Глава 2

      Нет ничего хуже, чем когда у Шерлока хорошее настроение. Особенно если ты только проснулась, вяло потянулась за телефоном, думая, что воскресенье — идеальный день для того, чтобы вообще не вставать, и тут… тебя хватают за шкирку — почти буквально.       — Вставай, — бодро командовал Шерлок, стоя посреди комнаты и как всегда игнорируя все приличия. — Платье, обувь, мозги. Нам нужно быть у Майкрофта через двадцать минут.       Саша приподнялась на локтях и сквозь зевоту уточнила:       — Я умерла или ты действительно решил, что я наконец могу быть полезной?       — Сегодня очень кстати, что ни одному психопату не хватило умений, чтобы тебя действительно умертвить! — усмехнулся он, выбрасывая на кровать вещи, которые по мнению Саши совершенно между собой не сочетались. — Получил очень любопытное письмо, — продолжал он. Саша решила встать, пока Шерлок не швырнул в нее ботинком. — Анонимное. Почерк — женский, полагаю писала левша, бумага — с тиснением, отправлено через личного курьера одного элитного цветочного салона. Очень эстетично. Запах духов — Le Labo, Santal 33. Все указывает на состоятельную даму, вероятно, самодостаточную. А ты знаешь, как я люблю самодостаточных женщин. Они крайне изобретательны в своей лжи.       Саша закатила глаза, натягивая кружевные колготки. Саше нравилось повторять необычные образы из Пинтерест.       — То есть ты разбудил меня, чтобы рассказать, в какой восторг тебя привела анонимная валентинка?       — Нет, — усмехнулся он. — В восторг меня привели двое убитых мужчин, замешанных в этой истории, одна уважаемая династия, и вполне возможно — политический скандал, если все выйдет наружу.       — И куда мы? — Саша решила, что разговорчивостью Шерлока нужно пользоваться.       — В гости к Майкрофту!       — У Майкрофта есть дом? — удивилась Саша, застегивая ремешки лаковых туфелек.       — У всех есть дом, даже у таких... политиков, как мой брат, — с нескрываемым раздражением произнес Шерлок. Он уже крутился в гостиной, всем своим видом показывая, что дело не ждет.       — А у нас есть кофе? — спросила Саша, направляясь в кухню.       — Я вчера провел химический эксперимент, — отозвался он. — Кофе там остался в жидком виде. Вполне пригоден для твоих ограниченных вкусовых рецепторов.       Саша хмыкнула, скептически косясь на коричневую жижу в мензурках.       — Спасибо, дорогой! — Саша чмокнула его в щеку, решив, что обойдется без кофе.       Шерлок отстранил Сашу назад, оценивая ее короткую юбку болон.       — Кстати, надень что-нибудь, что не будет кричать: «у меня нет собственного стиля, только поклонение трендам однодневкам». Нам предстоит встретиться с очень серьезными людьми.       — Обидно, конечно, — улыбнулась Саша, натягивая оверсайз пиджак. — Я ведь как раз хотела надеть свой плащ из перьев и туфли с ушами зайца. Чтобы порадовать высший свет. Все я готова! — она подвела губы красной помадой. — Не хмурь лоб, любимый, я в эре MiuMiu!

***

      Дом Майкрофта Холмса не был домом. Он был объявлением. И это объявление гласило: я достаточно богат, чтобы жить в музее, и достаточно одинок, чтобы никто мне не мешал.       — Это что, натуральное аббатство Даунтон? — прошептала Саша, глядя на фасад. — Я думала, ты пошутил.       — Над Майкрофтом?— усмехнулся Шерлок, нажимая на бронзовую кнопку звонка. — Посмел бы я.       Им открыл идеально выбритый дворецкий почтенного возраста. Сашу дворецкий не впечатлил. Он не был похож на Себастьяна из Сашиного любимого аниме.       Невпечатляющий дворецкий проводил их в кабинет Майкрофта, который расположился на первом этаже дома. Из кабинета можно было выходить в сад, где росли весьма дисциплинированные кусты. Кабинет Саше понравился больше дворецкого.       — Сказал бы, что рад вас видеть, но не привык лгать по воскресеньям, — Майкрофт оторвался от бумаг. Он выглядел свежо и собранно, как будто выходной день у него заключался в перекладывании геополитических вопросов из папочки в папочку.       Саша виновато посмотрела на Майкрофта, ей внезапно стало неловко, что они вторглись без приглашения... А еще, ей казалось, что Майкрофт всегда рад ее видеть... Ну, или почти всегда... Саша давно не бывала в таких домах, собственно, с тех пор, как сбежала из Москвы.       — Прекрасный дом. Очень… канделябровый...       — Лорд Виндем никогда не жаловался, — сухо отозвался Майкрофт. — С тех пор как я выкупил его имение, стараюсь не нарушать историческую целостность.       — Спешу вас заверить, мистер Холмс, у вас отлично выходит!       — Прошу, присаживайтесь. Если Шерлок решил навестить меня лично, полагаю, разговор предстоит занимательный... Решили лично пригласить меня на вашу свадьбу?       Слуга принес поднос с напитками. Майкрофту — что-то янтарное в хрустале. Шерлоку — чай, к котором тот, разумеется, не прикоснется. А перед Сашей поставили кружку с кофе. Как же замечательно, когда кто-то готовит тебе кофе, а не яд в пробирке... Саша принюхалась. У кофе был знакомый запах... Попкорн? Она бросила короткий взгляд на Майкрофта, который будто бы не замечал ее. Саша пожала плечами.       Шерлок сел, закинув ногу на ногу и сцепив пальцы. Он будто бы проигнорировал и колкость брата и напитки, и Сашу, и все, что не имело отношения к расследованию.       — Я получил письмо, — сказал он. — Анонимное. Отправитель влиятельная женщина с утонченным вкусом и ощущением полного контроля над ситуацией.       — И ты решил, что столь впечатляющая женщина непременно моя знакомая? — уточнил Майкрофт, отпивая из стакана. Он улыбался, как улыбаются ядовитые змеи и хорошо воспитанные разведчики.       — Нет, — сказал Шерлок. — Я решил, что ты точно знаешь, к кому ведут эти следы. А потому предпочел получить ответ лично.       И вот тогда дверь кабинета открылась — не торопливо, без эффектных распахиваний, что, впрочем, сделало это появление еще более впечатляющим. В комнату вошла пугающе прекрасная женщина. Вся вытянутая и стройная, с тонкими чертами лица и темными волосами, подчеркивающими бледность кожи. На ней был идеально сидящий брючный костюм — не демонстративный, без ярких логотипов, но такой, что сразу понятно — простым смертным такая роскошь недоступна. Она не просто вошла. Она прибыла на встречу, которую сама же и назначила. Назначила в чужом доме.       — Позвольте представить, — произнес Майкрофт, вставая, как встают только перед очень немногими женщинами. — Ирэн Адлер. Один из лучших адвокатов страны, если не лучший. Представляет интересы людей, о чьих именах не принято говорить вслух.       — Прелестно, — сказала Ирэн, оглядывая комнату. В голосе ее сквозила усталость той, кому мир не в новинку, а люди — игрушки. Она перевела взгляд на Шерлока, но ничего ему не сказала.       Саша вжалась в кресло. Она чувствовала себя как школьница в кабинете директора. Короткая юбка внезапно казалась ей нелепой. Образ — слишком ярким. Улыбка Ирэн — холодным лезвием. Ведь на самом деле девушки наряжаются не ради оценок, выставленных мужчинами, а ради баллов от других женщин. И Ирэн была из тех женщин, которые сразу ставят тебе ноль.       Саша опустила взгляд. Никакой открытой угрозы не было. Взгляд Ирэн прошел по ней скользко и буднично, как по предмету интерьера, чье назначение не совсем ясно, но который явно не требует внимания. Ирэн была выше Саши как явления.       Ирэн подошла к креслу, не спрашивая разрешения, села. Не скромно, не вызывающе — идеально. Все ее движения будто отрепетированные, но при этом, сохранившие непринужденность. Как у балерины, выросшей в зале с зеркалами и осознанием собственного превосходства и избранности.       — Я рада, что вы позволили воспользоваться вашим кабинетом, мистер Холмс, — произнесла она спокойно, глядя на Майкрофта, как на того, кто в этой комнате единственный достоин подлинного разговора. — Мне не помешает совет команды профессиональных расследователей.       — Мы не команда, — быстро ответил Шерлок. — Но временные союзы иногда плодотворны.       — Мне не важны ваши конфигурации, — сказала Ирэн, и все в ее голосе кричало: мне важно, получу ли я результат. — Дело касается нескольких убийств. Пока их два. Но я боюсь, это не конец. Мужчины, влиятельные, с сильными связями в разных сферах. Один был промышленником, второй — вице-президентом совета частных банков. Оба найдены мертвыми при загадочных обстоятельствах. Ни у одного — следов борьбы, ни отпечатков, ни внятных улик.       Она чуть наклонилась вперед. Саша отметила, что Ирэн умеет пользоваться тишиной. Она знала, как пауза может работать в ее пользу.       — Я представляю интересы семьи лорда Девоншира, — продолжила она. — Он фигурирует в обоих расследованиях. Пока — лишь как случайный участник мероприятий, на которых присутствовали убитые. Но... — Ирэн чуть прищурилась, — я не верю в случайности. Ни в смерти, ни в политике.       Майкрофт выпрямился. Разумеется он знал, в какую щекотливую ситуацию попал лорд.       — Именно, — кивнула Ирэн, легко разгодав это движение. — И если в его сторону выдвинут официальные обвинения — репутация рухнет. А с ней — и множество сделок, договоров, да и сама стабильность некоторых фракций в верхней палате. Я хочу понять: виновен ли он. Без иллюзий. Без адвокатских прикрас. Если он убийца — я должна это знать. Если нет — хочу быть готова к информационной атаке. Мне нужно ваше мнение.       Саша сделала короткий глоток, она никак не могла понять, что происходит. Но даже не это было самым мерзким, в конце концов Саша очень часто не понимала, что происходит. Нет, мерзко было то, что из всех присутствующих одна лишь Саша ничего не понимала. Ей прежде казалось, что она уже привыкла к тому, что Холмсы умнее всех на свете, но вот появилась эта красивая женщина, которая смогла заинтересовать Шерлока одной лишь запиской, которая пришла в дом Майкрофта, будто бы к себе домой. Саша в ужасе перевела взгляд на Майкрофта: неужели они вместе? Впрочем, едва ли Саша кого-то интересовала в этот момент.       А Ирэн посмотрела на Шерлока. Впервые — прямо. И голос ее стал мягче:       — Вы умеете распутывать сложное. И видеть в людях то, чего не видят другие. А мне нужно это сейчас больше, чем когда-либо.       Шерлок слегка кивнул. Его это зацепило. Или польстило. Возможно, и то и другое. Ирэн снова перевела взгляд на Майкрофта. Улыбнулась. Улыбнулась хищной улыбкой. Саша не умела так улыбаться.       — А вы… вы всегда были приятным собеседником. Не думайте, что я пришла с пустыми руками. У меня есть кое-какая информация, которую я не отдала бы полиции. И — ресурсы. В том числе, чтобы прикрыть вас, если это расследование выведет не туда, куда положено.       Для Саши все происходящее было похоже на сон. На тот момент, когда ты вроде бы находишься в комнате, но тебя как будто и нет. Разговор взрослых, — пронеслось у нее в голове. — А ты просто девочка в короткой юбке. В этот момент Саша поняла, что физически не могла бы сказать хоть что-то.       Она слушала, как Ирэн Адлер разворачивала дело, как хорошую шахматную партию — с мастерством, точностью и долей презрения к тем, кто не умеет играть. Саша не умела играть в шахматы.       — Первый был найден в собственном бассейне, — говорила Ирэн. — Вода была не просто чистой — стерильной. Ни одного биологического следа. Тело — расслабленное. Признаков насилия нет. Но он мертв. Второй — в сауне, на территории частного гольф-клуба. Время смерти совпадает с приездом лорда Девоншира, хотя тот, как утверждает, даже не покидал столовой. Свидетелей — восемь. Друзья детства. Бывшие военные, к слову. Их слова нельзя оспорить, но и нельзя подтвердить.       Ирэн сделала паузу, глядя на свою безупречно ухоженную руку, как будто ей вдруг стало скучно — или как будто она размышляла, стоит ли раскрывать еще одну деталь. Саша тоже покосилась на свой цветной и слегка отросший маникюр.       — У обеих жертв были странные сообщения в мессенджерах за день до смерти. Не угрозы. Предложения. Встреч. Слова, которые можно было бы интерпретировать как флирт — если бы это были сообщения от женщины... Хотя, мы живем в такое время... В любом случае, профили — пустые. Телефоны — исчезли. Одна из жертв даже сменила пароль за день до смерти, и никто не знает, на какой.       Шерлок слушал, наклонившись вперед, подбородок опирался на сцепленные пальцы. Его глаза сверкали. Саша видела это сияние. Он вел себя так же, как ведет себя ребенок, которому дали новую головоломку, — настоящую, сложную, с секретом. В нем просыпался азарт. Но не к Ирэн. Нет. К самой загадке. Ирэн ему нравилась — как явление. Как сложный код, который можно попытаться взломать. Саша знала этот взгляд. Она жила с ним. Саше хотелось верить, что Шерлок увлечен только головоломкой.       — И вы полагаете, что Девоншир действительно может быть причастен? — спросил Майкрофт.       — Я уверена, что он умеет вести двойную игру. Как и все, кого я представляю. И я уверена, что если вы не возьмете это дело, у меня не будет уверенности в чем-либо относительно этого дела. А мы, как мне кажется, все заинтересованы в том, чтобы не вышло никакого скандала.       Она снова посмотрела на Шерлока. Саша почувствовала, как ей захотелось уйти. Вот только будто бы в ночном кошмаре тело не слушалось.

***

      Вечером, когда они вернулись домой, Саша не стала приставать к Шерлоку с ненужной ревностью. Он не поймет, но только разозлиться. Шерлок поднялся к себе. Совсем к себе. Обычно они спали в одной постели, но не сегодня. Он сказал: «Мне нужно подумать». Шерлок говорил это часто. Особенно когда дело было действительно интересным. Особенно когда он хотел остаться один.       Она не спорила. Просто сил не было. Саша вроде бы ничего не сделала, но устала так смертельно... Она разделась, вымыла лицо, достала пижаму. И легла в постель, не включая света. Телефон мигал — сообщения от Джона, старые уведомления, напоминание о визите к стоматологу. Саша листала ленту, но не читала. Мысли были где-то между креслом в кабинете Майкрофта и той секундой, когда Ирэн посмотрела на Шерлока так, будто они уже тысячу лет знакомы.       Разговор взрослых, — снова подумала Саша. — А я просто реквизит. Подушка на диване, кофе на подносе, девочка в короткой юбке, которую никто не представил.       Саша повернулась на бок, обняла подушку. И вдруг ей стало страшно. Не из-за убийств. Не из-за политических игр. А из-за того, что вдруг — на секунду — она увидела будущее. Будущее, в котором Шерлок будет восхищен Ирэн, Майкрофт будет бесконечно ее уважать, а Саша... просто растворится. Как сахар в кофе, который никто не допил.       Саша лежала в темноте и чувствовала, как застряла. Не в депрессии, не в отчаянии — в чем-то более тягучем. Она будто бы залипла в смоле. В прозрачной, густой, мертвой тишине. Все вокруг как будто застыло. Ничего не болело. Просто не двигалось. Как будто вся она — маленькое насекомое, запечатанное в этой вязкой, золотистой ловушке. Смола не убивает в прямом смысле слова. Она просто держит. Не спрашивает, хочет ли букашка выбраться. Она хранит. Сохраняет. Но потом проходит время, и из этой липкой западни получается прекрасный янтарь.       Саша села резко. Как будто смола затвердела и янтарь, хрупкий камень, треснул, высвобождая ее. Саша включила свет. Слишком ярко. Выключила. Включила бра. Потянулась к ноутбуку — со старой привычкой, с той самой уверенностью, что если нет спасения снаружи, его надо вытащить изнутри. Притворяйся, пока не станет реальностью.       Саша решительно открыла блог Джона. Старый, пыльный, засыпанный цифровыми листьями. Совершенно не стильный, можно сказать антитрендовый. Там еще висела заставка: зернистый Шерлок, текст в стиле «мы все еще в деле». Саша посмотрела на это и выдохнула.       — Ну что, Джон, передаешь эстафету?       Она открыла новый черновик. Посмотрела на строку заголовка. И, не думая, написала: She Vlogged the Murder. Да. Так и будет. Не потому, что она что-то раскрыла. А потому, что она видела. Потому что она была там.       Нужно новое био:       Я — девочка, которая смотрит. И рассказывает.       Я не эксперт. Я — ваши глаза.       Я не Шерлок. Поэтому вам все будет понятно.