Глава 5. Дзен?

Свет пробивался сквозь шторы слишком дерзко. Слишком ярко для состояния, в котором Т/и проснулась. Голова гудела, будто там всю ночь репетировала группа, в которой Дин был вокалистом, а Сэм — звукорежиссёром без слуха. Она медленно села, морщась. Сухость во рту, растрёпанные волосы, и где-то в углу комнаты валялась её обувь — одна кроссовка на шкафу, другая у двери. Значит, вечер удался. На кухне что-то шуршало. Пахло кофе и… подгоревшим тостом? Т/и накинула толстовку и, стараясь не шуметь, вышла в коридор. Картина на кухне была почти умилительной: Сэм в футболке и с сосредоточенным лицом мешал что-то в кастрюле, а Дин — босиком, в мятой рубашке, с растрёпанными волосами — пытался победить кофемашину. — Она тебя укусила, или ты просто так ругаешься? — спросила Т/и, опершись на косяк. Дин вздрогнул, потом развернулся с полуулыбкой: — Доброе утро, рок-звезда. Ты к микрофону вернёшься или дашь другим шанс? — О, Господи… — простонала она, закрывая лицо ладонью. — Это было не сон? Сэм обернулся и, как ни в чём не бывало, сказал: — Вроде как не сон. Судя по видео на моём телефоне. Она с ужасом посмотрела на него. — Ты… *снимал*?! — Я не собирался! Это было... — Я тебе руки оторву!! Дин усмехнулся и поставил перед ней чашку кофе: — Договоримся так: я делаю яичницу, ты забываешь про моё соло с солонкой. — Ты тряс солью под "Highway to Hell"? — Энергично. Публике понравилось. Т/и села за стол, взъерошив волосы, и тихо усмехнулась: — Ладно. Только не пой больше до обеда. И кофе мне — двойной. Без разговоров. После завтрака Т/и решила: пора вернуть себе хоть иллюзию контроля. — Я ухожу по делам. Вы — ничего не трогаете, не сжигаете и не вызываете призраков, ясно? — А если очень хочется? — невинно уточнил Дин. — Тогда выметайтесь вместе с призраками. Она быстро оделась, схватила сумку и скрылась за дверью, оставив братьев с ясной инструкцией: "не трогать — значит не трогать". Прошло два часа. Когда она вернулась домой — и с порога услышала странное гудение, — в душе у неё зародилось очень знакомое чувство: "я ведь просила". На кухне... пахло. Не едой. И не сгоревшим тостом. Это был... запах лаванды? И... розмарина? — Сюрприииз... — голос Дина донёсся из ванной. Она резко заглянула туда — и застыла. Вся ванная была завалена подушками, свечами, по стенке висела одеялами устроенная "штаб-квартира", а посреди всего этого Дин сидел, обмотанный гирляндой и с банкой газировки в руке. — Я хотел сделать... расслабляющее пространство. Для медитации. — Он показал два пальца в воздухе. — Дзен. Сэм, проходя мимо с тазом белья, сухо прокомментировал: — Он прочитал статью "10 способов справиться с тревогой". Половину понял буквально. Т/и закрыла глаза, глубоко вдохнула… и рассмеялась. Потому что это всё — бред, да. Но милый. И чуть-чуть… трогательный. — Дин, — сказала она, улыбаясь. — Ты единственный человек, способный превратить мою ванную в курорт для идиотов. Он гордо кивнул: — Я знаю. — Хорошо, — вздохнула Т/и, сложив руки на груди. — Допустим, я решаю не выгонять тебя за это безумие. Дин обрадованно хлопнул в ладоши: — Значит, ты официально входишь в зону дзена! Он потянул её за руку — и, хоть она и попыталась изобразить серьёзность, в итоге всё-таки села на пол рядом, облокотившись на стену. Подушки оказались неожиданно удобными. Гирлянды мягко мигали, придавая ванной какой-то детский уют. Пахло лавандой — слишком сильно, но не отвратительно. — Признавайся, ты реально веришь, что это помогает? — спросила она, бросив на него взгляд из-под полуопущенных ресниц. Дин пожал плечами, делая глоток газировки. — Знаешь… я не часто отдыхаю. Обычно всё — бег, охота, срочные дела. А тут... тишина. Стены не трясутся, никто не орёт, не стреляет. Даже портал не шипит. — Он вздохнул. — Может, я просто пытаюсь притвориться, что это нормальная жизнь. Она посмотрела на него чуть внимательнее. В его голосе не было шутки. Только усталость, прячущаяся за привычной бравадой. — Это ведь ненадолго, да? — тихо спросила она. Он долго молчал. — Скорее всего. — И добавил с кривой улыбкой: — Но я бы не отказался от лишнего дня. Или двух. С пиццей. И гирляндами. Т/и хмыкнула, откинув голову на стену. Она вдруг поняла: возможно, он не только пытается расслабиться — он пытается сделать это для неё тоже. Пусть и по-своему, с огоньками и дурацкими идеями. — Ну, капитан дзен, — она потянулась за газировкой. — Что там в списке дальше? Медитация или совместное нытьё о жизни? — Предлагаю молчаливое смотрение в потолок под музыку из "Интерстеллара". Глубоко. Стильно. Слегка пафосно. — Идеально, — улыбнулась она. И на минуту стало действительно тихо. Они сидели молча, уткнувшись в потолок. Музыка играла где-то с телефона — негромкая, атмосферная. Казалось, ванная оторвалась от реальности и теперь плавала где-то отдельно от суеты, порталов и даже здравого смысла. — Никогда бы не подумала, что в моей ванной можно поймать такой дзен, — тихо проговорила Т/и. Дин усмехнулся, повернув голову к ней. — Никогда бы не подумал, что мне будет так... спокойно просто сидеть. Рядом с кем-то. Без нужды спасать, стрелять или шутить на грани. Она встретила его взгляд. В глазах не было привычного насмешливого блеска — только тепло, немного усталости и что-то совсем другое, от чего у неё внезапно пересохло во рту. — Ты не обязан всё время быть "героем", — сказала она почти шёпотом. — Иногда достаточно просто быть собой. Он смотрел на неё немного дольше, чем стоило бы. Потом улыбнулся. Нежно, тихо. Совсем не по-винчестеровски. — А ты... умеешь видеть сквозь броню, — сказал он, чуть приблизившись. — Это опасно. — А ты... умеешь прятать за шутками всё, что хочешь скрыть, — ответила она так же тихо. Его лицо оказалось ближе, чем она думала. Он словно ждал чего-то. Разрешения? Подтверждения? Или просто момента? — Если я тебя сейчас поцелую, ты ударишь меня по лицу? — спросил он с тем самым полуугольком улыбки, который, как она уже поняла, включался в самые уязвимые моменты. Она наклонилась чуть ближе и прошептала: — Может быть. А может — нет. Он наклонился — и поцеловал. Тихо, бережно, почти как извинение за всё, что они не могли себе позволить в их обычной жизни. И на несколько секунд весь мир за пределами ванной перестал существовать. Поцелуй был мягким… до тех пор, пока она не ответила. Внезапно всё стало глубже. Настоящее. Его ладонь скользнула к её щеке — неуверенно, будто он всё ещё сомневался, что имеет на это право. Но она не отстранилась. Напротив — приблизилась ещё ближе, как будто в этом затуманенном уюте свечей и подушек им можно было всё. Он оторвался от её губ, но не ушёл далеко — их дыхания всё ещё соприкасались, и Т/и чувствовала, как у него быстро колотится сердце. Да и у неё самой, кажется, внутри всё затрепетало. — Скажи, если я перегибаю, — пробормотал он. Голос был хриплый, будто где-то посередине между "я хочу" и "я боюсь". — А если я не хочу, чтобы ты останавливался? — спросила она, глядя ему в глаза. Молчание. Не напряжённое — наоборот, медовое, наполненное чем-то новым, давно ожидаемым. Он снова поцеловал её — теперь чуть жаднее, с нетерпением, которое долго пряталось где-то в шутках, в мимолётных взглядах, в коротких касаниях. Его пальцы запутались в её волосах, её рука легла ему на грудь — чувствуя биение, как у неё самой. Всё было как во сне — глупо, уютно, неправдоподобно. Слишком красиво для мира, в котором они оба привыкли сражаться за каждый кусочек счастья. Они не торопились. Просто были рядом, переплетённые дыханием, прикосновениями и новым, ещё не озвученным "что-то". В этой ванной, среди подушек, муки на футболках и свечей с запахом лаванды, им вдруг стало по-настоящему хорошо. И пусть завтра будет портал, демоны — сейчас было не до этого. И всё бы было идеально — если бы не скрип двери и голос Сэма: — Ребята?.. Вы не видели мой... О, чёрт. Он замер на пороге ванной, с книгой в руках, взгляд приклеился к сцене на полу, как у оленя в свете фар. Дин резко отстранился, как будто его только что облили ледяной водой. — Сэм! Ты серьёзно?!— прошипел он, инстинктивно прикрывая Т/и от брата, словно она была секретной операцией ЦРУ. Сэм отшатнулся, как будто случайно открыл портал в ад. — Я... Я просто искал... книгу. Всё. Я ухожу. Забудьте, что я тут был. Вообще. — Уже поздно, дубина, — пробормотал Дин, зарыв лицо в ладони. — Этот момент никогда не развидеть. Сэм ретировался с рекордной скоростью, оставив после себя неловкое эхо в коридоре. А Т/и... Т/и рассмеялась. Сначала тихо, потом громче, пока не начала практически задыхаться от смеха. Дин смотрел на неё, то ли обиженно, то ли с восхищением. — Рад, что я могу быть источником веселья. Особенно с полуобнажённым позором на глазах у брата. — Это было... идеально, — хихикнула она, смахивая слезу. — Как будто жизнь решила напомнить: не забывай, с кем ты связалась. Он хмыкнул, обняв её за плечи. — Напомни мне потом по-тихому спрятать его все книги. И кстати... — он повернул её к себе, взгляд стал снова тёплым. — Мы всё равно продолжим. Только... когда двери будут закрыты на три замка. — Согласна. И с табличкой "Сэму не входить". Они снова рассмеялись, прижавшись лбами. Даже Сэм со всей своей внезапной дипломатией не смог разрушить то, что между ними начинало расти.