Кукла

Дороги были пустые. Доехали быстро. Заехав во двор, я попросила:             — Останови здесь пожалуйста. Каин остановился у подъезда. Включенная аварийка отбивала ритм, как обратный отсчет. Мы оба молчали, выжидая, кто первый начнет. Он смотрел на меня. Я вперед.              — Ты не выходишь. — ухмыльнувшись, подметил. Я не хотела, хотела остаться. С ним было уютно и безопасно. Это меня настораживало. Влюбиться нельзя понравиться. Где запятая?             — Пытаюсь понять, как правильно. Меня мучало сомнение почему он со мной нянчится? Не хватает женского внимания? Вряд ли. Он просто хороший мальчик, а я втягиваю его в эту глупую ситуацию. Или он сам хочет быть втянутым… Не понимаю.             — Выходи. Я проведу до двери.             — Я справлюсь сама.             — Как скажешь, строптивая. Я посмотрела ему в глаза. Мне приятны его ухаживания. И отметила про себя «Неужели я привязываюсь». Нельзя.             — Нас могут не так понять.             — Разве важно, что думают другие.             — Я не хочу тебя подставлять.             — Переживаешь, — сухо констатировал. Я смутилась, сильнее сжимая ткань на краях юбки.             — Я разберусь, Лэйн. Не волнуйся. Я отвернулась. Резко вдохнув, не желая показывать, что правда переживаю.             — Знаешь, у меня странное чувство. — начала я откровеннее, чем ожидала. Осталась в машине, руки пряча в карманах. Он наблюдал, не настаивал. Нужно стать ближе, лучшее средство — признание.             — Меня словно две. — мой голос стал тихим и не уверенным, — С ним я одна, а с тобой я другая. Что-то новое.             — Все новое — хорошо забытое старое. — равнодушно добавил он. Не помогает.             — Я как кукла, что упаковали не так. Перепутали коробки. То одежда не та, то внутренняя обстановка. Слушая меня, он сидел ровно, уставившись в пустоту перед собой. Обхватив снизу руль правой рукой, указательным пальцем левой постукивал, в голове что-то прокручивая.             — А самой где больше нравиться? Где внутри хорошо или красивая обертка? Каин спрашивал строго и серьезно.              — Второй вариант я еще не распробовала. Рука на руле сжалась сильнее. Палец левой упал, как на клавишу, и повел по контуру черному. Я продолжила:             — Разум тащит в привычную коробку. А тело… мысли тянут… — я вцепилась сильнее в края юбки, — … «Требуют быть с тобой в одной упаковке» на это не хватило ни смелости, ни дерзости.             — И я не пойму кто из вас ложь. Кого потеряв, буду жалеть. Какую в итоге выбрать коробку… Каин медленно обвел взглядом приборную панель, поворачивая голову в мою сторону.             — Ты любишь его? — кратко, тоном учителя, допрашивающего ученицу.             — Не люблю. — быстро, не задумываясь, как ответ на заученное задание. Похоже ответила правильно. Каин прикрыл глаза, задумавшись.             — Лэйн, тогда все просто. Могу точно сказать, что влечение, что ты испытываешь ко мне — естественно.             — Ты козел. Рука дернула ручку, щелкнул замок.              — Я не отрицал, что все мы одинаковы. Но не это имел ввиду сейчас. Он снова отвернулся, закрылся, сжимая на руле руки. Отстраненно смотрел перед собой. Будто меня не было и не важно дослушаю или уйду.             — Выслушай. Я стараюсь быть… — он медленно выдохнул.             — Честным?             — Да. — он кивнул, взглянул на меня. Я осталась, дослушивать.             — Посмотри на себя. Ты красивая. От такого признания, у меня чуть сильнее прижались друг к другу коленки.             — Одеваешься так. Изящно двигаешься. — он говорил будто сдерживаясь, нехотя — Наше влечение друг к другу — естественно. Как желание пить или есть. Как у двух хищников, — усмехнулся, — Это природа. И лю… — он сглотнул, — любопытство перед неизведанным. А оно не порок. Не вини себя. Ты просто хочешь попробовать новое. Как он грамотно все разложил по полочкам. Возможно он прав. Это обычный интерес, вызванный эмоциональным всплеском из-за поведения Яна. Который исчезнет потом, как и праздничная упаковка, но останусь ли я рада подарку. Сидела я смирно, сохраняя внешнее спокойствие. А правой рукой впиваясь в обивку сиденья. Каин ответил откровением на откровение. Обидно. Мы просто дружим. Но я не верю в такую дружбу и докажу ему. Я засунула эмоции подальше, поглубже. Не нужно. Сглотнула. И ответила равнодушно, как другу:             — Не буду. Ты прав. Попыталась улыбнуться, получилось оскалиться, словно хищник, как и говорил раньше Каин.             — Ты оказался не в том месте, но в нужное время. Стал таким… не знаю… Надежным. Спасательным кругом. Он улыбнулся одними губами. Я ухмыльнулась. «Добро пожаловать во френд-зону, Каин» — ответила одними глазами.             — Я не мальчик. Многое знаю и все понимаю. Иди уже. — Каин отвел взгляд, в котором читалось «обними меня». Словно досада его тоже съедала. Сомнения одолевали: он хотел быть рядом, но что-то мешало. И он прятался в безразличии, пытаясь не подпускать меня. Получалось отлично.             — Он будет мстить тебе.             — За что? Между нами нет ничего. — он продолжал отталкивать.             — Я знаю его. Он просто так это не оставит. Он усмехнулся. Сердце кольнуло. Оно отбивало гулким эхом ритм аварийки, намекая на инцидент в грудной клетке — сердце разбилось на две половинки. Каин прямым текстом говорил, что между нами. «Ничего». Он прав, я все сама себе придумала. А он просто хорошо воспитан. Даже слишком. Блять. Почему тогда так обидно. Я открыла дверь и не глядя на него вышла.             — Лэйн? Обернулась. Он улыбнулся.             — Пока, Каин. — грустно.             — Я подумаю насчет твоей практики. Сердце снова учащено забилось. Всем своим видом он показывал, что все хорошо, чтобы не обижалась. Что просто дружим.             — Спасибо.             — Помнишь, что нужно проветривать комнату? Воздух исчез из лёгких. Его «ничего» было каким-то слишком заботливым. Слишком наполненным чем-то еще. Чем-то, что вызывало у меня волнение непонятное, трепетное и жаждущее еще. Я заглянула ему в глаза. Его теплый и добрый взгляд будто укутал меня легким спокойствием, приятным ощущением его внимания, как в самом начале в Роткове.             — И что у тебя есть мой номер, если будет страшно. — голосом мягким, словно облако. Я кивнула и ушла. Рассвет наступил. Солнце взошло. И я как Золушка шла по дорожке. Лучше одна. Никого. Сердце склею сама. И дальше шла. Поживу у Анны немножко. Я шагала вперед. А машина ждала. Руки сжали ткань в кармане толстовки. «Уезжай!» кричала про себя. И вокруг тишина, отбивала в ушах чечетку. Анна спала. Открыла не сразу.             — Проходи. Все хорошо? — спросила меня.             — Думаю да.             — С кем ты была?             — Ставь чайник, — загадочно улыбаясь и протягивая ей шоколадку.             — Кто он?             — Он… мой ангель-хранитель. — вышло радостно.             — Такие бывают? Я кивнула.             — Одного знаю лично.             — А Ян?             — Я хочу его бросить. — вышло грустно.             — Ну и новости с утра. У Анны раскрылись глаза, она улыбнулась и ушла ставить чай. Я не поехала на учебу. Осталась одна. А днем мне пришло сообщение. неАвель: 14:01 Золушка все-же сбежала в рассвет. И даже оставила туфельки И фото, на котором были 2 пары обуви: моя и его, аккуратно поставленные вместе и рядом у него в прихожей.

11lane00:

надеюсь принц на чёрном коне найдет и заберёт ее 14:04

Он не ответил. Мои мысли все больше занимал ранее незнакомый мне человек. Проводить с ним все больше времени. Я постоянно искала его необычного цвета макушку. Желая ощутить его взгляд на себе. Каждый раз случайно сталкиваясь — я радовалась. Ему. И тому, что внутри. Он осторожно и тихо, привлек мое внимание, приоткрыл дверь в мое существование и постепенно входил в него. Тщательно вытирая ноги на коврике, разуваясь на самом пороге. Аккуратно и бережно. Заполнял мою жизнь собой. Охранял меня и мне это нравилось. Всегда такой строгий серьезный, нерушимая безупречная классика. А Ян… он будто ворвался в мою жизнь, выбив дверь с ноги, хватая меня в охапку. Забрал, стал стеной, оградил меня от всего, сажая в свою коробку. И заботился. Мило, по-кошачьему. Ухаживал. Без ярких слов и признаний. Без рыцарских поступков и обещаний. Просто был. Удобно. Но стена разрушилась и я перестала чувствовать безопасность. Мысли о нем не заставляли сердце так заходиться бешено. Его касания не вызывали такого волнения. От одного только взгляда не бежали мурашки. И голос не вызывал такого трепета. Их было двое: один не спешил, другой торопился. Они были разные. Холодное и горячее. Каин много говорил, Ян действовал. Каин дразнил, Ян сразу показывал. Но у Яна были привилегии, они закончились. Я попробую новое. Вечером я написала и отправила сообщение. Решив для себя «так будет правильно».

11lane00:

Привет 21:12

неАвель: 21:13 Привет Ответил он практически сразу. Закусив губу, попросила. неАвель: 21:14 Гулять собралась? Составить компанию?

11lane00:

хотела чтобы составил компанию. 21:14

Мы написали одновременно.

11lane00:

хочу забрать кое-какие вещи из квартиры. 21:16

С тобой мне будет не страшно. Ты не занят? 21:17

неАвель: 21:20 метро деловой центр. У входа 21:21 в 23.15

11lane00:

хорошо. 21:22

Спасибо. 21:23

Каин остановился у самого подъезда. Выходя из машины, я заметила у дверей силуэт. Вздрогнула и развернулась, чтобы сесть обратно в машину, но за спиной раздался знакомый голос.             — Лэйн. Недовольный. И кажется злой.             — Ян. — поворачиваясь к нему лицом. — Ты ждал меня?             — Это ты мне решила отомстить, милая? — последнее слово он раздавил зубами. Я не ответила. Проигнорировала.             — Кто это? — более злобно, чем следовало.             — Каин. — ласково произнесла, еще больше зля его.             — Кто он?             — Друг. — спокойно и твердо ответила.             — И когда же подружиться успела? «Всю ночь дружили на заднем сидении. А еще на столе, на крыше и в номере, пока тебя не было. Дорогой». Он был слишком в себе уверен. Как же его хотелось обидеть, задеть, уколоть. Каину, молчать не позволило оскорбленное девичье достоинство.             — На форуме. Дмитрий советовал. Говорил способная. Оказалась не только красивая, но и умная. Смышленая, но строптивая.             — Провоцируешь?             — Снимаю подозрения. Каин стоял у машины. Положив один локоть на ее крышу.             — А ты кто ей? — скучающе, Каин выводил оппонента на эмоции. Ян ухмыльнувшись, больше на меня не обращал внимания.             — Я тот кто ее трахает. Платит и проблемы решает. Я ахнула. Вот она последняя капля в чаше моего сомнения. Я игрушка его, которой он хвастает. Показывает перед другими. Каина не выдала ни одна эмоция. Ни мускул, ни мышца, ни движение. Он стоял как статуя, свысока на нас созерцая.             — Не нервничай. Она же сказала. Я друг, защищаю, — спокойным уверенным голосом, отвечал Каин Яну.             — Но если что-то не устраивает, остались вопросы или хочешь помериться, давай встретимся без свидетелей. А то прямо перед девушкой неудобно. Каин посмотрел на меня с сожалением, извиняюще.             — Лэйн? — немного пониженным тоном. Я медленно вдохнула.             — Я составлю тебе компанию. Я в ответ улыбнулась ему. Этот акт заботы склонил весы окончательно в его сторону.             — Ян? — заманчиво, вызывающе. Он посмотрел на меня, не понимая смены моего настроения.             — Я ухожу от тебя. Он сжал кулаки.             — Ты не можешь. Не посмеешь. Ты нужна мне.             — Я приехала за вещами. Бегая по квартире, я в попыхах собирала вещи. Только самое необходимое. А еще туфли и платья. Каин ухмылялся молча, на груди сложа руки. А Ян растерянно наблюдал, не зная как подступиться. Обнять. Схватить. Хотел остановить, прекратить безумие, обрушевшее его удобное и привычное. Он ходил как хвостик за мной. То ли пытался помочь, то ли просто старался быть ближе. Я не реагировала. Внутри не было больно — было обидно. Оказавшись в комнате вдвоем, он взял меня за запястье. Ни ёкнуло. Ни дрогнуло.             — Я тебя не отпущу. — грустно шепотом.             — Все кончено, Ян. Он пытался поймать мой взгляд — я умела избегала.             — Ты уходишь к нему? Я покачала головой.             — Он просто друг. Внутри все сворачивалось от этого слова. Хотелось иного и много. Ян закрыл глаза, переплетая наши пальцы. Кладя руку на щеку, приблизился. Аккуратно провел большим пальцем по коже, очертил линию скулы и поддел подбородок. Заглянул преданными зелеными, как кутенок, всматриваясь пристально и словно околдовывая.             — Ты вернешься ко мне. Как солнце на рассвете. — как заклинание, четко и ровно, — Когда раздвинешь для него ноги. — злость он не скрывал, и крепче сдавил запястье, надавливая на подбородок. Его губы приблизились. Не думая. Одно резкое действие. Быстрое. Звонкое. Дерзкое. Шлепок, раздался сильный и смачный. Я не видела его глаз, только след на щеке от пощечины четкий и красный. И внутри удовольствие от содеянного, теплой волной прошедшее по организму. И снова послышался стук по дверному косяку. Я дернулась и выдернула руку. Злостно показывая средний палец на прощание. Каин легко погрузил пару сумок в багажник. И даже успел открыть мне пассажирскую дверь, ожидая меня. Ян не отрывал от меня злобного взгляда, иногда щеку потирая. Следил за мной внимательно, как охотник за жертвой. И даже когда дверь машины закрылась, я чувствовала на себе его жуткий и одержимый. Каин коснулся моей руки, оперевшись на подлокотник. Его мизинец, еле задел кончиком пальца боковую сторону моей ладони, совсем случайно, но привлекая мое внимание.             — Тебя что-то настораживает.             — Его взгляд. Как тогда в отеле…             — Посмотри на меня. Его мизинец обхватил мой, он словно выводил меня из транса неприятного воспоминания и от этого движения стало уютнее. В ответ я сжала его мизинец своим. И это невинное прикосновение, словно цепная реакция, побежала по венам, по всему телу приятным теплом. Я чувствовала как он смотрел на меня и его взгляд обволакивал, успокаивал и расслаблял. Он охранял. Я чувствовала безопасность.             — Ты помнишь кто я?             — Ага. — повернула к нему голову.             — Поверь, тебе нечего бояться. Я улыбнулась. А он как ни в чем не бывало нажал кнопку старта, разомкнув наше касание. Мы ехали по Кутузовскому проспекту, когда Каин резко дал по газам и ушел в сторону, влево на соседнюю полосу.             — Пристегнись. — голос был строгим. Его взгляд напряженный не отрывался от дороги. Он постоянно смотрел в зеркала и двумя руками крепко держал руль. Я посмотрела назад. Мое спокойствие нарушил визг тормозов, другой машины выскочившей на перекрестке. Я знала чья она. Узнала по черным кольцам на радиаторной решетке. Ян моргнул фарами и поравнялся с нами.              — Каин, он хорошо гоняет. Он усмехнулся, и посмотрев в зеркало заднего вида, нажал на тормоза, резко перестраиваясь обратно вправо. Мои внутренности вжались в сиденье. Сердце остановилось. Я цеплялась за него как за последнее мгновение. Перед глазами мелькали фары красные и фонари белые. Каин свернул на темную улицу, во дворы, еще поворот и еще. Снова неосвещенная улица, поворот, резкий удар, звон в ушах и боль. Темнота. Я потеряла сознание. Резко вдохнув, я открыла глаза.             — Цела? — чуткий ласковый голос совсем рядом. Прохладные пальцы приятно обнимали лицо. Серебристые пряди, щекотнув кожу, исчезли. Свежий воздух, легкий ветерок, темно-синяя гладь наверху. Я на крыше высотки? Я вдохнула еще, будто очнувшись от спячки.             — Я в раю? — пыталась шутить и прятала страх за улыбкой.              — Я польщен. Но это всего лишь балкон. Ты в порядке? Он осматривал, меня. Я — его.             — Что ты помнишь? — спрашивал осторожно Каин.             — Помню сильный удар, боль в бедре и лязг тормозов. А потом тело словно… укутало чем-то мягким.             — Сработали подушки.             — Это был Ян? Он кивнул и поник, взгляд смотрел в никуда.             — Извини. Не уберег. Я резко набрала воздуха в легкие. Мне стало неловко. Опять он со своими словечками редкими. Его пряди развивались по ветру. Ведомая непреодолимым желанием, я подняла руку, и привлекая внимание, коснулась, пропуская сквозь пальцы, шелковистых волос, заправляя их за ухо. Наши взгляды встретились. Довольный, он словно ожидал от меня долгожданное касание. И от такого взгляда умиротворенного по телу пробежала искра, волну тепла за собой оставляя и теряясь внизу живота.             — А ты… — выдохнула, смущаясь под его пристальным взглядом. Заметив следы крови у него на воротнике, я положила руку на плечо. Он дернул им от неожиданности прикосновения. Ладонью провела вниз к груди. Не нажимая, легонько ощупывая, осматривая, ища причину.             — … в порядке? Его сердце стучало под моей ладонью четко ровно, но быстро. Кончиком указательного пальца другой руки, провела ему вдоль щеки.             — На тебе ни царапины.             — Все хорошо. Как бедро?             — Чья это кровь? Он разорвал касание, отворачиваясь. Я проверила бедро, надавливая пальцами.             — Ничего страшного. А он не ответил на мой вопрос. Я покрутила головой, осматриваясь. Чувствуя как подо мной зашевелились мускулы и мышцы, закрыла глаза, осознав, что лежу у него на коленях.             — А где мы?             — У меня дома.             — И ты не потащил меня в больницу? Без сознания. Он усмехнулся и, ловко подхватив меня на руки, встал. Я затаила дыхание, увидев вид на ночную Москву, открывшийся мне с высоты птичьего полета и вцепилась сильнее за его плечи.             — Только в постель. Ты же этого хочешь. Я резко выдохнула. Затаила дыхание. И тело мое сжалось, напрягая мышцы. Он снова говорил открытым текстом. Совсем не стесняясь, а я как конфетка на солнце начала изнутри подтаивать, плотно прижимая колени и рделась от перспективы предложенного. Каин улыбнулся, ожидая именно такой реакции.             — Не хочешь? «Хочу!», но в ответ только нахмурила брови, мотнув головой из стороны в сторону.             — Отпусти.             — Тогда идём спать. И он понес меня в комнату.             — Ты такая лёгкая. Находиться на его руках мне нравилось, но все тело, каждая мышца в нем была напряжена от неловкости его близости. У порога Каин остановился, заглядывая в глаза.             — Точно не хочешь? — спросил он лукаво.             — Я думала ты не предлагаешь дважды. Он чуть облизнул губу, приподнимая бровь. Зачем он так делает?             — Внимательная. Ты так напряжена. Я пошутил. Я не трону тебя. А вот от такого признания стало досадно, хотелось обратного.             — Поставь меня пож… Он отпустил и ощущение тепла пропало. Исчезло вместе с его прикосновениями.             — Располагайся — снова холодом отдавало от его голоса. — Я сейчас занесу твои вещи. Не зайдя в комнату, он развернулся и удалился. Просторная комната. Гостевая? Я окинула ее взглядом. Слишком пусто для обитаемой. Слишком отельно и чисто. Как упаковка для новой куклы. Я прошла к кровати в центре. Села на край. Окно в пол, слишком огромное. И занавесок нет. Зато вид бесподобный. Стук.             — Нравится? Я обернулась на него.             — Да. Очень красиво. Чувствую себя принцессой в самой высокой башне. Каин подошел к кровати, поставил сумки.             — Если захочешь, там душ и полотенца чистые.             — А ты посидишь со мной? — спросила я слишком бесстыдно и совсем не смутившись.             — Боишься?             — Боюсь высоты. Он улыбнулся.             — Скоро вернусь. Распахнув дверь ванной, я босиком направилась к сумке с вещами, наспех обернувшаяся в полотенце. Замерла на середине дороги, увидев Каина, сидевшего на краю кровати и просматривающего свой телефон.             — Ой… ты быстро. Он повернул голову слишком шустро, слишком любопытно, чтобы казаться незаинтересованным. Развернулся всем торсом, разглядывая.             — А ты опять в коротком платье, — чуть дрогнувшим голосом. Его взгляд скользнул по моим ногам, останавливаясь на месте где заканчивалось полотенце. Я торопилась и не вытерлась насухо. И кажется у Каина, как в мультике вместо глаз два счетчика, он считал и пересчитывал каждую капельку сбежавшую по моим обнаженным и мокрым бедрам. Секунда, казавшаяся бесконечностью, но он все же отвел и прикрыл глаза. Медленно выпрямляясь и вдыхая сдержанно.             — Извини, не подумал. Первый раз у меня остается девушка… — сказал и, поджав губы, будто пожалел о собственном признании, таком откровенном, но естественном.             — Не думала, что ты по мальчикам. — смутившись от странной искренности.             — Я выйду. — холодно. Я ждала когда он пройдет мимо меня, смущенно опустив голову.             — Каин — поймав его запястье. — Извини, за грубость. Не хотела обидеть тебя. Он не смотрел на меня, не поднимал взгляда.             — Ты не обидела. Просто буду впредь бдителен и в следующий раз прежде чем заходить в комнату, подумаю. И лучше дважды. Я закусила губу, опять его манеры и извинения дивные. Ослабила хватку и он пошел дальше к двери, мягко высвободив руку. Переодевшись в шорты и футболку, я сидела на кровати и смотрела в окно. Дверь оставила открытой и покорно ждала своего спасителя. Меня мучила мысль, что я так и не сказала ему «спасибо». Словно для меня это ничего не значило. Не хотелось казаться невежливой и… Тихий стук раздался, прерывая раздумия.             — Одета?             — Проходи.             — Ты не ответила. А то еще одного такого испытания стойкости я не вынесу. Я обернулась, он стоял, закрыв глаза.             — Одетая. Заходи. Каин принес воды, прошел и поставил на стол.             — Надо поспать. — он предложил. — Ложись. Я послушно залезла под одеяло.             — Расскажи, как я оказалась…             — Я забрал тебя.             — За наглость тоже будешь извиняться?             — А разве надо? Она же второе счастье, — улыбнулся, — Не стану. Каин отсел на край, уступая место.             — Ложись. Залезая больше под одеяло, словно в спасательный кокон, я засунула его между коленями и обняла подушку. Каин наблюдал за мной с нескрываемым интересом.             — Что?             — Ничего. — он кивнул на одеяло, — Не привыкла спать одна. Я поежилась. Он не подозревает как оказался прав.             — Кажется не хватает маски для сна. Нужна?             — Не говори, что у тебя есть.             — Сейчас принесу.             — Не уходи. — хотела сказать другое, но вырвалось это. Свет в комнате не включали, ее приятно освещали ночные огни города. Каин вдруг тронул меня за кончики пальцев на ноге, через одеяло, проверяя сплю ли. Я посмотрела на него. Свет от окна освечивал только половину лица. И она была как у ангела добрая. Я задумалась, что скрывала его темная и не освещенная.             — Спокойной ночи. Он улыбнулся. Я пошевелила пальцами на ноге и закрыла глаза. Проснувшись от странного сновидения, и ворочаясь на новом месте, я никак не могла снова уснуть. Может слишком матрас мягкий, может страх высоты, а может непонятные ощущения беспокойства внутри, чьего-то чужого присутствия. Села на кровати. В комнате больше никого не было. Подушка рядом была не примята. Налив воды, я подошла к окну. Интересно, может ли когда-нибудь надоесть такой вид. Выдохнула на стекло и по наивной привычке из детства нарисовала сердечко. Улыбнувшись, разворачиваясь, направилась обратно. Ночное спокойствие разорвал мой короткий крик, резкий и пронзительный. Все внутри сжалось от страха, сердце упало в пятки, я закрыла себе рот руками, роняя стакан на пол. У кровати стоял Ян и коварно улыбался. Глаза горели яростью. Весь в чёрном. Я зажмурилась. Он не может быть тут. Это галлюцинация. Я наверно ударилась головой во время аварии. Выдох-вдох. Выдох-вдох.             — Лэйн? Я открыла глаза. Яна не было. Каин стоял в дверном проеме по пояс голый и похоже в наспех натянутых штанах.             — Не знал, что ты ходишь во сне.             — Не хожу. Он подошел медленно, осмотрел меня и поднял стакан с пола.             — Чего ты так испугалась?             — Я не могла уснуть и встала попить. И увидела… Он оглянулся на окно.             — Не важно. Устала. Столько всего. Это нервы.             — Ты видела его? Я посмотрела в его сторону.             — Да. — скрывать смысла не было, — У кровати стоял и улыбался. Каин недовольно выдохнул. Достала его наверно. Не даю спать. Свалилась на голову. Как ребенок. Да еще и брежу.             — Эй. Все нормально. Посидеть с тобой? «Лучше полежать» думала я и «сзади обнять».             — Не надо. — ответила я.             — В голосе не чувствую уверенность. Он заглянул в глаза как-то по-особенному, иначе, словно вглядывался внутрь.             — Не хочу тебя утруждать. — моргала я. — Итак уже…             — Ложись. — мягкий приказ. Я пошла и легла на кровать. Укрылась, опять обнимая подушку.             — Я побуду с тобой пока ты не уснешь, хорошо?             — Ага. Я почувствовала как рядом со мной за спиной прогнулся матрас. Тихий шелест подушки. Он лег рядом, но не трогал меня. Даже не коснулся.             — Извини, что не постучался, но ты меня напугала. Я сжимала одеяло в руках и считала его дыхание. Почти не слышное в тишине, но такое важное.             — Спокойной ночи, Лэйн.             — Спокойной ночи, ангел-хранитель. Я слышала как он усмехнулся и кажется сбившись после двадцати, быстро и крепко уснула… Утром Каин вызвал мне такси. С вещами я уехала к Анне. На прощание он окинул меня взглядом, прикидывая и замышляя что-то. Я подняла бровь, молча спрашивая.             — Не хочу тебя оставлять одну этим вечером. После случившегося             — Почему? — вырвалось слишком быстро — Опасно?        — Нет. У меня дела. Буду не доступен.             — Дела? — неуверенно и безнадежно.              — Да. Опять. И у него.             — Но кажется у меня есть решение. — он хитро улыбнулся, — У тебя есть вечернее платье? Я быстро прикинула, что могу надеть, платье, каблуки… кивнула.             — Хочешь, возьму с собой.              — С тобой?             — Да. Ты умеешь играть в покер? Я улыбнулась, кивая. Не было игры интереснее для подсчета вероятностей. В обед я гуляла. Солнце приятно грело, идти домой не хотелось. Экзаменационная сессия начиналась через неделю, в универ завтра вызвал декан. На телефоне непрочитанное сообщение. неАвель: 13:03 Такси приедет за тобой в 21.00 Не опаздывай Такси привезло меня в Москва Сити к башне Neva Towers, где у входа меня ждал Каин, безупречный в своем черном фраке и бабочке. Идеальный. Он слегка улыбнулся, наклоняя голову и предложил мне взяться за руку. Через минуту к нам подъехал черный Porsche. Каин открыл мне заднюю дверцу — я села.             — Неожиданно. Рад тебя видеть. — узнала задорный голос водителя.             — Привет. Тебя я тоже не ожидала увидеть, Авель. Я смотрела на Каина и как он грациозно садился в машину на заднее рядом.             — Так вы уже пара? — бесцеремонно. Дверца соседняя хлопнула сильнее, чем следовало. Каин поймал злобный взгляд брата в зеркале заднего вида.             — Что скажете? Каин снова набрал воздух в легкие, но я опередила, рассеила сомнения, свои в первую очередь.             — Мы друзья. Каин выдохнул, прячась и отводя взгляд в сторону.             — Друзья-шмузья, — дразнился он покачивая головой из стороны в сторону, — Ты будешь играть? — уточнил Авель, мило улыбаясь. Тут я вопросительно посмотрела на Каина.             — А можно?             — Да — ответил он, также избегая смотреть мне в глаза. Мне казалось, что его настроение испортилось. Он снова стал неприступным, холодным и таким запретным, что хотелось непременно попробовать. При любой возможности. Я положила руку на сиденье между нами и поближе к нему, чтобы поймать его касание. Такое случайное движение не осталось не замеченным. Авель хитро посмотрел на меня.             — Хочу предложить поиграть, — озорно сказал он, словно прочитав мои мысли. — А то вы слишком серьезные.             — Ты опять со своими пошлостями?             — А что за игра? Каин с недовольством взглянул мне в глаза, наклоняя в бок голову.             — О, Лээйн… — Авель растягивал, видя что я заинтересована, — тебе понравится. У тебя хорошие шансы, — он отвернулся, смотря в зеркало на брата, — высокая вероятность получить дополнительный приз. Я смерила обоих недоверчивым взглядом. Каин скучающе сидел рядом. Авель наслаждался моментом. Что он задумал?             — Игра простая и интересная. Ни к чему не обязывает. Называется Флирт. Когда один из нас будет играть за столом, другой должен отвлекать его собой. Остальные правила отсутствуют.             — А приз? — спросила я заинтересовано. Авель посмеялся тихо и заманчиво.             — Узнаешь, дорогая. Уверен тебе понравится.             — Да брось ты, — уговаривал Авель Каина. — Будет весело. Мы же друзья.             — Я не буду играть.             — Вечно как маленький. — фыркнул Авель, — тогда мы поиграем вдвоем. — подмигивая мне добавил он. Мы приехали. Темный зал — бывший подвал. На двери вывеска «Спорт зал». Внутри тихо играла музыка. Невысокие деревянные столики с массивными ножками, пепельницы, запах сигар. Алкоголь. Кожаные кресла и приглушенный свет настольных ламп создавали атмосферу тихой роскоши и напускного лоска. И несколько незнакомых мужчин, повернувших свои лица на вновь прибывших. Мне стало не по себе — я была единственной девушкой в мужской компании. Но Каин и Авель, словно почувствовав, оба предложили взять их под руки. Один явно заигрывая, а другой с оборонительной функцией. Мы прошли за занавеску. По середине стояли два стола. Один для покера, другой для блэк-джека. Место, как грех запретное. Запрещенное. Скрытое от посторонних и не посвященных персон. Я подошла к столу для техасского холдема, изъявляя желание начать. Глаза в предвкушении горели желанием и нетерпением. Невысокий крупье кивнул, разрешая занимать места. Каин медлил, ждал пока я выберу и сел напротив меня. Авель слева и ближе, чем следовало. Задевая плечом. Провоцируя. И меня, и Каина. Кидая взгляды на нас хитрые, особенно на брата. Словно обещая что-то, бросая ему вызов. Игра началась. Нас было шестеро за столом. Каин намеренно не замечал меня, но я чувствовала его пристальный и обволакивающий, когда отворачивалась. А когда ловила его, он прятал свой. Авель наклонился к моему уху.             — Ты тут в центре внимания. Ты не замечаешь — все бросают на тебя взгляды желанные и жадные. — Авель начал игру, подтверждая сказанное, я подумала о сидящем напротив, Авель явно намекал на него в первую очередь. Я повела плечом. Скинула карты. Каин опасно посмотрел на брата. Словно предупреждал заранее не распускать свои лапы. Потом на меня предостерегающе, чуть помотав головой.             — Не знал, что ты такой мазохист, брат. — встретил он взгляд Каина и вошел в этот розыгрыш вместе с ним. Авель время от времени отвлекал меня. Касался руки или задевал бедром под столом и непременно смотрел на Каина, улыбаясь и веселясь. Раззадоривал и подшучивал. Выводил на эмоции. Ему это нравилось. Он наслаждался игрой. Кажется моему спасителю пришли хорошие карты, он стал серьезнее и впервые откинулся на спинку стула. Я заметила. Считала его. Взглянула на свои. Два валета — неплохо. Поиграем, Каин. Я вошла в игру. Пока шли торги, незаметно сняла туфельку под столом. Я отвечала и чекала, строила из себя глупенькую. И улыбалась. Каину. Открыли три карты. Валет. Король. Дама. Попала. Сейчас главное не выдать себя. Сделай лицо недовольное.             — Опасное сочетание — отвлекал Авель у самого уха.             — Заткнись. — ворчала, сосредоточено смотря напротив.             — Понял. Не отвлекаю, красавица. Но будь внимательна. Он коварный игрок. Лучше отвлеки его. Я искоса взглянула на Авеля. Быстро. Его предложение было заманчивее, чем следить каким картам Каин уделял особое внимание. Я вернула взгляд интригующий на мужчину напротив, пока осторожно вытягивала свою ножку вперед. Не останавливаясь, пока не наткнулась на его. Наблюдала за реакцией и видела как от неожиданности пальцы его дрогнули, чуть впиваясь в сукно. Он поднял на меня свой голубой, холодный и пронзительный. Спрашивая, а я приглашала играть. И кажется щеки залились румянцем. Он заметил, уловил мое стеснение, и внезапно уголки его губ приподнялись, он принял мою игру. Кажется воздух вокруг стал плотнее после этого. Наэлектризовался от обстановки. В голове заиграла мелодия заводящего гитарного рока. Зрачки потемнели. Я не глядя свои карты — повысила. И моя нога поползла выше. Все остальные слились. В розыгрыше мы остались вдвоем. Четвертая карта — король. Неплохо. Я играла с Каином. А меня отвлекал Авель, то и дело трогая за руку или плечо. Но я не обращала внимание. Смотрела только перед собой. И Каину похоже нравилось. Мое внимание было его. Нога под столом обведя его колено ласково рисовала зигзаги. Я чекнула. Каин повысил. Попался. Я перебила и поставила больше еще. Он придвинулся ближе к столу. От чего моя нога скользнула дальше и ближе по шаговому шву его брючины. Он ухмыльнувшись, вниз убрал обе руки, повышая под столом нашей негласной игры уровень. Обхватил одной мою щиколотку, другой начал легонько массировать. Я не пискнула, сильнее прижала к нему и смотрела на Каина, его лицо не дрогнуло. Не выдало. Его пальцы осторожно гладили, вырисовывали узоры на моей коже и двигались к колену, задирая и освобождая ногу от ткани. Каин хищно улыбнулся.             — All-in, Лэйн — и положил мою ногу себе на промежность. Расставил колени шире, давая волю моим фантазиям. Предлагая попробовать новое. Азарт захлестнул, предлагая дозу приятного предвкушения, обжигающей лавой по венам, познать неизведанное. Глаза расширились, от движения наглого. Звуки исчезли. Воздух стал тяжелым и вязким. Напряжение повысилось. Мое дыхание вырвалось слишком быстро. Но я не струсила и ответила. Провела вниз, чуть надавила пальцами и почувствовала. Выпуклость. Твердеющий бугорок. Увеличивающийся прямо от моих непосредственных касаний и действий. Наши спины одновременно выпрямились. Давление в лёгких достигло предела. Воздух покинул их. Было сложно вдохнуть и себя не выдать. Я смотрела на невозмутимое лицо напротив. Я не дам тебе выиграть. Сглотнув, по столу молча стукнула, принимая игру его смелую. Не отводя глаз от его пристальных, открыла карты свои. Каин наклонил голову, крепко обхватив меня чуть выше колена, подобравшись к бедру, молча прося сделать тоже самое со своими, намекая, что его руки заняты. Ухмыляясь, я повторила. Пальцами ноги прошлась по его достоинству, ощупывая контуры горячие и, наклоняясь ближе к мужчине через стол, заметила как он сглотнул, губу облизывая, и потом карты его вскрыла. Два туза. Каин надавил, еще плотнее прижимая к себе мою ногу. Улыбаясь нахально и немного вызывающе. А я погладила пальцами по его гениталиям. Боже. Какой он большой… И у меня белье уже мокрое и тянет живот. Ощущение пошлое, неистовое, молнией промчалось по венам. Стало жарко, душно, невыносимо. Ожидание мучило. Какая тут математика, какой холодный расчет?! Когда пахнет похотью. Глаза грехом горят, а под столом жарко как в преисподнии. Открылась карта пятая. Мы не смотрели на нее. Смотрели друг другу в глаза, уже потемневшие, пытаясь сдержать желание дикое. Не сорваться и не наброситься. Не послать всех. И не попросить его взять меня полностью. Всю, здесь и сразу. От переполняющего возбуждения, колени дернулись в попытке прижаться и воздух раскалился до невозможного. Каин ухмыляясь, сильнее надавил пальцами, поймав на противоходе, и понимая, что со мной происходит. Мои губы приоткрылись, чтобы вдохнуть больше воздуха, когда кончики пальцев, еле касаясь, поползли обратно вдоль моей икроножной мышцы. Какие они у него все-таки нежные. Мягкие. И прохладные. А его член горячий и такой…             — Ты выиграла, — голос, как холодной водой окатил меня, Авель вернул меня к реальности. Глаза Каина чуть расширились, но он плотно прижимал мою ногу к себе и наблюдал за реакцией, считывал эмоции, не выпускал из-под власти своего внимания. Такого Каина я еще не видела. Вот что скрывала сторона его темная. И такой он мне нравился. Наглый и дикий. Я хотела его. И он это видел. Почувствовал. Мы оба сегодня попробовали.             — Фулл-хаус… Мы наконец посмотрели на стол. Каин, обхватив щиколотку, опустил мою ногу на пол. Я выдохнула, не успев скрыть сожаление.             — Вижу понравилось то, что ты выиграла, — Авель говорил с озорством. Я не обращала внимание — смотрела на приз свой, пытаясь сдержать дыхание. Остаток вечера Каин не отходил от меня. Огораживал от Авеля. Контролировал. Чтобы не пила лишнего. Все правильно делала. Он стоял за мной, пока я играла. Его рука лежала у меня на плече. Он сильно надавливал, когда нужно было скидывать и нежно вел большим пальцем вдоль шеи, когда повышать. Массировал круговыми движениями, когда повышать не стоило. И опускал вторую руку, нежно поглаживая когда играть нужно было ва-банк. Я сидела и не думала, наслаждалась касанием. Его присутствием и вниманием. Как куклу ведомую он дергал за ниточки. Настраивал и подстраивал под моменты нужные. Легко играя со мной. Изучая, проверяя и раздвигая мои грани разумного. Стрит. Я снова выиграла. Теперь у всех. Я победитель. Глаза горели. Грудь вздымалась высоко и часто. Возбужденная, под чутким надзором моего кукловода, я встала. Рука Каина легла на мою шею сзади. Поздравляя. Властно, но ласково. Он наклонился ко мне, поравнялся.             — Я украду тебя, — томным шепотом на ухо. — И спрячу. Ты слишком сексуальна сейчас. Слишком опасна. Медленно выдыхая согласие, я повернула голову, посмотрев на него вызывающе. Мы не закончили. Мы продолжаем играть. Бедра прижимались друг к другу, выдавая напряжение, невозможное уже скрыть под тканью платья.             — Сам не боишься не справиться? Пальцы на шее сильнее сжались, демонстрируя преимущество. Другой рукой он бережно коснулся плеча.             — Только не сдержаться. — хриплым от желания голосом. Сглотнув, я опустила свою руку и повела вверх ладонью по внутреннему краю его брючины.             — Я терпеливая. Каин не двигался. Не останавливал. Проверял, как далеко я зайду. Проверял уровень моей смелости и своей робости у остальных на виду. Смотрел на меня темными голубыми, хищно и пристально. А моя рука медленно поднималась выше. Его ревность и терпение не выдержали.             — Дорогая, — вышло искусственно, и втягивая воздух сквозь зубы — не устраивай бесплатное представление. — он обвел строгим взглядом всех присутствующих. — Поехали распаковывать выигрыш. Я обхватила его бедро, чувствуя под кончиками пальцев его напряженные мышцы. А он в ответ рукой впился в мое плечо. Я поймала на себе вызывающий взгляд Авеля, он подмигнул мне, закусив губу. Каин предложил мне руку — я взяла, не раздумывая, развернулась к нему. И услышала у самого уха:             — Ты выиграла. Хватит. Мне нужно в уборную. А я только распробовала. Наш флирт мне безумно нравился, но кажется вышел за рамки разумного. Я убрала руку. Победно улыбнувшись и проведя языком по губам. Ехали молча. Он то и дело поглядывал на меня, бросал то кроткие, то страстные взгляды. И ловя мои смущенные, опускал глаза, словно извиняясь за вызванные ощущения. А может решая для себя «можно-нельзя». Я улыбалась, закусывая губы, воображая про себя «нужно-не нужно». Одинокий холл башни. Неловкое молчание в лифте при постороннем и стояние по разные стороны. Косые взгляды все еще робкие.             — А сколько я выиграла?             — Достаточно.             — Ты помогал мне.             — Хочешь поделить выигрыш? Я приблизилась к нему. Была раззадоренная его и своей игрой. Его касаниями нежными и чуткими. Взглядами желанными, руками сильными. Кажется на щиколотке остались еще его отпечатки — следы прикосновения. Я хотела еще. Продолжения. Смелого, долгого и настойчивого.             — Нет. Просто сказать «спасибо». Каин положил ладонь на мое плечо, медленно убрал выбившуюся прядку за ухо, спускаясь подушечками вдоль шеи.             — Здесь посторонние. Потерпи, скажешь дома. Дальше мы ехали тихо и безобидно, не показывая эмоции и чувства наигранные. Шли до двери медленно и спокойно, словно оттягивая то самое «Спасибо». Внутри меня полыхало желание, мне хотелось наглости и рук его отпечатки на своей коже. Пошлости и исследовать его тело. Щелкнул замок, я зашла, дверь закрылась. Тишина и темнота. Я шагала в комнату. Не наклоняясь сняла обувь, поднимая правую ногу, другую, откидывая каблуки в сторону. Шла вперед босиком тихо и виляя бедрами. Обернулась назад — он шел следом. Сердце замерло. Каин снял уже фрак, на шее болталась бабочка. Он расстегивал запонки. Его движения плавные, неторопливые разгоняли внутри меня кровь по жилам. Будоражили и уносили. Голова кружилась. Я повернулась к нему у самой двери. Он подошел. Близко. Уверенно.             — Кажется игра тебе понравилась. Я помотала головой, соглашалась и водя пальцами вдоль пуговиц на его рубашке. Он смотрел на меня сверху вниз, ставя руки на стену по обе стороны от моей головы, заключая в ограниченное пространство. Чтобы не убежала и не спряталась.             — Мне понравилось как ты меня…             — …одурачила?             — Переиграла. — он ухмылялся, его хищный прищур горел вызовом. Помня ощущения совсем недавние, по моим венам разносилась порочность. Я не струсила. Я хотела продолжения.             — Хочешь чтобы осталась? — непонятно спрашивала я у себя или приглашала его. Смелый в начале голос перешел на шепот. Озвучивая мысли и желания, о которых говорить не стоило.             — Простого спасибо уже было достаточно. Горячее дыхание у самого уха, вдоль шеи опускалось на ключицы. Оно щекотало и заводило. Я прикрыла ресницы. Каин не трогал меня. Сдерживался. Не приближался. Но сам воздух накалялся и как магнитом притягивал, сокращая между нами пространство.             — Так я еще не сказала. — выдохнула, опьянненая его запахом тела, уже перемешанным с моей похотью. Мои руки неуверенно потянулись к воротнику его рубашки, ладони огладили сильные плечи. Первые пуговицы расстегнутые и этот висящий бабочка-галстук выглядели так соблазнительно. Я медленно провела пальчиками по краям черного аксессуара и обвела по кругу белую головку пуговицы, намекая. А он стоял и смотрел на меня с какой-то тоскливой нежностью и сжимая челюсти. Десерт был перед ним, бери и ешь его, но ложку не выдали, а руками есть ему не позволяло воспитание.             — Лучше мне тебя не касаться. — его голос ставший осипшим, заставлял экспериментировать.             — Ты уже это сделал. Каин отвернулся, резко выдохнув. Он не трогал меня. Ладони по-прежнему упирая в стену, прикрыл глаза, склонился и коснулся волос кончиком носа, вдыхая и медленно дуя мне на шею. Он обнюхивал меня, как самку хищник. Горячий поток проскользнул вдоль шеи вниз, за ухом, потом к плечу. Зачем же ты тогда меня заводишь…             — Тогда я сама все сделаю. Глаза Каина сверкнули недобро предупреждением. Он приоткрыл рот от удивления. Осознания чего-то неприятного.             — Что ты выпила? — отстраняясь.             — Мартини, еще там в покерном зале. Авель поздравил.             — Он смешал его с водкой. — злостно с досадой добавил. — Ублюдок. На миг же только оставил.             — Хм… А я думаю отчего так легко и весело… Каин, не спрашивая, подхватил меня на руки и понес в комнату.             — Вот видишь как все складывается. Иначе бы не позволила. Каин раздраженно выдохнул, посмотрел на меня искоса, а я опустила глаза на его руки. Туда, где он прижимал меня жадно и впивался пальцами. А он, подбросив — взяв по-удобнее, молча пошел дальше. Уложил на кровать и сам лег рядышком. Слишком близко для друга. Далеко для любовника. Вся напряженная я почти не дышала, ожидая следующий его действий. Но он не двигался. Не предпринимал ничего. Лежал смирненько и дышал в мою макушку. Его рука свободно держала меня за предплечье, сдерживая от необдуманного. Такое невинное дружеское касание, но по-любовному милое. Нам обоим это было нужно как причастие после случившегося. Успокоиться. Выдохнуть. И переспать. Боже, и о чем я думаю. И желания уже путаются. Я будто пьяная и голова кружиться. Или это мысли грешные диктуют свои условия и пляшут в ней хоровод, меняя картинки яркими узорами калейдоскопа запретных желаний. Хотелось прижаться плотнее, разорвать одежду, так чтобы эти чертовы пуговицы отлетели в разные стороны с безупречно выглаженной рубашки. Чтобы обнять и почувствовать кожу голую кожею, мурашками соприкоснуться, пробежавшими от желания необузданного. Я потянулась рукой к его бицепсу, спустилась к прессу. Затаила дыхание — позволит? Через одежду не чувствовала. Он вдохнул глубже. И я потянулась ниже.             — Перестань — перехватывая мою руку ласково просил Каин. И прижался всем телом ко мне, чтобы больше не рыпалась. Обхватил руками сзади, ограничивая в действиях. Его сердце билось о мои лопатки слишком сильно. Слишком трепетно. Через ткань. Через ребра. Пыталось достучаться до здравого смысла. Это я почувствовала. А дыхание частое и горячее касалось моей обнаженной кожи, выдавая его сопротивление и стойкость железную. Но уверенна, он думал только о произошедшем во время покера. О тех наших прикосновениях. Я пробила его безразличие, думала победила, а он оставил меня в итоге в проигрыше. Мои веки стали тяжелыми, дыхание выровнялось, а в голове боролись желание с неприступностью. Как правильно? Что я делаю? Зачем пристаю к нему? Послышался шорох — Каин расправил одеяло, а мне показалось, словно крыло огромное белое накрыло меня, укутав от беспокойства. Меня будто подняли сильные руки, перекладывали и меняли положение, убаюкивая и укачивая, как куколку. Плавно и бережно у себя на руках. Или меня просто штормило из-за водки перемешанной с мартини.