Часть 3

Незнакомец, которого Лина назвала "Голым Шварцем", не обратил ни малейшего внимания на бесцеремонное прозвище. Его система, или что бы там ни было внутри этой стальной оболочки, зафиксировала перемещение цели и продолжила выполнять основную директиву: уничтожить Лину Инверс. Прямой удар по столу был лишь попыткой поразить цель по последним известным координатам. Теперь он двигался напрямую к волшебнице, которая отпрыгнула в сторону. Его шаг был широк и быстр. Он не выглядел как бегущий человек, скорее как очень быстрая ходячая машина. Обломки стола хрустели под его ногами, но он не спотыкался и не замедлялся. В его глазах-сенсорах отражалось лишь одно: силуэт Лины. Лина, увидев, что ее "Световая стрела" не нанесла противнику никакого вреда, на мгновение застыла от изумления. "Что?! Да как... Как такое возможно?!" — воскликнула она, пораженная неэффективностью своего заклинания. Обычно даже простенькие "Световые стрелы" доставляли проблемы крепким бандитам, а этот... этот просто их проигнорировал! Однако шок быстро сменился раздражением и решимостью. Обычная магия не берет? Что ж, значит, нужна не обычная магия! Ее разум заработал быстрее, перебирая варианты более мощных и разрушительных заклинаний, которые, скорее всего, заставят эту груду мышц и стали (или что там внутри?) почувствовать боль. Но прежде, чем Лина успела начать плести новое заклинание, в дело вступил Гоури. Увидев, как легко "Голый Шварц" проигнорировал магию Лины и продолжил движение, он понял, что обычным мечом тут не обойтись. Меч Света, его верный спутник, был создан для разрушения любых препятствий. С боевым кличем, который был смесью восклицания и вызова, Гоури бросился между незнакомцем и Линой. Он не стал ждать, пока противник подойдет вплотную. Размахнувшись Мечом Света, он нанес горизонтальный рубящий удар, целясь в корпус нападающего. Клинок, источающий яркое золотистое сияние, прорезал воздух с характерным звоном. Нападающий не проявил никаких признаков страха или даже настороженности. Его запрограммированная реакция на физическую угрозу была проста и эффективна: устранить препятствие. Он не попытался увернуться или блокировать удар рукой – это было бы нелогично для его конструкции. Вместо этого он с огромной скоростью выбросил левую руку вперед, пытаясь перехватить или отбить клинок самой конечностью. Это была критическая ошибка с точки зрения физики этого мира, но логичная для машины, не знающей боли и созданной из сверхпрочных материалов. Меч Света с легкостью прошел сквозь его руку, как раскаленный нож сквозь масло. Раздался металлический скрежет, смешанный со звуком разрываемой плоти (искусственной?). Отрубленная по локоть часть руки тяжело шлепнулась на залитый пивом пол. Незнакомец даже не вскрикнул. В его глазах не мелькнуло боли, только крошечное, почти незаметное изменение в фокусе, словно внутренняя система зафиксировала "повреждение конечности". Его движение не прервалось. Он просто продолжил свой рывок, теперь уже с одной уцелевшей рукой, готовой схватить или ударить. Из культи отрубленной руки не хлынула кровь, как у человека, вместо этого по поверхности пошли какие-то мелкие искры, и стало видно, что под слоем имитации плоти находится блестящий металлический эндоскелет. "У него... у него рука отвалилась?!" — недоуменно воскликнула Амелия, которая уже начала читать слова защитного заклинания. "Металл под кожей?" — пробормотал Зеллут, его любопытство смешалось с возрастающей тревогой. Этот противник был еще более необычным и опасным, чем он предполагал. Гоури, сам удивленный легкостью, с которой его меч разрубил противника, но встревоженный полным отсутствием реакции нападающего, отскочил назад, снова занимая оборонительную позицию между Линой и безруким (почти) терминатором. Теперь "Голый Шварц" был всего в нескольких метрах от Лины и Гоури, его уцелевшая правая рука поднялась, готовая к смертоносному удару. Он был поврежден, но не остановлен, его решимость оставалась абсолютной. Напряжение в таверне стало невыносимым. Завсегдатаи, кто успел, уже либо выскочили наружу, либо забились под столы. Остались только наши герои и этот кошмар из другого мира.