Глава 6. Благородная фигура

      Альберу больше всего на свете хотелось плюхнуться на свой стол. Министры жужжали вокруг него, как мухи, но, к сожалению, будучи принцем крови, он не мог нарушить приличия и прихлопнуть их, так как они были более или менее необходимы для бесперебойной работы королевства.       — Хоть я и очень хочу поскорее покончить со всей этой бумажной работой…       Сам фестиваль был достаточно неприятным: люди восхваляли имя Альберу и разбрасывали его лицо по улицам, как конфетти, но последствия оказались ещё хуже. Улицы были щедро усыпаны конфетти из лиц, и администрации пришлось приложить немало усилий и проявить инициативу, чтобы всё убрать. Как бы хорошо ни были организованы «поклонники Альберу», даже они не могли контролировать количество мусора и уборки после того, что люди назвали «Фестивалем сияющего солнца». Таким образом, как обычно, кровавая бойня легла на плечи Альберу.       Я до сих пор не простил этого ублюдка за то, что он воспользовался своими планами, чтобы заработать на моих портретах. Рыжеволосый ублюдок, о котором шла речь, конечно же, скорее всего, сейчас не спал из-за прощальных слов Альберу, сказанных пару дней назад. Однако в последнее время у Альберу было не так много свободного времени, чтобы планировать месть, поскольку его расписание было забито встречами, вышеупомянутой уборкой после трагического фестиваля, консультациями на конференциях и, ну, управлением королевством. Альберу мысленно вздохнул, когда следующий министр в длинной очереди подошёл к трибуне.       Министр начал свой доклад тем же монотонным голосом, что и все предыдущие чиновники.       — Я хотел бы представить инициативу по строительству на центральной площади…       Планы, как и всё остальное, были отложены из-за фестиваля.       Скорее всего, это какое-то новое здание, я просто одобрю его… — мысли Альберу оборвались. Его глаза расширились. О… Теперь это мило. Он пристально посмотрел на чиновника, произносящего речь.       Говорящий заметно занервничал. Черты и выражение лица наследного принца были ангельскими, но почему-то министр почувствовал, как по спине у него пробежал холодок.       Улыбка Альберу стала шире.       — Какая отличная идея. — Его пристальный взгляд пригвоздил бедного министра к месту, где он стоял.       — Действительно, по-настоящему отличная. Однако у меня есть идея, которая сделает её ещё лучше.       Идеальная месть свалилась прямо на руки Альберу.       Как и предсказывал Альберу, Кейл действительно лежал в своей постели, безуспешно пытаясь заснуть. Однако Кейл твердо решил проигнорировать зловещее пророчество Наследного принца в пользу своего любимого времяпрепровождения - ничегонеделания. Поэтому он был немало удивлен, когда Рон постучал в дверь и спокойно вошел, неся толстый конверт с королевской печатью.       Кейл перевернулся лицом к стене, подальше от Рона, и понадеялся, что злобному дворецкому покажется, что он спит.       — Молодой господин, вам письмо, — спокойный голос Рона эхом разнёсся по комнате.       Кейл выровнял дыхание.       — Молодой господин, я знаю, что вы не спите. — Шепот раздался прямо у него в ухе.       ЧТО ЗА…       Кейл вскочил, задыхаясь. Когда, чёрт возьми, этот старик успел подойти так близко? Он что, пытается выбить из меня дух?! Он посмотрел на Рона безумным взглядом.       Убийца мягко улыбнулся ему.       — А, так вы проснулись. Тебе пришло письмо из королевского дворца.       Проклятый старик… Кейл подавил несколько ругательств, потянулся за письмом и сломал печать. Из конверта выпала карточка из высококачественной бумаги с замысловатыми цветочными узорами по краям.       — Юный господин Кейл Хенитьюз настоящим приглашается на королевский банкет, который состоится в столице в честь благоприятного объявления.       — Я не.. - Кейл сделал паузу.       В нижнем углу была приписка, сделанная очень знакомым почерком. Кейл сразу узнал почерк Альберу.       Если ты не придешь, то пожалеешь об этом.       Кейл вздрогнул. Каким-то образом это стало одним из самых пугающих посланий, которые он когда-либо получал.       Рон с нежной улыбкой посмотрел на напряжённого Кейла.       — Молодой господин, вам холодно в комнате? Я могу принести вам тёплый лимонный чай…       — Рон.       — Да, молодой господин.       — Будь абсолютно уверен, что я не пропущу эту чертову вечеринку.

***

      Кейл неловко стоял в углу большого банкетного зала с бокалом в руке. Судя по выражению его лица, над его головой словно висело мрачное облако, отбрасывая тень и уныние на своего несчастного хозяина. Бармены всё ещё не дают мне ни капли этого чёртова вина. Бармены тут же пододвинули к нему высокий бокал безалкогольного сидра, как только заметили приближающиеся рыжие волосы Кейла. Конечно, они не забыли разразиться нелепыми похвалами в адрес Кейла за его праведное воздержание от алкоголя, так что мужчина был вынужден сбежать от стойки с бокалом сидра в руке, прежде чем бармены привлекли ещё больше подхалимов и фанатиков, как мух на мёд.       К сожалению, по всему королевству было то же самое. Кейл был близок к тому, чтобы украсть немного кулинарных вин Бикрокса, и уже почти набрался смелости, чтобы через несколько дней прикоснуться к ингредиентам повара-палача, когда наткнулся на старый винный погреб Дерута. Он мог пить в своей комнате, но всё равно не мог ходить по барам ещё месяц, пока не утихнут слухи. По крайней мере, на банкете не было лимонада.       То, чего не хватало в плане выбора напитков, с лихвой компенсировалось неудачной компанией. Несмотря на то, что Кейл выбрал самый дальний угол большого банкетного зала, нескончаемый поток посетителей умудрялся пробираться через весь зал, чтобы поприветствовать его.       Граф и его жена, седовласый маркиз из юго-восточного региона…       — Какая честь познакомиться с героем западного континента…       — Молодой господин Сереб-Кейл! Как я рад вас видеть!       Вы собирались сказать «Серебряный щит», не так ли? Даже этот старый граф использовал этот дурацкий титул без иронии!       — Сэр! Все в порядке, как всегда...       — Как поживаете, молодой мастер Кейл..       Кейл сжал в руке стакан с сидром. Мне было бы намного лучше, если бы вы, совершенно незнакомые люди, просто оставили меня в покое…       Две молодые дамы и молодой человек подошли к его бесполезному укрытию.       — Молодой господин Кейл!       Кейл почти видел, как в их восторженных глазах вспыхивают огоньки.       Ради всего святого, оставьте меня в покое! Уровень здравомыслия Кейла снижался всё больше и больше. Он допил свой сидр и протолкался сквозь толпу.       — Простите, я пойду выпью ещё.       Свобода! Кейл вдохнул свежий воздух; он был точно таким же, как и везде в зале, но для него это был крик о свободе. Как только я увижу этого ублюдка Альберу, я врежу ему по морде и вылью безалкогольный сидр ему на рубашку. Что, чёрт возьми, это за объявление, ради которого он решил пригласить всех прийти? Кейл вздрогнул. Сообщение Альберу пронеслось у него в голове. — Если ты не придёшь, то пожалеешь об этом.       — Чёрт возьми… Что он задумал? — пробормотал Кейл. — Когда этот белобрысый ублюдок появится? Есть ли какой-то универсальный закон, согласно которому самодовольные вредители должны опаздывать, чтобы усилить напряжение? — Неужели Альберу нравится смотреть, как они страдают? — О чём я думаю, конечно, нравится.       Громкий голос перекрыл гул голосов в зале.       — Объявляю, что Его Высочество наследный принц Альбер Кроссман!       — Чёрт возьми, наконец-то! — Кейл расплылся в улыбке, представляя, как бы он ударил этого ублюдка.       Альберу вошёл в комнату, его королевский плащ развевался за спиной. Золотые аксессуары, булавки и цепочки сверкали в свете бального зала почти так же ярко, как и нежная улыбка на его лице. Его аура излучала царственное благодушие.       Да, его можно ударить. Ухмыльнулся Кейл. Я бы придушил его прямо сейчас, если бы рядом с ним не было этих чиновников. Министры финансов и по связям с общественностью величественно следовали за наследным принцем, несколько затмеваемые его ослепительной красотой.       Альберу вышел на середину зала.       — Спасибо всем, что пришли на это знаменательное событие!       Глаза Кейла расширились. О боги, только не речь…       — Я искренне рад, что сегодня здесь собрались такие замечательные люди из этого королевства. Для меня большая честь стоять перед вами как перед вашим наследным принцем…       Да говори уже, чёрт возьми! Кейл крепче сжал стакан с сидром. Ещё немного и он треснет.       — В частности, я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить ряд людей, без которых было бы трудно организовать это особое мероприятие.       Кейл был готов закричать. Чёрт возьми, он делает это нарочно, не так ли?       Пять минут спустя Кейл решил отключить свой мозг. Просто прекрати это... Он резко обмяк. Заканчивай уже свою чертову речь... Приходить сюда определенно не стоило…       — Как многие из вас знают, я должен сделать важное заявление. – Кейл почувствовал, как будто кто-то вылил на него ведро холодной воды. Его взгляд стал острым. Наконец-то, наконец-то он сможет услышать, что задумал этот придурок!       — Я очень рад, что этот проект может быть реализован, поскольку считаю важным отмечать положительные изменения в истории нашего королевства.       Да скажи уже, чёрт возьми. Он был уверен, что Альберу смотрит прямо на него и ухмыляется. Кейл был невероятно близок к тому, чтобы прямо сейчас отправиться на поиски древней силы, которая позволила бы ему либо стрелять лазерами из глаз, либо ударить ухмыляющегося хёна через всю комнату. В мире должен был быть хотя бы один такой.       — Мы рады сообщить, что на Центральной площади будет установлена статуя сокровища Королевства Роан, Героя Серебряного Щита, и нашего собственного молодого господина Кейла Хенитьюза!       Все мысли Кейла, ругательства и мечты о том, как он бьёт Альберу по лицу, разом прекратились.       Он..       — В память о его благородном вкладе и непрекращающихся самоотверженных поступках…       Чертов..       — Мы надеемся, что юный господин Кейл Хенитус станет маяком света и надежды для жителей нашего королевства Роан.       Ублюдок.       Зал разразился восторженными аплодисментами. На лицах всех присутствующих читалась радость.       Мечты Кейла о беззаботном будущем вместе со стаканом безалкогольного сидра разбились на полу, оставшись незамеченными. Он не просто так это сказал.       Альберу ещё раз широко улыбнулся, оглядывая комнату. Только Кейл заметил в его улыбке садистские нотки.       — А теперь, если вы меня извините, мне нужно заняться делами.       Как будто ты чёрт возьми уйдёшь. Кейл двинулся к Альберу, но остановился перед неподвижной стеной из человеческих фигур. Толпа поздравляющих аристократов обрушилась на Кейла, как цунами, утопив его в волнах восторженной признательности, пока он тщетно боролся с течением, которое уносило его всё дальше и дальше от удаляющейся спины Альберу. Золотые аксессуары кронпринца скрылись из виду у дальней стены.       Два часа спустя Кейл, обессиленный и взъерошенный, лежал в карете, а на полу были разбросаны тщательно составленные одним из воодушевлённых правительственных чиновников графики строительства статуи.

***

      — А теперь, если вы не против, взгляните на эти схемы, Ваше Высочество и юный господин Кейл Хенитьюз… — чиновник нервно посмотрел на двух легенд, сидящих перед ним. Он и представить себе не мог, что однажды будет работать непосредственно на двух героев Западного континента! Это была сбывшаяся мечта! Одного взгляда на их нежно улыбающиеся лица, словно луч света и надежды, льющийся сверху, было достаточно, чтобы он возблагодарил то божество или силу природы, которая направила его на этот жизненный путь.       Кейл, один из героев легенд, о которых шла речь, чувствовал, как всё его существо медленно разлагается. Когда чиновник, который явно не пытался скрыть своё преклонение, отвернулся, его лицо расплылось в ухмылке, наполненной отвращением и презрением. Чиновник повернулся к остальным, и Кейл быстро натянул на лицо улыбку. Его лицо снова расслабилось, когда чиновник оглянулся на остальных.       И я уверен, что этот ублюдок чувствует то же самое. Кейл бросил взгляд на Альберу. Тот всё ещё мягко улыбался собравшимся, казалось, он так и не перестал улыбаться. Разве у него не устают мышцы лица?       На этом собрании было полно бесчеловечных людей, и даже у чиновника, казалось, никогда не заканчивались слова. Кейлу приходилось постоянно возвращаться к своей широкой улыбке каждый раз, когда его лицо искажалось, выдавая истинные эмоции.       — Для выделения бюджетных средств...       Улыбнись!       — Ваше Высочество, эти цифры… — лицо Кейла снова исказилось от отвращения.       — с благородной фигурой молодого господина—       Улыбнись!       — теперь с этим планом строительства...       Взгляд, полный отвращения.       Взгляд Кейла остановился на Альберу. Наследный принц дрожал. Чёрт возьми, он видел, как я меняю выражение лица. Альберу смеялся над пантомимой Кейла. Тогда давай покажем ему, что такое моя пытка.       Чиновник всё ещё говорил.       — Теперь, если мы поставим статую здесь…       Кейл перебил его.       — Прошу прощения, — его губы ангельски изогнулись в улыбке. Взгляд Альберу метнулся к Кейлу. — Я твёрдо убеждён, что настоящим героем здесь является Его Высочество. Мой дорогой хён — это тот, кто привёл это королевство через войну к его нынешнему процветанию, и я знаю, что он усердно трудится, заботясь о каждом из своих граждан.       Кейл заметил, что Альберу напрягся, а его глаза подозрительно прищурились.       — Я уверен, что простые граждане будут невероятно рады статуе Его Высочества наследного принца.       В конференц-зале воцарилась тишина. Затем министры внезапно заговорили.       — Да, конечно! Его высочество!       — Солнце нашего королевства Роан...       — Он действительно невероятно усердно работает на благо наших граждан..       — Любимый народом..       Кейл повернулся лицом к Альберу с тем же ангельским выражением, что и раньше. На лице Альберу было написано: Иди к чёрту, ублюдок. Однако блондин натянуто улыбнулся и повернулся к министрам.       — Ну же, это статуя, созданная в память о юном господине Серебряном Щите, тем более что она расположена в том же месте, где наш герой предотвратил террористическую атаку. А что, если мы добавим к дизайну серебряный щит, чтобы увековечить это имя?       Чёрт бы тебя побрал, используешь этот ужасный титул.       Кейл ухмыльнулся.       — Ах, но наше Солнце Королевства Роан часто посылает послания надежды с балкона на той же площади, и я уверен, что это место будет напоминать о нём. Наш любимый наследный принц должен быть увековечен в статуе.       Забирай, хён.       Альберу бросил на Кейла убийственный взгляд, скрываясь за улыбкой.       — Герой Серебряного Щита — маяк надежды, я уверен, что горожане поклонялись бы такой статуе на центральной площади.       Заткнись, ублюдок.       Ухмылка Кейла стала шире.       — Горожане сами взяли на себя инициативу и спланировали целый фестиваль в вашу честь, Ваше Высочество. Они были бы просто в восторге от резного изображения вашего сияния.       Альберу, я утащу тебя за собой, даже если это будет последнее, что я сделаю.       Перепалка продолжалась до конца совещания. Оба «героя легенд» были совершенно измотаны, отражая атаки друг друга, а министры так ничего и не поняли. Кейл поднял взгляд и встретился глазами с Альберу. Он сразу понял, что светловолосый мужчина думает о том же, что и он.       Напомни, сколько еще таких встреч запланировано?       Битва умов продолжилась на втором, третьем и всех последующих собраниях, на которых обсуждалось строительство, логистика и планирование статуи на Центральной площади. Каждое из них казалось Кейлу и Альберу напряжённым полем боя. Только министры оставались нечеловечески энергичными, мечтая о сотрудничестве с двумя героями Западного континента, и с готовностью интерпретировали искры взаимного желания убить друг друга, проскакивающие между двумя назваными братьями, как пылкий энтузиазм по поводу этого исторического проекта.       — Что ж, дорогой младший брат, почему бы нам не изобразить тебя в позе супергероя, положив руки на бёдра? Я уверен, что это подчеркнёт твоё величие.       Альберу выглядел так, будто готов был задушить Кейла.       — А что, хён, разве это не идеальная поза для тебя самого? Это продемонстрирует твою уверенность и способности правителя.       Кейл был полон решимости свергнуть Альберу, чего бы это ни стоило.       — Ах, какая мечта! Работать с такими невероятными легендами… Вблизи это ещё более захватывающе, они действительно превосходят все слухи!       Министры, конечно, ничего не заметили.       Несмотря на задержку в создании скульптуры, сама надпись была придумана на удивление быстро. Она гласила: «Действуй, не сожалея». Альберу и Кейл не могли не переглянуться с усмешкой.       Прошло слишком много встреч, чтобы их сосчитать. После последнего совещания по планированию Кейл издал протяжный вздох и рухнул на диван Альберу. Наследный принц точно так же плюхнулся на свою кровать и уставился в потолок.       — Альберу? – Кейл позвал в воздух. — М-м-м, — устало промычал Альберу с другого конца комнаты.       — Это ужасно, - категорично заявил Кейл.       — М-м, — Альберу даже не хватило сил ответить.       — Ага. – Кейл кивнул в соответствии со своим собственным заявлением.       Альберу напряг мышцы и перевернулся на другой бок, чтобы посмотреть на диван, где лежал Кейл.       — Перемирие?       — Определённо. Ты получишь бумагу. Я не сдвинусь с места.       Кейл закрыл глаза.       — Фух, — Альберу перекатился на пол и, спотыкаясь, поднялся на ноги. Он выдвинул ящик стола и схватил рулон пергамента. Сам пергамент был смятым, как будто с ним уже много раз так обращались. Альберу развернул бумагу и поставил чернильницу сверху, чтобы она не сворачивалась. Кейл наконец-то собрал достаточно сил и мотивации, чтобы встать с удобного дивана и подойти к Альберу, который смотрел на рулон бумаги.       Кейл прочитал строчку в начале документа.       — Настоящим я обязуюсь прекратить все намеренные действия, связанные с розыгрышами, за исключением случаев возмездия.       Альберу повторил ту же строчку.       Под этой строкой было бесчисленное множество копий двух подписей, строка за строкой, с одинаковыми именами: Кейл Хенитус и Альберу Кроссман. Кейл взял ручку и расписался в первой пустой строке под последним своим именем. Альберу сделал то же самое.       Кейл дотащился обратно до дивана и безвольно повалился на подушки.       — Это что, уже в шестнадцатый раз?       Альберу откинулся на спинку кровати и снова уставился в потолок.       — Кажется, семнадцатое.       Кейл нахмурился.       — Так что, ты можешь отказаться от своего плана со статуей?       Альберу пристально посмотрел на него.       — Благодаря кому-то, кто подстрекает правительственных чиновников, это полностью вышло из-под моего контроля. Нам остаётся только ждать и смотреть, какое чудовище они создадут, и надеяться, что оно не будет слишком ужасным.       Оба мужчины одновременно вздохнули.       На мгновение воцарилась тишина, прежде чем Кейл нарушил молчание.       — Что ж, до следующей встречи.       Альберу ухмыльнулся.       — Ты не должен говорить это после подписания перемирия…       — Ну, улики доказывают обратное, не так ли?       Хотя мужчины не видели друг друга, они знали, что на их лицах были одинаковые ухмылки.       Таким образом, в центре площади была установлена бронзовая статуя под названием «Клятвенные братья». Она изображала двух мужчин, один из которых держал щит, а другой — скипетр. Они стояли вместе, гордо уперев руки в бока и глядя на горизонт. Надпись гласила: «Действуй, не сожалея», и служила источником вдохновения для многих детей. Каждый год во время ежегодного фестиваля «Сияющее солнце», одного из самых популярных праздников в королевстве, статую украшали лентами. По какой-то загадочной причине горькие и кислые напитки, как говорили, были доступны в каждом пабе в столице и герцогстве Хенитьюз.       И по сей день в тёмных уголках, где шепчутся и где сплетни разлетаются со скоростью света, а правда смешивается с ложью, говорят, что первый сын семьи Хенитьюз на самом деле лысый.