Пролог

Лето тихонько приблизилось. Становилось не по себе от того, как же быстро бежит время, но, странно, хотелось быть как время, бесцельно, быстро течь, а не писать непонятно что, непонятно зачем, непонятно для кого. Тема, выпавшая молодому студенту Николаю звучит так: "Растения Сибири и их использование в медицине древности", а при подготовке к написанию предоставился выбор: или рыться в фолиантах времен царя Гороха или испытать всё на практике.   Идея о поездке в Богом забытую деревню, где от покойной прабабушки остался дом, пришла нежданно. О этой деревне, об этом доме, да в целом о прабабушке, Коля вспоминал, дай Бог, раз в несколько лет из-под пинка матери. Но дом есть, дом стоит, да ещё и не абы где, а в сибирской глуши, где, возможно, ещё живут какие-нибудь старички, возможно, имеющие представление о лечении травами, и, возможно, они могут об этом рассказать. Уверенности в этом никакой, но раз в год и палка стреляет, так что, даже такой хлипкий план Колю устроил, в случае чего всегда есть вариант приехать обратно и порыться в книжках.   Родители, когда Коля сообщил им об этом, были не очень рады, что их единственный ребенок поедет туда, где связи нормальной нет, один, с надеждами на старичков, хотя этих самых старичков там может и не быть, в дом, который тряпку и мыло видел последний раз десять точных лет назад, зато запасся повербанками — электричество там если и есть, то явно ненадолго. Ветер подует, что-нибудь оторвет, а чинить никто не будет, зачем в деревне, с населением полтора человека, что ещё чуть-чуть в мир иной отойдут, электричество? Вопросы, начинающиеся на «а что если…» были главарями всех разговоров с родителями, а нервозность Коли разрасталась как опухоль, пожирая все хорошие мысли, уводя их в то же самое «а что если…».   Деревня Хохловка располагалась в примерных четырех часах езды от города. В Хохловку не ездил ни один вид транспорта, а добирались туда или попутками, или на своим ходом. К моменту рассказа о «бестолковом и совершенно не продуманном» решении родителям, Коля уже обо всем позаботился. Какая-то женщина ехала в Орловку, это совсем недалеко от Хохловки и, разумеется не бесплатно, согласилась довести его. Соглашаясь на такое, Коля надеялся, что деньги будут потрачены не в пустую, что в этом Богом забытом месте он найдет нужную ему информацию или, по крайней мере, отдохнет от шума, успокоит нервы, в конце-то концов.   С вопросом «а как обратно потом?» Коля долго не мучался, словит сеть, попросит забрать, все просто. На это родители тоже возмущались, ведь связь, в этой глуши сибирских лесов, ловит через раз, с молитвами всем известным и неизвестным Богам, а заряда телефона, повербанков, или что он там с собой берет, может не хватить, но Коля, упертый баран, решил ехать, значит поедет, наплевав на мнение родителей, а если понадобится, то и сам обратно доберется. На заявление о самостоятельной поездке и обратно и мать, и отец дружненько покрутили у виска пальцем, согласившись забрать нерадивого сына.   Уверенный в своих действиях, Коля собирался резво, не то хотел побыстрее смыться, не то побыстрее ещё больше увериться в своих действиях, получением информации, а может просто побаивался, что передумает. Любой бы на его месте уже передумал ехать к чёрту на куличики, имея при себе только неиссякаемый энтузиазм, спальный мешок, повербанк и пару свечей. Следовало бы, наверное, взять с собой еды, хоть какой-то, воды питьевой, ведь, если Коле память не изменяет, воду там, раньше, развозили речную, значит и с водой проблемы будут. Хотя, если верить словам матери, чьею бабушкой владелица жилплощади на отшибе цивилизации и являлась, у некоторых на участках были колодцы. У прабабки, вроде, тоже.   Собрав монатки в короткие сроки, Коля, попрощавшись с родителями, которые вели себя так, словно боялись, что он не вернется, поехал в эту деревушку. Выехав под вечер, он, к своему неудовольствию, понял, что приедет, когда уже начнет смеркаться. Женщина оказалась до ужаса болтливой. Как бы он не делал вид, что говорить не настроен, она всё равно продолжала и продолжала, продолжала и продолжала болтать без умолку, постоянно что-то спрашивала, а игнорировать было бы невежливо, рассказывала истории из жизни, травила байки про здешние места. Байки как байки: что люди уходил в лес и не возвращались, что сходили с ума, а позже убивали себя, что видели давно ушедших на небеса людей. В общем, ничего нового, такое про каждый лес рассказывают, ведь так?   Такие рассказы не произвели на Колю совершенно никакого впечатления, он в такое не верит, считает это все бредом, и какая-то женщина не изменит его мнения бредовыми историями. Ну не настолько он внушаем.   Получив три тысячи, женщина высадила Колю где-то в неизвестном месте леса, возле реки. Попрощавшись с ней, Коля, сам не очень понимающий где он, пошел вдоль реки. Ну куда-нибудь он же выйдет! Всё что он помнит о доме прабабушки – выкрашенный красной краской забор с белой полоской сверху. На этом все. Пройдя чуть глубже в лес, Коля заметил дом, вернее то, что от дома осталось. Доски, разваленные во все стороны, когда-то были стенами, от пола осталось только пару сгнивших половиц, середина пола провалилась, рядом лежали, кем-то аккуратно вытащенные, оконные стекла, а дверь, обведя взглядом территорию рядом, Коля обнаружил вежливо приваленной к ближайшему дереву. М-да, обстановка не самая приятная, но он сюда не на курорт приехал, хоть и хотелось бы.   Если нашел один дом, то, наверное, это значит, что рядом и другие. Память, нехотя, со скрипом несмазанных шестеренок, воскрешала давние детские воспоминания. Вот на этой тропинке, если сейчас это можно назвать тропинкой, он разбил колени в кровь, когда последний раз приезжал к прабабушке с родителями, а если пройти туда, чуть подальше, то должен быть дом доярки тёти Вали, у которой прабабушка постоянно молоко покупала, а ещё у тёти Вали были агрессивные куры. От дома тёти Вали до дома прабабушки должно быть, примерно, если вспомнить, что произошло с домом, что Коля оставил позади, пробираясь по зарослям травы к старому дому доярки, домов пять, если память не подводит. А она может. Он был маленьким ребенком, помнит все смазано, да и к тому же, в детстве все кажется больше.    Выйдя, наконец, на нормальную тропинку, Коля, отряхнув гачи от репейников, «любимок» и прочих колючек, осмотрелся. Чуть подальше виднелся тот самый забор, значит он пошел не в сторону дома тети Вали, а в совершенно противоположную сторону. Но худа без добра, как говорится, не бывает! Коля вышел, практически, прямо к дому прабабки! Удача можно сказать на его стороне, ведь дом выглядит не так плачевно как то, что встретилось ему до этого. Все стены на месте, дверь тоже, даже забор красный, облезлый и выцветший остался, только окна, гады, куда-то дели. Ну их, может они где-то на участке, так же аккуратно как там лежат, Коля поищет завтра, с утра. Сейчас он смертельно вымотан, сейчас он хочет спать, а с остальным разберется завтра.   Дверь оказалась не заперта. Даже навесного замка не было, что уж говорить о встроенном в дверь. О таком здесь, наверное, и не знает никто, значит если и было что-то ценное, уж сильно Коля в этом сомневался, то сейчас этого уже нет. Надеясь, что никакой пьяный старик — хотя где ему тут алкоголь-то купить — не спит, он открыл дверь. Что-то с грохотом упало. И сердце Коли тоже упало. Вот наслушался баек страшных, походил по темноте, теперь всего боится, как ребенок малый, ей богу. Достав из сумки, что так быстро собирал, фонарик, не только свечи же для освещения брать надо было, он посветил вперед. И почему только раньше не достал? Тьма нехотя расступилась. На полу, возле порога, валялось старое распятие, так ещё и к двери перевернутое. Не самый лучший знак, но Коля же в них не верит, значит и боятся не будет. Подняв крест, Коля, посветив фонариком, поставил его обратно над дверью. Раз он там стоял, значит не просто так, надо приладить туда, где он был. Войдя внутрь дома, до носа долетел противный запах затхлости и, кажется, гнилых овощей. Отвратительно. Но жить можно, наверное.   Пройдясь по комнатам, проверив углы, закутки и прочие отличные для пряток места, Коля точно удостоверился, что в доме он один. Это уже плюс. Еще один плюс – под ним не провалились полы. Какого хуя он не повернул назад, как только увидел развалины, вопрос, но решать его Коля будет в другой раз, сейчас уже поздно, во всех смыслах, педалить назад. Остается только надеяться, что бабульки и дедульки тут все-таки есть и они расскажут как лечиться травами, по рецептам ещё их бабок и дедков.   Достав из сумки спальник, Коля улегся в комнате поменьше, в глубине дома. Пожелав миру хороших снов, полный надежд на завтрашний день, он заснул.