Часть 1

Если ты знаешь куда хочешь прийти, то ты идешь. А если не знаешь, то оказываешься на концерте Pyrokinesis’а и ждешь, пока какая-нибудь строчка из его песни не пронзит тебя насквозь, подействовав, как дефибриллятор. Вот что я поняла, придя уже в седьмой раз на его концерт и обняв себя руками, чтобы закрыться от толпы, постепенно обступающей вокруг. Эти люди… Они снимают его на телефон, кричат, прыгают. А я стою в черном платье, словно на похоронах собственной жизни и повторяю все слова в такт ему. Мне нужен разряд. Жаркое лето щекочет шею воздухом с залива. Концерт происходит под открытым небом, на которое медленно наступает закат. Я слушаю мелодичный тон его голоса, замечая в атмосфере грусть, не присутствующую на прошлых концертах. Грусть Андрея, не мою. Он кажется каким-то отстранённым, далеким, хотя я встала совсем близко, перед ограждением, закрывающим небольшую будку технических работников, оказавшихся в самой гуще танцпола. Я ощущаю такт его бита, отдающийся в деревянном полу этой огромной площадки, и холодные перила, впивающиеся в спину, когда в кругу, между мной и Pyro, опять начинается слэм. Мне нужен разряд и кажется, что ему тоже необходим. Мы сталкиваемся взглядами на песне «Чапман ред» или мне кажется, но я продолжаю размыкать губы, накрашенные красной помадой. Я никогда не была влюблена в него, только в тексты, однозначно только в сплетение слов, рождающихся в его голове и так умело вылетающих изо рта. А может это как раз любовь… Мне опять кажется, что он смотрит на меня, когда звучит: «К тебе падает мой взгляд и скользит, как гитарный гриф С яблок глазных на губы, что слаще, чем Chapman Red, а Какие на вкус мои — чуть горче, чем amaretto» Показалось. На телефон приходит смс: «ты скоро вернешься?», но я оставила телефон в сумке, валяющейся под моими ногами, за ограждением. Между мной и Андреем опять создается круг, но теперь не для слэма, теперь для вальса или просто медляка, на школьной дискотеке. Такое взаимодействие с публикой происходит каждый раз, пары танцуют, Pyro поет «Цветами радуги» и в финале раздает розы. Закатное солнце раскрашивает небо в розовые оттенки, световик подсвечивает круг красным. Мне некуда ретироваться, я стою на краю танцпола, как та, кого в очередной раз не пригласили и даже моё платье предательски соответствует, подчеркивая печать одиночества. На телефон приходит смс: «Давай вот только без игнора, королева драмы» Песня начинается и видно, как Pyrokinesis мнется и пропускает место вступления. — Извините. Минуту. Что-то сегодня такое романтичное настроение, тоже захотелось поучаствовать. — он спускается со сцены и идет в круг, к парам. Толпа кричит, следует за ним камерами телефонов и касается руками. Музыканты продолжают играть мотив песни, как будто специально делая этот момент ещё более кинематографичным. Ещё несколько шагов мне на встречу, и я точно удостоверюсь, что мне не кажется… — Потанцуешь со мной? — спрашивает Андрей, не в микрофон, останавливаясь передо мной. Хотелось перевести стрелки на кого-то другого, на кого-то для кого это будет иметь большее значение. Словно если я никогда не мечтала его коснуться, то и не хочется отбирать эту возможность у других. Кому-то всегда нужнее, чем мне. Кто-то всегда более достоин, чем я. Но не сейчас. И я кладу руку в его, раскрытую мне навстречу. — Конечно. Он уводит меня в центр организованного танцпола и показывает музыкантам, что готов. Так не комфортно находиться под внимательным взглядом толпы, что я даже не замечаю, как он положил одну мою руку на своё плечо, а вторую увел на уровень талии, чтобы она не мешала ему петь. А дальше моё тело само подалось вперед, и я обняла его, или это он прижал меня к себе, держа ладонь на моей спине. Он сделал глубокий вдох. Первые слова наконец прозвучали. Футболка под моими руками влажная от пота и горит от тепла его кожи. Думаю, моё платье слегка промокнет, впитав его запах. Но это всё не важно. Важно то, что я обнимаю такое родное и близкое существо, приложив подбородок к его плечу. Кончиком носа я касаюсь мочки уха и закрываю глаза, абсолютно доверив ему ведение этого момента. Я чувствую, как он поглаживает меня большим пальцем, как прижимается виском, к моему, как я становлюсь героиней песни… «По кирпичикам, по кирпичикам В кромешной темноте ты красива до неприличия Между коробок дом, зажигалкою среди спичек Расшатанный, как шуруп, ты прости, но я просто взвинчен Опять кричу на всю улицу Слова не воробей, но под утро они забудутся» Фразу из песни «Ты дурак» я произношу ему на ухо, сжимая пальцами его плечи, от чего он прижимает меня у себе еще крепче, скользнув рукой выше по спине. Я никогда не была влюблена в него, как в мужчину, но сейчас… Чувствуя его обволакивающее тепло, от которого тело становилось расслабленным и легким. Чувствуя его аромат, который отключал рациональную часть мозга и вызывает только желание слиться… Ай! Разряд. Сердце ёкает и, рождая мурашки, уходит в пятки. На телефон приходит смс: «Хей, ну давай пригоняй уже». Испугавшись испытанного чувства, я отстраняюсь и смотрю Pyro в глаза, которые тут же ласково отвечают мне, слегка прищуриваясь, от удовольствия. Его, свободная от микрофона, рука переместилась, давая мне свободу и касаясь предплечья там, где оголенная кожа не прикрыта платьем. Становится ещё жарче, не смотря на прохладный закатный ветерок. Мой взгляд падает на губы, в которые, неожиданно для себя, я хочу впиться немедленно. В губы, произносящие в последний раз строчки: «Да пропади всё пропадью Не проводи мне проповедь Пускай вредно, но мы всё же рады Оно не важно — важно, чтоб таращило цветами радуги» Песня закончилась. Вокруг поднялся шквал аплодисментов и криков, довольных фанатов. — Жди меня здесь, после концерта, — может показалось, а может он правда произнес именно это, склонившись к уху и каким-то резким движением оборвав накаленную атмосферу. Я отошла на своё место, а он быстро поднялся на сцену и уже передавал розы лучшим парам. — И, конечно, передайте эту розу моей партнерше. Белая роза нашла меня, а его взгляд уже был потерян. К финалу концерта и тепло его рук уже рассеялось в пространстве и показалось таким далеким, как и следует. Включился разум и я грустно улыбнулась своей наивности, которая с чего-то вдруг делала из них — нечто большее. Концерт закончился, когда уже совсем стемнело. Волна слушателей понесла меня к выходу и я едва не забыла подхватить с пола свою сумку. Когда я оказалась за пределами объединяющей людей площадки, мир словно развалился на атомы и снова стал реальным, отстраненным и холодным. Я открыла телефон, чтобы вызвать такси. Под непрочитанными смс появились по две галочки и машинально набранное сообщение: «Скоро буду». В мыслях же промелькнуло: «не хочу больше возвращаться в этот ад, но больше некуда…». — А что если… — шепчет мне внутренний голос, а взгляд устремляется на крышу здания, — Ну, бред. Его там нет. Да и охрана не пустит меня обратно. — я заметила, что люди перестали выходить и охранники уже собирались закрыть вход… — А что если!