будешь ты. Я сам найду тебя. — Ох уж мне эта твоя загадочность, — Элис закатила глаза и тут же улыбнулась. — Так что за костюм? — Роковая вампирша. — Я знаю, что это неправда. — Допустим. Пусть для тебя это тоже станет сюрпризом, — Элис подмигнула ему и поднялась на ноги, — перерыв кончается. Нам пора возвращаться. — Ты права. Джейк встал, взял ее за руку и они пошли в сторону школы. На Хэллоуин в школьном спортзале собралась половина школы. Элис бродила среди толпы, ощущая себя не в своей тарелке. Белой вороной и какой-то лишней. Она искала глазами Джейка, пытаясь угадать, в каком он костюме. Вампир? Слишком просто. Зомби? Нет, это точно не про него. Призрак? Возможно, но тоже не то. Оборотень? Пират? Мумия? Нет, его костюм должен быть совсем другим, но каким? Она перебирала в голове идеи, примеряя на него костюмы. Для Джейка найти ее было гораздо проще. И дело не только в том, что он из миллионов людей узнает до дрожи знакомый силуэт. Он знал ее увлечения и мог легко предугадать какие-то решения. Джейк знал, какой костюм выберет Элис и безошибочно узнал ее. Он дождался, когда она покинет спортзал и проследовал за ней. — Сладость или гадость, мисс Холмс? — громко спросил он, подкравшись к ней со спины. — Как ты меня узнал? — Элис сняла маску, закрывающую лицо и удивленно посмотрела на него. — Просто я тебя знаю, — Джейк приблизился к ней и трепетно взял за руку. Он погладил тыльную сторону ее ладони большим пальцем. — Я искала тебя глазами, но не нашла, — Элис грустно вздохнула. — Это потому что я везде и нигде. — И что я в тебе нашла, мистер Анонимус? — Вообще-то, это Гай Фокс, ну хотя… Элис встала на носочки, сняла с него маску и нежно поцеловала в губы. Они целовались долго. То горячо, то нежно, не выпуская друг друга из объятий. — Я люблю тебя, Эли, — прошептал Джейк, оторвавшись от ее губ. — И я тебя люблю, Джейк, — Элис нежно погладила его рукой по лицу. Джейк прижал ее ладонь к своей щеке и трепетно закрыл глаза. — У меня кроме тебя никого нет. И больше мне никто не нужен, — он целовал каждый ее пальчик. — Мне тоже нужен только ты, — она снова поцеловала его. Как-то вечером Элис пробралась в комнату Джейка через окно, заставив его вздрогнуть. — Что ты здесь делаешь? — он удивленно и ласково смотрел на нее. — Я просто очень соскучилась, — Элис смотрела на него невинным и влюбленным по уши взглядом. — А я соскучился еще больше, — Джейк подошел к ней и чмокнул в губы, — почему не через дверь? — Ну, вас же тут много. К тому же, я хотела сделать сюрприз. — Он удался, — он снова поцеловал Элис. — Чем занимаешься? — Да так. Программу одну пишу. — Интересно. Покажешь? — Конечно. Смотри, — Джейк сел за компьютер и посадил её к себе на колени. — А что это? — Я работаю над антивирусом, который будет блокировать все виды угроз. — Класс! Поставишь мне его потом? — глаза Элис горели от восторга. — Разумеется, — Джейк улыбнулся. — Параллельно форум читаешь? — Ага. Изучаю информацию по некоторым кодам. — Призрак… Значит, одна из моих мыслей по поводу твоего костюма была верной? — Видимо, да. Хотя, костюм призрака я бы не надел. Я вообще не люблю все эти маскарады. — Если честно, я тоже не очень. Почему Призрак? — Потому что это похоже на меня. Я везде и нигде. Прячусь на виду. — Хм… В этом что-то есть, но, мне кажется, это не совсем тебе подходит. — А что подходит? — Аноним. Хотя, нет. Это слишком банально. Анонимус? Тоже не то. Надо что-то позагадочнее. Тебе под стать. Дай-ка подумать, — Элис глубоко задумалась и Джейк любовался тем, как меняется от этого ее мимика. — У тебя так мило хмурятся брови и глаза бегают, — он погладил ее по волосам и поцеловал в макушку. — Наймос! — Что? — Ник для тебя. Наймос. Как сокращение от Анонимус, только с пишется немного по-другому! Вот так, — она дотянулась до клавиатуры и пальцы быстро забегали по клавишам, — Nymos. И никто не догадается. — Мой маленький гений! Я так сильно люблю тебя! — И я тебя очень сильно люблю! Джейк горячо поцеловал Элис. Чем меньше времени оставалось до выпускного Джейка, тем больнее им было от осознания предстоящей разлуки. За неделю до выпускного, они сидели на полу в ее комнате. Бабушка Элис лежала в больнице и Джейк ночевал у нее, чтобы ей не было одиноко и страшно. — Не бросай меня, Джейк. Не оставляй меня здесь, — глаза Элис наполнились слезами. — Я бы рад, — Джейк тяжело вздохнул, — но не могу. К тому же, я уже поступил на программиста. Надеюсь закончить университет экстерном. — Я верила, что ты справишься! С твоим талантом невозможно было не поступить на бюджет. — Спасибо, малыш. Я буду очень скучать по тебе, живя где-то там, в общаге. — Джейк, не уезжай, пожалуйста! Я умру без тебя! — по щекам Элис покатились крупные, как градины, слезы. Джейк прерывисто вздохнул и нежно вытер их, не сумев при этом сдержать своих. — Я сам не знаю, как буду жить без тебя, малыш, — Джейк шмыгнул носом, — клянусь, это не конец! Я найду тебя. Где бы ты ни была! Обязательно найду и мы снова будем вместе. — Буду считать минуты. Нет, секунды, — Элис не переставала плакать. Джейк тоже. Они крепко обнялись и слились в чувственном поцелуе, постепенно забираясь на кровать Элис. Прощание после выпускного было более чем тяжелым. Сил не было не то, что сдерживать слезы, а даже на то, чтобы хотя бы попытаться. Они плакали почти навзрыд, рассыпаясь на атомы в объятьях друг друга. — Эли, ты — вся моя жизнь! Клянусь, я вернусь к тебе! Ты только дождись! — голос Джейка дрожал. Он не отрываясь смотрел ей в глаза. — Я всегда буду ждать тебя, Джейк! Я люблю тебя! — Когда я встану на ноги, у нас будет все и мы всегда будем вместе. Я заберу тебя, обещаю! Джейк ни на минуту не забывал о своей Элис. До их мечты оставалось лишь несколько шагов, если бы не преследование ФБР. Принципы Джейка сыграли с ним злую шутку и он просто не мог позволить себе втягивать в это любимую девушку. В его нике и мыслях она всегда была рядом. Джейк втихаря приглядывал за ней, мониторя соцсети. Её номер телефона оставался прежним. Это только укрепляло веру в то, что Элис все еще его любит и ждёт. И сейчас она нужна была ему как никогда. Она одна могла помочь ему найти сестру. Джейк понимал, что Элис узнает его по нику и для связи с ней сделал новый, стоящий из трех знаков вопроса. Он попросту не знал, как начать разговор и говорить ли ей правду. Его бросало в жар и в дрожь от одной только мысли, что скоро они начнут общаться снова. Сможешь ли ты простить меня, Эли? За то, что я так пропал… За то, что так и не вернулся… Теперь я снова буду рядом, пусть и прячась за своими кодами. Не знаю, куда приведут нас поиски моей сестры, но я поставлю тебе свой антивирус. Как и обещал. Я даже назвал его Nym-os. Как и все, что делаю в сети. Это теперь мой цифровой след. Ты — маяк, который спасает мне жизнь. Я держусь лишь ради тебя… Я люблю тебя и всегда буду любить. Пока живу и даже после. Когда-нибудь, я все тебе объясню и, надеюсь, ты меня выслушаешь… Надеюсь, ты этого захочешь… Ты для меня все… Сделав глубокий вдох и выдох, он, при помощи одной из своих программ, отправил парню сестры номер Элис, предварительно подставив в пункт «отправитель» номер Ханны. Дождавшись, когда Томас прочтет сообщение и дав ему запомнить номер, Джейк удалил его. Позже, создав групповой чат, он связался с друзьями Ханны и сообщил, что она в беде, намекнув о том, что есть человек, который сможет помочь найти ее.