Глава 2

Прошло пять лет, за это время я ни разу не тронул ни одно живое существо. Мама повторно вышла замуж. Ее партнёр был чудесным человеком. Не смотря на отсутствие с ним кровной связи, он относился ко мне как отец к сыну. Но у меня язык не поворачивался называть его папой. Все таки было в этих семейных отношениях что-то лживое. Когда дядя спрашивал о моем самочувствии или шутил, мои мысли были о другом. О том, что он даже не представляет с какими подонками живёт, бесчувственная мать и ребенок-потрошитель. Он как яркое солнце среди серого неба. Наша вторая свинка умерла спустя месяц после того случая, я читал, что они социальные животные, могут впасть в депрессию от одиночества и погибнуть. Даже в их жизни больше настоящего, чем в нашей семье. Конечно, скорее всего, она умерла от старости, но мне хотелось думать иначе. Я ведь не бесчувственный, способен любить и дарить любовь. Вместе с появлением у мамы нового мужа у нас в доме завелись ещё и питомцы. Два сфинкса. Оба своевольные и надменные. Казалось им вообще никто не нравился, а окружающих, скорее всего, они считали недалёкими. Но один все таки не брезгал приходить ко мне и лежать на моей груди пока я сплю. Его тепло каждый раз напоминало тот день. Со временем я начал верить, что наконец-то время пришло. Я могу полюбить его, я могу испытать эмоции того дня. Я смотрел на него. Мне казалось он умеет думать. Казалось, что он смотрел на меня сверху вниз, но любил. Это было взаимно. Его зевания и любовь к теплу напоминали мне взрослого человека, уставшего от жизни. Я восхищался им, его умом, смекалкой. Это не просто кот, это Апогей моей души. Смотря на него я впервые в своей жизни эякулировал. Это было не просто возбуждение, это было торжество. Я помнил те чувства и хотел испытать их снова. Каждую ночь, когда сфинкс ложился ко мне, я представлял этот миг и ждал... ждал, когда моя любовь станет искренней, без капли похоти и желания. Момент не пришлось долго ждать. Поведение кота сменилось на собачье. Он каждый день ходил рядом, как верный пёс, но я ведь полюбил его не таким. Мне нравилась его надменность, одиночество, нахальный взгляд. Я решил, что время пришло. Ночью, смотря на него, я думал, как его убить. У меня не было в этом большого опыта. Пять лет назад я сразу остепенился, поняв, что смерть чужих это бессмысленная смерть. Я нежно поглаживал его и резко схватил за шею. Он проснулся, начал выть и вырываться. Я закрыл глаза. Он кусал и царапал мои руки. Нахмурившись я сильнее надавил на его шею, хрустнули кости. Кот брыкался. Я был счастлив... был счастлив , что он навсегда останется тем, кого я любил. Но вид его бездыханного тела меня не радовал. Жизнь из него уходила и тело становилось просто сосудом. Я не знал, что делаю, не понимал, зачем я это делаю. Но вонзился своими зубами в его кожу, от боли он начал больше подрагивать. Кожа была резиновой. Очень сложно прокусить. Но я наконец-то почувствовал вкус крови. Я не остановился, мне нравилось его пожирать. Он не просто остался тем, кого я люблю. А стал частью меня. Его душа во мне, его тело во мне. Сфинкс не исчез. Он здесь, посреди моей грудной клетки. Я продолжал грызть его плоть, пока тело не было изуродовано до неузнаваемости, а моя постель не стала полностью покрыта кровью...