Я выбираю тебя

Кто это? — спросила Ангелина, инстинктивно сжав ладони вокруг чашки. Голос был настороженный, холодный. — Не знаю. Наверное… — он не договорил. Встал, прошёл в прихожую. Открыл дверь. На пороге стояла Эмилия. Ангелина почувствовала её раньше, чем увидела — энергия женщины была чужая, колючая, самодовольная. Остаточный след в квартире — вот почему Ангелине с утра было тревожно. След Эмилии не исчез. В коротком сером пальто, с потрёпанными волосами и уставшими глазами, в которых сквозила претензия, тоска и чуть-чуть слишком привычного чувства превосходства. — Макс, — сказала она сразу. — Нам нужно серьёзно поговорить. Он замер. Губы приоткрылись, но слова не выходили. Он отступил на шаг — от шока, от воспоминаний, от злости. — Ты с ума сошла? — хрипло выдохнул он. — Что ты здесь делаешь? — Потому что ты всё ещё не отпустил. Я это вижу. Ты просто спрятался. За эту… — её глаза метнулись внутрь квартиры, и она заметила Ангелину. — Ну, теперь уже не прячешься. Ангелина вышла из кухни. Шла медленно, но в каждом шаге — будто лезвие. — Кто это? — спросила она, сдержанно. — Твоя прошлая ошибка, которая решила воскреснуть? Эмилия приподняла бровь, уголки губ изогнулись. — А ты, похоже, новая. Погреешь место, пока не наскучишь. Стандартный сценарий. У Макса дёрнулся глаз. Он сжал кулаки. — Всё, хватит. — Его голос стал жёстким. — Уходи, Эмилия. — Я не… — УХОДИ НАХУЙ. — Он сказал это чётко, хрипло, но с какой-то непоправимой ясностью. — Мы закончили. Не звони, не пиши, не появляйся. Уйди из моей жизни. И из этой двери — тоже. Эмилия побледнела. Её лицо застыло, как фарфоровая маска. Потом, молча, развернулась. И ушла. Хлопок двери был последним аккордом её главы. Тишина. Макс обернулся. Ангелина стояла посреди прихожей, чашка в руке. В глазах — не шок. Разочарование. — Ты собирался сказать, что она может объявиться?— прошипела она. — Или это тоже был “неожиданный сюрприз”? — Я не знал, что она придёт. Мы давно не общались. — Но ты не стёр её. Ни из памяти, ни, судя по всему, из жизни. Она пришла, как будто знала, что может. — Я сказал ей, чтобы она пошла к чёрту. — Поздно. Она уже пришла. — Голос Ангелины дрожал. — А я… стояла там, в твоей рубашке, как дура. Думая, что ты мой Макс подошёл ближе, но она отступила. — Я не с ней. Ни телом, ни мыслями. Я не думал, что снова смогу… но смог. Благодаря тебе. — Тогда докажи это. Сейчас. Не словами. Он шагнул ближе. Взял её за плечи. Мягко. Уверенно. — Я люблю тебя и выбираю тебя. Поняла? Я не идеальный. Но с тобой хочу учиться быть человеком. Хоть раз — не облажаться. Она посмотрела на него. Долго. Потом ударила кулаком в грудь. Не сильно — просто чтобы сбить дыхание. — Придурок. — Да, — выдохнул он, не отпуская. — Но твой. Она позволила ему обнять себя. Только на миг. А потом снова отстранилась, вытирая глаза рукавом. — Я никуда не ухожу. Но ещё раз, Левин — и ты тоже пойдёшь к чёрту. Прямо вслед за ней. — Договорились, — кивнул он. — А теперь сделай кофе. Только нормальный. И молчи минут десять. Или я тебя пришибу. — Уже бегу, — усмехнулся он, разворачиваясь. На кухне снова стало тепло. И только лёгкий запах прошлого всё ещё висел в воздухе, но уже терял силу. Макс поставил перед ней чашку, сел рядом, положил голову ей на плечо. Ангелина осторожно провела рукой по его волосам. Мягко. Спокойно. — Я люблю тебя, Ангел, — прошептал он. Это была не просто фраза. Это была точка отсчёта. Начало. И неважно, сколько будет ещё ссор, кто постучит в их дверь, кто попробует разрушить — они знали, что любят друг друга. И знали: никто больше не сможет им помешать.