Глава 8. Нитротопливо для чемпиона

***

Оглушительный, разрывающий сознание рёв эфириалов обрушился на них волной, сливаясь в сплошной гул смерти с дробящим камни грохотом их лап. Казалось, сама каверна воет. Обычная вылазка превратилась в непросветный кошмар, ведь будь у группы деньги на нормального прокси, они бы точно не вошли в тот треклятый разлом и не попали бы в эту смертельную западню. Вот только теперь несколько огромных собако-подобных тварей настигали группу все быстрее и быстрее, их горячее дыхание чувствовалось на затылках, так как никто не хотел бросать своих друзей, не мог предать, отчего неся на себе раненых, срываясь и падая под их весом, группа достаточно сильно замедлялась, теряя драгоценные метры. "Еще немного... держись!" - мелькала бессмысленная мысль в головах несущих. Мало было этих проблем которые свалились на всю группу, как тут же случилась одна из самых жутких ситуаций которая только могла случится — каверна, словно по злому року или чьей-то воле, переместила внутри себя часть окружающей среды, отчего путь, по которому группа пришла, попросту был закрыт намертво, погребен под тоннами бетона. И вот, рёв чудовищ становился все громче, сливаясь в один сплошной вой, выстрелы звучали все более отчётливо, но уже безнадежно, и.... тьма сомкнулась. Лайтер резко дернулся, всё тело напряглось в ожидании удара, открыв глаза, и сразу, в панике, пытаясь понять, что произошло. Поправив сползшие с лица очки механическим жестом, он тихо выдохнул, ощутив липкий холодный пот на лбу, поняв, что сейчас он сидел за столом в Чизтопии, ожидая своего заказа. Сон... это был всего лишь страшный сон... Видимо, ждать пришлось так долго, а нервное напряжение последних дней так велико, что он не заметил, как уснул на своём месте. Всё же он был обычным человеком, несмотря на титулы и боевые навыки, и усталость, накапливающаяся как снежный ком, могла накрывать его в любой момент, особенно если приходилось отправляться на арену ночью, после изматывающего дня, чтобы отвечать на вызов очередного самоуверенного выскочки. Благо, сейчас таких индивидуумов, что хотели бы бросить вызов чемпиону Объездной, стало на порядок меньше, хотя жажда славы по-прежнему ослепляет многих, хотя многие все равно пытались скинуть Лайтера с его пьедестала. — Йо, Лайтер, а я тебя как раз искала. Чего такой грустный, а? — Появившаяся из ниоткуда Цезарь со всей силы хлопнула по плечу чемпиона, её удар, как всегда, был настолько силен, что это заставило того аж вжаться в стул и покрепче ухватиться за стол. Всё же рука у босса была довольно тяжелой, и в этом была её суть, и достаточно часто она не чувствовала, с какой именно силой бьёт — или просто не могла нормально рассчитать свою силу? — Неужто опять кошмар приснился, или что-то посерьезнее случилось? — Девушка села прямо напротив чемпиона, устроившись поудобнее, рассматривая его с привычным себе легким любопытством и каплей беспокойства, которую она редко кому показывала. Усмехнувшись и сделав, как обычно, максимально уверенное лицо, свой щит, Лайтер поправил свои очки и откинулся на своём месте, вновь создав хорошо отрепетированное ощущение абсолютной уверенности. — Нет причин для беспокойства, со мной всё в полном порядке. — Лайтер как обычно улыбался перед боссом, стараясь выглядеть непринужденно, даже не смотря на её очевидное волнение. Не смотря на свой боевой нрав, который знал весь Блейзвуд, когда дело касалось подопечных, Цезарь словно по щелчку менялась на обеспокоенную девушку, заботливую, почти сестринскую. И даже о таком "неубиваемом" человеке как чемпион Объездной она беспокоилась сильнее, чем он мог предположить, прекрасно понимая, что он не перестанет принимать вызовы всех и вся, рискуя всем, практически каждый раз оказываясь на волосок от смерти. Сколько бы она не пыталась его образумить, чемпион не перестанет следовать своим принципам и идеям слепо и фанатично. — А так, ты пришла по какому-то конкретному вопросу, или же просто поговорить? – спросил он, надеясь на второе, но опираясь на свой предыдущий опыт он уже догадывался, что ему что-то приготовили. — По делу я, проблема нагрянула нежданно-негаданно. – девушка вздохнула, и во вздохе слышалась усталость от бесконечных проблем, и скрестив руки под грудью защитным жестом, посмотрела прямо на чемпиона с деловым, но усталым взглядом. — Несколько дней назад, один из наших старых, проверенных поставщиков перестал выходить на связь как раз перед критически важной доставкой груза. Там было достаточно много всего нужного и дорогого на достаточно приличную сумму. Очень приличную, Лайтер. — Думаешь саботаж или.... он просто сбежал с товаром? – уточнил Лайтер, мысленно уже готовясь к худшему. Одно дело, если бы она просто сказала про задержку, вот только полное игнорирование со стороны поставщика, то следует ждать чего-то паршивого. — Я надеюсь, что это просто форс-мажор и у него есть очень серьезная причина не выходить на связь везде где только можно в течении нескольких дней. Очень на это надеюсь. Я даже думать не хочу, что это дело рук... – девушка словно проглотила слова, чтобы не накликать беду, сжимая кулаки от легкого раздражения из-за всей этой ситуации, но довольно быстро привела себя в чувства, взяв себя в руки с видимым усилием, чтобы не выдавать свои эмоции лишний раз. — Однако, исключать худший вариант никак нельзя, так что я и саботаж, и банальное воровство, рассматриваю... в любом случае, поручаю тебе отправится и тщательно разобраться с этим вопросом. Если он действительно посмел нас кинуть, то как раз-таки ты разберёшься с подобным наглым ублюдком. Чтоб запомнил. Ну а если всё дело в простой задержке, реальной ошибке, у которой есть действительно нормальная причина, то улыбнись, поторопи его и возвращайся живой и здоровый. – девушка хмыкнула, пытаясь скрыть беспокойство за него, смотря за реакцией чемпиона. — Раз это ваша просьба, то я выполню её по высшему разряду, босс. – сказал он четко, поправив очки так, что солнце бликовало от линз, сев вместе с этим в очень уверенную позу. Со стороны поза, в которую сел Лайтер, могла показаться самоуверенной или излишне пафосной, вот только это вызвало у Цезарь спокойную, искреннюю улыбку. Чемпион всегда был уверен в победе, в правильности своего пути, и это качество, эта непоколебимая вера, в какой-то степени успокаивало вожака, давало опору в этом хаотичном мире. Да и просто выглядело забавным для неё, так что легкое кривляние для веселья босса не было какой-то большой проблемой. — Что же, тогда можешь идти прямо сейчас. Если потребуется помощь или транспорт, можешь позвонить мне или Пайпер, и она подгонит грузовик, или же мы все на подмогу прилетим тебе. И да, постарайся не переусердствовать там. Без лишнего шума и разрушений, ладно? – добавила она, и в её голосе прозвучала знакомая Лайтеру нота заботы и предупреждения. Улыбнувшись, чемпион встал со своего места, и стоило ему только направится на выход, как тут же столкнулся с официанткой которая как раз несла его заказ. Девушка кажется была самую малость растерянной, вот только парень мило улыбнулся, и головой указал на своё место, где теперь сидела Цезарь. Девушка бодро кивнула, и тут же метнулась обслуживать босса. Чемпион неспешно шел к своему байку, желая как можно скорее отправится и покончить с этой чертовщиной, так как желания растягивать это задание он не хотел. По большому счету он хотел разобраться без лишней крови, но понимая как устроена объездная, ему скорее всего придется в очередной раз покрыть свою золотую перчатку кровью, но приказ босса есть приказ, и посрамить честь банды он не посмеет, независимо от ситуации... — Ла-а-а-айте-е-е-ер! — Из ниоткуда на него налетела Бернис, главный источник хаоса и внезапностей в Блейзвуде, а может и на всей объездной. Её тело сшибло Лайтера с ног, и он рухнул на землю, поднимая облако пыли. Эта девушка, с её неукротимой энергией, похоже, взяла за привычку бросаться на чемпиона, не думая о последствиях и о ситуации вокруг. Пытаясь встать, Лайтер почувствовал, что Бернис даже не собирается слезать с его спины, устроившись сверху с наглой ухмылкой, словно кошка, занявшая тёплое место. — Ты куда-то едешь? Неужели новое задание? Возьми меня с собой! Мне безумно скучно, заняться нечем, а я жуть как хочу приключений! Ну же, Лайтер, не будь занудой! Её голос, полный энтузиазма и безрассудства, звенел в ушах, как сирена, а поток вопросов уже заставил бровь Лайтера нервно дёрнуться. Бернис была как самая настоящая стихия: если её пустую голову посещала очередная безумная идея, она вцеплялась в жертву, как клещ, и не отпускала, пока не добивалась своего. А хуже всего было, когда ей становилось скучно — в такие моменты все её черты словно выкручивались на сто процентов, превращая её в сущность, способную перевернуть весь Блейзвуд вверх дном. Лайтер вздохнул, пытаясь стряхнуть её, но Бернис держалась крепко, болтая ногами и продолжая тараторить. — Бернис, послушай, — Лайтер, наконец, поднялся с земли, стянул её со спины и, не глядя, отшвырнул в сторону. Девушка врезалась в ближайшую стену, издав возмущённый писк, и посмотрела на него с комичным недовольством, потирая ушибленное плечо. Поправив шарф и отряхивая пыль с куртки, Лайтер продолжил, стараясь говорить твёрдо, но с трудом сдерживая улыбку. — У меня задание от Цезарь, и оно только для меня. Оно может быть достаточно опасным, Бернис. Я не шучу, меня там может ожидать что угодно. Я справлюсь со всем сам, а ты… ни за что не смей за мной увязаться, поняла? Он слегка приврал, возможно преувеличив опасность задания, но это был единственный способ отцепить эту неугомонную девчонку. Бернис надула щёки, скрестила руки и фыркнула, словно капризный ребёнок, которому не дали любимую конфету. Её глаза сверкнули обидой, но она кивнула, будто смирившись. Лайтер, однако, знал: её "смирение" — это как затишье перед бурей. В глубине души он в какой-то степени не мог не восхищаться её энергией, но сейчас она была последним, что ему нужно перед важным делом. — Ладно, чемпион, я поняла, — буркнула Бернис, отводя взгляд и пнув камешек носком ботинка. — Но если будет весело, а ты меня не позвал, я тебе этого не прощу! — Она показала ему язык, развернулась и, напевая что-то себе под нос, зашагала прочь, оставив Лайтера в облаке пыли и смутного предчувствия, что она всё равно найдёт способ влезть в неприятности.

***

Лайтер мчался на своём байке по пустынной объездной дороге, мысленно прокручивая детали предстоящего задания. Где-то в глубине души он искренне надеялся, что всё обойдётся без лишних сложностей: он просто подъедет, обсудит дела с поставщиком и вернётся обратно. Однако его интуиция, отточенная годами опыта, настойчиво шептала об обратном, предвещая неприятности. Поставщик, с которым они работали достаточно долго, никогда их не подводил. Все заказы доставлялись в срок, а за малейшую ошибку или задержку он, словно древний кающийся грешник, посыпал голову пеплом, умоляя о прощении. Было ли в этом откровенное заискивание, граничащее с угодливостью? Безусловно. Однако, несмотря на поведение, которое могло раздражать многих, этот человек оставался на редкость эффективным. Благодаря его связям в Блейзвуд попадали дефицитные товары и редкие материалы, столь необходимые для местных жителей. И всё же, несмотря на надежду на спокойную встречу, Лайтер чувствовал, как интуиция словно предупреждала его: мирного исхода ждать не стоит. Почему он был так уверен в надвигающихся проблемах? Даже сам чемпион затруднился бы ответить на этот вопрос. Многолетний опыт общения с самыми разными людьми, от торговцев до наёмников, самые разные ситуации которые могут произойти на Объездной, подсказывали ему, что-то во всей этой истории было определённо неладно, словно невидимая угроза затаилась в тени. Проехав ещё несколько километров по извилистой дороге, Лайтер остановился у подножия очередной скалы. Среди багрово-красных скал, сливающихся в сплошной кровавый пейзаж, скрывался неприметный проход, ведущий к складу, где располагался транспортный центр. По незнанию найти эту дверь было практически невозможно — она сливалась с окружающей средой, словно созданная природой, а не человеком. В прошлом Лайтер и сам бы не заметил её, если бы Цезарь не передал ему по телефону чёткие координаты с указанием точного места. Без этих инструкций он, вероятно, блуждал бы по пустынным окрестностям до самой ночи, проклиная свою невнимательность. Спешившись с байка, Лайтер надел свою перчатку, ощущая её привычную тяжесть на руке. Она может и не понадобится вовсе, но в такой ситуации лучше быть наготове. Осторожно обойдя разбросанные вокруг крупные камни, он приблизился к массивной металлической двери, которая выглядела на удивление прочной. Взявшись за ручку, он нахмурился: он даже не особо сильно потянул на себя, но дверь не просто поддалась, а распахнулась с лёгкостью, словно её и не запирали вовсе, что вызвало у него мгновенное чувство тревоги. — "Не нравится мне, что дверь, которая должна охранять склад, осталась открыта, словно приглашая любого войти внутрь" — пробормотал Лайтер, его голос эхом отразился в пустоте. — "Профессионал, работающий на объездной, не допустил бы такой оплошности. Если только это не часть какого-то плана." Инстинктивно тряхнув правой рукой, Лайтер проверил готовность своего оружия, ощущая, как напряжение нарастает в груди. Медленно приоткрывая дверь, он внимательно осмотрел её на предмет ловушек, выискивая малейшие признаки опасности. К счастью, ничего подозрительного не обнаружилось. Переступив порог, он вошёл внутрь, двигаясь с предельной осторожностью по узкому, плохо освещённому коридору. Каждый шаг отдавался глухим топотом его тяжёлых ботинок, и этот звук, единственный в гнетущей тишине, эхом разносился по стенам, словно насмехаясь над его настороженностью. Тишина, нарушаемая лишь его шагами, давила на рассудок, словно невидимый груз, заставляя сердце биться чуть быстрее. Это ощущение было далеко не из приятных, но благодаря железной выдержке, Лайтер оставался сосредоточенным, не позволяя страху или сомнениям отвлечь его от цели. Спустя несколько напряжённых шагов мрак коридора наконец рассеялся, и перед Лайтером открылся просторный ангар внушительных размеров. Его периметр был плотно заставлен рядами грузовиков, чьи тёмные силуэты вырисовывались в тусклом свете редких ламп. Однако, как и в коридоре, здесь царила мёртвая тишина, не нарушаемая ни шорохом, ни малейшим движением, только лишь гул ламп под потолком слегка разбавлял эту гнетущую атмосферу брошенности. Лайтер замер, оглядываясь по сторонам. Он не торопился двигаться вперёд, предпочитая изучить обстановку. Медленно обходя каждый грузовик, он внимательно осматривал их, выискивая хоть малейший намёк на присутствие людей. Но всё выглядело странно, почти неестественно: ни единой души, ни следа жизни. Подойдя к кабине одного из грузовиков, он заглянул внутрь, но, как и ожидал, не нашёл ни водителя, ни чего-либо, что указывало бы на недавнее присутствие человека. Тяжело вздохнув, Лайтер ещё раз обвёл взглядом ангар, и его внимание привлекла небольшая пристройка в дальнем углу. Её тускло освещённые окна намекали, что там, возможно, скрывается что-то важное — или кто-то, затаившийся в ожидании. Медленно подойдя к пристройке, Лайтер заметил еле различимую каплю крови на дверной ручке — алую, ещё свежую, словно её оставили всего пару часов назад. Она резко выделялась на фоне гнетущей пустоты ангара, и его интуиция, уже звенящая от тревоги, буквально взвыла: здесь произошло что-то серьёзное. Осторожно приоткрыв дверь, он шагнул внутрь, и первое, что бросилось в глаза, — помещение, больше похожее на офис, чем на часть заброшенного склада. Потрескавшиеся стены, пропитанные запахом сырости, освещались тусклым мерцанием старых ламп. Столы были завалены мятыми бумагами, будто кто-то в спешке искал что-то важное. Два допотопных компьютера слабо гудели, их экраны мигали статическим шумом, а вдоль стен тянулись шкафы, набитые, судя по всему, документами. Но всё это отошло на второй план, когда взгляд Лайтера упал на тело, распростёртое на полу. Он подбежал, и его лицо невольно скривилось. Это был поставщик, его лицо застыло в гримасе ужаса и боли, а шея была перерезана глубоким, точным надрезом, словно работа профессионала. Кровь, ещё не успевшая свернуться, растеклась по потёртому линолеуму, рисуя жуткую картину. Даже Лайтер, привыкший к жестокости Объездной, поморщился. Его чуйка, как всегда, оказалась права: здесь всё было неладно. — Надо скорее связаться с Цезарь. Если эти гады ещё не уехали слишком далеко, их можно нагнать, — пробормотал Лайтер, доставая телефон. Но, к его раздражению, экран показал отсутствие сигнала. — Проклятье… Глушилка? Или стены слишком толстые? — Он стиснул зубы, понимая, что оставаться здесь нельзя. Надо выбираться, и как можно скорее. Поднявшись в полный рост, он подошёл к большому окну, дающему обзор на весь ангар. Лайтер окинул взглядом помещение. Он поражался, насколько легко отсюда было следить за всем происходящим. Но спокойствие, которое он ощутил, тут же исчезло, как только он услышал лёгкий скрип металла — едва уловимый, но отчётливый. Этот звук разрушил мёртвую тишину, заставив его замереть и всматриваться в каждый уголок с напряжённым вниманием. За одним из грузовиков он заметил едва уловимое движение, слишком быстрое, чтобы разглядеть что-то, кроме силуэта. Он прищурился, пытаясь рассмотреть тень, но в этот момент тишину ангара разорвал оглушительный звук выстрела. На одних рефлексах Лайтер бросился в сторону, укрывшись за стеной, и через долю секунды пуля пробила стекло, врезавшись в противоположную стену с глухим ударом. Если бы он не успел среагировать, снаряд прошёл бы ему прямо через голову — или, в лучшем случае, чиркнул бы по виску. Сердце заколотилось, адреналин хлынул в кровь, но Лайтер, слегка поправив сползшие очки, заставил себя дышать ровно, оценивая ситуацию. — Снайпер? В таком месте? — пробормотал он, прижавшись к стене. — Дело дрянь. Эти гады вовсе не ушли, они остались здесь, устроив засаду для тех, кто придёт. Судя по звуку металла, они спрятались внутри одного из грузовиков… Семь баллов за сообразительность, — саркастично добавил он, мысленно проклиная себя за то, что не проверил грузовики тщательнее. Ситуация осложнялась: стрелок мог сменить позицию, держа под прицелом и дверь, и окно этого офиса. Хуже всего, он мог забраться на крышу одного из грузовиков, отчего достать его будет почти невозможно. А если у стрелка есть сообщники, которые, скорее всего, уже идут сюда, Лайтер окажется в ловушке, где любое движение станет смертельным риском. — И связаться с Цезарь не выйдет, пока я не выберусь из этого чёртова ангара. Должно же быть хоть что-то...

***

— Проклятье, я его даже не задел... Вот уж изворотливый ублюдок. — пробормотал тирен лис, перезаряжая свою винтовку. Они ожидали появления кого-то из банды после того как возникли задержки, и даже были готовы к встрече с целой группой, вот только встретится с чемпионом Объездной, было самым настоящим подарком для них. Убив его, они бы могли смело бросать вызов как Калидону так и Армагедону, постепенно уничтожая их всех, чтобы воздать им всем по заслугам!... вот только боец оказался достаточно ловок и быстр, чтобы уклонится от выстрела. Лис перевел прицел винтовки на своих товарищей, которые медленно окружали офисное помещение, готовясь ворваться и растерзать чемпиона на месте. Каким бы крутым носитель красного шарфа ни был, против толпы из двадцати человек он не справится, и думая об этом лис усмехнулся, вновь наведя прицел на место где засела их жертва. Можно было бы попробовать выстрелить вновь, в одну из стен ради попытки убить чемпиона, вот только тратить патрон с риском выдать свою позицию было бы слишком глупым решением, поэтому оставалось только сидеть и наслаждаться шоу которое сейчас должно было начаться с минуты на минуту. Один из головорезов подошел достаточно близко к двери, и держа крепко пистолет в руке слегка толкнул дверь, и входя вовнутрь. Никого внутри не оказалось, чемпион казалось просто пропал в никуда. Зайдя внутрь парень просто не понимал, куда мог пропасть их противник, пока его взгляд словно инстинктивно не поднялся вверх, вот только оказалось слишком поздно. Сокрушительный удар сверху, золотой перчаткой, вогнал его голову прямо в бетонный пол, казалось ломая чуть ли не полностью черепушку. Чемпион выпрямился в полный рост, слегка разминая руку, всё же спрятаться под потолком, держась за выступающие металлические балки, было судя по всему хорошей идеей, но теперь, с минуты на минуту сюда войдут ещё люди, так что тратить время нельзя. Взяв в руки пистолет, который теперь владельцу не пригодится, Лайтер встал возле двери, и краем глаза выглянув, оценивал своё положение и продумывал тактику своих дальнейших действий в таком положении. Первым что пришло в голову чемпиона стала идея лишить нападавших возможности нормально ориентироваться в пространстве — следовательно, следовало первым делом попробовать лишить их света. Подгадав удачный момент, чемпион направил руку с пистолетом вверх, и выстрелил прямо в одну из весящих ламп. Треск... Попадание, хоть на первый взгляд и казалось кривым, оказалось на удивление точным — пуля угодила как раз туда, куда было нужно. Лампа, мигая последними всполохами света, треснула с сухим хлопком, разлетелась на мелкие осколки и окончательно потухла, окрасив четверть помещения в зловещий полумрак. Внезапная смена освещения произвела мгновенный эффект: ряды нападавших дрогнули, среди них пронеслась лёгкая, но ощутимая паника. Казалось, никто из них не ожидал, что чемпион Объездной будет бороться с такой яростью и изворотливостью, применяя каждый доступный способ, даже самые неожиданные. Снайпер, смотрящий на всё это, недовольно зарычал, глухо и с нажимом, едва сдерживая раздражение, вызванное тем, как резко ситуация начала выходить из-под контроля. Всё шло не так, как они планировали. Однако он по-прежнему не отрывался от прицела, держа его ровно, уверенно, точно по центру. Полумрак мог усложнить задачу кому угодно, но только не ему — даже в полной темноте он видел так, будто свет и не угасал вовсе. Он продолжал сосредоточенно следить за дверью, из которой только что и прозвучали выстрелы, ожидая что следующее действие чемпион совершит оттуда, когда вдруг, словно в насмешку, с грохотом разлетелось окно, через которое снайпер и стрелял в чемпиона, вылетело окровавленное тело их товарища – чемпион швырнул его с такой силой, что труп перевернулся в воздухе, на миг полностью закрыв собой обзор, отвлекая на себя всё внимание. Все, включая Лиса — опытного и хладнокровного стрелка, — инстинктивно отвлеклись, едва уловимым движением головы, буквально секундной сменой фокуса. Но даже этого короткого момента оказалось достаточно. Красная вспышка метнулась из дверного проёма, откуда ещё секунду назад ничего не было видно — Лайтер сорвался с места, в считанные доли секунды преодолев расстояние до ближайшего грузовика. Там, укрывшись за металлическим корпусом, он облегченно выдохнул, параллельно начав продумывать свой следующий шаг. — "Блядь! Ублюдок… Я его прибью, вот же гандон... если он начнет и от остальных так же легко избавляться, мы окажемся в полной заднице..." — пронеслось в голове у снайпера, пока он смотрел на окровавленное тело своего товарища. Проблема заключалась не только в том, что они потеряли одного из бойцов, куда хуже было то, что теперь чемпион получил свободу действий и манёвров за пределами ограниченного пространства офиса. В добавление ко всему, воздух начал постепенно заполняться запахом свежей крови и мертвичины, что очень сильно путало при попытке учуять чемпиона. Теперь единственным способом засечь местоположение врага оставалось наблюдение — только глаза и ловкость, никаких других выиграть попросту не оставалось. Они оказались чересчур беспечны, полагая, что победить великого чемпиона у них не получится вот так вот просто, было на самом деле слишком наивно полагать, что всё пройдет гладко, но что поделать. Оставалось только искать выход из сложившейся ситуации и адаптироваться. Осмотревшись, стрелок заметил высокую узкую платформу, проходившую над всеми грузовиками. Она находилась немного в стороне, за его спиной. Секундное решение — и он сорвался с места, разбежался, запрыгнул на металлический настил, едва скрипнув под собой железом. Выбрав новую точку, он вновь приник к оптическому прицелу, откуда открывался лучший обзор. Теперь, находясь выше, он мог перемещаться вдоль всей стены, ведь платформа тянулась от одного конца ангара до другого. Это давало невероятное преимущество во всей этой ситуации.. Единственным уязвимым местом во всей этой стратегии оставались лестница и грузовики, с помощью которых, чемпион мог бы теоретически добраться до лиса. Да, это могло бы стать серьёзной проблемой, вот только по мнению стрелка, до того момента как его местоположение раскроют, их противник уже будет мертвым. — "В пистолете четыре пули. Этих кретинов сейчас что-то около… шестнадцати? Может, девятнадцать. Расходовать боезапас на рядовых противников — неразумно. Всё равно с огнестрелом я не в ладах, так что может …" — думал Лайтер, мельком взглянув на оставшиеся лампы, которые всё ещё заливали помещение тусклым светом. Решив, что это будет единственной хорошей идеей, он поднял пистолет, прицелился и сделал несколько быстрых выстрелов. Пули одна за другой ушли в потолок — две мимо, но две ударили точно в цель, разбив пару ламп и погрузив уже большую часть помещения в почти полумрак. Тени расползлись по углам, а пространство словно сжалось, став опасным и непредсказуемым как для самого Лайтера, так и для его врагов. — "Вот так гораздо лучше. Теперь, чтобы разобраться с оставшимися, мне нужно будет наверное, не более девяти или десяти точных ударов. Главное — не попасть под прицел стрелка. Он всё ещё где-то рядом…" — мысли проносились в голове чемпиона, пока он, опершись о стену, старался прислушаться к звукам вокруг. Он осторожно тряхнул рукой. Внутренний механизм перчатки с лёгким щелчком активировался, передавая тонкую вибрацию по всей руке, медленно начиная разгоняться. Ориентируясь по едва уловимым уловимому звуку шагов, Лайтер предположил, что минимум двое врагов находятся с правой стороны от него — и ещё несколько приближаются с левой. Это разделение было как нельзя кстати. В условиях ограниченной видимости он мог перехватывать их поодиночке или в таких небольших группах, не давая им собраться в большую толпу. Подобная тактика позволяла сэкономить силы и минимизировать риск получить ножом в спину, по крайней мере при должной сноровке, все должно пройти именно так. Он тихо выжидал, прислушивась к каждому шороху, пока наконец не наступил подходящий момент. Звуки шагов звучали теперь достаточно близко, а один из головорезов и вовсе выдвинулся вперёд, слишком поспешно, слишком самоуверенно, о чем моментально пожалел. Кулак чемпиона, с невероятной точностью и скоростью, врезался ему точно под дых, после чего он со всей силы толкнул скручивающегося от боли головореза на вышедшего следом напарника. По итогу оба отлетели в сторону, сильно врезавшись в стену. — Восемь — отсчитывал Лайтер, как тут же на него со спины набросились сразу три головореза. Двое из них были вооружены мачете, которыми они тут же попытались обезглавить своего противника, вот только тот даже не глядя на них отразил оба удара своей перчаткой и моментально произвел контратаку. Выбив одним резким ударом оба мачете из рук, не давая врагам перевести дыхание после своего предыдущего действия, он моментально схватил обоих за головы и ударил их друг о друга. Оба моментально обмякли и упали на пол, пока их товарищ только подбежал к чемпиону, замахиваясь огромным топором, вот только Чемпион ловко увернулся в сторону, и замахнувшись свой правой рукой, нанес мощный удар. Заряженная перчатка, получив дополнительную силу разгона показала всю свою мощь, отправив напавшего в полет, скорее всего переломав ему все кости. — Семь. Хах, всё же, это судя по всему будет достаточно просто... Я даже как-то... — не успел Лайтер договорить свой монолог в пол голоса, как тут же поплатился за свою беспечность из-за нахлынувшей уверенности в себе. Бам... Прозвучал очередной громкий выстрел, и Лайтер почувствовал жгучую боль в левой руке, от которой хотелось взвыть, как загнанному зверю. Но времени на слабость не было — из тьмы, словно призрак, вынырнул громила, его кулак, размером с кувалду, обрушился на чемпиона. Лайтер, стиснув зубы, успел прикрыться правой рукой, золотая перчатка приняла удар, но сила всё равно отшвырнула его достаточно далеко. Удар был чертовски сильным, чуть ли не с такой же силой как и молотом, но Лайтер сумел устоять на ногах, только вот его очки всё же слетели с него. Вместе с этим, подстреленная рука болела просто адски сильно, словно её жгло изнутри, но он мог ею двигать — пуля, к счастью, не задела ничего важного. Громила, стоявший напротив, самодовольно ухмыльнулся, его глаза сверкнули в полумраке, как у хищника, почуявшего добычу. — И всё же великий чемпион Объездной не такой уж неуязвимый, я слышал из слухов — прогремел он — Готовься сдохнуть от рук Стального Клыка! Как только я размажу тебя по асфальту, титул чемпиона будет моим! — От твоей руки, значит… — Лайтер медленно поднял обе руки, вставая в боевую стойку, игнорируя боль, которая жгла левую руку, как раскалённый металл. Его очки, слетевшие после удара, валялись в пыли, обнажая глаза — горящие, стальные, полные решимости драться до последнего вздоха. Он не сдастся, даже если ангар станет его могилой. — "Ты не первый, кто хочет заполучить этот титул, и явно будешь не последним" — подумал он, чувствуя, как азарт заглушает боль, как огонь в груди разгорается всё ярче. Переведя взгляд в сторону, он заметил лёгкий блик на платформе над грузовиками — судя по всему там как раз и находился снайпер, выжидающий очередного удобного момента для атаки. Лайтер посмотрел на громилу, его губы растянулись в хищной усмешке. — Я запомню твоё имя, Стальной Клык. Так что выкладывайся на полную катушку, покажи, чего ты на самом деле стоишь. В тот момент, когда Лайтер посмотрел в сторону стрелка, Тирен Лис напрягся, осознавая, что его промах выдал позицию с потрохами. Этот взгляд — насмешливый, дерзкий, словно говоря, что этого мало, — заставил шерсть на теле Лиса вздыбиться от ярости. Его жёлтые глаза сверкнули в темноте, как у хищника, загнанного в угол. На этот раз он собирался подстрелить этого гада. Быстро вставив в винтовку особый патрон — его собственную разработку, которая даже при неточном попадании разорвёт любого на куски, — он прижался к прицелу. Не использовать этот патрон было его кодексом чести: добычу надо убивать честно, без таких уловок. Но теперь вопрос стоял о выживании. Боевые навыки Лайтера, его золотая перчатка, разбивающая кости, как сухие ветки, делали его машиной смерти, способной раскидать превосходящие силы врагов. Лис выцеливал мельтешащий силуэт чемпиона, который не сражался, а танцевал со Стальным Клыком, нанося град ударов — золотая перчатка сверкала в полумраке, каждый удар сопровождался хрустом костей и стонами. Подгадав момент, Лис облизнулся, предвкушая победу, и слегка нажал на курок… — Хей-хей! — раздался весёлый возглас прямо над ухом Тирен Лиса. Инстинкты взревели, и Лис развернулся, пытаясь отпрыгнуть от угрозы. Сконцентрировавшись на Лайтере, он забыл о своей уязвимости. Запах крови и , смешанный с грохотом выстрелов и криков в ангаре, выбил его из равновесия забрав на себя всё возможное внимание. Лестница на платформу, узкий проход ведущий к его позиции — он не уследил за ними. За долю секунды, пока он отпрыгивал, Лис увидел девушку с огнемётом, её глаза сияли безумной радостью, а улыбка на фоне всего происходящего вокруг ада выглядела жутко, словно оскал смеющегося демона. Он потянулся к запасному пистолету на поясе, пальцы дрожали от адреналина, но было уже слишком поздно. Её палец уже лежал на спусковом крючке. Щёлк! Адское пламя вырвалось из двух стволов огнемёта и в мгновение ока охватило платформу, поглотив Тирен Лиса с головы до ног. осветив чуть ли не всё помещение. Жуткий звериный рёв разорвал воздух, смешавшись с едким запахом горящей шерсти и плоти. Лис рухнул на платформу, его тело корчилось в огне, который не слабел, а разгорался всё жарче, пожирая кожу, мышцы, саму его суть. В голове проносились вопросы: "Кто она? Почему я не заметил?" Чувство несправедливости душило его, как дым. Он не хотел умирать так — в агонии, беспомощно, как загнанный зверь. В отчаянной попытке спасти свою жизнь он бросился на девушку, надеясь зацепить её своими когтями, но невозможность нормально видеть из-за адских ожогов сыграла свою роль. Он перемахнул через перила, и с криком, полным адской агонии, рухнул на бетонный пол. Хруст костей смешался с треском пламени медленно слабеющего пламени, жизнь стрелка оборвалась жестоко. Все нападавшие, кто стал свидетелем этой сцены, нервно сглотнули, осознав, что после смерти прикрывавшего их снайпера, роли охотника и жертвы поменялись, и теперь они — добыча. Лайтер, смотрящий на это, с лёгкостью узнал в огнемётчице Бернис, которая не послушалась его и каким-то образом проследила за ним до этого склада. Он подсознательно ожидал этого, но не мог понять, почему она поехала за ним и как вычислила его местоположение. В любом случае, её появление дало ему время нокаутировать здоровяка, который с ужасом смотрел на место, где недавно был его товарищ. Теперь, разобраться с противниками станет куда легче.

***

Бернис скука жрала изнутри, как ржавчина металл. Утро в баре было мёртвым — ни одного клиента, только пыльные лучи света пробивались через мутные стёкла, выхватывая потёртую стойку и запах прогорклого масла. Все, с кем ей обычно было весело, были заняты чем-то "жутко важным". Даже Люси, которая каждое утро забегала поболтать, не появилась — возилась со своими свинками, вбивая им дисциплину. —"Свинки, серьёзно? И это важнее меня?" — подумала Бернис, закатив глаза. Она бросила взгляд на пустую стойку, где одинокий стакан отражал неон вывески, и вздохнула так, будто выдыхала весь свой запас терпения. Скука была не просто чувством — она была врагом, которого хотелось сжечь до тла. Бернис подошла к витрине с алкоголем, её ботинки скрипнули по потрескавшемуся полу. От нечего делать она решила замешать коктейль — просто чтобы занять руки, чтобы не взорваться от тоски. Взяв стопку, она наполнила треть кофейным ликёром, его густой аромат защекотал ноздри, напоминая о дешёвых забегаловках Объездной. Затем, прислонив ложку под острым углом к стенке стопки, аккуратно влила каплю сливочного ликёра, наблюдая, как он медленно растекается поверх предыдущего ингредиента. Под конец, с той же точностью, она добавила апельсиновый ликёр. Достав зажигалку из внутреннего кармана жилета — потёртого, с пятнами от нитро-топлива, — она щёлкнула ею, и маленький синий огонёк вспыхнул в стопке. Бернис не собиралась пить. Она просто смотрела, как пламя танцует, отражаясь в её глазах, и чувствовала, как хаос внутри затихает, сменяясь лёгким, почти чужеродным для неё спокойствием. В такие моменты она была не машиной разрушения, а просто Бернис — девушкой, которая могла бы быть обычной, если бы не её любовь к огню и хаосу. Все в Блейзвуде знали: когда Бернис смотрит на пламя, можно выдохнуть, ведь она уж точно будет занята на какое-то время чем-то спокойным. Она долго пялилась на огонёк, погружённая в мысли — о Лайтере, который опять куда-то пропал, о Цезаре, чьи планы всегда были слишком серьёзными, о новом жителе Объездной, с которым она ещё не успела даже нормально повеселиться. Но даже пламя не могло удержать её надолго. Скука вернулась подобно вредной привычке, начав вновь плавить мозги Бёрнис множеством идей, и Бернис вылила коктейль в раковину, наблюдая, как огонь шипит, угасая. Она достала фляжку с нитро-топливом — её любимым пойлом, от которого вены горели, как реактивный двигатель. Отхлебнув глоток, она почувствовала, как тепло растекается по груди, и радостно ухмыльнулась, хлопнув себя по лбу. "Дура, если веселье не идёт ко мне, я сама его найду!" — подумала она, её глаза загорелись, как тот синий огонёк, но теперь в них был не покой, а скорее предвкушение развлечения. Куда пойти? Пайпер наверняка утопает в своих делах — вечно копается в железках, чинит байки или ругается с теми кто небрежно обращается с её техникой. Люси? Можно вломиться к ней и подразнить её свинок, но это уже приелось — свинки визжат после каждой шутки, а Люси проклинает девушку за сорванную тренировку. Цезаря беспокоить не хотелось — её холодный взгляд которым она могла одарить, за секунду способен был приструнить Бёрнис. Лайтера было очень лень искать, так что он пока отпадал. К счастью, на Объездной появился новый житель — кто-то, с кем она ещё не развлекалась — "Новичок, держись," — подумала Бернис, поправляя свои очки, и не теряя ни секунды, она чуть ли не в припрыжку направилась в сторону клиники. Дойдя до клиники, Бернис, в радостном предвкушении, вошла внутрь. Её встретил запах спирта и приглушённый белый свет, заполнявший всю приёмную. За столом у стены сидел их новый доктор, занятый, вероятно, чем-то важным. Говард был сосредоточен над деталями для импланта который он судя по всему делал для кого-то из своих пациентов, настолько погружённый в работу, что не услышал, как к нему вошли без стука. Бернис с любопытством рассматривала всё вокруг — от ряда аккуратно разложенных имплантов до шкафа с лекарствами и медицинскими инструментами. Ей никто не разрешал туда лезть, но, по её логике, никто и не запретил так что всё в порядке. Закончив осматривать помещение, девушка нависла над Говардом, который только после того, как над ним появилась тень, перевёл взгляд назад, встретившись лицом к лицу с ней. — У тебя должно быть или очень мало мозгов, или например сломанная рука, прежде чем вот так врываться ко мне, — Говард окинул девушку холодным взглядом, затем развернулся к ней, не переставая разглядывать. — Тем более подходить ко мне со спины, пока я чем-то занят, — достаточно глупая идея. Тебе чего вообще от меня нужно, так как ни одной поломанной конечности у тебя не вижу. — Давай сыграем во что-нибудь? — не задумываясь ответила Бернис. Доктор только прищурился, не понимая, действительно ли девушка перед ним настолько пустоголовая, или она любит доставлять проблемы на пустом месте. У него было много дел, которые требовали внимания, и откладывать их ради каких-то игр Говард не планировал, поэтому просто вернулся к работе. Такое отношение вызвало дикое возмущение со стороны Бернис, недовольно надувшей щёки, но сдаваться так просто она не собиралась. — Ну, докто-о-ор… Давай поиграем, например… в шахматы! — воскликнула она. Удивлённый взгляд Говарда явно давал понять то, что от таких новостей он мягко говоря был в шоке, и было даже достаточно сложно сказать, что конкретно его смутило. Хотя скорее всего, его шокировал сам факт того, что Бёрнис знает такое слово как "шахматы". — "Ладно, быстро разберусь с ней, она от меня отстанет и я смогу вернуться нормально к работе" — пронеслось в голове Говарда — Что же, в таком случае тащи их сюда, так как у меня нету. — Девушка радостно закивала, с невероятной скоростью убежала куда-то и через несколько минут принесла металлическую коробку на которой со всех сторон можно было увидеть черные и белые клеточки. Найдя место, где можно было бы их поставить, Бернис высыпала фигуры и принялась их размещать. Доктора это не удивило: она расставила фигуры почти правильно, но с парой ошибок, поэтому он просто вздохнул, подошёл к ней и поправил всё. Бернис заняла место за чёрными фигурами, и доктору ничего не осталось, кроме как смириться и сесть за белые, уверенный, что быстро разделается с этой девчонкой. Игра, как ни странно, оказалась не такой уж скучной. Можно было сказать, что Бернис была не на уровне самого тупого шахматного бота, а оказывала некоторое сопротивление. К тому же она с лёгкостью делала на первый взгляд безумные, провокационные ходы, поддавшись которым, можно было потерять всё преимущество. Но в голове доктора были годы практики в разные игры, огромный опыт и умение анализировать поведение противника. Чтобы считать эмоции сегодняшней соперницы, не требовалось даже минимальных навыков психолога — её яркие эмоции выдавали Бернис с потрохами. Это казалось забавным, отчего даже не пришлось включать свои электронные мозги, иначе победа была бы слишком лёгкой и скоротечной. Внезапно дверь в клинику ни с того ни с сего открылась. Переведя взгляд на дверной проём, Говард увидел своего босса, которая осматривала его владения. Заметив хозяина клиники вместе с Бернис, вожак просто хмыкнула, глядя на эту сцену. — Добрый день, босс. А я тут… — начал Говард. — Да расслабься, док, — перебила Цезарь, слегка фыркнув, заметив его вопросительный взгляд. — Я просто искала эту чокнутую, а оказалось, она до тебя добралась. Когда Бернис становится жутко скучно, она докапывается до каждого, кто попадётся ей на пути, и не отстанет, пока не получит свою порцию внимания. Ты какое-то время был в безопасности, но, видимо, её приход был лишь вопросом времени. — Понятно… Босс, прости, но я чёрт знает, насколько это затянется, и просто надеюсь, что успею выиграть и поскорее вернуться к работе. — Конечно, я не сомневаюсь, что ты выиграешь, док, — Цезарь странно прищурилась, перевела взгляд на Бернис, ехидно улыбнулась и загадочно кивнула. — Ладно, не буду вам мешать, удачной игры вам обоим. Как только Цезарь помахала рукой и покинула клинику, доктор, закатив глаза, вернулся к игре. Но, взглянув на доску, он тут же почувствовал, что что-то не так. Ничего критичного не произошло, но положение фигур не соответствовало тому, что было в его памяти. Это наводило на одну мысль — Бернис мухлевала. Беглый взгляд на девушку не дал намёков, где она могла спрятать пропавшую фигуру. Единственные видимые карманы на её куртке явно не скрывали ничего крупного. Говард тяжело вздохнул и продолжил играть, несмотря ни на что. Единственное, что напрягало, — молчавшая до этого Бернис была полностью сосредоточена на игре и всеми силами старалась победить. Похвальное рвение, но, несмотря на странности, доктор быстро выиграл. Навыки, даже в мелочах, он не терял и в своей новой жизни. — Что ж, жаль, что ты проиграла, но гордись, что смогла оказать мне хоть какое-то сопротивление. Я впечатлён тем, что ты… — не успел Говард закончить, как Бернис разбила его представление о нормальности. Молчавшая до этого, она открыла рот и выплюнула в руку фигуру — ту самую, что пропала с доски. Описать шок на лице доктора было сложно: среди множества фриков и странных личностей, с которыми он сталкивался, эта чёртова безумная девушка официально заняла место в списке самых долбанутых. — Какого чёрта?… Зачем, чёрт возьми, ты засунула фигуру в?... — Фух… устала я, — ответила Бернис, всё ещё держа фигуру в руке. — Как зачем? Мы же играем в шахматы, и надо съесть фигуру врага, разве нет? Доктор молчал, массируя переносицу. С одной стороны, она была просто чокнутой, и чего-то такого стоило ожидать. Но её логика была в какой-то степени неоспорима — никто ведь не уточнял, кто должен съесть фигуру… Говард чуть не ударил себя по лицу за такие идиотские мысли. Безумство, видимо, заразно. — Ради всего сущего, свали отсюда вместе с этими шахматами, лишь бы глаза мои тебя не видели, иначе у меня просто голова взорвётся от этого бреда. Бернис надула щёки, кипя от обиды, собрала фигуры и, недовольно фыркнув, покинула клинику, оставляя врача в шоке от её выходки. Отнеся игру туда, где она её взяла, девушка снова принялась бесцельно шататься по Блейзвуду, пока перед её взором не появился её драгоценный чемпион с его забавной реакцией. Она с разбегу бросилась на него, повалила на землю и засыпала вопросами, желая повеселиться, но была моментально отброшена, потому что он якобы был чем-то занят. Для вида Бернис притворилась, что послушалась, но, как только чемпион отъехал на своём байке достаточно далеко, она, усевшись на свой байк, отправилась следом, не приближаясь слишком близко, чтобы остаться незамеченной. Ей это удалось с неожиданной лёгкостью. Доехав до места, где стоял байк чемпиона, и осмотревшись, она потратила время, чтобы найти нужный вход. Девушка радостно улыбнулась, уже предвкушая невероятно весёлое приключение, так как там где был Лайтер, всегда находился кто-то очень интересный и достаточно сильный, так что не думая ни секунды, девушка бросилась в открытую дверь.

***

Отбросив наконец последнего головореза в сторону, чемпион устало выдохнул, осматриваясь вокруг и смотря на следы своей работы, и появившейся из ниоткуда Бёрнис. Половина его противников лежали в нокауте с большим количеством переломов больше не имея возможности встать или хоть как-то попытаться сбежать с поля битвы, а вот вторая половина лежали с ужасающими ожогами, испуская болезненные стоны, так как кому-то попросту не повезло выжить после такого чудовищного жара. Благо Лайтер был достаточно предусмотрительным, поэтому он оставил несколько человек практически полностью невредимыми чтобы допросить их о том что вообще произошло, кто они такие и какого черта они вообще тут забыли. Было бы всё идеально, не боли у него рука после всего этого, но раз все на своём месте, то можно и потерпеть. Переведя взгляд на свою напарницу, чемпион думал что делать с ней, стоит ли вообще отчитывать за такое ведь она нарушила его требование, вот только она спасла его жизнь, так что решить было достаточно сложно. — Эй, Бернис, подойди-ка сюда — подозвал её чемпион. Девушка не подозревая ничего, подошла к своему товарищу, и тут же получила щелбан. На возмущенные вопли девушки, Лайтер поправил свои треснувшие очки, сурово смотря на неё. — Спасибо что выручила меня, но даже так я смог бы сам справится. Даже не смотря на мои ранения они не настолько серьёзные, чтобы я проиграл таким дешёвкам, так что... — Хе-хе-хе. И всё же, я молодец. Нет такой проблемы которую не могли бы решить огнемёты.— Для Лайтера и некоторых других членов банды, жестокость девушки во время сражения была далеко не новинкой, так как каждом бою она входила в боевой раж, и с невообразимой легкостью могла совершать нечто настолько ужасное. — Что же... теперь нужно разобраться со следующим вопросом. Выйди на улицу и свяжись с Цезарем, чтобы она отправила кого-то к нам, чтобы вывезти грузовик в Блейзвуд. А я пока что займусь небольшим допросом тех, кто посмел на нас наехать таким вот образом, да ещё и поставщика нашего.... — повернувшись к тому месту где секунду назад стояла девушка, Лайтер обнаружил пустое место. Судя по всему, после распоряжения от товарища она дальше перестала слушать от слова совсем и просто убежала звонить боссу. Удивительно, что в этот раз не пришлось повторять несколько раз, прежде чем до неё дойдёт суть задания. В любом случае, сейчас у него была другая задача, к которой следовало приступать, так что он медленно подошел к пленным, и мило улыбнувшись снял свою перчатку, чтобы не отправить их окончательно в нокаут.

***

Багги, рыча двигателем, затормозила у входа в ангар, её колёса подняли облако пыли, смешанное с запахом палёного масла. Говард вылез из машины, морщась от раздражения — Цезарь выдернула его из клиники, когда он был по локоть в деталях для её импланта. Пайпер, лениво перекинув топор через плечо, щурилась на ржавую громаду ангара, её сонный взгляд скрывал острую насмешку. — Ну что, док, готов опять зашивать нашего чемпиона? — хмыкнула она. — Пора заводить счётчик. Один полихром за каждую дырку. Если так пойдёт и дальше, то на его ранах Говард сможет в скором времени позволить купить себе пентхаус. Вот только в реальности, за такие выезды ему пока не доплачивают, поэтому парень просто недовольно что-то проворчал себе под нос, поправляя сумку в которой у него лежали все необходимые медицинские принадлежности и некоторые медикоменты. В своё время, живя в Найт-Сити он латал таких как Лайтер десятками, но этот парень, судя по всему является чемпионом по количеству различных ранений, и от него явно стоит ожидать чего-то такого и в дальнейшем. Они шагнули в тёмный коридор, где эхо их шагов отражалось от бетонных стен, который прошли достаточно быстро, дойдя до основного места действия. Когда коридор закончился, ангар раскрылся перед ними, как сцена бойни: тусклый свет единственной лампы, мигающей на последнем издыхании, выхватывал тела, разбросанные по полу. Одни лежали неподвижно, другие хрипели, цепляясь за жизнь. Запах крови, пороха и горелой плоти бил в ноздри, заставляя Говарда скривиться. Обугленные остатки некоторых людей явно демонстрировали один из самых жутких по мнению Говарда вариант смерть, и оставалось только посочувствовать бедолагам, которые попали под струю огня. В центре ангара, на потрескавшемся бетоне заляпанном кровью, сидели Лайтер и Бёрнис. Чемпион выглядел так, будто его пропустили через мясорубку: шарф пропитался кровью, отчего его красный цвет приобрёл более багряный оттенок, треснувшие очки съехали на нос, а плечо укрывала наспех завязанная повязка, из-под которой сочилась кровь. Бёрнис, же напротив, сияла, как неоновая вывеска и не выглядела хоть чуточку уставшей, хотя была вся потрепана, а её одежда во многих местах была испачкана смесью грязи и крови. Вот уж действительно можно сказать, что эти двое прошли через самую настоящую бойню из которой они выбрались с большим трудом. — Ну вы конечно явно дали жару, — Пайпер присвистнула, оглядывая разгром. Подойдя ближе к парочке, она опустила свой топор, и оперлась на его рукоять, рассматривая своих товарищей — Это что, вечеринка в стиле «всё сжечь и всех прибить»? — Хей, Пайпер, не завидуй! — Бёрнис вскочила, её голос звенел, но в нём мелькнула тень неловкости. — Эти гады напали на Лайтера! Их было… ну, куча! Я просто помогла, и бах! — Она развела руками, изображая взрыв. — Спасла нашего чемпиона! — Она ткнула пальцем в Лайтера, тот лишь устало фыркнул, поправляя очки. Пока Пайпер отвлекала на себя всё возможное внимание со стороны неугомонной девчонки, Говард, не обращая внимания на её болтовню, опустился перед Лайтером. Его взгляд зацепился за повязку, пропитанную кровью и сажей. Развязав бинт, он нахмурился: плечо чемпиона было изуродовано достаточно неприятным пулевым ранением, из-за которого чемпион и казался таким сосредоточенным. Рана действительно была серьёзной, так что следовало осмотреть, чтобы оценить масштаб необходимых работ, а после приступать к лечению. — Снимай куртку и футболку. Будем зашивать тебя. — Док, это ерунда. Простая рана и ничего больше, жить я буду, так что ... — Лайтер криво усмехнулся, морщась от боли. — Заткнись, пустоголовый, и слушай меня внимательно — оборвал Говард, его тон был холодным, подобно металлу. — Ещё одно слово, и я просто ампутирую тебе руку, под предлогом что ты подхватил какую-нибудь инфекцию, от которой вылечить тебя не получится. Так что прекращай петушиться, и дай мне сделать мою работу. Лайтер вздохнул, стягивая куртку и футболку. Его тело было сплошным полотном шрамов и синяков: свежие багровые пятна по всему телу, старые рубцы на груди, и к ранам которые он зашивал в прошлый раз добавилось множество порезов и синяков. Возможно, были даже переломаны некоторые кости, но сказать так чисто визуально было мягко говоря проблематично. Говард прищурился, оценивая повреждения. — Тебя что, грузовик сбил? — пробормотал он, начиная вынимать осколки пули. Рана была достаточно серьёзной и требовала максимальной сосредоточенности, чтобы не сделать только хуже. Дезинфицируя рану и рассматривая её лучше, доктор с удивлением обнаружил, что пуля попросту не задела ни плечевую артерию, ни лучевой нерв ни костные структуры, только мелкие осколки могли дать понять, что это дело рук стрелкового снаряда а не толстой иголки, которая прошла через мышечный массив с идеальной точностью, и вышла уже с другой стороны. Нужно было отдать стрелявшему должное, не будь он таким криворуким, Говарду пришлось бы возиться гораздо больше и дольше. Единственное что сбивало с темпа работы — это тихое шипение чемпиона, который терпел по факту без нормального обезболивающего. — Только не дёргайся, герой, — Пайпер прислонилась к грузовику, её ухмылка была наполовину насмешливой. — А то Цезарь нам голову оторвёт, если док тебя порежет случайно. — Прошу прощения? — недовольно возразил Говард — я не какой-то самоучка или криворукий имбецил. Я профессионал своего дела, и пациентов я режу только с их согласия... Ну или со своего желания, когда какое настроение у меня. — за такой комментарий, чемпион смерил доктора не самым довольным взглядом, словно уже представлял как на нем проворачивают что-то подобное — расслабься, тебя резать не планировал, ты с этим скорее всего сам прекрасно справишься. Но могу тебя поздравить, ты безумно везучий, так как получил подобную сквозную рану можно назвать буквально везением. Если бы стрелок попал чуть правее или левее, то в лучшем случае пришлось бы устанавливать специальный имплант на замену или мышечной ткани или нервных окончаний. А в худшем, ты бы помер от кровопотери. — Спасибо за моральную поддержку — Всегда пожалуйста. Услуга психологической поддержки платная, у вас оплата наличными или полихромами? — ухмыльнулся Говард, заканчивая свою работу — готово, зашит словно тряпичная кукла. Теперь главное не напрягать излишне руку и не помрешь уж точно. Похлопав Лайтера по здоровому плечу, доктор встал на ноги, и слегка осмотрелся по сторонам. Так как основную часть работы он выполнил, то можно было заняться своими делами, среди которых был осмотр местности и поиск чего-то интересного. Пи пока «Сыны Калидона» что-то бурно обсуждали, доктор медленно обходил и осматривал тела умерших, не замечая чего-то особо интересного. За время работы в Траума-Тим, ему какое-то время приходилось в качестве практики достаточно много времени работать с трупами, так что даже беглого осмотра хватало ему чтобы понять стоит ли тратить своё время на мертвое тело или же нет. Доктор шагал среди тел, его ботинки тихо чавкали по липкому полу. Тишина ангара нарушалась лишь редкими шорохами да далёкими голосами. Воздух пропитался запахом крови, горелой плоти и едким дымом — спасибо огнемёту Бёрнис. Говард переключил сканер в своём глазу, жалея, что второй глазной имплант был безвозвратно утрачен вместе со своим функционалом. Приходилось щуриться и прикрывать здоровый глаз, чтобы хоть что-то разглядеть в тусклом свете. Трупы вокруг — сплошь банальщина: переломы, ожоги, дырки от пуль. Ничего нового или хоть сколько-нибудь для ветерана профессионала его уровня. Но офисная пристройка заставила его замедлиться. Внутри, на полу, лежал поставщик — горло перерезано, лицо застыло в гримасе ужаса. Кровь растеклась лужей, стены покрывали алые брызги, будто кто-то решил устроить тут художественную студию, вот только вместо красок была кровь. Говард наклонил голову, так как профессиональная привычкатребовал осмотреть тело, но он отмахнулся от этой мысли. Причина смерти и так ясна, а копаться в трупах ему никогда не нравилось по целому ряду причин. Переключив режим зрения Говард собирался быстро окинуть комнату взглядом, вот только его внимание привлекло что-то, что находилось за одним из шкафов заполненных бумагами. Скорее всего, это был сейф, так что не теряя времени, доктор оттолкал шкаф, и ориентируясь по сканеру отковырял кусок фальшивой стены, увидев заветный металлический ящик. Лицо доктора тут же исказила его жутковатая улыбка, так как содержимое этого сейфа может оказаться очень даже полезным. Начав разматывать моноструну, доктор тут же одернул себя, так как да, он мог вскрыть сейф своими силами, но подобное действие могло вызвать множество лишних вопросов относительно того как он это сделал, а раскрывать своё оружие не хотелось раньше времени. Делать нечего, и смотав струну, Доктор вышел из офиса и пошел к остальным. — Пайпер, у тебя болгарка есть? Или что-то сварочное? Нужно кое-что вскрыть. — Ну-у-у… — протянула она, почёсывая затылок. Девушка сделала слегка задумчивое лицо, её сонный взгляд оживился. — В багги что-то валяется. А тебе зачем? — Нашёл сейф, — Говард ухмыльнулся, в его голосе сквозило предвкушение. — Хозяину он больше не пригодится, а нам может. Вдруг там что-то ценное? Пайпер фыркнула, но всё же поплелась к машине, бормоча что-то вроде «доктор-кладоискатель». Через пару минут она вернулась с портативной болгаркой и сварочным аппаратом, бросив инструменты у ног Говарда с лёгким лязгом. — Ладно, показывай свой клад, — сказала она, скрестив руки, её тон балансировал между сарказмом и любопытством. В офисе Пайпер присвистнула, оценив сейф. — Старичок, но крепкий. Кодовый замок, но код, поди, давно сгнил вместе с мозгами хозяина. — Она включила болгарку, и комнату заполнил визг металла. Искры полетели в стороны, освещая её сосредоточенное лицо. Говард стоял рядом, скрестив руки на груди. Он очень надеялся что его находка будет достаточно стоящей. Пайпер натянула свои очки на лицо, и приступила к работе. Скрежет резал уши, искрыл летели во все стороны, а дверца сейфа поддавалась очень медленно, но механик не отступала, и продолжала работать. Наконец, с глухим стуком крышка сейфа рухнула на пол. На миг всё замерло — ни звука, ни движения. Пайпер выключила болгарку, и они оба уставились внутрь… и там лежал толстый желтый конверт формата А4. Говард достал это чудо, и осмотрел со всех сторон, пытаясь понять что это может быть, вот только никаких опознавательных знаков не было. — Конверт?... и какой смысл его прятать в сейф вообще?.. — Чисто теоретически, здесь могут быть какие-то очень важные бумажки, тут могут быть как разные соглашения о поставках, или например деньги — Говард хоть и не знал что внутри, но внутренне надеялся на что-то очень стоящее. — Думаю, стоит передать его на ознакомление боссу, она уже решит как с этой ерундой поступать. — Ну, значит так и поступим. Что же, я тогда поведу наш грузовик, а ты беги в машинку на которой мы приехали сюда. Бернис! Лайтер! Будете сопровождать грузовик, который я поведу — Крикнула на весь ангар девушка, и тут же получила в ответ утвердительное да от обоих. — Тебя это тоже касается, док. Постарайся не отставать от меня. — Смеёшься? Мы ещё посмотрим кто у кого будет пыль глотать — усмехнулся доктор, засунув конверт подмышку. Пока транспортные средства «Сынов Калидона» исчезала в облаке пыли, оставляя за собой лишь эхо ржавого двигателя, ангар затих, погружённый в мёртвую тишину пустошей. Ветер гнал песок по багровым скалам, и где-то вдали, едва слышно, выл эфириал, словно оплакивая бойню. Но «Сыны» не знали, что их тени уже давно отслеживали чужие глаза. — Ушли, — буркнул первый, опуская бинокль. Его голос был хриплым, как ржавый металл. — Пора. — Уверен, что оно ещё там? — второй прищурился, его рука легла на винтовку. — Если если они вдруг по ходу дела обнесли наш грузовик, мы зря сюда пёрлись. — Можно говорить про эту шайку что угодно, но это не их уровень, — лениво послышалс третий, женский голос. — Но если они его тронули… — она не договорил, но её усмешка была достаточно громкой и даже надменной. — «Вожак» не любит, когда его заказы портят. Давайте не будем уже терять время. Троица завела байки, двигатели взревели, разрывая тишину пустошей. Они скатились с холма, их тени мелькали среди скал, как призраки, спешащие забрать то, что принадлежало им.

***

Цезарь сидела за ржавым столом в своём кабинете, стены которого покрывали трещины и пятна от пустошного ветра, проникающего сквозь щели. Тусклая лампа над головой гудела, отбрасывая резкие тени на её лицо. Она листала документы из вскрытого сейфа, её пальцы сжимали мятые листы, а брови хмурились всё сильнее. Лайтер, сидя напротив, поправил треснувшие очки, его красные зрачки тускло блестели в полумраке. Он предпочёл бы свалить из Блейзвуда, чем докладывать, но его товарищи просто не оставили ему выбора, отправив на доклад к боссу. — Итак, — голос Цезарь был обманчиво спокойным, но в нём звенела сталь, — поставщика прирезали, на нас устроили засаду, а заодно прикарманили часть чистой воды, медикаменты и различное мелкое оборудование вместе с оружием. Просто блять потрясающе. — Она откинулась на стуле, массируя переносицу. — Что ещё удалось узнать? — Есть кое-что... Во время допроса я всё же смог вытрясти ещё кое-что. Все эти фрики не часть какой-то наглой мелкой банды, они все "Стервятники''. Цезарь выдохнула, её пальцы сжали край стола, оставляя вмятины в ржавом металле. Только-только они заключили шаткий мир с «Армагеддоном», и вот — новая беда. В старые времена «Калидон» и «Армагеддон» сгоняли предателей и разных мразей в пустоши, где те гнили без шанса на хоть какое-то спасение. Но теперь? Если верить словам чемпиона, то «Стервятники» стали чем-то большим, чем стаи мародёров. И это всё пахло очень плохо, возможно даже резнёй, если эти ублюдки наберутся сил, чтобы выступить в открытую. Она снова взглянула на документы. Говард, этот циничный док, откопал в сейфе настоящую находку: списки поставщиков, координаты тайников, черновики сделок, которые их мёртвый партнёр не успел провернуть. Если верить бумагам, там были контакты с дилерами из Нью-Эриду и даже пара зацепок на некоторые рынки сбыта так нужных им ресурсов. Если сыграть правильно, можно вернуть потери. Или получить пулю в затылок. — Ладно, — Цезарь отложила бумаги, её взгляд стал холодным, как пустоши ночью. — Ты справился, чемпион. Иди, отдохни. Мне нужно подумать. Ах да, передай Пайпер и Говарду, что я накину им оплату за выезд на место происшествия. Лайтер открыл было рот, но её глаза, острые, как лезвия, оборвали его на полуслове. Он поднял руки, сдаваясь, и поднялся со стула. — Как скажешь, босс. — Его шаги гулко отдавались в тишине, пока он покидал кабинет, направляясь в пыльные улицы Блейзвуда, где ветер нёс запах гари и топлива. Вечером, этот небольшой городишко начинал играть новыми красками, , а у местных жителей словно появлялось больше сил на различные безумства. Вот и сейчас, пройдя чуть дальше до бара, чемпион мог наблюдать как его товарищи, даже безвылазно сидящий в стенах своей клиники док, сидели и что-то обсуждали. В основном правда обсуждали что-то Бёрнис и Говард, горячо о чем-то споря, пока пайпер лениво лежала с полузакрытыми глазами. — А я говорю, что нет такого правила есть шахматные фигуры противника! Надо же выиграть, а как — это уже не важно! — Я правильно понял, что если правилами не запрещено, ты и в задницу себе фигуру засунешь? Ты сама хоть понимаешь, какой это бред? Так ладно бы просто бред, это просто мерзко и нихера не гигиенично же. — Просто признай, что ты не умеешь нормально признавать свои неудачи, железноглазый. — Типо... блять, какой вообще с тобой смысл спорить? Даже у камня уровень интеллекта будет выше чем у тебя, зачем я вообще на тебя своё время и нервы трачу? — Вам действительно весело, как я погляжу. — произнёс Лайтер, пафосно сев рядом с остальными. Пайпер лениво улыбнулась товарищу, явно поняв что все прошло плюс минус хорошо. Говард что-то проворчал себе под нос и попросту отвернулся куда-то в сторону, а Бернис увидев чемпиона тут же подбежала к барной стойке, и что-то притащила к их столику. — Ну раз уж мы тут собрались, то всем нитро-топлива за успешное выполнение задания! — девушка просто поставила всех перед фактом, что они будут пить — надеюсь, что вам понравится! Первым к напитка притронулся доктор, который отхлебнул глоток, и почувствовал странный вкус из смеси энергетика и достаточно крепкого алкоголя. Он не любил подобное сочетание, так как считал это каким-то извращением и издевательством даже над искусственными органами. — Достаточно... странная смесь. А что это вообще такое? — Да не знаю, я просто это как-то замешала один раз и забыла что там точно. А, ну и иногда, я добавляю это к горючему в свои огнеметы. — улыбаясь сказала девушка — ДА ВАШУ МАТЬ, ТЫ МОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ ХОТЬ ЧТО-ТО НОРМАЛЬНОЕ В ЭТОМ МИРЕ, ИЛИ У ТЕБЯ НА ГЕНЕТИЧЕСКОМ УРОВНЕ ПРОПИСАНО ТВОРИТЬ ВСЕГДА КАКУЮ-ТО СРАНЬ? — смотря за реакцией доктора, девушка начала громко смеяться, пока Пайпер и Лайтер спокойно смотрели на это. На лицо чемпиона непроизвольно вылезла улыбка от мыслей о том, что не смотря ни на что, он каким-то образом привык к подобному, и уже воспринимал это с повседневной улыбкой. Взяв свою банку с напитком, Лайтер начал пить, смотря как доктор и бармен вновь начали о чем-то спорить.