Столкновение

– «…и съел салфетку»?! Серьёзно?! Как это?.. Что это вообще?!. В каком виде меня выставляют перед зрителями?! – раздавались гневные крики на всю съемочную площадку. – Это же форменное издевательство! Кто вообще писал этот сценарий?! – Этот был лучшим из присланных нам на почту. Поверь, ты бы не хотел видеть остальные. – невозмутимо ответила помощница режиссёра с небольшой долей брезгливости на словах об остальных – Нет, ну всё равно… Я не буду играть такого идиота! – чуть задумавшись над этими самыми «остальными», продолжал упорствовать Наклз. – Он выглядит таким невыносимым придурком, что просто!.. – Опять чем-то недоволен, как обычно. – не преминул отпустить едкое замечание Соник. Негромко, но услышали все. На экране милашка и лучший друг, а в жизни… – Это не тебя заставляют играть тупоголового кретина! – взорвался ехидна. – Ты – главный герой, твой персонаж – нормальный, с нормальным образом и нормальными репликами!.. – Так же не похожий на меня-настоящего, как и твой. – договорил за него ёж. – Я, точно так же, как и ты, вынужден изображать того, кем не являюсь. Думаешь мне нравится моя роль? Но я же не ною. – Я не ною! – рявкнул Наклз и тут же понизил голос: – Я жалуюсь! Я недоволен тем, как подаётся мой персонаж! То ли дело Соник Икс… да даже Прайм, хоть там и пришлось вкалывать сверхурочно сразу на трёх ролях, но там хоть были приличные персонажи! Мятежник. Тот же Гром, пусть и не без заскоков… Но это… – рвано выдохнул, не в силах смириться с таким положением дел. – Не беспокойся, у тебя много фанатов, они не отвернутся от тебя даже после такого. – успокаивающе произнесла ежиха. – Этого Наклза просто не будут ассоциировать с тобой, как порой не ассоциируют разные версии Соника друг с другом. Может, твои фанаты принципиально не будут смотреть этот сериал, обидевшись за тебя на то, что с тобой сделали? Всё будет хорошо. – вот она действительно походила на свою роль, была даже лучше, чем в сериале. – Спасибо, Эми. – ехидна и правда успокоился после её слов. Соник же только фыркнул, выражая своё отношение к подобным сюси-пуси.

***

По окончанию перерыва всем пришлось исполнять свои роли независимо от отношения к ним. Когда эпизод был отснят, актёрам дали почитать следующий «пак» серий. Дочитав до середины, зло сопящий Наклз пошёл ругаться с режиссёром, обитающим в отдельном помещении. Из-за неплотно прикрытой двери долетал разговор на повышенных тонах. А между оставшимися наедине ежами произошёл такой разговор: – Снова орёт, слышишь? – криво усмехнулся Соник. Молниеносно пробежав взглядом сценарий, он уже знал, чем всё кончится и с удовольствием поделился: – И это он только до половины дочитал. Ух, что с ним сделает последняя серия этого пака! – в отличии от своего персонажа, ему Эми очень даже нравилась. Но все его попытки свести более близкое знакомство заканчивались ничем. Та держала чисто рабочую дистанцию. – Ты и правда его ненавидишь. – не спрашивала, а сразу утверждала ежиха, даже не глядя на собеседника. Во всей её позе читалось недовольство. Очевидно, неприятная тема или сами приставания этого парня. Вот из-за такого его отношения к другим она и не спешила сближаться. – Почему? Нет. – ежа удивила постановка вопроса. – Его просто весело злить. – Весело? – мгновение недоумения и девушка неодобрительно хмурится: – Наклзу и так непросто, а ты!.. – А мне смешно от того, как остро он воспринимает свою роль. – снова вызывающе улыбнулся парень. – Это ненормально, согласись. – Не соглашусь. – припечатала Эми, встала и ушла, таким образом поставив жирную точку в разговоре.

***

– Я не буду этого делать и говорить! Нет! Ни за что! Слышите, вы все?! Никогда! – свирепствовал Наклз, когда съёмки дошли до «того самого» места. – Истеричка. – в своей пренебрежительно-тихой, но слышной всем вокруг манере, буркнул Соник. Даже голос не потрудился приглушить. – Что ты сказал?! – с готовностью развернулся к нему ехидна, даже обрадовавшись этим словам. Желание сорвать злость хоть на ком-то, особенно на и так сидевшем в печёнках еже, крупными буквами проступило на его лице. «Как же ты меня достал», – отразилось следующим. – Что слышал. – невозмутимо отозвался тот, прямо встречая яростный взгляд разъярённого ехидны. – Истеришь постоянно. То ему не нравится, это ему не нравится… Истеричка. – пояснил как ни в чём ни бывало, да ещё и с таким вызовом… – Как же ты бесишь!.. – нависая над миниатюрным относительно него ежом, дрожал от едва сдерживаемой ярости. На каких-то остатках сознания помнил, что ввязываться в драку попросту нельзя. Просто подраться, даже разок вмазать от души по этой нагло усмехающейся роже уверенного в своей безопасности гада – ни разу не просто и попросту нельзя. Его физическая сила в разы больше, чем у противника. Да что там сила, банальная прочность! Один удар – и тому придётся долго лечиться. В лучшем случае. Его и взяли-то потому, что экономия на спецэффектах. Те гравитационные волны, расходящиеся от удара – он создавал их сам, на чистой физике. И это – контролируемое. Если же ударить в ярости… – Если так не нравится – шёл бы отсюда и не мешал остальным работать. – продолжал нарываться Соник. – Ты!.. Да ты!.. – задыхался от ярости Наклз. В голове будто сорвало тормоза: – Да тебя самого взяли только за цвет! То, что твоя мамаша подгуляла с зимородком или от кого там ты взял свой васильковый, не даёт тебе!.. – слышал себя как со стороны. И ужасался. Но остановиться никак не мог. Просто вышел из себя. Благо, нашлось кому заткнуть: – Ещё раз тронешь мою семью – и я тебя уничтожу, Наклз. Без шуток. – последнего мог и не говорить. Его вид сказал всё и так, сам по себе. Предельно серьёзен, взгляд достаточно красноречив. Ещё и назвал по имени, что само по себе удивительно и дополнительно подчёркивало серьёзность намерений. – Сегодня я сниматься не буду. – чуть громче, остальным, в том числе персоналу съемочной группы и ушёл в сторону напитков. – Ты перешёл черту. – неодобрительно нахмурилась Эми и бросила обеспокоенный взгляд в сторону удаляющегося ежа. – А он?!. Он тоже!.. – быстро растерял остатки злости ехидна. И сам понимал, что хватил лишку. Вздохнул. – Я поговорю с ним. – Извинись. – кивнула ежиха, выглядя уже не так сурово. Смягчилась, когда он признал свою вину. – И помни, что его… всё, – не нашла подходящего слова. – Это, скорее всего, защитный механизм. Ты сам упомянул его примечательный цвет. Не хочешь, чтобы задирали тебя – делай это первым и всё такое. – Слушай, Соник… – подошёл к ежу, что-то пьющему из непрозрачной бутылки. Тот даже не покосился в сторону нарушившего его одиночество. Всё так же смотрел в стену. – Я был не прав. Семья – это святое. Извини. – это было неприятно, но необходимо. – Иди ты знаешь куда… – дёрнул уголком губ тот, всё так же не глядя на просителя. – Сам догадаешься или маршрут нарисовать? – язвительно, вполне в его стиле, но как-то устало, без огонька. – Правда, прости. Я не должен был… хоть ты и бесишь меня безмерно. Пусть это и не оправдание… Я поступил неправильно. Перегнул палку. – упорствовал в своём желании получить прощение Наклз. – Избавь меня от своего покаяния. – поморщился Соник, закручивая крышку на своей бутылке. – Весь такой правильный… Меня от тебя тошнит, Красный. – признался, неприязненно глядя в глаза. Вот что на такое ответить? Но не пришлось, тот продолжил сам: – Просто не поминай больше мою семью и всё будет хорошо. За этот раз я тебе даже мстить не буду. Просто уйди сейчас! – чуть повысил тон. – Хорошо. Спасибо, что не злишься! – это ехидна договаривал, уже выполняя просьбу коллеги. Тот только махнул рукой, призывая свалить куда подальше побыстрее. Раз снова зовёт прозвищем, значит и правда всё в порядке. Ничего между ними не изменилось. Вот и отлично.